Лисья сказка

      Стёпе ничуть не страшно гулять поздним вечером, даже когда пьяная компания на детской площадке начинает что-то с издевкой кричать ему вслед: они только встают с насиженных мест, как их взгляды улавливают очертания его тени в свете фонарей, и на улицу быстро возвращается относительная тишина, позволяющая Стёпе спокойно дойти до подъездной двери.       Карма бессовестно дрыхнет за воротом куртки, приятно грея шею. Стёпа аккуратно поглаживает торчащую шерстку любимца и задумчиво смотрит на мелькающие номерки этажей. Он немного растерянно ойкает, когда в плечо тычется недовольная морда обделенного вниманием Локи. Стёпа с укором глядит на бессовестно взирающего на него большого черного волка, чья голова почти покоится на его плече, шея висит в воздухе, а туловище огромной темной кляксой расползлось по маленькому пространству, приглушая и так тусклый свет. Он тяжело вздыхает, улыбается и треплет волчару между ушей, усмехаясь восторженному помахиванию хвостом.       Двери лифта выпускают его и следующую по пятам громадную тень на лестничную площадку.       Звякают ключи, хлопает дверь, в прихожей разливается мягкий свет. С рук Стёпы уже полностью схлынувший Локи клыками аккуратно берет Карму за шкирку и несет в зал. Сам Стёпа неторопливо стаскивает куртку и кеды, проводит рукой по волосам, показывает себе язык в зеркале и идет следом. На диване развалился Рома: переключает каналы на плазме и поглаживает пыхтящего Карму, лежащего у него на груди.       — Ты вконец его избаловал, — строго говорит Стёпа, резко нависнув над Ромой и настороженно прижавшим пушистые уши к голове лисенком. — Он сбросил рост, почти всегда ходит схлынувшим, еще и на плечах у меня дрыхнет, если мы куда-то выходим. Еще немного и люди будут думать, что наш волчара — это моя Тень.       Локи, с любопытством наблюдающий за развернувшейся картиной из темного угла, фыркает. Стёпа бросает осуждающий взгляд на сгустившуюся тень, но в ответ ловит только насмешливый алый отблеск, которому тут же показывает кулак.       — Да ладно тебе, — усмехается уже Рома, выключает телевизор и, поддерживая зверька одной рукой, тянет Стёпу на себя. Карма шустро устраивается на Роминых плечах, прикрывая нахальные желтые глаза. — Ему незачем тебя охранять, поэтому он и ленится. Пусть, — горячо выдыхает он рядом с ухом. Желание поругаться хотя бы для вида у Стёпы сразу же испаряется. Вместо этого он немного ерзает у Ромы на коленях, устраиваясь поудобнее.       Локи в углу одобрительно подвывает. Он готов беречь их пару, как зеницу ока, до конца своих дней. Мало кто в здравом уме бросит своё животное на Сибирского волка. Да и сам Рома, смотря глазами своей Тени, всегда незримо присутствует рядом. Нет, Карму, конечно, стоит уважать. Хороший, верный. В свое время этот шебутной лисеныш, войдя в то самое число «мало кто», крепко цапнул Локи за хвост.       Как же давно это было…       — Все равно, не надо, чтобы он расслаблялся, а то скоро будет, как домашняя зверушка, — смеется Стёпа. Карма возмущенно поднимает мордочку, почти сталкиваясь со стёпиным лицом, нервно лупит хвостом по спинке дивана и, наткнувшись уже на три насмешливых взгляда, раздраженно фырчит. В один момент он прыгает на стену — его шерсть вспыхивает рыжим светом — и отталкивается от нее уже мощной взрослой лисицей. Локи возбужденно вскакивает и начинает выть. Карма дергает хвостом, с превосходством оглядывает всех присутствующих и гордо шествует в другую комнату, уводя за собой скачущего в азарте волка.       Стёпа пару секунд в изумлении моргает, смотрит на еле сдерживающего смех Рому, и они одновременно начинают хохотать. Стёпа сползает на диван, пытаясь успокоиться, когда на него наваливаются сверху.       — Неужели он превратился в еще большого выпендрежника, чем ты? — обнимая Рому за шею и прижимая к себе, спрашивает Стёпа. От смеха у него горят щеки и сбилось дыхание, выступили слезы, а еще ему очень и очень жарко. Он чувствует, как с каждой секундой у него учащается сердцебиение, потому что взгляд, которым его одаривают, шальной и голодный.       — По-твоему, когда я делаю тебе хорошо, я выпендриваюсь? — укусив его за шею, шепчет Рома. Руками гладит по ребрам, забирается под свободную футболку и сползает ниже. Стёпа зарывается Роме в волосы рукой, прижимая его ближе, и отпускает смешок.       — Может быть, может быть… — наигранно выдыхает он, но тут же захлебывается судорожным вздохом.       В соседней комнате Карма, с удобством устроившийся на краю кровати, хитро косится на Локи, сидящего перед ним. Волк настойчиво сверлит его взглядом, но лис только снисходительно оглаживает его морду хвостом и прикрывает глаза, некоторое время спустя чувствуя, что рядом с ним укладывается горячее, как печка, тело.