Спасибо за порнографию

      На следующее утро Энтони не то чтобы проснулся с трудом. Он вообще не хотел никуда выходить, даже из постели. Отвратительное чувство, когда воротит от абсолютно любого занятия и немного от собственного существования. Он не понимал, с каких пор все стало так плохо. Ведь ничего действительно ужасного в его жизни не произошло. С каких пор в его голове не появляется даже малейшего желания сделать что-то стоящее? Однако последние крупицы рациональности заставили его минут через 30 таких терзаний все-таки подняться с кровати и отправиться на работу. Он ненавидел Габриэля в данный момент, но дело было сделано. — Кроули? Сегодня разве не Габриэль? — удивленно приподняла бровь Мишель. Она была тут… да черт её знает, кем она тут была, Кроули так и не разобрался. Но было точно понятно одно — она тут рулила, и съемочной группой, и актерами. — Да, он попросил подменить его, я думал он предупредил. — Нет, но и черт с ним. Ты все равно работаешь лучше, а сегодня это очень пригодится. У нас новенький. — Вот как? — Кроули видел, что актеры постоянно меняются, но все они работали в этой сфере уже не первый месяц и знали, что делают. А вот только пришедших в бизнес он не встречал пока ни разу. — Да, не поверишь, учился тогда с нами на потоке. Тихоня такой. Ребята встретили его случайно, слово за слово, рассказали, чем мы теперь занимаемся, что тут много наших. Он заинтересовался. Они и ляпни тогда в шутку, мол, приходи подзаработать. А он взял и согласился. Вот уж чего не ожидали. Мне всегда казалось, что он странный немного, не от мира сего. До сих пор не понимаю, то ли он не понял, что именно ему предложили, хотя каким идиотом надо быть, чтобы не понять, что тут надо будет делать… То ли в тихом омуте… — Всякое бывает, — и Энтони с грустью задумался, что тоже когда-то вот так согласился. Нет, не сниматься конечно, но это слабо утешало. — На той неделе пробовали снимать его в классической сцене, одна девушка, без жести. А он так растерялся, что у него даже не встал. В итоге простой площадки, пока искали замену… в общем, шеф был недоволен. А потом глянул его фотки и поставил на сегодняшнюю съемку. Сейчас сам его увидишь, поймешь. — А что в нем такого? — Сущий ангел, идеальный пассив, — рот Мишель растянулся в какой-то нездоровой улыбке. — Ладно, тебе пора. Постарайся убирать из кадра его косяки, а они будут, это точно.       Энтони было даже немного жаль этого беднягу, хоть он так и не смог вспомнить его со времен учебы. Но мало ли какие причины его сюда привели. Он занимался подготовкой оборудования к съемке, когда актеров запустили на площадку. До Энтони донеслись их разговоры. — Эй, новенький, подготовил себя? — Я? — несколько смущенно отозвался слегка кудрявый блондин с молочного цвета кожей. — Ну не я же. Я этого делать точно не буду, поэтому дружеский совет, займись этим заранее, если не хочешь потом терпеть, орудие у меня что надо, — и партнер по съемкам подкинул ему смазку. — И очень надеюсь, что будет не как на той неделе, — подмигнул ему вдогонку. — Ох, да, я постараюсь. А где?.. — Да здесь же прям. Только не запачкай. — А Вы всегда… ну, с мужчинами? — Я трахаю всё, что красиво и движется, дорогой, — улыбнулся напарник. Для этих съемок было не особенно много реквизита, только огромная кровать с полупрозрачным балдахином, застеленная белыми шелковыми простынями. Парню пришлось прилечь на нее и слегка дрожащими руками открыть баночку. — Кроули, ты готов уже? Сними это на всякий случай, вдруг пригодится потом как вставка, — послышалось со стороны второго актера.       Энтони откликнулся и перевел взгляд на новенького. Их глаза встретились, и Энтони смутно припомнил эти черты лица со времен университета. Сейчас он понимал, что тот действительно похож на ангелочка, смущенно зардевшийся, с голубыми глазами и почти белыми волосами, идеально сложенный, с небольшими округлостями во всех необходимых местах. Становилось понятно, о чем говорила Мишель, он был божественно красив вот такой, обнаженный и растерянный. Его хотелось запечатлеть на фотографии, перенести на картину. Кроули улыбнулся своим мыслям, ангел увидел это и неловко улыбнулся в ответ. Затем они оба вспомнили зачем они здесь, и Кроули начал снимать.       Ангел нанес медленно стекающую и сверкающую в свете софитов смазку на указательный и средний пальцы руки и осторожно опустил руку к промежности. Бедра пришлось приподнять, а ноги раздвинуть шире для лучшего обзора. Средний палец сделал несколько легких круговых движений вокруг кольца мышц, а затем плавно скользнул внутрь до середины второй фаланги. Свободная рука отчаянно сжала белую простынь, а член налился кровью, слегка подрагивая. Он не спеша вводил и выводил палец, через минуту добавив к нему второй, а затем и третий. Глаза его были блаженно закрыты. — Ох, говорил же, надо это заснять, — восхищенно сказал его напарник. — Ну думаю, теперь ты готов, начали. Во время прелюдии ангел скорее принимал ласки, так нежно выгибаясь и подрагивая всем телом. — Буду брать тебя сзади, — шепнул на ухо напарник и поставил его на колени, прогнув в пояснице. Его член уже был готов, размер действительно был что надо. Он приставил головку ко входу, надавив, и несколько раз зашел на пробу только одной головкой. Затем, выдержав небольшую паузу, всадил его на всю длину. Движения только поначалу показались заботливыми и неторопливыми, уже через несколько мгновений он вбивался в него со всей силой, до боли сжимая бедра ангела и оставляя красные метки на коже. Иногда им приходилось останавливаться для смены ракурса, и тогда сильная пульсация еще сильнее ощущалась на погруженном до самого основания члене. Волосы ангела взмокли и растрепались, губы болезненно сжимались.       Для финальной сцены было необходимо заснять момент оргазма крупным планом, поэтому Энтони как оператору нужно было пристроиться с переносной камерой под актерами. Сначала он пробовал снимать сбоку, но получалось не совсем то. Кадры рабочие конечно, но нужно было что-то другое. Мишель скомандовала снимать спереди, и была права, такое лицо нужно было снимать крупным планом. Энтони навел камеру, снимал около минуты все проявления возбуждения на лице ангела, а затем перевел её ниже, между рук новичка, наблюдая на цифровом экране за тем, как истекает смазкой член ангела, кажется уже готовый к оргазму. Глаза ангела были широко раскрыты и неотрывно смотрели на Энтони, их лица оказались так близко в этот момент, что Энтони, ненадолго отвлекшись от экрана, проследил блестящую каплю пота, скатившуюся по его виску, а затем перевел взгляд на полураскрытые влажные губы. В этот момент ангел излился с громким стоном, рефлекторно прикрывая глаза, но заставляя себя открывать их вновь и вновь. Даже опираясь на все четыре конечности, он с трудом держался, оргазм был настоящим, сильным и красочным.       Кадры получились прекрасными, переснимать ничего не требовалось. Просматривая записи, Кроули ловил себя на том, что что-то во всей этой картине было не так. Ангел не вписывался, казалось, его там просто не должно было быть. Энтони испытал острейший когнитивный диссонанс от происходящего. Но впереди были выходные, а значит время привести себя в порядок, и от этого тоже.

***

      Вечером, открыв дверь уютной квартирки в районе Сохо, новоиспеченный актер порноиндустрии Эзра Фелл бросил ключи в керамическую миску у входа, закрыл дверь, медленно прошел в центр комнаты и бессильно рухнул коленями на ковёр. Квартиру сотрясли абсолютно нечеловеческие рыдания, и хорошо еще, что большую часть звука смогли в этот вечер поглотить книги, во множестве расставленные на стеллажах вдоль каждой стены.