Откровения (Revelations)

Мистер Старк обреченно стонет, будто ему больно, а затем целует сам — несколько восхитительных, влажных, горячих секунд он целует Питера так сильно, что ноги того больше не держат. Он проталкивает язык Питеру в рот — уже обе руки оттягивают его волосы — тяжело дышит через нос, задает темп и явно отпускает контроль — теперь движения языка необузданные, пылкие, жадные… А затем он отстраняется. — Блядство, — Питер до сих пор держит воротник, так что далеко он не отходит, — пиздец, спокойно, это полный пиздец, — его грудь тяжело вздымается, он моргает, словно пытается прояснить зрение, — ну охуеть теперь. Питер тоже с трудом дышит. Он только что… он только что целовал мистера Старка. — Ладно. Хорошо, мы должны… Я так сожалею. Мне очень жаль, — мистер Старк качает головой, словно пытается прояснить мысли. — Я… я не должен был. Это было… — он сглатывает. — Мне жаль, Питер, прости, это было не… Прости меня. Питер снова — без раздумий — тянет воротник на себя, но мистер Старк тут же сжимает его запястье. — Не надо, — выдыхает он. — Не надо, я не могу… я не могу поступать так с тобой. — Вы можете делать со мной все, что только захотите, — говорит Питер. Мистер Старк издает непереводимый звук: — Господи, блядский Боже, — он отдергивает руку, словно запястье Питера обжигает его, и теперь Питер отпускает воротник, позволяет ему сделать шаг назад. Мистер Старк доходит до дивана и падает на него. — Боже, — он потирает виски, как если бы у него болела голова, — в этом проклятом мире явно не хватает способов охладиться, — бормочет он. Питер чувствует, как кровь стучит у него в ушах. Его пульс все еще зашкаливает, он оглушает. Что он только что сделал. Что он только что… — Мистер Старк? — Хорошо, — он кивает самому себе. — Хорошо. Это… все будет хорошо, — он поднимает взгляд на Питера. — Ты в порядке? Питер пытается подумать об этом, но чувствует только, насколько в его боксерах липко и влажно, и хочет попросить мистера Старка усугубить ситуацию. Боже. О, Боже, он и правда потерял рассудок? — Я отлично, — говорит он, проталкивая слова через горло. Мистер Старк продолжает смотреть на него: — Ты уверен? — Конечно, — конечно, нет. Вообще не уверен. — Я не должен был этого делать. Прости меня, Питер. Я… поддался чему-то, что… — его взгляд опускается ниже, на его грудь, которая двигается в такт неровному дыханию, живот, а затем и на переднюю часть его джинсов, — чему-то, чему я не должен был… — он замолкает. Питер ждет, губы все еще покалывает от того, что только что произошло. Мистер Старк, кажется, сбился с мысли. — ...Сэр? Бедра мистера Старка подаются вперед. Теперь он смотрит в пол. — Я знаю, что не имею права ни о чем тебя просить, — ворчит он. — Но, пожалуйста, ради Бога, перестань называть меня так. — Почему? Мистер Старк стискивает челюсти: — Скажем так, я не особо горжусь тем, что чувствую при этом. Оу. — Эм. Извините. — И, пожалуйста, перестань извиняться, — он смягчает тон, но чувство вины разом все портит. — Ты ни в чем не виноват. Абсолютно. Питер делает шаг вперед — и с удивлением замечает, что его ноги все еще работают. Он хочет стереть это виноватое выражение с лица мистера Старка больше, чем сохранить свою гордость — да и в любом случае хранить уже нечего. Он раскрыл себя с головой. — Я не хотел... — останавливаться. Он не может заставить себя произнести это. — Просто, когда вы… — прикасаетесь ко мне. — Я… Мистер Старк кивает, воспринимает паузы по-своему: — Я знаю, что твоя чувствительность повышена, — он глубоко вздыхает. Вина все еще легко читается. — Тем более мне не стоило этого делать. Я не должен был. Питер тоже умеет додумывать. — Наверное, нам... пора отправляться, — добавляет мистер Старк. — Точно. Он все еще чувствует касания его губ. Эфемерное движение его руки в волосах. Мистер Старк устраивается на диване удобнее: — Надо бы также… достать тебе другую одежду, — морщится он. Он подается вперед, как будто хочет встать, но, кажется, передумывает. — Ты помнишь, где моя комната? С прошлого раза? Питер помнит. Он также помнит футболку, которую выбрал в прошлый раз, и откровенно чувствует себя глупцом — даже за те моменты, когда еще не осознавал этого. — Скоро буду. Он поднимается по ступенькам на дрожащих ногах и направляется в спальню. Она выглядит намного опрятнее, мистер Старк явно реже бывает здесь, чем в своей комнате на базе, но следы его присутствия все равно повсюду: открытые книги, техника на столе, инструменты вокруг, минибар, который навевает тревожные мысли, но при этом алкоголь внутри обнадеживающе отсутствует. Кровать такая же огромная, как и на базе, но вид из окна открывается на лежащий внизу город, а не на зеленый лес. Питер подходит к окну и прижимается к нему лбом; от дыхания стекло постепенно запотевает. Он представляет себе многих, многих людей, которые бывали в этой комнате и наблюдали этот самый вид. Людей, с которыми мистер Старк проводил ночь и никогда не встречался после. Людей, о которых мистер Старк какое-то время заботился. Людей, с которыми мистер Старк почти связал себя узами брака… ладно, здесь речь всего об одном человеке. А теперь перед окном Питер — самый юный Мститель, привлекательный настолько, что мистер Старк признает интерес, который Питер возбуждает в нем вопреки любому здравому смыслу. Питер, который распался на атомы за пару минут тесного контакта и потягивания волос. Питер, который набросился на своего наставника, как какая-то отчаянная фанаточка, готовая на все ради внимания Тони Старка. Он не может поверить, что целовал его. Он не может поверить, что целовал мистера Старка. Спустя целую вечность Питер моргает, чтобы прояснить затуманившееся зрение, наконец заставляет себя отвернуться и смотрит в потолок: — Пятница? — неуверенно шепчет он. — Слушаю тебя, Питер. — Где я могу найти нижнее белье? — Мои камеры были временно отключены, но, если за последние тридцать минут ничего не изменилось, комплект можно найти во втором ящике. Комод глухо жужжит и плавно открывается, и Питер подходит к нему. Сверху лежит несколько часов, по крайней мере двое из которых вмещают отсеки для наночастиц и готовы к использованию, наверняка способные воссоздать некоторые части брони. Питер восхищается ими, затем берет пару серых высококачественных боксеров мистера Старка и натягивает их. Поверх он надевает брендовые джинсы мистера Старка. — Все хорошо? — спрашивает мистер Старк, когда он возвращается. Все это время он стоял и ждал, расслабленно сложив руки на груди. Он поправил воротник и вернул галстук на место, пока Питера не было, а еще на нем прозрачные солнцезащитные очки. Он выглядит собранным, внимательным; он снова контролирует ситуацию. — Нашел все, что тебе было нужно? — Нашел, — Питер заставляет себя улыбнуться. — Я верну их, как только мы доберемся. Мистер Старк небрежно отмахивается и двигается в сторону посадочной площадки, к самолету. Питер следует за ним, думая о том, что футболка с Iron Maiden, если честно, все еще лежит в шкафу у него в комнате, так что, возможно, следовало бы вернуть сначала ее. Они выходят на шквалистый ветер, где на посадочной площадке их ожидает гладкий и мощный самолет. Мистер Старк поднимает руку и нажимает кнопку на часах; боковая дверь самолета открывается с тихим шипением, мотор гудит и оживает. Питер не может удержаться от комментария: — Ваши часы такие классные. Мистер Старк останавливается. Он поворачивается, чтобы посмотреть на Питера, его волосы ерошит ветер. Ночное небо за его спиной усеяно звездами, и Питер задается вопросом, что такого он сказал. — Тебе нравятся мои часы? Питер моргает: — Эм. Ну да. — Возьми себе, — Мистер Старк указывает ему обратно на пентхаус. — Возьми любые, какие захочешь. — ...Простите? — Или возьми все, — Мистер Старк прочищает горло. — Ты получишь… все, что захочешь, Питер. Сказал бы раньше. — Не нужно, сэ… мистер Старк, — он прокашливается. — Я просто хотел сказать… они потрясающие. — Что ж, тогда, — Мистер Старк снова кивает в сторону пентхауса. — Возьми их. Я могу достать еще. Или… — кажется, у него идея, — или я могу смастерить их для тебя. Спроектирую что-нибудь особенное. — Мне не нужны часы, — он приподнимает уголки рта. — Миллениалы не пользуются часами, у нас есть смартфоны. Поразительно, но это работает. Мистер Старк беспомощно фыркает, теряет серьезный настрой: — Это правда так. Ты определенно не миллениал, но это правда, — кажется, он наконец отказывается от идеи подарить Питеру часы. — Как скажешь. Но, если ты увидишь те, что тебе понравятся, просто скажи мне. Я имею в виду что угодно, — поправляется он, прежде чем Питер успевает ответить. — Если ты увидишь что угодно, что тебе понравится, просто дай мне знать. Питер кивает, глядя на того, кто нравится ему больше всего: — Угу, конечно. — Здорово. Пойдем. Солнце село, и на посадочной площадке загораются прожекторы, как только они поднимаются на борт. Сразу после взлета Питер надевает наушники, но даже громкая музыка не может заглушить его мысли; его чувства, чутко настроенные на мистера Старка, который сидит через ряд, воспоминания на бесконечном повторе, упоение, стыд, мучительное возбуждение — все это крутится в бесконечном калейдоскопе. Они не разговаривают во время полета. В итоге он сворачивается в клубок на роскошном самолетном кресле, которое больше напоминает небольшой диван; Питер не знает, как ему, черт возьми, осмыслить все, что только что произошло, и примириться с четким пониманием, почему это никогда, никогда больше не повторится.

*

Они добираются до базы около полуночи, но Ванда, Вижен, Брюс и Роуди сидят на кухне, похоже, распивают алкоголь и общаются. Они даже не подозревают, что Питер теперь знает, каков на вкус мистер Старк. Позади на огромном телевизоре, который, кажется, никто никогда не смотрит, крутится какой-то документальный фильм о природе. — Питер! — Наконец-то ты вернулся! Брюс и Ванда подходят к нему, чтобы поздороваться, Брюс похлопывает его по плечам, а Ванда целует в щеку. Вижен проходит сквозь барную стойку и берет руки Питера в свои, мягко улыбаясь. — Рад тебя видеть, Питер. — И я, — Питер улыбается и направляется к одному из стульев, давая пять Роуди, когда проходит мимо него. — Я тоже вернулся, на случай, если вы скучали по мне, — мистер Старк демонстративно говорит в сторону, где никто не сидит. — Очевидно, мой отъезд оставил после себя дыру. Роуди ухмыляется и быстро обнимает его: — Дела у тебя, похоже, неплохо, — говорит он, поднимая бровь с намеком. Питер замирает. Мистер Старк, похоже, сбит с толку: — ...Что, простите? — Тони, мы видели фотографии, — Брюс ободряюще улыбается. — Все в порядке. Воцаряется напряженная тишина. Паника поднимается откуда-то из живота Питера, а затем Ванда достает телефон: — Брось, Старк, когда ты собирался рассказать нам? Она показывает мистеру Старку что-то на экране, и Питер видит, как с его лица сползают краски. — Нет, — он качает головой, — нет, это ошибка… — Могу я взглянуть? — Питер будто слышит себя со стороны. — Не… — Конечно, — Ванда разворачивает телефон, а затем, поскольку они сидят довольно далеко друг от друга, направляет его к Питеру потоком красной энергии. Это статья; фотография сразу под заголовком, но Питер все равно сначала читает, что там написано. Влиятельная пара Нью-Йорка воссоединяется: Тони Старк и Пеппер Поттс снова вместе! Ощущения такие, будто кто-то вылил Питеру за шиворот ведро ледяной воды. Летом после года в старшей школе они с Недом участвовали в Ice Bucket Challenge; ощущения точно такие же. Фотография сделана в вестибюле жилого комплекса; место настолько походит на Верхний Ист-Сайд, что даже не важно, где оно находится на самом деле. Это точно не бывшая башня Мстителей. Похоже, «влиятельная пара» не подозревает, что ее снимают; Мистер Старк целует мисс Поттс в щеку или, может быть, в губы — это в зависит от точки зрения; его лицо не разглядеть, но ее веки, обрамленные рыжеватыми ресницами, опущены. По всей видимости, снимок сегодняшний: мистер Старк сейчас в том же костюме. — Мы не сходились снова, — говорит мистер Старк. — Тони, да ладно тебе. — Старк, это же хорошая новость, ты можешь рассказать нам. — Мы не вместе; это сняли после рабочей встречи. — Рабочей встречи... в воскресенье? — Роуди… — Я пропустила все веселье? Каждый оборачивается на голос. Наташа входит в гостиную в махровом халате, ее светлые волосы собраны в пучок. Кажется, ее малость забавляет картина, которую она застала: Питер смотрит в телефон Ванды, парящий в воздухе; мистер Старк прожигает взглядом Брюса и Роуди; хмурый Вижен недоумевает, отчего в комнате повисло напряжение. — Привет, Нат, — говорит Брюс. — Привет, — она слегка улыбается ему, а затем что-то привлекает ее внимание. Вообще-то, это Питер. — Паркер. Что там, в телефоне? — Что? Э-э, ничего, — Питер перехватывает телефон в воздухе и перебрасывает Ванде, которая ловит его обеими руками. — Просто статья о мистере Старке, — выдавливает он, закусив щеку изнутри. Он не заплачет перед всеми этими супергероями. — Я не вернулся к Пеппер, — твердит мистер Старк. — Мы были на совещании в главном офисе Stark Industries. Я отвез ее домой. Я поцеловал ее в щеку, и кто-то поймал ракурс, — он смотрит на Наташу, пока говорит это, но на секунду переводит взгляд на Питера. — Так что, пожалуйста, заберите назад свои поздравления. Наташа едва заметно кивает, показывая, что услышала его, и еще раз окидывает взглядом пространство. После она смотрит на Питера. — Ты, должно быть, устал, Питер, — замечает она несколько отстраненно. Мгновение Питер колеблется: — Думаю, да. — Пошли ко мне; кажется, в комнате были наушники с шумоподавлением. Возьми их на ночь, если хочешь. — Я могу купить ему… — Они мне не нужны, — не глядя перебивает она мистера Старка. — Пойдем, Паркер. — Х-хорошо. Всем спокойной ночи. Питер следует за ней к личным спальням; по пути он не смотрит на мистера Старка. Они проходят мимо дверей Сэма, Стива и Ванды, пока не доходят до комнаты Наташи; она манит его внутрь. — Вот и они, — она проходит к комоду, вещи внутри которого аккуратно разложены, и достает наушники. — Тебе вовсе не обязательно их возвращать. Питер забирает их; он благодарен намного больше, чем просто за вещь: — Спасибо, Нат. Она смотрит так проницательно. Буквально гипнотически — Питер уже думал об этом раньше. Под этим взглядом Питеру кажется, будто она заглядывает в глубины его подсознания, хотя даже он сам не уверен, что там кроется. — Ты хорошо провел выходные? На самом деле отдохнул? — спрашивает она, внимательно глядя на него. — Ага. Да, и правда отлично, — он пытается улыбнуться, но ничего не получается. — Прости, я… устал, ты правильно заметила. Наташа медленно кивает: — Уверена, что все так. Тебе бы поспать. — Конечно. Я постараюсь. — Отлично, — она подходит к нему. — Как насчет небольшого совета? Не листай социальные сети перед сном. Ты начинаешь думать обо всем том дерьме, что люди пишут о нас. Если это про меня, то обычно я тайно замужем за Клинтом; а еще эти статьи, которые стравливают нас с Вандой только потому, что мы единственные женщины в команде… о, или домыслы о том, как я влюблена в Стива, — она мягко фыркает. — Это все неправда, парень. Та фотография сделана под грамотным углом, а остальное раздули на ровном месте, — она протягивает руку и сжимает его плечо. Они примерно одного роста. Ее взгляд говорит о чем-то; о чем-то, во что Питер отчаянно хотел бы верить. — Так что постарайся не думать об этом, хорошо? Его сердце колотится: — Это тоже… постараюсь. — Молодец. Уже в своей комнате Питер сбрасывает обувь, наступая на задники, и падает на кровать. Сегодня ночью он останется у себя. Он догадывается, что их с мистером Старком сделке пришел конец в тот самый момент, когда Питер всхлипнул «Пожалуйста» в его руках. Он понимает, что поцелуй перечеркнул все его надежды; сиюминутный безрассудный порыв все разрушил. Его телефон вибрирует; это сообщение от Неда. чувак, сочувствую, что так вышло с твоим мужчиной и п. поттс Вскоре после этого ЭмДжей тоже пишет ему, и Питер начинает подозревать, что эти двое прямо сейчас переписываются, обсуждая тему дня. почти уверена, что она встречается с игроком НБА, так что я не думаю, что это фото что-то значит? Питер не отвечает ни на одно из сообщений; возможно, он сделает это позже. В глаза будто песка насыпали, так что Питер закрывает их; скорее всего, это из-за покрытого трещинами экрана телефона, который светится слишком резко — его яркость не регулируется. Телефон снова вибрирует в его ладони. Он просто лежит некоторое время, не проверяет его, пока виноватый голос в голове не напоминает, что это, возможно, тетя Мэй волнуется. Но это не она. Мы с ней больше не вместе Питер задерживает дыхание. Хотел бы он этого не чувствовать, но его сердце внезапно делает кульбит; облегчение захлестывает и приносит с собой шквал эмоций, которые он бессилен контролировать. На это сообщение он тоже не отвечает, зато, наконец, позволяет себе заплакать.

*

— Питер. Ай. Голова ужасно болит. — Питер, просыпайся. Мгм. — Я прошу прощения, Питер, но собрание уже через десять минут. Питер открывает глаза. Вижен склонился над ним, сейчас он выглядит как обычный человек. И его явно что-то беспокоит. — Ты хорошо себя чувствуешь? — спрашивает Вижен. Питер садится и морщится, потирая висок. Время без десяти восемь утра, а заснул он часа два назад; в голове пульсирует боль, и он совершенно вымотан. — Хочешь кофе? — Э-э… наверное. Да, — он кивает, осторожно встает с кровати. — Я… я приду через минуту. Вижен колеблется, не может просто уйти: — Ты… уверен, что все в порядке? Питер улыбается ему, и этим еще сильнее тревожит Вижена. — Все хорошо, Виж. Спасибо. Я немного приведу себя в порядок и приду. — Отлично. Он уходит, и Питер вяло принимает душ, надевает обычную красную футболку с джинсами и идет в сторону гостиной, запинаясь о свои же ноги. Остальные члены команды уже сидят за столом в конференц-зале, и каждый поднимает глаза, когда он заходит. Они не одни, здесь также пара сотрудников Щ.И.Т. — Директор Фьюри, — выпаливает Питер. Директор присутствует лично; он сидит рядом с Марией Хилл. — Паркер. Спасибо, что почтил нас своим присутствием, — секретарь Росс — единственная голограмма за столом. — Прошла всего минута, — говорит Фьюри, его тон секретаря уже не впечатляет. Питер садится рядом с Баки, напротив мистера Старка. Вижен оставил кружку с кофе перед его местом — Питер с благодарностью делает глоток. — В любом случае, нам пора начинать, — говорит Мария. — Мы задержали еще пару киллеров, которые пытались добраться до Питера. Питер удивленно моргает: — Правда? Мария кивает, набирает что-то на планшете — несколько новых лиц появляется на большой голографической проекции позади нее; Питер узнает одно из них. Он опускает кружку на стол и смотрит внимательнее. Он видел этого человека в Квинсе пару дней назад. Он просил автограф Питера для своей дочери. — Это?.. На проекции запускается видео, на котором с высоты птичьего полета снято, как Питер, Нед и ЭмДжей стоят на улице, а человек с листком бумаги, который Питер подписал, отходит от них. — Его зовут Родерик Кингсли; он собирался опоить одного из твоих друзей и подчинить его разум, чтобы убить тебя. Его раскрыли прежде, чем он приблизился к кому-либо, но он уже разработал седативно-гипнотическое вещество, которое обнаружили там, где он остановился. В голове Питера миллион вопросов, но каждый раз, когда видео проигрывается с начала, он видит себя, и вопрос остается один, самый очевидный: — Кто меня снимал? Повисает пауза, а затем Питер замечает, как Роуди толкает мистера Старка локтем. — Я… организовал наблюдение. На всякий случай. У Питера падает челюсть. — Неофициальное наблюдение, — едко добавляет секретарь Росс. — Простите, лучше бы у нас не было всей этой информации? Вы думаете, ваши агенты поймали бы этого парня до того, как он попытался бы?.. — Кингсли следил за тобой четыре часа, пока один из дронов этого парня не скрутил его, — говорит Фьюри Питеру, указывая на мистера Старка, когда произносит «этого парня». — Никто не пострадал, кроме мистера Кингсли, когда он сопротивлялся при аресте. — Ушибы и ссадины, — пренебрежительно бросает мистер Старк. — И никто не приблизился к Неду или ЭмДжей? — Нет. Питер наконец отпускает себя и смотрит на мистера Старка. Вспоминая, что произошло, когда они виделись в прошлый раз, он и не думает спрашивать, почему мистер Старк не рассказал ему обо всем вчера вечером. Краска разливается по шее Питера, когда уже знакомое чувство глубокого, неуместного удовлетворения затапливает его, но он старается не терять самообладания: — …Спасибо, мистер Старк. Мистер Старк поправляет запонки и пожимает плечами: — Не мог допустить, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Получается, все это время кто-то охранял его? — Методы Тони, возможно, нестандартны, но я думаю, все согласны, что они оправдали себя и предотвратили гибель людей, — твердо говорит Стив. — Согласимся еще, что они стремные? — добавляет Сэм, поднимая руку. — Потому что его методы еще и немного стремные. Но я все равно рад, что он все это организовал, — он усмехается и тянет руку, чтобы похлопать мистера Старка по плечу. Мистер Старк натянуто улыбается: — Спасибо, Сэм. Баки постукивает металлическими пальцами по столу: — Мы уже знаем, какова награда? Мы продвинулись хоть немного? — Еще нет, — говорит Мария. — Не похоже, что у нас получается разговорить этих парней, но наши лучшие люди занимаются этим. — Если бы речь шла о действительно лучших, их допрашивала бы Наташа, — замечает Стив. Наташа бросает на него взгляд. — …Так ты уже? — Я была не в гостях у Клинта последние несколько дней, — говорит она с легкой ухмылкой. Сэм впечатленно кивает: — Каждый раз, когда мне кажется, что я разгадал тебя, дамочка. — Этих идиотов трудно расколоть, потому что знают они немного, — продолжает она. — Но пока выглядит так, будто подобную награду мог назначить только кто-то уровня Старка… хотя, может, и повыше. Мистер Старк поднимает брови; он подчеркнуто скептически относится к мысли, что существует кто-то влиятельнее него: — Повыше? — У обычных людей нет доступа к биологическому оружию и инопланетным пушкам, — говорит Фьюри. — Все это указывает на полеты в космос, Старк. Много ты знаешь людей, которые могут такое и не сидят за этим столом? Тор подается вперед. — Мы сузили область поиска до квадранта, — говорит доктор Беннер. — Тор отправится туда и проверит. Он попытается собрать информацию для нас. Питер поворачивается к Тору и понимает, что тот уже смотрит на него. На его вопросительный взгляд Тор ободряюще кивает: — Я выясню, откуда взялось оружие, Питер. И как оно попало в руки тех, кто покушался на тебя. — Спасибо. — Что ж, это похоже на план, — говорит Фьюри. — Он и есть, — отвечает Стив. — Отлично. Тогда, думаю, у секретаря Росса еще полно дел. Голограмма исчезает, даже не попрощавшись. Фьюри упирается в стол руками: — Итак, продолжим… Ванда. Все смотрят на нее, а Питер чувствует облегчение от того, что в центре внимания наконец-то не он. Он смотрит на свои руки и медленно дышит, пока Фьюри и Хилл расспрашивают Ванду о том, как скоро она восстановится и когда уничтожит Камень Реальности. Питер представляет огромного металлического дрона, который молчаливо наблюдает за ним днем и ночью, пока Питер гуляет по Квинсу и не подозревает, что мистер Старк всегда знает, где он находится и все ли с ним в порядке. Сэм прав, его методы настораживают. Но не Питера. Он дрожит — настолько ему приятно. Следующие два часа команда обсуждает предстоящие миссии, а Стив и мистер Старк утверждают расписание патрулей. В конце концов Фьюри объявляет, что собрание окончено; все встают и начинают расходиться. — И, пожалуйста, покажитесь завтра на благотворительном вечере, — добавляет Мария. — От светских разговоров зависит лояльность общественности, а фотографии с мероприятия полезны для рекламы. Наташа закатывает глаза, и Баки стонет достаточно громко, чтобы Питер услышал и понимающе ему улыбнулся. Мистер Старк уходит вместе со Стивом, Фьюри и Марией. Питер вовсе не ждал, что он задержится и поговорит с ним. Ничего подобного.

*

Он проводит день в лаборатории с Брюсом, работая над новой партией паутины. Брюс в основном молчит, даже когда они заказывают обед и съедают его на месте, но в кои-то веки Питер и сам не хочет разговаривать. Ему есть над чем подумать. Время близится к вечеру, и Питера уже мутит от беспокойства; он с нетерпением ждет тренировки с Роуди в бассейне, особенно после того, как сидел на одном месте несколько часов. Размышлял. Отчаянно желал. Вспоминал. Чего он никак не ожидает, так это того, что застанет там мистера Старка. Питер открывает дверь и застывает на месте: Роуди уже разминается на дальнем конце бассейна, а мистер Старк сидит на одном из кресел, на нем деловой костюм, и он набирает что-то на ноутбуке. — Питер. Кажется, мистер Старк тоже удивился, увидев его. Питер хотел бы, чтобы на нем было хотя бы на пятьдесят процентов больше одежды или чтобы его полотенце было обернуто вокруг тела, а не перекинуто через плечо. — Эм. Здравствуйте, мистер Старк. — Что ты здесь делаешь? Питер обводит себя взглядом: — …Кажется, это очевидно. Теперь мистер Старк оглядывает его, переводит взгляд на Роуди, и у него в голове будто что-то щёлкает: — Так это благодаря тебе? — тон настойчивый; он встает, оставляя ноутбук на кресле. — Я… Мистер Старк идет к нему, но останавливается на приличном расстоянии и складывает руки на груди: — Благодаря тебе Роуди теперь занимается каждый день? — Все н-не совсем так. То есть… — Роуди все время заботится обо всех нуждающихся, но при этом нередко забывает о себе. Когда дело касается его самого, он никогда меня не слушает, хотя мы знакомы вот уже несколько десятков лет, — мистер Старк смотрит на него как-то растерянно, и не то чтобы Питер не понимает его. — Но если кто-то и достучался до него, то это, конечно, ты, — добавляет он. В его глазах мерцают голубые блики от воды, они плещутся в мрачном довольстве, которое, кажется, ему самому не по душе. — Я должен был догадаться. Питер борется с желанием поежиться от удовольствия, когда взгляд мистера Старка соскальзывает вниз по его телу, а после поднимается обратно к лицу. — Ты просто чертовски удивительный. Ты ведь знаешь это, да? — говорит он, и это звучит так, будто он правда хочет услышать ответ. Все хорошо, ты чертовски удивительный, все в порядке… Питер переступает с ноги на ногу, пытаясь не выдать волнение, пока тепло разливается внутри и затапливает его от макушки до кончиков пальцев ног. — Спасибо, мистер Старк. Мистер Старк делает шаг к нему, заставляя Питера приподнять подбородок, чтобы сохранить зрительный контакт. Мистер Старк не намного выше, но прямо сейчас Питер стоит почти голый, тогда как на нем костюм и пара эффектных туфель, и в этот момент мистер Старк кажется значимее, чем вся его жизнь. — О, всегда пожалуйста. — Эй! Питер! Питер подскакивает, мистер Старк тоже вздрагивает. Теперь они оба смотрят на Роуди. — Этот стремный престарелый мужик беспокоит тебя? Мистер Старк бледнеет, а Питер не может выдавить из себя даже наигранный смешок, и вместо этого издает странный задушенный звук. — Э… нет, все в порядке! — говорит он. — Только скажи мне! — усмехается Роуди. — Обязательно! Мистер Старк вновь отступает. Питер почти протягивает руку, но вместо этого сжимает ее в кулак: — Вы не беспокоите меня, — бормочет он, с шумным выдохом стягивая полотенце с плеча и бросая его на ближайшее кресло. Мистер Старк прослеживает это движение, обнаженный разворот плеч Питера, и сжимает челюсти. Он ничего не говорит, но фраза «А побеспокоиться бы стоило» читается буквально по глазам. — Мне пора, — наконец произносит он. — Почему? — Работа. Увидимся за ужином, хорошо? Он направляется к выходу, и Питер выходит за ним в коридор. Мистер Старк уже стоит в лифте, когда Питер выпаливает: — Соберете еще дронов? Вопрос явно действует, как ожидалось, и мистер Старк застывает на месте. Он не выглядит виноватым. Пока мистер Старк обдумывает ответ, он кладет руку на створку дверцы, чтобы лифт не закрылся, и теперь Питер может нагнать его. — Питер, в Нью-Йорке... ты же понимаешь, я сделал это, чтобы защитить тебя. — Вы могли бы предупредить меня, — говорит Питер. Но он не злится. — Мог бы, — мистер Старк наклоняет голову вбок. Похоже, он понял, что Питера это не сильно задевает. — Но я этого не сделал. Я хотел, чтобы ты хорошо провел выходные. — И я провел. Он кивает: — Хорошо. Я же сказал, что они не доберутся до тебя. — Я могу позаботиться о себе. — Я знаю, но я хотел… помочь тебе с этим. Питер бездумно посасывает нижнюю губу, и рука мистера Старка сползает со створки лифта; это неуклюжее движение совсем ему не идет. По инерции его корпус наклоняется вперед, и теперь уже инфракрасные датчики фиксируют преграду и не дают дверцам закрыться. Он не отрывает взгляда от губ Питера, и это зыбкое мгновение затягивается. — Я правда хотел помочь, Питер, — тихо говорит он. Грудь Питера больше не способна вмещать его легкие. — Помочь? — Да, — отсутствующий взгляд мистера Старка отрывается от губ Питера, только чтобы двинуться вниз по его телу. В этих черных плавках Питер чувствует себя будто и вовсе без одежды. — Да. Ты даже не представляешь, как сильно я этого хотел. — …Хотел? Мистер Старк кивает, стиснув челюсти. Питер подается вперед, сердце бьется уже где-то в горле, а ноздри мистера Старка подрагивают от учащенного дыхания. Каждый дюйм открытой кожи болит от того, что мистер Старк ее не касается, а те участки, что не обнажены, больше прочих жаждут контакта. — Я… Позади раздается всплеск воды, и мистер Старк отшатывается назад. В коридоре слышно, как Роуди выбирается из бассейна; эти звуки усиливаются эхом от стен помещения, и мистер Старк отступает, пока не упирается спиной в стену лифта. Горло Питера сжимается от легкой досады, но он остаётся на месте. Мистер Старк набирает воздух, будто собирается сказать… что-то, но дверцы закрываются прежде, чем он произносит хотя бы слово. Питер слышит его шумный выдох, а следом — ровное гудение, с которым лифт поднимает его наверх. Его слух улавливает слабое и постепено стихающее: «Соберись, блядь, уже».

*

Тем же вечером Питера на кровати ждет новый телефон, рядом с которым лежит коробка качественных шоколадных конфет. В записке сказано: «Вместо часов — ТС». Следующие несколько часов Питер копается в телефоне, изучая его функции. Наконец он засыпает, и во сне он снова лежит у изножья кровати мистера Старка.

*

Благотворительный вечер пройдет в Вашингтоне, округ Колумбия. Накануне вечером команда прибывает на самолете мистера Старка; они заселяются в отель «Ритц-Карлтон», где и готовится мероприятие. Они не в полном составе: не хватает Тора, который с утра открыл Радужный мост и исчез, и Роуди с Брюсом, которых в последнюю минуту вызвали куда-то в Мозамбик. От посадочной площадки их забирает внедорожник; когда они проезжают Монумент Вашингтону, Питер постит его фотографию в Твиттер, подписывая: «кто знает, может, понадоблюсь снова». В самом деле, не секрет, что Мстители в Вашингтоне, а его новый телефон с камерой запредельного разрешения невероятен — и недоступен для покупки, поскольку это прототип новой модели Stark Industries. В отличие от Hotel de la Paix, этот «Ритц-Карлтон» оформлен в бело-золотых тонах в современном стиле, тогда как здание в Женеве было скорее историческим. Но от вида этого огромного отеля все равно захватывает дух. — Вау. Комната Питера даже слишком большая; у нее L-образная планировка, а внутри столько разных удобств, к которым Питер не привык — да и большую часть он даже не успеет опробовать за эту короткую поездку. Мистер Старк на этот раз не в смежной комнате, а напротив, через коридор — и это отлично. Так Питер явно услышит меньше, хотя то, что мисс Поттс встретит их в банкетном зале, в любом случае не должно волновать Питера до тошноты. Он привез с собой голубой костюм, который мистер Старк выбрал для него в Швейцарии. Он достает его первым, кладет на кровать и разглаживает ладонями мягкую ткань, которая немного помялась в дороге. Ему интересно, думал ли мистер Старк, как эта ткань будет скользить по коже Питера, когда платил за него? Нравится ли мистеру Старку голубой или ему все равно, какого цвета одежда на Питере? Скорее всего, второе. — Мистер Паркер? Кто-то стучит в дверь. Питер открывает дверь не сразу — он понимает, что следующее покушение вряд ли заставит себя долго ждать. Но его товарищи по команде рядом, а метатели паутины исправны — ему ничто не угрожает. За дверью стоит сотрудница отеля; она держит большую плоскую прямоугольную коробку. — Здравствуйте. — Добрый вечер, мистер Паркер, — она улыбается и протягивает коробку ему. — Передали для вас. Питер настороженно отступает на полшага назад. — Кто? — Мы получили ее сегодня утром. Это «Дольче и Габбана», — она показывает логотип на коробке. — Предполагалось, что я оставлю это в вашем номере, но служба безопасности ужесточила правила по просьбе мистера Старка... в любом случае, возьмите. Несколько растерянно Питер все-таки забирает коробку, но открывает ее только, когда Карен тщательно сканирует наполнение и сообщает, что это безопасно. Это еще один костюм. На этот раз серый, с полуночно-голубым шелковым галстуком и белоснежной рубашкой. Там же лежит записка. «Надень меня — ТС»

*

— Мистер Паркер, большая честь познакомиться с вами. Питер смущенно пожимает руку женщине из Конгресса: — Э-э, спасибо. Я тоже рад. — Мы собрались ради благого дела, верно? Многие пострадали от вторжения Читаури, и я уверена, некоторые до сих пор не оправились. Питер вспоминает мистера Тумса, и не может не согласиться. Мистер Старк внес нужную сумму еще в начале вечера, так что сейчас план по пожертвованиям даже перевыполнен; Питеру интересно, что бы обо всем этом подумал Стервятник. Наверняка взял бы деньги, он же практичный парень. — Так что же, не думаете об интервью? Я слышала, что Эллен даже продвигала хэштег, чтобы заманить вас на свое шоу, — усмехается она. — Такая загадочная фигура; чего только стоят одни редкие твиты и философские фотографии… моя дочь без ума. Ей одиннадцать, но все же. Она и ее одноклассники просто обожают вас. Питер нервно смеется и оглядывается в поисках выхода. Он растерял всех членов команды среди гостей практически в самом начале, а сам застрял на краю банкетного зала; он отошел к стене, потому что от акустики здесь у него разболелась голова, а сильные запахи еды со шлейфом из алкоголя и духов только усугубили его состояние. — Э-э, нет, обычно мы слишком заняты. — О, конечно, конечно… — Питер, вот ты где! Питер поворачивается и видит, что к нему направляется не кто иная, как Пеппер Поттс; она уверенно улыбается. Она выглядит потрясающе: волосы уложены волнами и свободно струятся по плечам, а красное платье дополняет элегантный образ. — Тони и Сэм спрашивали, где ты. Извините нас… — она обнимает Питера за плечи и поясняет. — Что-то произошло. Похоже, что-то уровня Мстителей. Больше сказать не могу — информация засекречена. — До свидания! — прощается Питер и следует за ней обратно в толпу гостей, где, он уверен, ни мистер Старк, ни Сэм на самом деле и не теряли его. Вскоре он находит глазами Сэма и Стива, но они, кажется, и без него заняты, и, в любом случае, Пеппер ведет его дальше. Парни разговаривают с блондинкой рядом с одним из столиков; на ней черный костюм, и паучье чутье слегка покалывает, подсказывая, что она вооружена. Ее поза типична для агентов Щ.И.Т., Питер много раз видел подобное на базе. — Ты бы застрял с ней на несколько часов, поверь мне, — едва слышно говорит Пеппер, улыбаясь людям, которых они минуют; она вежливо качает головой, когда официант предлагает ей шампанское. Хотел бы Питер, чтобы она не была такой милой: — Спасибо. — Рада помочь, — подмигивает она. — Но чем дольше мы откладываем интервью, тем сильнее твоя персона будоражит людей. И хотя мне жаль, что кто-то назначил за тебя награду, общественное участие имеет значение, и весомое. Масса новоиспеченных фанатов сочувствует тебе после той фотографии, где ты у Стива на руках. — Вот как, — он не уверен, что чувствует по этому поводу. — Я знаю, это довольно странно, верно? — она морщит нос, показывая так, что понимает. Они проходят мимо Наташи и Баки, которые общаются с группой членов правительства и секретных агентов при исполнении, но Пеппер не останавливается, а Питер вежливо следует за ней. — Но все так и работает, к сожалению. Они выходят к центру зала, где под тяжелой люстрой множество людей окружает до боли знакомый голос. — Эй, Тони, — зовет Пеппер, и разговоры вокруг резко стихают. Публика расступается и обнаруживает мистера Старка: — Пеп… Питер, — он напряженно улыбается. Он опускает взгляд на костюм Питера, а затем отводит его в сторону. — Это же парочка моих любимых людей. Первое, о чем Питер думает — мистер Старк целовал их обоих, но только двое здесь об этом знают. — Филлипс из Конгресса пыталась заполучить эксклюзивное интервью с нашим юным дарованием, — говорит Пеппер. — Пришлось его выручать. И внезапно аудитория, которую собрал вокруг себя мистер Старк, смыкается за спинами Питера и Пеппер — и они тоже оказываются в центре внимания. Питеру это не нравится. — Питер слишком занят спасением жизней для того, чтобы болтать с дамами из «Вью», — говорит мистер Старк; он делает шаг к Питеру и похлопывает его по плечу. Питер не прижимается к нему, он побаивается доверять своему телу — в животе что-то екает как при свободном падении. — При желании она может посмотреть его пресс-конференцию еще раз. Публика вокруг посмеивается. — Я понимаю ее, — говорит пожилой мужчина. — Всех интересует, сколько вам лет. Откровенно говоря, я задавался подобными вопросами, пока мой внук не показал мне те видео, на которых вы творите невероятные вещи. Пеппер наклоняется, чтобы прошептать что-то на ухо мистеру Старку: — Помнишь, как три года назад ты настоял на пресс-конференции для него? Это бы плохо закончилось. Питер хмурится: — Для чего вы собирали журналистов? Мистер Старк замирает, лицо Пеппер выражает недоумение. Ее глаза расширяются: — Ох, твой слух! Вау, это впечатляет, — она улыбается. — Когда ты отказался, помнишь? — Питер улавливает нотки грусти в ее улыбке, когда Пеппер манит его к себе, чтобы следующие слова остались между ними. — Но Тони решился на кое-что другое. И вдруг Питер понимает. Он видел запись помолвки — казалось, они выбрали странное время, но Питер никогда по-настоящему не задавался вопросом, почему мистер Старк и мисс Поттс обручились в тот же день, сразу после того, как он впервые побывал на базе Мстителей. Это была крупная пресс-конференция, и предложение казалось искренним. — Так журналисты были? Это был тест, да? Там ведь… нет никого? Да, ты прошел. — Так вы все-таки… — Слишком много людей вокруг. Сейчас не время... — Понятно, мне нужно… меня ждут кое-где еще. Точно, директор Фьюри дал мне задание, поэтому я… пойду. Он поворачивается и уходит; возможно, все эмоции с легкостью читаются по его лицу. — Питер? — окликает его Пеппер. — Питер. Он продолжает идти, пробирается через гостей и столы, наклоняется, изгибается и старательно не заостряет на себе внимание. — Питер. С последним мистер Старк, который зовет его по имени, явно не помогает. — Питер, подожди, — он слышит его шаги позади и ускоряется. Ванда замечает его и было направляется в его сторону, но Питер натянуто ей улыбается и покачивает головой. — Питер, подожди… В итоге он тормозит возле высоких двустворчатых дверей, на выходе из зала, потому что не хочет устраивать сцену на глазах у всех этих людей, слишком многие из которых следят за каждым шагом мистера Старка; к сожалению, он и сам из их числа. Здесь хотя бы рядом никого нет, а зрители стоят слишком далеко, чтобы слышать разговор. — Я… — он злится. Он раскраснелся и тяжело дышит, и он чувствует себя обманутым. Как минимум, он точно зол и задет. — Почему вы не сказали мне? Мистер Старк становится перед ним. — Я сожалею. Это было… удобно, — он невесело усмехается. — Ты застал нас всех врасплох. — И вы решили предложить ей?… — ком в горле не дает закончить. Он злится. Он должен помнить об этом. — Вы могли сказать мне. После, вы могли… — Я знаю, — взгляд мистера Старка опускается вниз, к галстуку, затянутому на шее Питера. Он справился с узлом сам, никто не помогал ему, и, судя по всему, мистер Старк доволен результатом. — Наверное, я хотел, чтобы ты решил, что все так и задумывалось, хотя мог… — глаза скользят ниже, проходятся по лацканам пиджака, который следом сужается на поясе Питера, — просто признать… — а примерно здесь галстук заканчивается, — что просчитал не все варианты… — Сэр, — с нажимом говорит Питер. Мистер Старк снова смотрит ему в лицо, но теперь его челюсти плотно сжаты. — Я же просил тебя не называть меня так. — Извините, — приступ обиды и негодования стихает, чего не скажешь о заливающем румянце. И о мучительно частых вдохах. Мистер Старк будто приходит в себя: — Нет, это я… на этот раз я облажался по полной. Я думал только о себе, — он потирает затылок. — Ты прав, я должен был сказать тебе, когда ты стал частью команды. Или даже раньше, когда мы зависали с добрым дядей-доктором в космосе. Должно быть, я мог сказать тебе еще тогда. Хотя, признаться, и без этого дел хватало. — Твой выбор и правда поразил меня, Питер. — Спасибо, — ну да. Краска на коже полыхает все ярче. — Но было бы лучше, расскажи вы мне раньше, мистер Старк. Я думал, что… когда вы наговорили ту кучу комплиментов еще на первой конференции, которая разошлась по сети и подтолкнула меня к откровению о личности Человека-Паука… Я сомневался, правда ли то, что вы сказали. Я имею в виду, раз тогда вы только проверяли меня, то как я мог поверить, что вы… хотите меня. Чтобы я был в команде сейчас. Какое-то время мистер Старк молчит с мрачным видом. — Я не знаю, как выразить то, что я хочу тебя сейчас, чтобы ты был в команде, еще яснее. У Питера краснеют кончики ушей. — Если я могу сделать что-то еще, просто скажи. Питер качает головой: — Нет, я понял. — Точно? Вообще я думал, что изъясняюсь довольно однозначно. Мне прилагать больше усилий? — Это… — о, он хочет попросить об этом, но мука усилится — и только. — Вы не обязаны. Не стоит. Мистер Старк вглядывается в его лицо: — Как пожелаешь, — он прочищает горло. — В любом случае, если это поможет, то я скрыл от тебя правду еще и потому, что не хотел признавать, что не планировал обручаться с Пеппер. Питер фыркает: — Хорошо, — он пытается понять, осталось ли что-то от обиды или негодования, но эти чувства исчезли, и даже слишком быстро. — Все… в порядке, мистер Старк. Правда. Мистер Старк явно подбирает следующие слова: — Я не думаю, что сделал достаточно. Питер пожимает плечами: — И все же, — он легко улыбается и делает шаг к выходу. — Ты куда? Питер указывает на главный вестибюль: — О, мне пора спать. — Не слишком рано? — Нет. Устал, — это правда. — Надо отдохнуть перед завтрашним патрулем. Мистер Старк с пониманием кивает: — Сладких снов. Питеру интересно, представляет ли он, насколько слаще Питеру спалось бы, будь он рядом с ним.

*

В полночь кто-то стучится в его номер. Питер сползает со своей огромной кровати и привычно активирует метатели паутины, гадая, чем все обернется. Сердце пропускает удар при мысли, что это мистер Старк; вполне ожидаемо, что он заметно расстраивается, когда открывает дверь. — Здравствуйте, мистер Паркер, — это та сотрудница, что днем принесла ему костюм.— Еще кое-что для вас. Питер хмурится: — Что? Она передает ему маленькую квадратную коробку. Она со значением поднимает брови: — На этот раз «Ролекс», — да она в восторге. — Кто-то счастлив быть с вами. Питер не поправляет ее, он слишком занят, пока настороженно вскрывает коробку. Дверь как раз закрывается, когда он достает роскошные филигранные серебряные часы «Ролекс» с красно-синим циферблатом, и — вполне вероятно, что это они — отсеками для наночастиц. Вероятно, они собираются в некую вариацию костюма Человека-Паука. — Черт возьми, — шепчет он. В записке на этот раз лаконичное: «От ТС». Питер снова открывает дверь и выходит в коридор прямо в бело-розовой футболке с Бритни и пижамных шортах, босиком. Сотрудница отеля ушла, и сейчас здесь никого нет. Смежный номер справа заняли Ванда и Вижен, а слева — Сэм. Сейчас все тихо. Дверь мистера Старка прямо напротив него. Он решительно подходит к ней и стучит. Здесь нет ровного голоса Пятницы, которая подсказала бы, что и как там на самом деле, поэтому Питер просто ждет; это длится достаточно долго, и в конце концов он решает, что лучше совсем не застать мистера Старка, чем увидеть его в компании кого-то… но когда дверь все-таки открывается, за ней стоит мистер Старк, и он явно один. — Питер. Не похоже, что он вообще ложился. На нем все еще костюм с мероприятия, но уже без галстука; ворот рубашки расстегнут. Он выглядит невероятно, к несчастью для Питера. — Ты в порядке? Питер показывает ролексы. Мистер Старк моргает: — Что не так? — Я… это… слишком. Лифт в дальнем конце коридора со звоном прибывает на этаж. Реакция мгновенная: мистер Старк отступает и вовлекает Питера в номер, втягивая его за запястье, а Питер толкает пяткой дверь и хлопается о нее спиной, плотно закрывая. Какое-то время они молчат, пока мистер Старк сжимает запястье Питера и тяжело дышит. Его комната и здесь такая же, как у Питера — словно отражение в зеркале; его окна выходят на Монумент Вашингтону — вид захватывающий. Странно, но сейчас, когда Питер прижимается к двери и замирает от близости мистера Старка, он чувствует, будто снова пролетает над вертолетом без гарантий, что переживет этот прыжок. Он смотрит снизу вверх на мистера Старка, чьи черты подсвечивает голубоватый лунный свет. Кажется, Питер даже замечает слабый свет генератора наночастиц под его белой рубашкой. — Так о чем ты хотел поговорить? — тихо спрашивает мистер Старк. Возможно, он забыл, что запястье Питера все еще в его руке. — О часах, — голос Питера тоже тихий. Подушечки пальцев мистера Старка шероховатые, и это логично, потому что тот никогда не думает об осторожности, если дело касается его работы или его самого. Может быть, если бы Питер больше думал о беспечности мистера Старка, а не о восхитительном давлении мозолистых пальцев на своей тонкой коже, он бы так не смущался. — Что с ними? — Вы прислали мне часы. — Да. Они стоят достаточно близко, Питер может податься вперед и потереться щекой о бороду мистера Старка — или, черт возьми, просто поцеловать его. Он не делает этого, это плохая идея, но он может. — Тебе они не нравятся? — Нравятся, — быстро заверяет Питер. — Я в восторге, правда, но… — слова не ложатся. — Только у меня в команде есть такие часы, верно? Мистер Старк замирает. — Мистер Старк? Он крепче сжимает руку на запястье Питера: — Можешь просто выбросить их, это не важно, малыш. — А вы подарите мне еще? — Да, — он даже не думает. — Все, что угодно, для тебя. Питер судорожно выдыхает. Он хочет попросить, чтобы мистер Старк усилил хватку, но это все еще неправильно. — Персонал отеля думает, что вы дарите мне дорогие вещи как плату. — Плату за что? Питер видит потемневшие глаза мистера Старка. И не отвечает. Долгое время спустя мистер Старк спрашивает: — Ты когда-нибудь будешь называть меня Тони? Теперь замирает Питер. Он практически перестает дышать. Мистер Старк медленно отпускает его запястье, но Питер не в состоянии ответить, он не может дышать и — тем более — не может говорить, а когда мистер Старк поднимает руку и осторожно перебирает его волосы, он также перестает думать. Теперь он только чувствует: жар и смятение, успокаивающие касания — и ничего кроме. — Все в порядке. Это не обязательно. Ролексы звонко падают на пол. Гравитация Питера больше не держит, он практически парит в невесомости.