Откровения (Revelations)

      Он выкладывает первый со времен пресс-конференции твит, когда они отправляются в Женеву.       Привет всем! Спасибо за сообщения — полетел к ООН подписывать Соглашения       Ответы только добавляют к теперь постоянной вибрации и свечению экрана на его телефоне и продолжают в том же духе все утро и весь полет — потому что у мистера Старка в самолете есть высокоскоростной интернет.       — Кто-то у нас популярный, — тихо говорит Наташа, кивая на вибрирующий карман Питера. Она сидит напротив него; Ванда и Вижен вместе, а мистер Старк рядом с Роуди, и они, кажется, говорят о делах Мстителей. В салоне погасили свет, и они уже взлетели настолько высоко, что небо за окнами абсолютно черное, но полет такой мягкий и комфортный, что путешествие на Землю на корабле Звездного Лорда, затянувшееся на несколько дней, остается далеким воспоминанием.       — С тобой этого не происходит?       — Меня нет в соцсетях. — Она улыбается. — Мой момент славы прошел.       Питер улыбается в ответ.       — … думаю, тебе стоит сначала обсудить это со Стивом.       — Прекращай заниматься сводничеством, Роудс.       Обычно у него неплохо получается абстрагироваться от чужих разговоров, но голос мистера Старка игнорировать сложнее других. Он все еще думает об их вчерашней встрече, о том, как он вел себя, как реагировал. Он все еще думает о мистере Старке, точка; он начинает бояться, что не знает, как перестать.       — У тебя что-то на уме? — спрашивает Наташа.       — М? Эм, нет, ничего нет на уме. — Кроме линии подбородка мистера Старка, его рук. Того, как близко они сидели тогда, и того абсурдного желания стать тем, который действительно его понимает. — Просто думаю обо всех этих делах с ООН.       — Вы оба охренительно упрямые. Я только говорю, что прошло уже три года, и вам обоим пора с этим заканчивать. — Похоже, Роуди уже говорил это. — Но… говоря о сводничестве; как все прошло с Пеппер на базе на прошлой неделе?       Питер замирает.       — Местные органы поставлены в известность об угрозе, Питер. И разумеется они усилили проверки периметра со времен событий пару лет назад, с королем Т’Чакой. — Наташа слегка прищуривается. — Но тебя не это беспокоит.       Мистер Старк понижает голос, но недостаточно.       — Что ты хочешь от меня услышать.       — Я хочу услышать, что ты пытаешься ее вернуть. — Роуди вздыхает. — Потому что если ты слишком подавлен даже для… ты же пытаешься, да?       Повисает ужасающее молчание.       — Тони. Ты же хочешь ее вернуть, так?       — Питер?       Взгляд Питера снова фокусируется на Наташе. Он старается не показывать на лице все то, что кипит внутри.       — Не, я вполне уверен, что смогу себя защитить. Меня это не беспокоит.       Она немного напоминает ему ЭмДжей, тем, что с ней его уловки тоже не срабатывают. Она говорит этим своим мягким, хрипловатым голосом:       — Есть более простые способы получения информации, чем подслушивание, хотя от меня ты точно не услышишь обвинений в невоспитанности.       — Я не…       — Все нормально. — Пожимает плечами. — Даже мне любопытно, а он явно не мой любимчик. — Ее глаза весело блестят. — Для тебя-то все наоборот.       — Я.       — Не волнуйся, я никому не скажу. — Она вынимает из сумки книгу и начинает листать, видимо ищет страницу, на которой остановилась. — Но лицо у тебя… — Она указывает на открытую книгу в руках, не поднимая головы, немного ухмыляясь. — Нам надо как-нибудь поболтать о добыче информации.       — Эм. Точно.       Похоже, что для нее разговор подошел к концу, и для Питера тоже. Он берет наушники и сует в уши, прибавляя громкость до тех пор, пока он не просто слышит, а буквально чувствует басы.

*

      Приземляются они ближе к вечеру по швейцарскому времени, причем перемещение по закрытому сектору аэропорта означает, что они не пересекаются с широкой общественностью. Два правительственных внедорожника с затемненными стеклами в сопровождении полиции ждут их, чтобы отвезти в отель. Сотрудник охраны приветствует мистера Старка и Роуди так, будто знаком с ними, и уверяет мистера Старка, что путь чист, а отель на прошлой неделе, как и требовалось, тщательно проверили.       После проведения пары дней на базе безвылазно, Питер на протяжении всей поездки не отрывает взгляда от окна, любуясь на Женеву с возрастающим интересом. Время обеденное, кафешек вокруг полным-полно, и хоть они абсолютно разные, у всех есть уличные террасы под навесами, выходящие на тротуар. Улицы тут узкие, многие из них вымощены камнями, и уже на подъезде к отелю им встречается главная городская река, широкая, отражающая свет фонарей и пересеченная древними мостами. В воздухе витает дух истории, ведь многое здесь столетней давности, а также торжественности, ну или мощи — или дипломатии.       — Что думаешь, Питер? — спрашивает в какой-то момент Ванда. — Так ты себе это представлял?       Питер смотрит на нее через плечо, улыбается.       — Все совсем не так, как я представлял.       Отель класса люкс Ритц-Карлтон в Женеве известен как Hotel de la Paix или Отель Мира.       Питер глазеет на здание, к которому они подъезжают, снова глазеет, когда открываются огромные двойные стеклянные двери и являют взгляду людное лобби, пол которого покрыт черно-белым мрамором с плитками в шахматном порядке. Словно абсурдно дорогая шахматная доска. Тут и там широкое пространство украшают мраморные колонны с золотой отделкой и элегантные арки, потолок здесь крайне высокий.       Мистера Старка сразу же ведут к главной стойке, вперед очереди на регистрацию, причем все вокруг тут же начинают переговариваться, едва завидя его, хоть он и одет в простые джинсы и пиджак — а потом показывать начинают и на остальных: на Роуди, Ванду, Вижена с его человеческой кожей, на Наташу и… Питера. Большинство не говорит по-английски, так что без знания испанского и французского Питеру трудно понять, о чем речь, но интонации преобладают восторженные.       — Эй, пацан, иди-ка к Тони, он поможет тебе зарегистрироваться.       Питер кивает Роуди и идет куда сказали, передавая свой багаж людям в униформе с некоторым недоверием и без особого желания, ведь его костюм Железного Паука в одной из сумок, а на нем сейчас только устройства запуска паутины.       Он направляется к стойке, у которой мистер Старк болтает с сотрудницей отеля, которая по-видимому прекрасно держится рядом со знаменитым гостем.       — …включая завтрак, обед и ужин.       — Отлично.       — А если вдруг захотите попробовать местную кухню, любой из наших мальчиков-портье будет счастлив доставить блюдо к вам в номер.       Паучье чутье Питера обостряется из-за ее интонации — прямо это не говорится, но звучит так, будто сами мальчики-портье также входят в доставку. На мгновение его душит вспышкой отчаяния, вызванной этой мыслью, и ему приходится побороть безумное желание вслух возразить на не озвученное предложение.       — Передайте, пожалуйста, портье, что мне знакомо определение полного обслуживания, — говорит мистер Старк, снимая очки. Его голос звучит обыкновенно, но с толикой осуждения, и работница, кажется, понимает свою ошибку.       — Конечно. Разумеется.       Она наконец-то замечает Питера за спиной мистера Старка. И, кажется, не узнает его.       — Могу я вам помочь.?       — О, привет, Питер. Ага, он со мной. — Мистер Старк опускает взгляд на карман, откуда достает тряпочку, чтобы протереть очки, поэтому он и не видит взгляд на лице девушки, но Питер видит.       Этот взгляд выражает понимание. Взгляд, заставляющий Питера ярко покраснеть, словно говорящий: «а, вот в чем дело», предполагающий, что существует вселенная, где он является объектом желания мистера Старка, где тот может купить его на ночь… на столько ночей, сколько он сможет себе позволить, а значит, на сколько захочет. Этот взгляд взрывает что-то в сознании Питера, потому что какая-то его часть с яростным восторгом реагирует на это унизительное, уродливое предположение, и даже тот ужас, который он так же испытывает, не способен пересилить желание, зарождающееся где-то внутри.       — Добро пожаловать, Питер. — Она произносит его имя так, будто оно выдуманное, а она слишком вежлива. У нее сильный акцент, наверное, голландский или немецкий. — Могу я увидеть ваши документы?       Питер достает паспорт и передает ей. На ее лице сначала появляется удивление, а потом облегчение — видимо, прочла дату его рождения, догадывается Питер, уже в состоянии небольшой истерики. Она кажется ему разумным человеком, которому, может, и плевать на моральный аспект их с мистером Старком воображаемых отношений, но кто беспокоится о беззаконии, творящемся на работе.       — Отлично. Я вижу, что на вашу группу забронированы номера люкс в пентхаусе. Мистера Паркера расположить в… котором?       Мистер Старк прекращает протирать очки.       — Прошу прощения?       Она впервые проявляет неуверенность.       — Будет ли… Нужен ли мистеру Паркеру…       — Мистер Паркер будет жить в самом большом номере, — резко произносит он. И добавляет, — отдельном.       — …Конечно, мистер Старк.       Оставшуюся часть регистрации они проходят быстро, а девушка уведомляет их о том, что двое из команды уже заселились утром и теперь ожидают их наверху.

*

      Оказывается, мистер Старк забронировал для отряда весь пентхаус, и за исключением поселившихся вместе Ванды и Вижена, у каждого Мстителя свой отдельный номер.       В лифте мистер Старк не упоминает о непонимании со стороны сотрудницы, даже не обращает это в анекдот для остальных, так что и Питер молчит. Вместо этого Роуди нахваливает местный кофе, а Ванда расспрашивает Наташу о ресторане, в который они заходили в прошлом месяце.       Когда они добираются до места, Тор и Брюс уже вышли из своих комнат и ждут их, чтобы поприветствовать. На обоих повседневная одежда (что нормально для Брюса, но не для Тора), однако у Тора в руках простая трость, от вида которой у Питера волосы на затылке встают дыбом.       Только заметив Питера, Тор немедленно шагает к нему.       — Пустые угрозы, Паркер, — говорит он без какого-то вступления, кладет огромную руку ему на плечо, покрывая полностью. — Эти мелкие преступники не подойдут к тебе.       Питер с трудом пожимает плечами.       — Могут, но я буду к этому готов.       Похоже, Тору нравится такой настрой.       — Да, прекрасно. Знай это, и не забывай, что всегда можешь обратиться ко мне для защиты.       — Спасибо, чувак, я…       — Уверен, что Марк42 справится с этими «мелкими преступниками», молодой Суэйзи.       Питер слегка вздрагивает — он не заметил, как мистер Старк появился в их конце коридора, видимо, только договорил с доктором Бэннером.       Мистер Старк закатывает глаза, видя замешательство во взгляде Тора.       — Это актер из «На гребне в…» В общем, если Питеру нужно будет позвать на помощь, то он по крайней мере знает, что у меня есть телефон. — Он спихивает руку Тора с плеча Питера. — А ты свои все время поджариваешь фокусами с электричеством.       Тор усмехается, направляя трость в потолок.       — Да, я намереваюсь попросить более прочную технику у наших друзей в Ваканде. — Он подмигивает Питеру. — Однако, когда пробьет час, подозреваю, что ему не понадобится ни один из нас.       Питер с ворчанием достает телефон из кармана, поднимая крышку пальцем, чтобы отключить звук, потому что вибрации раздражающе участились.       Именно поэтому он видит этот твит сейчас, не позже. С его написания прошли считанные секунды, он от безымянного профиля без аватарки.       Кто-то запостил его фотографию. Его, мистера Старка, Ванды, Вижена, Роуди и Наташи, все на разных стадиях выхода из машины и пути в отель десять минут назад.       Под ней надпись: «Питеру Паркеру надо быть поосторожней. Повеселись в Женеве, Паучок.»       — Питер?       Мистер Старк видит, что что-то не так.       — Эй. Что такое. Что случилось. — Он подходит ближе и выхватывает телефон из рук Питера, чтобы заглянуть. — Блять. — Повышает голос. — Позвоните кто-нибудь Фьюри.       — Что?       Тор хмурится, отбирая у мистера Старка телефон.       — Это..?       — Тони, что происходит? — спрашивает Брюс.       — Позвоните Фьюри немедленно, — повторяет Старк, хватает Питера под локоть и ведет вдоль по коридору к одному из номеров, буквально впихивая его внутрь, и Питер, удивленный и податливый, позволяет ему это. — И скажите Марии утроить охрану в отеле и обыскать каждого в радиусе трех километров.       — Тони, что…       — Я этим займусь, — говорит Наташа, передавая телефон Питера доктору Бэннеру и доставая свой по пути к лифту. Ванда поспешно следует за ней.       Остальные сопровождают его и мистера Старка в самый большой номер, в каком Питер когда-либо находился, и который он пока не успел оценить.       — Какого хуя, — произносит Роуди. — Тони, ты можешь отследить, чей это аккаунт? Этот… @39zfxt03pq?       Мистер Старк кивает и говорит в металлический браслет, надетый на правую руку.       — Пятница, ты его слышала. Займись. — Он оглядывается на Питера. — Эй. Ты как?       — Н-нормально. — Питер поднимает руки, будто его арестовывают. — Хорошо. Просто так… странно.       — Может быть, нам следует отменить саммит, — говорит Вижен. — Вылетим обратно на базу сегодня же.       — Мы не можем постоянно скрывать от них его местонахождение; и он же с нами, все будет хорошо, — не соглашается Роуди. — Но это какой-то пиздец. Надо найти того, кто сделал это фото.       — Выглядит не особо четко, — замечает Брюс, хмуро всматриваясь в экран телефона Питера. — Учитывая сегодняшние возможности для приближения, не удивлюсь, если те, кто это снял, находились от нас километрах в пятнадцати, или в вертолете, или же сидят на другом конце страны и просто послали дрона.       — Тогда я пойду помогу с поисками, — говорит Вижен, затем, вместо того, чтобы развернуться к двери, возвращается в свою истинную форму, подходит к высокому окну и улетает в ночь.       Питер смотрит ему вслед, опуская плечи. Ему так хочется полететь за ним, но он понимает, что лучше даже не заикаться об этом при мистере Старке, не после всего, что произошло.       — Питер, мне жаль, что раскрытие твоей личности вызвало столько проблем, — грустно добавляет Брюс. — В мире так много людей, которые рады и благодарны тебе за то, что ты сделал. И это… все это не должно было произойти.       Питер вздыхает.       — Я вроде как знал, что такое будет. Ну, что-нибудь в этом духе. — Он бросает взгляд на Тора, на мистера Старка. — Простите за неудобства, народ.       — Никаких неудобств, — твердо произносит мистер Старк. — Вообще. И ты не виноват, так что не за что извиняться.       Они ждут вместе с ним. Мистер Старк достает ноутбук и сидит на столе, пытаясь с помощью алгоритмов Пятницы выследить человека, приславшего твит, звонит самому ГСИ Твиттера, когда проблемы с VPN не дают отследить сигнал — потому что мистер Старк может такое проделывать. Тор и доктор Бэннер изо всех сил стараются отвлекать Питера, но время идет, а ответов не прибавляется, и Питер начинает смиряться с тем, что ему придется привыкнуть к ощущению нарисованной на его спине мишени. Странно, но это легко, и он все еще чувствует облегчение — это его спина. Только его, больше ничья.       В конце концов, Брюс указывает Старку на то, что уже поздно, особенно с учетом разницы во времени, и что им стоит уйти и дать Питеру поспать.       — Но я, — мистер Старк поднимает взгляд с экрана компьютера; синяки под его глазами подсвечены экраном. — Питер. Ты… ты будешь… тебе нормально будет остаться здесь одному?       Питер моргает, глядя на него.       — Эм, конечно. — Он оглядывает комнату. — Да, все хорошо.       — Моя комната через стену от этой, — говорит мистеру Старку Тор. — Я спал неделю назад; сон не понадобится мне еще пару недель. Я буду настороже.       — Н-нет, тебе не обязательно…       — Спасибо, Тор. — Мистер Старк игнорирует протест Питера. — А я за стеной с другой стороны, так что… тоже буду настороже. — Он кивает, вставая наконец и поднимая ноутбук. — Отдохни, Питер.       — Но я…       — Доброй ночи, юный Паркер, — твердо произносит Тор. *       Питер не может уснуть уже несколько часов.       Окна очень высоки, а из них открывается удивительный вид на реку и на город за ней. Он шлет Неду и ЭмДжей какие-то картинки, бодро сообщает новости тете Мэй и какое-то время читает накопившиеся сообщения, решительно не заглядывая в Твиттер. Потом он заползает под одеяло и сдается и… как обычно в последние дни, неизбежно возвращается мыслями к мистеру Старку.       Они так и не поговорили нормально с той ночи пару дней назад — по крайней мере не наедине. Возможно, мистер Старк жалеет, что открылся Питеру, или смущается того факта, что был явно пьян — хотя Питера все устраивало. Он надеется, что мистер Старк не заметил его безумного порыва быть к нему ближе той ночью. Надеется, что тот не понял темного, больного возбуждения, охватившего Питера сегодня в холле при мысли о том, чтобы быть кем-то, кого мистер Старк купил для развлечения в своем роскошном номере. Он надеется, что отчаянное желание дать мистеру Старку все что угодно исчезнет, потому что он никогда не будет нужен ему, и это жалко — предлагать себя на роль, в которой его не хотят видеть. Хотя он бы это сделал. Предложил бы себя.       На… любую роль.       Он тихо стонет в подушку. В конечном итоге он сжимает себя через белье, ритмично двигает рукой и подается бедрами, терзаемый мыслями о том, как мистер Старк выбирает его, как его хочет человек, который может получить что-угодно. Он кончает, прерывисто выдыхая, мучительно нуждаясь в чужом прикосновении, и говорит себе, что это в последний раз, потому что ему необходимо это прекратить. Он не может позволить себе этой влюбленности в мистера Старка. Просто не может.

*

      Саммит проводится в огромной комнате в Palais des Nations, в самом центре города.       Именно здесь они воссоединяются с оставшейся троицей; Сэм, Стив и Баки общаются с группой прекрасно одетых послов из Ваканды, включающей и их короля, Т’Чаллу. Питер вспоминает, что видел, как Т’Чалла дерется, как страшно это было, но здесь он выглядит спокойным, собранным и мирным, каким ему не позволяли быть на протяжении стольких лет скорбь и ярость.       Обе группы встречаются у конференц-зала, пока люди все еще не расселись по своим местам — зал заполнен лишь наполовину. Питер замечает, что к ним повернулись многие политики и другие высокопоставленные лица и наблюдают, кто-то в открытую, кто-то нет.       — Ваше высочество, — уважительно произносит мистер Старк. Потом, слегка смешливо, — Стив. Сэм. Баки.       — Тони, — отвечает Сэм тем же тоном. Когда он видит Питера, из голоса пропадает сарказм. — Привет, парень. Кажется, будто мы сто лет не виделись.       — Привет, Сэм. — Питер машет ему, затем улыбается Стиву и Баки. Потом он поворачивается к королю Т’Чалле и откашливается, не зная, нужно ли ему поклониться.       — Прошу, не кланяйся, — предвосхищает его мысли Т’Чалла, смотря через плечо Питеру и ухмыляясь Роуди. — Я очень рад с тобой познакомиться, Питер. — Он берет протянутую Питером руку в свои. Затем наклоняется. — Спасибо тебе, — добавляет он. — За то, что ты сделал. Ты, Старк и остальные, кто его остановил. Мы думали, что все уже потеряно, а потом… ты спас много жизней в тот день.       Питеру кажется, что его грудная клетка наполняется гелием.       — Спасибо. Я… это… мы сделали то, что должны были.       Стоящая рядом с Т’Чаллой женщина делает шаг вперед, и Питер осознает, что это Накия, героиня, спасшая свое королевство несколькими неделями ранее раскрытия Ваканды.       — Я тоже хочу тебя поблагодарить, Питер. — Она настолько невероятная, что Питер на мгновение сомневается, что удержится на ногах. Затем она улыбается, и он тает. — Воистину потрясающий подвиг.       Друг за другом они все пожимают его руку, а одна из воинственных охранниц T’Чаллы даже подмигивает ему. Ко времени начала саммита у Питера немного кружится голова после комплиментов от стольких влиятельных и красивых людей, так что он садится на отведенное ему сиденье (с табличкой, гласящей П. Паркер, Человек-Паук, США) обессиленным. Брюс, сидящий справа, склоняется к нему и шепчет:       — Я совершенно опозорился, когда увидел его впервые, а ты отлично справился.       Здесь лично присутствует Секретарь Росс, он и занимается представительством Мстителей вместе с мистером Старком и Стивом Роджерсом, после чего начинается обсуждение деталей новой статьи о проведении незапланированных операций, а также наказаний за нарушение Соглашений.       Когда все заканчивается, каждого Мстителя приглашают для подписи. Т’Чаллу также подзывают подписать, как и всех остальных мировых лидеров. Питеру предстоит подписать эту статью помимо остальных документов завтра во время собственной церемонии, поэтому он наблюдает с места. Событие знаменательное. В другой жизни он такое видел только по телеку Мэй в гостиной.       Поставив подпись, мистер Старк возвращается к своему месту и подмигивает Питеру, отчего у того теплеет внутри, и он внезапно думает, что, несмотря на угрозы и на все безумства, он сейчас именно там, где ему место.

*

      Вместо того, чтобы заниматься туризмом, остаток вечера он проводит на планерках по голограмме. Мистер Старк снимает конференц-зал Риц-Карлтона и устраивает там обсуждение новостей, в числе которых результаты допроса Тумса и Скорпиона.       — Тумс достаточно легко пошел на контакт; выторговал себе неплохое сокращение срока и рассказал нам все, что узнал в тюрьме, а узнал он немало. — Голограмма Марии касается планшета, и за ней на экране появляются несколько лиц, среди которых фото Марка Гаргана, т.е. Скорпиона.       — На данный момент вообще-то неясно, является ли этот человек зачинщиком покушения на Человека-Паука. — Появляется еще картинка — фотопортрет в виде силуэта типичного мужчины с вопросительным знаком в центре. Питеру кажется, что ЭмДжей назвала бы это предположение сексизмом и была бы права. — Наша разведка сообщает, что для взлома системы безопасности в основании Вашингтонского Монумента понадобились бы большие силы, чем те, которыми располагает мистер Гарган. По крайней мере необходим кто-то с финансами для организации этого акта вандализма.       Мистер Старк ерзает в кресле, щелкает челюстью. Стив, хмурясь, подается вперед.       — И указал ли мистер Гарган на каких-нибудь подозреваемых?       — Еще нет, — вздыхает Мария. — Ему нравится хвастаться, но он не сообщил ничего конкретного. Мы работаем над выяснением личности владельца аккаунта, с которого Питеру вчера послали твит, но пока безуспешно.       Раз Пятница не смогла, то Питер не удивится, если и Щ.И.Т. не справится.       — Если они организованы и имеют спонсора, то уровень этой угрозы выше, чем мы думали, — говорит Сэм. — Судя по вашим словам, это уже не разрозненная кучка наемников.       — Действительно, но по крайней мере никто пока не навредил Питеру, даже не было неудачных попыток, просто угрозы.       — Просто угрозы?       Голос мистера Старка режет воздух словно ножом. Все поворачиваются к нему, Питер тоже.       — Как-то это беспечно, называть те сообщения «просто» чем-то там. — Он улыбается, отчего лед в его голосе только заметнее. — Уверен, что это не повторится, да, Мария? Не хотелось бы оскорбить буквально каждого из Мстителей, легкомысленно относясь к безопасности их нового молодого коллеги. — Он разводит руками. — И не хотелось бы полагать, что вы не делаете все возможное для обеспечения этой безопасности. По моим последним подсчетам… — он делает вид, что считает людей в комнате. — …ага, правильно, нас целых одиннадцать. А ты всего одна.       Мария молчит какое-то время, и ее проекция немного мигает.       — Разумеется нет. — Она обращается к Питеру. — Извини, Питер. Полагаю, это тяжело для тебя.       Питер пожимает плечами, и этот жест вызывает у остальных удивленные смешки.       — Ну ладно, мы потратили достаточно времени впустую, но у нас сегодня ужин, — говорит мистер Старк, наклоняясь, чтобы закончить звонок. — Так что, возможно, завтра разведка сделает что-нибудь по-настоящему полезное.       Мария закатывает глаза, как раз когда картинка пропадает.       Через два часа им нужно на ужин с высокопоставленными лицами из ООН. Питер осторожно оглядывает комнату, пока все поднимаются с мест и расходятся, но никто не выражает желания обсудить расписание или совместные поездки. Его взгляд встречает Сэм.       — Эй, Пит, за нами пришлют машины прямо к отелю за полчаса до всего этого сборища, ясно? Встретимся в холле.       — Хорошо. Спасибо. — Он благодарно кивает. — Скоро увидимся.       Он возвращается к себе в комнату, чтобы пока позвонить Мэй, но замечает какие-то изменения в секунду, как заходит; здесь кто-то побывал и что-то оставил.       Ничего зловещего: на его кровати лежит костюм. И не Человека-Паука, а шикарный полночно-голубой классический костюм вместе с белой рубашкой, явно предназначенный для предстоящего ужина.       Питер аккуратно проводит пальцами по лацкану, и ткань ощущается на кончиках его пальцев такой мягкой, что он медленно моргает, пребывая в восторге от этого ощущения. Похоже, костюм должен ему идеально подойти. Он взял свой старый, с пресс-конференции, тот, который ему пошил на заказ мистер Старк, и точно собирался надеть его этим вечером. Но этот отчего-то выглядит более праздничным, оставаясь при этом элегантным и невычурным.       Он ни на секунду не сомневается, что его здесь оставил именно мистер Старк, хотя записки нет.       И он его надевает.

*

      Ужин проходит в другом здании ООН в Женеве, и организован он очень официально: подписанные сиденья, три блюда, никакой прессы. Если бы не современная мода и технологии, можно было бы забыть, что это не дворец и не обеденный зал персонажей Джейн Остин.       Питер сидит между Стивом и Наташей, а мистер Старк с Роуди напротив него. Он благодарен судьбе, что ему есть с кем поговорить, особенно за Наташу, которая ему в ухо бормочет сплетни о лидерах разных стран, причем некоторые она наверняка узнала из первых рук, судя по тому, насколько интимные детали она ему сообщает. Он смеется, и, кажется, ее забавляет вот так говорить о грязных подробностях своей жизни, так что Питер называет все новых политиков, о которых она продолжает рассказывать за ужином.       Пару раз они привлекают любопытный взгляд мистера Старка, но Питер притворяется, что не видит; мистер Старк ничего не сказал про его костюм, вообще никак не отреагировал, только бросил беглый взгляд и одобрительно кивнул, заставив Питера смущенно содрогнуться.       Наконец, люди встают со своих мест и разбредаются, и в какой-то момент Нат вместе со Стивом отходит поболтать с Т’Чаллой, оставляя Питера наедине с Баки через сиденье слева.       — …Привет.       Баки слабо ему улыбается.       — Привет. Как ты, держишься? — Его костюм скрывает большую часть металлической руки, черные рукава доходят до запястий, и на нем одна перчатка, но Питер все равно различает тихий скрежет соединений из вибраниума при его движениях.       — Я в порядке. Безумие какое-то. — Питер на мгновение сомневается, потом пересаживается на место Стива, оказываясь плечом к плечу. Он не удерживается и спрашивает: — Тебе тут не нравится?       Баки удивленно усмехается.       — Неа. — Его улыбка становится шире, на лицо спадают волосы. — Вообще нет. — Он бросает задумчивый взгляд на Питера. — Думаю, прошлый я был бы в восторге от подобного. Раньше это мне приходилось вытаскивать Стива на мероприятия и все такое.       Питер никогда не слышал, чтобы он столько говорил.       — Правда?       — Ага. Я был более общительным из нас двоих.       Краем глаза Питер замечает, что мистер Старк наблюдает за ними. Может, мистер Старк тоже раньше не слышал столько слов от Баки.       — Не то чтобы Стив со временем стал светской львицей, — добавляет Баки. Питер усмехается, а Баки выглядит довольным собой. — Но с этим ему помогает Сэм. — Он замолкает. Неохотно говорит: — Ну, Сэм нам обоим с этим помог.       — Круто. — Сэм общается с Брюсом и Тором в нескольких шагах от них и явно не осознает, что о нем говорят. — Он вроде классный.       Баки закатывает глаза, но не перестает улыбаться.       — Никогда не говори ему, что я такое сказал. — Он встает и останавливается, прежде чем направиться к Стиву и Наташе, чтобы неуверенно похлопать Питера по плечу рукой без перчатки. — Ты хороший парень, Питер.       Питер улыбается ему и смотрит, как тот уходит.       Время идет, вечер продолжается, официанты уносят тарелки и доступность алкоголя расслабляет всех, способствует тому, чтобы вокруг становилось все громче. Труднее становится концентрироваться, чтобы расслышать что-либо сквозь шум разговоров, и Питер начинает жалеть, что не взял свои наушники.       К нему подходят политики, о которых он читал в новостях и которых видел по телевизору: и сильные, и коррумпированные, и праведные… у всех есть вопросы, и большинство из них относятся к нему как к знаменитости, к тусовочной фишке. Все предлагают ему шампанское, вино, а Питер, оказывается, достиг совершеннолетия в Европе, так что он в итоге соглашается выпить больше, чем стоило бы.       Когда позже к нему подходит Накия, она несет с собой стакан воды. Блеск ее кожи в золотом свете ламп так отвлекает, что ему требуется несколько мгновений, чтобы понять, что это ему.       — О! Эм, спасибо. — Он пьет и случайно проливает немного воды на свой шикарный костюм.       — Советую тебе не торопиться, молодой человек, — усмехается она.       Питер вытирает рот и ставит стакан на стол.       — У меня очень быстрый обмен веществ. — Он ощущает себя странно, но слова все же выходят одно за другим. Ему нормально, просто весело. Он навеселе. — Это… алкоголь действует недолго.       — Вижу. — Она присаживается рядом с ним, все еще улыбается. — Кстати, у тебя очень элегантный костюм. Хоть какая-то яркость; как по мне, цвета в этом зале весьма скучные.       На ней надето прекрасное лимонно-зеленое платье и узорчатый головной убор, и Питеру кажется, что она очень добра к нему.       — Спасибо. Вы такая красивая. — Упс, нет, он не планировал говорить… — То есть, вы… простите! То есть выглядите красиво. Вы… извините.       Ее это смешит.       — Попей еще воды, Питер.       Какое-то время она сидит с ним, терпеливо отвечает на вопросы о Ваканде, но в итоге ее зовут поговорить еще с кем-то, и Питер через весь зал бросает взгляд на своих товарищей. Баки и Сэм по-дружески спорят о чем-то, а Наташа и Стив наблюдают за ними со стороны. Брюс, Роуди и Тор разговаривают с группой из Ваканды, включающей Т’Чаллу. Вижен и Ванда ведут диалог между собой за дальним столиком.       А потом он находит того, которого на самом деле искал.       Мистер Старк болтает с официанткой, и его рука у нее на бедре.       Со своего места за столом Питеру прекрасно все видно: мистер Старк не так давно поднялся и подошел поговорить с группой людей у одной из колонн на другом конце зала. Видимо, в какой-то момент он от них избавился и теперь общается с прекрасной девушкой в уголке, она вжимается в его плечо и поднимает телефон, чтобы сделать с ним селфи. Она высокая — выше мистера Старка на своих шпильках, и разве ей удобно работать на ногах в этих туфлях? Она всем телом прижимается к боку мистера Старка, а он просто… позволяет ей.       Ее телефон мигает вспышкой, и она перемещает его для фото с другого ракурса, склоняя голову к мистеру Старку. Еще вспышка, и мистер Старк усмехается каким-то ее словам, но в помещении так громко, что Питер их не слышит. Что она такого сказала, чтобы вызвать его смех, морщинки в уголках глаз и вот это все?       Когда мистер Старк целует ее в щеку для следующей фотографии, Питер поднимается на ноги от накатившей тошноты.       — Мистер Паркер? — К нему подходит официант. — Вам что-нибудь нужно?       Ему нужно, чтобы он прекратил, им нужно прекратить смеяться, прекратить флиртовать так… так откровенно, так очевидно, и ему нужно… ему нужно…       — Н-нет, спасибо, — заикается он, прежде чем направиться в туалет; в глазах его отчего-то собираются горячие, горькие слезы. О Боже. О Боже, его так качает, так тошнит, и это… это ужасно, почему?       В итоге он садится на крышку унитаза, тяжело дыша и вытирая щеки рукавами своего прекрасного костюма. Ему нельзя, нельзя, это так глупо, ему нельзя все это чувствовать; у него важная работа, ответственность за человечество, нельзя это себе позволять. Просто нельзя.       Он с трудом достает телефон из кармана и звонит Мэй. В Квинсе сейчас полдень.       — Я видела тебя по новостям! — кричит она вместо приветствия. Она на работе, отвлечена, но все равно понимает, что что-то случилось, спустя пару минут после начала разговора, хоть и неверно угадывает причину.       — Скучаешь по дому, малыш?       Нет.       — …Ага, наверное.       — Уверена, и по друзьям скучаешь. — Кто-то зовет ее по имени на заднем плане. — Иду! Слушай, тебе стоит отпроситься на выходные домой, когда вернетесь. Даже супергероям нужен отдых.       Питер мягко смеется.       — Я не пробыл на базе еще и месяца, Мэй.       — Мне все равно. Скажи своему мистеру Старку сделать тебе поблажку. — Ее снова зовут. — Да, я знаю! Милый, ты в порядке? Хочешь, я отпрошусь с работы? Я могу; бизнес с твоего признания просто взорвался…       — Нет, Мэй, все хорошо. Со мной все хорошо, скоро поболтаем.       — Люблю тебя, Питер.       — И я тебя люблю.       Он отключается. Ему все еще нехорошо, но он больше не плачет. Он поднимается. Когда он открывает дверь, то чуть не врезается в человека снаружи.       — Питер! — Это Ванда. Она, кажется, удивляется, вглядываясь в его лицо, затем ее выражение смягчается, и, хотя она понятия не имеет, почему он так выглядит, она не спрашивает. Только говорит: — Я чувствую слабость, пораньше вернусь в отель. Хочешь пойти со мной?       Питер прикусывает щеку изнутри и кивает.

*

      Они будят его.       Ему удалось погрузиться в трагичный неглубокий сон, но она, видимо, громко уронила сумочку, а может одна из тех шпилек ударилась об угол шкафа, потому что в следующую секунду Питер понимает, что проснулся, и худшее из того, что могло бы произойти, происходит в соседней комнате.       Звукоизоляция в отеле хорошая, но не настолько, чтобы соперничать с его улучшенным слухом. Даже сила воли Питера не может соперничать с его улучшенным слухом; он не может разобрать слов, зато слышит тембр голоса мистера Старка, и по нему элементарно представить, что там творится. Мистер Старк со своей опытностью, уверенностью, наглостью… Питер читал тот текст Даниэль Лопез о ее ночи с американским миллиардером, как и все остальные. Дважды.       Он принимается искать свои наушники в темноте, фокусируя зрение, стараясь обострить все свои чувства, чтобы найти их. Женщина начинает стонать, а Питер рвет отсек чемодана, неистово шаря по нему, отчаянно желая хоть чем-нибудь заглушить звуки, доносящиеся до его ушей, потому что среди прерывистых вздохов и стонов он кажется слышит… едва различимо…       Наконец, он находит их и запихивает в уши. Он берет телефон трясущимися руками.       Как раз в момент затишья он слышит его. Приглушенное рычание, в котором весь мистер Старк.       Секундой позже он включает музыку, но на эту секунду он и опоздал. Теперь это его звук. Он не сможет забыть его, и в глазах снова собираются горькие слезы, пока он ставит громкость на максимум, сворачиваясь калачиком и обнимая свои колени.       Только тогда он наконец признает, что уже поздно. В темноте, с орущей в ушах музыкой и крепко зажмуренными глазами, он признается себе.       Его чувства никуда не денутся. Он не может с этим бороться и не может прекратить.       Просто не может.

*

      Он слышит, как она все-таки уходит, и интересуется, какого черта она упустила возможность провести ночь в постели мистера Старка. Цок-цок ее туфель по мраморному полу в итоге затихает дальше по коридору, и Питер наконец убирает наушники и телефон, чувствуя себя изможденным.       Именно тогда он слышит стук в свою дверь.