-You are bitch, - maybe but not yours.

      — Ого, подготовка идёт ничё такая, — охает Хосок, стоит всей компашке переступить порог подготовительного зала.       Полным-полно работников снуют туда сюда, нося в руках самые разные вещи: от цветов в горшке, до подносов с тарелками. Длинный широкий стол на несколько десятков людей стоит посередине, а вокруг все белого и темно-синего цвета. Очень красиво. Некоторые родственники, что уже приехали, смотрят на все это с улыбкой и таким же восторгом, особенно, на папу Юнги и Тэхёна, у которого, кажется, рот не закрывается. Омега успевает замечать что происходит спереди и сзади него, как криво поставили горшок с белыми розами слева и как неуместно висит картина справа. Отец на это хихикает и думает только, когда уже приедут виновники этого цирка.       — Отец, — шум и гам вокруг прорезает довольный возглас и все на него оборачиваются. Тэхён со всех ног бежит на старшего альфу и прыгает, хватаясь за мужчину, как коала за дерево. У его отца всегда была стройная фигура, он мускулистый, высокий и довольно сильный, а ещё у него очень хорошо развит рефлекс из-за не сидевшего на месте Тэхёна в детстве, поэтому он с лёгкостью ловит своего сына и держит за талию. — Я так соскучился, — Ким обнимает своего самого любимого альфу на свете и улыбается. Хотя ему безумно хочется поплакаться отцу, ведь тот всегда поддержит.       — Тэхён-а, ты поднабрал чутка. Совсем Юнги за тобой не смотрит, — весело усмехается отец, отпуская младшего на землю, но тот не перестаёт обнимать Джинёна.       — Эй, это все что ты хочешь сказать своему сыну? Ну спасибо, — хмурится Тэ и отстраняется.       — Отец, я так рад тебя видеть, — Юнги тут же подбегает к старшему и обнимает его. Они довольно долго не виделись и сильно скучали друг по другу.       — Привет, Юнги, а ты все-таки похорошел, — Джинён хмыкает и треплет младшего сына по голове, а тот, сложив руки на груди, хмурится.       — Чимин-а, — Тэиль тут же набрасывается на перепуганного омегу и жмёт в родных объятиях. — Ты ж моя зайка, как я скучал.       — Здравствуйте, папа, я очень рад Вас видеть, — Чимин обнимает его в ответ, но смотрит на все вокруг большими глазами.       — Малыш, тебе не нравится? — омега тут же меняться в лице и проникновенно смотрит в глаза младшего, держа за плечи. — Мало цветов? Может, не такие тарелки? Или недостаточно светло? Мы все исправим, пока ещё не поздно, говори.       — Нет, папа, просто… Это все настолько дорого. Мне даже страшно коснуться чего-то, — смущённо отвечает Пак и смотрит на приближающегося отца Юнги, который, как всегда, неизменно улыбается и заключает молодого парня в свои объятия.       — Привет, Чимин-а.       — Здравству…       — Ты о чём, Чими? Разве Юнги не дарит тебе вещей в три раза дороже? — Тэиль изумлённо уставился на блондина, который сжался от таких слов и покраснел. Конечно, Юнги ему сто раз втирал дорогущие подарки, но Чимин не из тех омег, которые все это будут носить, поэтому он прямо говорил Мину, чтобы лучше покупал что-то на кухню, ведь Пак любит готовить, а ничего кроме этого не может быть лучшим подарком для повара. Но альфа умудрялся покупать своей омеге дорогую одежду и, особенно часто, задаривал его эксклюзивным, красивым и безумно сексуальным бельём.       — Папа, ты прекрасно знаешь, что Чимин не любит дорогих подарков, — обнимая омегу из-за спины, проговорил Юнги.       — Юни, ты ж мой красавчик, я так скучал по тебе, — Тэиль тут же развернулся и обнял альфу, целуя в щёки.       — И все же, объединение семьи — одно из самых прекрасных событий, — с улыбкой проговорил Джин, обнимая Нама за талию и наблюдая такую картину.       — Согласен, — кивает головой Джун и зарывается носом в волосы омеги, целуя в макушку.       — Пойдёмте поприветствуем, а то я очень сильно устал, — сказал Хосок и первым побежал к родителям Тэхёна и Юнги.       — Мне кажется или родители Чимина заблудились? Где они? — Чонгук тут же начал осматриваться, но альфа и омега уже шли позади них в сопровождении какой-то девушки. Она указала им на зал и скрылась за дверьми.       — Ох, мистер Пак, мы думали, что потеряли Вас, — Нам тут же выдохнул, увидев старших. — Думаю, Вам стоит подойти к Кимам. Они уже вовсю знакомятся с Хосоком, — Чонгук посмотрел на эту компашку и немного выпал. Его брат любезно обнимал папу Тэхёна и улыбался ему самой лучшей улыбкой. А Юнги помахал им всем, чтобы присоединялись.       В общем, знакомство прошло на ура. Остальные родственники тоже уже собрались и к церемонии, все были на месте. И вот Юнги сидит в одной комнате с друзьями альфами, Чимин в другой с Тэхёном и Джином. Гости сидят в закрытом помещении, в ожидании молодых и празднования, а родители все больше и больше волнуются, держась за руки. Людей немного, нет никаких папарацци, надоедающих журналюг и жёлтой прессы. Никто из мира богатых не знает об этом, пока что. Завтра же о том, что Мин Юнги женился на простолюдине Пак Чимине, узнает полмира. Все таки компания мистера Кима, а соответственно, его сына тоже, довольно популярна, что в Европе, что в Азии, и они даже планируют строится в Америке, но это только в планах.       — Чимин-а, ты что совсем не переживаешь? Как так можно? Даже я больше переживаю. Боже, с кем же я теперь буду? Ни брата, ни друга лучшего. Ну что мне делать? Джин, ты не видел мои сигареты? Как же я боюсь, — Тэхён носится по всей комнате, ероша волосы и растирая лицо. Визажист и парикмахер, которые сейчас делали завершающие штрихи в образе Чима лишь вздыхали, ведь трудились над непослушным ребёнком почти час.       — ТэТэ, успокойся. Присядь и не порть настроение Чиму. Сигареты тебе нельзя, ведь если Юнги учует запах мяты от тебя, он остановит церемонию, чтобы накричать на тебя, — Ким подошёл к другу и усадил его на пуфик, все ещё держа за плечи.       — Насчёт Юнги это точно, так что лучше просто успокоиться, — Чим ободряюще улыбнулся и вернулся к залипанию в телефон. Скорее всего пишет Мину с такой довольной моськой.       — Ты какой-то неправильный, все молодые омеги переживают за свадьбу, а ты? — Тэхён уставился на друга с полным непониманием на лице.       — Переживают те, кто сомневается, а я нет. Я уверен, что никогда не брошу своего альфу, и, надеюсь, он меня тоже, — со вселенской успокоенностью проговорил блондин, отрываясь от телефона. Он осмотрел себя в зеркало в последний раз и обернулся к друзьям с улыбкой на лице. — Я красивый?       — ЧимЧим, ты лучший жених, которого я видел! — Джин всплеснул в ладоши, когда обернулся на него.       — Мой любимый Пак Чимин, ты самый лучший омега для моего хёна и я верю, что вы будете лучшими родителями для своих деток, — Тэхён поднялся и всплакнул, омеги тут же его обняли. — Я тоже хочу как вы. Один вон, замуж выходит, второй с пузом, а я…? Как один был, так и буду.       — ТэТэ, нашёл о чём грустить. Ты присмотрись сам-знаешь-к-кому и тогда тебе судьба тоже улыбнётся, — Пак подмигнул ему, а Ким громко хмыкнул.       — Это вы о ком? Почему я не в курсах? — Сокджин опёрся руками о бока и посмотрел своим убивающим взглядом на друзей. Чимин тут же открыл рот, чтобы начать рассказывать, но Тэхён вскрикнул:       — Разве тебе не пора идти становиться Мином? Давай, трогай, — омега подтолкнул друга к двери и тот остановился.       — Я боюсь, — прошептал парень, а Ким зарычал.       — Ты издеваешься? Чимин, иди, пока я тебя не украл у своего брата, — Пак на это улыбается, но его выталкивают за дверь, не дав возможности что-то сказать.

***

      За окном ночь. Практически все уже разошлись по своим номерам в отеле, чтобы отдохнуть, ведь натанцевались все не славу, да и напились тоже, что там говорить. Молодые вот вообще уже покинули гостей, чтобы побыть наконец-то наедине, ведь это их праздник. Именно поэтому, друзья попросили подготовить их комнату: украсить лепестками роз, накрыть романтический стол, а ещё, на крыше, где есть бассейн и джакузи, так же попросили приготовить все для них двоих, предварительно сняв всю крышу. Наверное, ребята будут очень благодарны за этот подарок, ведь это очень круто и атмосферно.       Некоторые родственники подходят к родителям, что сидели вначале стола, ближе к уже пустующим местам молодожёнов и прощаются, потому что уходят к себе, некоторые желают спокойной ночи, а некоторые просто поздравляют ещё раз. А те всем отвечают и снова тянутся к лёгким коктейлям. Папы молодых сдружились сразу, с первых слов, а вот альфы долго присматривались друг к другу, но сейчас обнимаются за плечи и пьют, поздравляя себя самих. Да, они уже прилично подвыпившие, но это ведь свадьба их дорогих деток.       — Всё-таки свадьба была крутой, — говорит так же не слишком трезвый Хосок и тянется к стакану. — Наверное, стоит выпить за их будущих деток. Да, это именно то, за что я хочу выпить, — альфа высоко поднимает свой бокал и все улыбаются, повторяя движение за ним.       — Надеюсь, мы так же быстро гульнём на вашей свадьбе, — подаёт голос Тэхён, который за сегодня столько пустил слёз радости, как никогда.       — Я тоже на это надеюсь, — отвечает Намджун и смотрит на почти уснувшего на его плече Джина.       — Так говоришь, будто я тебе отказал, — бурчит сквозь сон омега.       — Хосок, может пора в кроватку? Я не собираюсь тебя тащить, — Чонгук смотрит на засыпающего на ходу брата, который уже опустил голову. Чон его немного тормошит и тот сразу начинает махать головой. Ну понятное дело, что старший не успокоится, пока не выпьет весь алкоголь.       — Да ладно, пусть сидит, тебе жалко, что ли? — отвечает насмешливо Нам и пьёт свой сок. Он поддерживает своего омегу и не пьёт вместе с ним. А Чонгук и Тэхён пили совсем немного, в начале торжества, поэтому сейчас чувствуют усталость только от танцев.       — Тащить его будешь ты, решено, — предупреждает Чон и выпивает немного лёгкого коктейля.       — Тэхён-а, все же я не могу понять, — Джин вдруг срывается в плеча своего альфы и смотрит прямо на Кима сонным взглядом. — Кто тогда так поступил с тобой? Что это значило? У тебя какие-то враги?       — Джин, не обращай внимания. Это просто привет из прошлого. Я не хочу об этом рассказывать, а то испорчу вам всем настроение, — отвечает омега, когда все зырят на него. Но как сильно бы он не хотел быть близок со своими друзьями, лучше таких подробностей им не знать, ведь могут не так понять, а то ли вообще, засудить.       — Ладно, прости, что напомнил. Давайте лучше о хорошем, надеюсь, Минам понравится наш подарок, — Ким уже будто проснулся и в нетерпении потёр ладошки. Но вдруг он перестал улыбаться, когда увидел на столе вкусный салатик, который не успел ещё попробовать сегодня, поэтому потянулся к желанной тарелке.       — Ты не лопнешь, Джин-а? — хихикнул Тэхён, смотря на зверское поедание салата. От такого аппетита старшего ему самому захотелось покушать.       — Я посмотрю на тебя, когда будешь беременный, — не отрываясь от закуски, ответил омега. Ким лишь хихикнул на это заявление, но в душе он уже бился об стенку головой от того, как обидно ему было. Как же хорошо, что он умеет скрывать свои настоящие эмоции за большой и твёрдой стеной. Вот только эта стена слабеет с каждым днём все больше.       — Ладно, ребят, давайте расходиться, уже начало пяти, спать хочется ужасно, — Чонгук в поддержку своих слов зевнул и все кивнули, поднимаясь со своих мест.

***

      Тэхён вертится на кровати, весь в поту и красный от своих же криков. Постель скомкана и безумно неприятна к телу. Тэхён поднимается на ватных ногах и идёт в ванную, принимая пятиминутный душ прохладной воды, чтобы остыть и привести мысли в порядок. На душе ужасно тяжело и омега понимает, что уже совсем не уснёт. Он дремал только сорок минут, но ощущение, что он побывал в самом глубоком сне в своей жизни. Шатен садится на краю кровати, одетый в спортивные штаны и кофту, которые закинул в рюкзак помимо костюма и пижамы. Сейчас у него появилось острое желание прогуляться ночью или напиться, но вовремя вспоминает о страшном человеке, который преследует его и успокаивается. Тэхён просто встаёт и идёт в соседний номер, потому что тишина давит на него и становится противно от своего же существование.       — Тэ? — на пороге стоит заспанный альфа и потирает глаз. Он стоит босиком, только в шортах с голым торсом и излучает сильнейший аромат кофе. Ким вздыхает и заходит в комнату, совсем не забоясь о том, что потревожил чужой сон. Тэхён ложится на кровать, лицом к окну и невольно пускает слезу.       — Тебе плохо? — Чон ложится сзади и кладёт руку на талию, прижимая омегу к себе. Тот молчит, но Чонгук зарывается носом в волосы, чувствует в запахе сладкой вишни горькие нотки и невесомо целует. — Знаю, что плохо… Расскажи мне. Я обещаю, что станет легче.       — Я не могу, Чонгук, мне так больно, — шепчет шатен и скручивается в клубочек, начиная сильнее пускать слёзы.       Ему кажется, что скоро от него ничего не останется. Все, чтобы он не делал, проносит только боль, как бы он не старался исправить свою жизнь, судьба то и делает, что подталкивает к пропасти с надписью «Прошлые ошибки». Он не может развернуться и уйти, потому что слишком слабый, слишком хрупкий и слишком одинокий. Омега устал бороться один. Это сложно. Просто не под силу. Тэхёну не нужно многого, просто человек, который сможет забрать с этой пропасти, оттолкнуть в последнюю минуту, чтобы спасти от неминуемого. Ему просто нужен любимый альфа…       — Тише, не плачь, Тэ… Я рядом, просто скажи мне, что тебя волнует, — Чон стискивает его в объятиях ещё сильнее и запускает руку под шею, чтобы полностью прижать к себе.       — Он преследует меня. Этот монстр хочет убить меня, за то что я убежал тогда… — Тэхён всхлипывает в последний раз и переводит дыхание, чтобы немного утихомирить свою истерику. — Ким Доён стал моим мужем только для выгоды его родителей и моих в бизнесе. Я не хотел этого, пытался избежать, но мои родители очень просили меня и я не мог отказать, слишком сильно люблю их. Мы поженились, но решили, что будем просто друзьями. Мы должны были играть любящую парочку на камеру и публику. Он никогда не доставал меня, как и я его. Мы были скорее просто друзьями и всем было хорошо. Но однажды… — Тэхён запнулся и снова пустил слезу, которая капнула на руку Чонгука и покатилась дальше. — Он пришёл пьяным и… — шатен остановился, а его голос стал будто не его. Таким глубоким и низким Ким ещё не разговаривал. — Он насиловал меня целую ночь… Ты говоришь, что некрасиво курить, другие говорят, чтобы я так не пил и не трахался с каждым встречным альфой, но Доён сломал меня морально настолько, что я даже не знаю, как я соберусь и попробую завести ребёнка с кем-то, — здесь его голос очень сильно надломился и он практически пропищал последние слова. Тэхён сильно зажмурится и прикусил губу, чтобы слёзы не хлынули с большей силой. — Только так я могу забыться или утолить свою боль. Да, это странно, что я не стал сторониться альф, а все ещё кидаюсь на них, как голодный монстр. У меня никогда не было нежного секса, не считая самого первого, всегда только дико, пошло и больно… Но с тобой, мне было по-настоящему хорошо, — добавил Ким, хотя Чонгук уже не услышал.       — То есть, ты убежал от него сюда? В Сеул? — альфа напрягся, старался говорить спокойно. Неприятно узнавать такие подробности о жизни омеги, которые тебе, вроде как, сильно нравится. Тэхён и вправду хрупкий и нежный цветочек и Чонгук искренне не понимает, как можно было так вести себя с ним. Он же настолько жизнерадостный, весёлый и весь такой сексуальный, тот, кто не показывает свои эмоции, как он мог пережить такое издевательство? Чон просто должен пообещать себе защищать его от всех и всего, чтобы в дальнейшем Тэхён доверял только ему и носил обручальное кольцо на правой руке.       — Я убежал сам от себя. Были ещё причины, почему я переехал к Юнги, но я просто не мог остаться во Франции. Там просто все давило на меня, поэтому здесь мне стало лучше… на некоторое время, пока этот монстр не нашёл меня, — Ким помедлил несколько секунд и повернулся к альфе лицом, смотря прямо в глаза своими заплаканными. — Чонгук… Мне кажется, что скоро он перестанет прятаться и… — прошептал Тэ и по телу Чона прошлись мурашки размером с тараканов. Не думал он, что все настолько плохо.       — Тэхён, мы не дадим тебя в обиду. Я буду рядом. Все время. Завтра же, как только мы вернёмся, приставлю к твоему дому охранников и телохранителя. Он не может так просто тебя украсть и он не сделает этого, я обещаю, — Чонгук потряс омегу за плечо, а потом крепко обнял, целуя в лоб. — Поспи немного, ты совсем плохо выглядишь.       Наверное, в другом месте и в других обстоятельствах омега сказал бы, что просто физически не может выглядеть плохо, но сейчас, Тэхён покорно кивает и закрывает глаза, напоследок сильно вдохнув кофейный запах альфы. Он упёрся лбом в его грудь и крепко прижался, чтобы быстрее заснуть, зная, что находится в надёжных руках. Сейчас Киму как никогда нужна его поддержка.

***

      Как ни странно, сегодня омегу не мучали никакие кошмары и плохие сны, ему вообще ничего не снилось всю ночь, хотя если пару часов можно назвать ночью. Тэхён проснулся от пришедшего уведомление на его телефон от Юнги, в котором Мин просто:

Эй ты, ленивая жопка. Не знаю, где тебя носило в восемь утра, но в комнате тебя не было. Я узнал, что из отеля ты не выходил и в лифте камеры наблюдения тебя не засекли, так что я предположил (или, допустим, мне кто-то помог предположить), что ты у Чонгука. В общем, об этом мы поговорим ОБЯЗАТЕЛЬНО, когда я вернусь. И прости, что нормально не попрощались. Я буду звонить каждый день, так что веди себя хорошо, ибо я прекрасно понимаю, что у вас с Чоном там всякие интрижки и типа того, но в первую очередь он должен докладывать все мне (я ему пригрозил). Ну, вроде все сказал. Если что вспомню — напишу. Береги себя Тэхён-а…

      От такого сообщения настроение поднялось к небу и хотелось просто улыбаться, забыв о ночном кошмаре. Ким хмыкнул, смотря в телефон и по-доброму улыбнулся. Главное, чтобы его брату было хорошо с Чимином и они прекрасно отдохнули. Ведь эта парочка по настоящему заслуживают счастья рядом с любимым человеком.       Тэхён чувствует, как его ягодицу сжимают сильнее и становится немного больно, хоть и сквозь ткань плотных спортивок. Омега поворачивает голову и видит ухмыляющегося альфу, который бессовестно его лапает. Тэхён смотрит на него с немым вопросом: «Ну и какого чёрта?» в глазах и поворачивается полностью.       — Доброе утро, — первым подаёт голос Чонгук и тянется на кровати. — Надеюсь, ты выспался нормально, потому что я очень даже прекрасно поспал.       — Да, спасибо, что служишь моей подушкой для рыданий, — невесело хмыкает омега и ложится головой на обнажённую грудь старшего. Тэ вытягивает ладошку из-под тёплого покрывала и кладёт на живот Чона, начиная водить пальцами по торсу, вокруг которого набита совсем недавняя тату. Брюнет на это улыбается и целует его в макушку, задерживаясь на несколько секунд.       Они лежат так минут десять, думают о своём. Сейчас только двенадцать часов дня, а самолёт только в восемь вечера и что делать столько времени — они без понятия. Погода совсем испортилась. На дворе безумный холод, сильный ветер и, кажется, даже снег идёт, поэтому выходить сегодня куда-то Тэхён точно не намерен. Он бы вообще провалялся вот так целый день, не меняя позы. Но вдруг он приподнимается и перекидывает ногу через бедро Чонгука, садясь прямо на его пах. Омега чувствует немного вставший член, но это всего лишь утреннее возбуждение.       — Ты чего? — альфа, который решил немного подремать, открывает глаза и хмурится, когда ощущает, что Ким начинает творить дичь, но покорно укладывает руки на колена Кима. Но шатен снова молчит и удивляет ещё больше, когда просто ложится на старшего, щекой прислоняясь к оголённой груди. — Тэхён?       — Я просто люблю лежать на ком-то. Мне так удобно, — тихо говорит младший и снова начинает водить пальцем правой руки узоры на коже и задевает сосок.       — Как тогда, после нашего секса? — ухмыляется альфа и проводит руками от колен до спины.       — Да. Просто я не могу себе позволить такое на каком-то левом альфе, а ты вполне сойдёшь. Мы же друзья, — Ким говорит последнее приложение будто нехотя и подтверждает все это тяжёлым вздохом.       — Мне льстит. Может, нам тогда начать встречаться? — говорит Чонгук и тут же жалеет об этом. Тэхён поднимает голову и начинает смеяться, смотря прямо на него.       — Ты чего, Гук-и, знаешь же, что мы и месяц не пробудем вместе, — отвечает на это омега и снова возвращается в прежнее положение.       — А если вдруг… — Чон хочет ещё что-то сказать, но Тэхён затыкает его глубоким поцелуем и альфа даже не успевает ответить, как младший отстраняется.       — Просто забудь об этом. Ты найдёшь себе омегу получше, у которой будет спокойная жизнь и один лишь ты в её сердце. А пока её нет, я могу быть для тебя только партнёром по сексу и другом, — Тэхён молчит какое-то время, а потом выдаёт. — Идём в душ.       — Вдвоём? — Чонгук выпячивает глаза и смотрит в макушку омеги. Честно сказать, он уже не рассчитывал на реальный секс с ним, думал, это только на словах.       — А что? — Ким поднимается и снова садится на уже достаточно вставший член и немного ухмыляется. — Ты же совсем не против. А даже если и так, твоё тело само решило.

***

      Чонгук прижимает омегу к кафельной стене, ведёт носом по манящей шее, а руками по телу. Тот извивается под такими ласками и сладко постанывает, когда их губы сплетаются в диком и страстном поцелуе. Горячее тело Чонгука и холодный кафель приятно контрастируют из-за чего хочется ещё больше поддаваться умелым рукам. Тэхён нащупывает включатель воды и на них льётся безумно холодная вода, что бьёт прямо по спине Чона и попадает на младшего. Альфа отстраняется и выключает её, чтобы не замёрзнуть. Он то любит такой душ, особенно утром, с бодуна или если не может нормально мыслить, а вот по Киму такого не скажешь. Омега сжался, как только на него попали первые капельки.       — Ты так пытаешься остановить меня? — брюнет усмехается и начинает настраивать напор до тёплой воды.       — Нет, просто мы ещё даже зубы не чистили, — бурчит Тэ и подставляет лицо под приятную теплоту, что исходит от воды.       — Серьёзно? Тебя это останавливает? — старший хихикает и притягивает омегу за руку, а тот немного скользит по дну и падает в объятия Чона. Он достаёт из-за спины брюнета бутылочку геля для душа и выливает прямо на грудь, начиная размазывать двумя руками.       — Нет, но… — Тэхён не успевает договорить, как его снова мокро целуют и выливают тот самый гель на спину. Чонгук не спешит растирать его, а жидкость все скользит по телу, пока альфа прижимает к себе Кима за бока сильно сжимая. Младший ведёт ладошкой по груди, рельефному прессу и спускается к паху, обхватывая вставший колом член, который уже безумно болит.       Омега чувствует, как гель пробирается все ниже и вот одна из струек пробирается между ягодиц. Она приятно холодит кожу, а клубничный запах хорошо дополняет его собственный. Руки Чона пробираются уже туда и он водит пальцами, немного царапая, одновременно ставя засосы по всей шее. Тэ только сильнее сжимает его орган от удовольствие, а старший рычит и кусает, оставляя особенно глубокую метку.       — Чон, перебарщиваешь, — хрипит шатен, но тут же закидывает голову и вскрикивает со стоном, когда в него входят два пальцы. Хорошо, что гель и немного природной смазки смягчают проникновение, ведь у Тэ уже давненько никого не было, а сам он никогда не ублажал себя.       — Замолчи, — Чонгук резко прислоняет омегу к стене и сильнее проникает пальцами.       Кажется, он совсем озверел. Вода с сильным напором бьёт по спине и плечах, но ему все равно. Альфа ближе жмётся к Тэ, измазывая его грудь гелем, что не является его собственным, а Ким впивается зубами в его губы. Чон берёт бутылку этой жидкости и заводит руку за спину младшего, вынимая пальцы из него. Он льёт побольше на руку и вводит сразу три пальца. Тэхён сильнее выгибается и замирает в немом вскрике. Но продолжает блаженно стонать, как только пальцы начинают двигаться в нем. Тэ смотрит на Чонгука и понимает, что тоже должен его удовлетворить. Парень сжимает двумя руками ствол Чона и водит по нему одновременно с тем, как альфа входит в него пальцами. Оба громко вздыхают от нахлынувших эмоций и инстинктивно льнут ближе, хотя куда ещё.       Ароматы перемешиваются, создавая какой-то новый, что приятно оседает сладостью и горечью одновременно. Терпкий кофе разбавляет сладкая вишня и немного геля для душа с клубничным запахом. Чонгук снова припадает губами к Тэ и нежно целует, заставляя пальцами просто стонать младшего в поцелуй и ухмыляется, когда омега старается сделать ему больнее, проводя ногтем по всей длине члена, не сильно царапая, особенно обводя пирсинг. Он немного шипит и выпускает из своего захвата и губы, и анус, когда чувствует на своём органе и животе тёплую, белую жидкость. Тэхён выдыхает очень громко и валится на колени.       — Тэ, ты в нор… Ох, твою ж, — как только альфа хочет поднять младшего, тот хватает руками его ствол и направляет в горло, заглатывая по самую глотку. Он немного давится от ощущения, потому что крайне редко это делает, но продолжает своё дело, пытаясь довести альфу как можно быстрее, обводя языком маленький шарик с одной и с другой стороны. Старший откидывает голову назад, зарывается одной рукой в волосы Тэ, немного оттягивая их, а второй опирается о стену, потому что собственные ноги не держат при виде этого омеги.       Тэхён такой дикий, неординарный и каждую минуту разный. С таким омегой не соскучишься, ведь он всегда привлекает внимание, даже слишком много внимания. Чонгук ведь не его альфа, но ревнует безумно, хотя совсем не имеет права. Они просто друзья и напоминание об этом лишний раз приносит только горькое ощущение неполноценности. Чон ведь альфа, старше на целых восемь лет, так что ему мешает забрать этого омегу себе? Стать для него единственным и неповторимым, любящим и нежным альфой? А мешает то, что Тэ совсем не простой. Брюнету кажется, что младший ему чего-то недоговаривает, чего-то очень важного. Он не доверяет ему настолько сильно, как могли бы доверять «больше чем друзья», не уверен в нём, как в альфе, и совсем не делится своей жизнью. Чонгука это бесит, но он ничего сделать не может, потому что чувствует, что сделает только хуже, натворит делов.       — Гук-и, ты мне волосы вырвешь. Остынь немного, ты ведь сейчас изнасилуешь меня, — хрипит Тэхён, когда поднимает глаза и заглядывает в дикие омуты друга.       Чон смотрит с желанием, похотью и какой-то злостью, но после слов омеги все-таки останавливает себя. Но не успевает Ким снова взять в рот налившийся венами член, как Чонгук кончает на его лицо, рыча при этом, словно он не в себе. Он подставляет лицо под струи воды и прикрывает глаза. Ему нужно остановиться, прийти в себя, иначе он точно изнасилует омегу прямо сейчас.       Тэхён поднимается на ватных ногах держится за плечи Чона, чтобы не грохнуться. Но альфа будто не видит его. Но когда опускает взгляд, то тут же смягчается и вздыхает.       — Прости, Тэ, я… Я лучше уйду, — тихо говорит он и уже разворачивается, но Ким хватает его за руку и возвращает на место. Омега обхватывает его щеки ладошками и нежно водит большими пальцами, будто успокаивая.       — Гук-и, успокойся. Это ведь я — Тэхён, ты не можешь сделать мне больно, просто… Успокойся, — он улыбается совсем нежно, как невинный ребёнок и обнимает за талию, упираясь своей щекой в мощную грудь альфы, прямо на одно из тату.       Он делает только больнее, ведь Чонгук понимает, что влюбляется в него все сильнее с каждым необдуманным поступком. Это настолько глупо. Они такие одинаковые, но такие разные. Каждый из них вроде бы и взрослый, и должен вроде как отвечать за свои поступки, но кому это нужно, когда один влюбился, а второй просто ищет сильное плечо рядом. «Зачем все усложнять?» — думает Тэ, но усложнять не приходится, потому что они уже запутались по полное «не хочу». Но Чон уверен, что нужен омеге как никто другой, вот только понимал бы ещё это сам Тэхён.       Альфа разворачивает младшего к запотевшему стеклу душевой кабинки и тот опирается руками об неё. Брюнет думает ещё несколько секунд, а потом решает сам для себя: не важно, в каких они отношениях, ведь он всегда сможет защитить своего Тэ от других, удовлетворить его или побыть подушкой для рыданий. Это ведь лучше, чем ничего? Потому что стоит только сказать Тэхёну о его чувствах — омега тут же отвергнет Чонгука и их близость пойдёт коту под хвост. Поэтому старший нежно раскрывает сочные, налиты розовым оттенком от воды, половинки и подставляет свой член к красной дырочке. Он входит совсем не спеша, аккуратно придерживая омегу за талию и начинает двигаться. Ким чувствует, как штанга трётся о стенки и холодит все тело, заставляя подрагивать. Кажется, что в первый раз с Чонгуком, омега не прочувствовал все настолько ярко, как сейчас.       Но это было волшебно…       Они, наверное, использовали недельный лимит воды в душе, но что поделать. Этот секс снова стал одним из самых незабываемых… И самым эмоциональным для Чона.

***

      — У Тэ и Юнги такие классные родители. Их семья очень крепкая, несмотря на то, что мистер Ким не родной отец Юнги, — улыбаясь говорит Джин. Они с Джуном направляются на завтрак, одни правда, ведь никто из друзей не проснулся, ну ничего. Ким ведь не может долго спать из-за беременности, а Нам его во всем поддерживает.       — Да, мне очень понравилось общаться с ними, — альфа кивает и отодвигает стул, когда они подходят к столу, для своего омеги.       — Кстати, а когда они улетели? Сейчас только десять часов, я думал, они останутся подольше.       — Они улетели тем же самолётом, что и Юнги с Чимином. Но потом как-то там разойдутся, сам не знаю, — старший пожимает плечами и кивает официанту, что подаёт им меню, затем садится напротив русоволосого.       — Так, ты теперь будешь вместо Юнги на работе?       — Да, прости, но Мин не доверит эту работу кому-то ещё, а мне вот придётся делать работу за двоих. Но я попросил помощника. Я надеюсь, ты не сильно обидишься, если я пропаду на целый месяц, но зато потом купим квартиру побольше или даже дом, если захочешь, — Ким подмигивает, и омега, что уже почти расстроился, тут же поднимает глаза и ярко улыбается.       — Конечно я захочу дом! Нашему малышу точно будет удобней в большом доме. Я-то уже подумал, что ты захочешь продать свой астон или мой лексус, — Сокджин облегчённо вздыхает и снова дарит альфе свою красивую улыбку, на которую когда-то купился бедный Намджун.       — Конечно нет. Я прекрасно знаю, что для тебя значит лексус. Хоть ты и не много гонял, но все же своя машина — это что-то. Когда мы будем выбирать дом, нужно смотреть на большой гараж для наших тачек. Конечно, нам не нужен такой как у Тэ, но все же…       — Ты собираешься ещё гонять? — невзначай спрашивает русоволосый и подзывает официанта к их столику.       — Почему нет? Когда наш малыш немного подрастёт, обязательно покажу ему, что такое настоящая скорость, — серьёзно говорит альфа и тыкает пришедшему в меню, тот быстренько записывает пожелание двоих и убегает, сказав, что все принесёт через пятнадцать минут.       — Ты уверен, что у нас будет мальчик? А если это будет девочка и ей будет не интересно слушать про то, как ты когда-то гонял, — Джин смешно проговаривает, а потом хихикает с задумавшегося над его словами альфы.       — Ну тогда я подожду, когда родится настоящий мужик, — решительно отвечает блондин, берёт ладони Кима в свои и целует. Младший хмурится, улыбаясь, и выдаёт:       — Это ты так грубо намекаешь, что одним ребёнком мы не обойдёмся?       — Возможно… — тот только загадочно улыбается и продолжает незамысловатый разговор.       Теперь Джин по-настоящему понимает, что зря сбегал от этого мужчины столько времени. Они бы уже давно жили припеваючи и ни в чём не нуждались, но с другой стороны омега безумно раз, что все обернулось так, ведь кто знает: забеременел бы Ким, или Нам тянул бы все это ещё хрен знает столько времени. Сейчас они живут так, как хотят, а слова родителей с обеих сторон о том, что нужно быстрее жениться, проходят сквозь их уши. Ведь молодым и так хорошо, что им мешает расписаться попозже. Их счастье от них не убежит, оно рядом и это все что нужно.       — А теперь насчёт твоей работы. Ты уверен, что сможешь проводить операции? Джин, это ведь сложно, а если тебя вырвет, или ты сделаешь что-то не так? А если испугаешься или тебе станет плохо? — альфа начинает паниковать и закидывать вопросами второго, а тот лишь уклончиво закатывает глаза и сжимает руку блондина сильнее.       — Успокойся. Если ты так хочешь, я уйду пораньше, но только через месяц. Пока что я себя прекрасно чувствую, ибо только месяц беременности, но скоро начнётся самый сок. Токсикоз — это самое ужасное, но я что-то придумаю. Может, лучше пойти в декрет и устроиться на маленькую работу, там… продавцом цветов. Круто ведь? Прямо под мой запах, — Ким в подтверждении своих слов кивает и тут же убирает свои ладошки, когда к ним подходит молодой бета и приносит блюда, что они заказали.       — Приятного аппетита, — тот вымучено улыбается и уходит, предварительно оставив всю еду на столе.       — Неплохая идея. Так я точно буду знать, что с тобой все в порядке, — удовлетворённо отвечает альфа, и оба принимаются кушать.       — Приятного. Чё меня не позвали? — к ним направляется Хосок, держащийся за голову и плюхается на соседнее сидение между ними, тяжело вздыхая. — Всё-таки вызвать омегу на пьяную голову было плохой идеей. Она с меня столько денег стянула, я только утром понял, — в изумлении говорит альфа, что уставился в одну точку, будто все ещё пытался осознать все произошедшее.       — Так ты что вызвал проститутку в отель? — Джин вопросительно уставился на друга, отрываясь от своей еды, а тот медленно перевёл на него взгляд.       — Да, мне было скучно, — оправдывается старший и выпивает залпом стакан с водой, к которому только что тянулся Намджун. Он вздыхает и убирает руку назад, пытаясь не наорать на друга. Ну с кем не бывает, он перепил, вот только с Хосоком это почему-то очень часто бывает, особенно в последнее время.       — Голова болит? — спрашивает Сокджин, уже полностью отрываясь от своего вкусного салата, и смотрит на страдающего альфу.       — Немного.       — Тогда нужно нормально покушать, — решительно отвечает омега и поднимает руку, чтобы позвать того самого бету-официанта. Он подходит, выслушивает все, что диктует ему посетитель, и удаляется. Возвращается уже через десять минут с новым подносом и ставит перед Хосоком, а Джин приказывает есть.       — А где это влюблённая парочка идиотов? — заинтересовано спрашивает Чон, но слишком поздно понимает, что ляпнул не то.       — Юнги и Чимин уже давно улетели, — как ни в чём не бывало говорит русоволосый и альфа успокаивается, пока из уст Нама звучит:       — Или ты не про них? — он медленно поднимает глаза и косо поглядывает, будто пытается расколоть только глядя на лицо.       Хосок тут же съёживается под таким напором и будто уменьшается в размерах. Он не привык растрёпывать все направо и налево, так же как и держать свой язык за зубами. Он все ещё помнит, что Чонгук убьёт его, если кто-то узнает об их с Тэхёном «недоотношениях». А вот на что способен Ким, это лучше даже не предполагать, ведь омега даже не знает, что Чонгук не неровно к нему дышит. Боже, почему ты не дал Хосоку хоть немного разума? Сокджин же его прямо тут сожрёт, если не разузнает обо всем сейчас же.       — Про них понятное дело, — неловко усмехается парень и продолжает уминать суп.       — А где же Чонгук и Тэхён? Ты не заходил к ним? — спрашивает омега, который, кажется, ничего не догнал. А вот старший Ким только хмыкает и возвращается к поеданию своих роллов.       — Зачем они мне? Я целенаправленно искал где бы набраться сил и нашёл вас. Джин-и, мне кажется, у тебя уже вырабатываются родительские инстинкты, — рыжий хихикает пытаясь слезть с неподвластной ему темы и удовлетворённо лыбытся, когда ему это удаётся, ведь Ким начинает рассказывать о своих проблемах, и обоим альфам обязательно нужно это выслушать.       Так они просиживают два часа, и старшим это порядком надоедает, когда на горизонте появляются Чонгук и Тэхён. Последний тут же улыбается, завидев активно жестикулирующего друга, и бросается к нему, подсаживаясь к Джину и обнимает его.       — Приветик, приятного аппетита, — весело говорит Тэ и в порыве целует омегу в щеку. — Как там мой молодой папочка? — он снова его обнимает, а второй начинает немного злиться, что его трогают, несмотря на то, что это делает его друг.       Тем временем, унылый Чонгук тихо садится с Хосоком, левее от Нама, а брат шепчет, чтобы никто не услышал:       — Что за недосказанность между вами? Она так и витает в воздухе.       — Потом, — отмахивается младший и берёт его кофе, делая жадные глотки, ведь тот уже остыл.       — Тэхён, ты чё такой довольный, будто тебя только что удовлетворили? — хмурится и немного вскрикивает, а Чонгук от этих слов давится кофе и прыскает им прямо на стол. Ким стыдливо поджимает губы и опускает взгляд в пустую тарелку перед ним. А Хосок хочет провалиться сквозь землю в прямом и переносном значении, ведь сейчас, кажется, начнётся армагеддон.       — Так, мне это надоело, — Джун ударяет кулаком по столу и все обращают внимание на альфу, затихая. — Что между вами происходит? Разве мы не друзья, чтобы делиться всем?       — Джун… — Хосок пытается остановить Кима, но его прерывает Тэхён со словами:       — Никто ж не отменял секс по дружбе…       — Что? — здесь очередь вскрикивать Сокджина, он практически перевернулся с кресла. — Что ты только что сказал?       — Ты же слышал, — мягко говорит Тэ и кидает взгляд на Чонгука, мол «помоги», но тот сидит тише воды, ниже травы, ведь все ещё не может очухаться от этого утра.       — Чон, это же неправда? — русоволосый переводит взгляд на притихшего друга и со стальными нотками спрашивает.       — Джин… Мне нечего сказать… Это правда, — альфа вздыхает и опускает взгляд. Хосок ошарашен, сам не знает почему, но у него сильное желание сейчас уйти, например, позаигрывать с той красивой официанткой, а не сидеть здесь и решать семейные проблемы.       — И сколько это происходит? — выдаёт Нам, прекрасно понимая, что это хотел сказать его омега, вот только в немного некрасивой форме, а материться он ему не позволяет.       — Джун-хён… — Тэ пытается отставить этот разговор на потом (лучше на вечность), но уже слишком поздно. Нужно было уговорить Чонгука остаться в постели, но старшему захотелось есть.       — Тэ, помолчи, — его грубо отдёргивает Джин, и в эту же секунду телефон Кима взрывает тупой мелодией, и он бесконечно благодарен человеку, который позвонил именно в эту секунду. Он, ничего не говоря, встаёт с места и идёт на выход, прикладывая смартфон к уху.       — Слушаю.       — Эй, как там поживает моя сученька? — на той стороне довольно тянут слова, а Тэ наконец-то счастливо улыбается.       — А как я могу? Конечно просто шикарно.       — Вот и славненько, я уже собираю чемоданчики, а ты готовь дом к тусовкам и ещё план прогулок по Сеулу, как же давно мы там не были, да Чанёл-и? — приторно проговаривает Бэк, а по ту сторону слышится бормотание альфы и радостное: «Дарова, ТэТэ».       — Привет, Чан. Я жду вас очень давно, так что все готово. Надеюсь, Джехён не сказал вам самого главного? — Тэхён улыбается прошедшему около него альфе, что хищно взглянул на него и машет головой в знак отрицания. Тот, кажется, все понимает, и скрывается за поворотом.       — Да вроде нет, он говорил только о том, как вы общались насчёт Лисы, а так… ничего больше, — Бэкхён начинает что-то бормотать, но потом отвечает понятно, и Тэ цокает. Его друг любит потупить немного, но Чанёль просто обожает это качество в своей омежки.       — Хорошо, тогда пусть остаётся для вас сюрпризом. Когда ваш самолёт приземлится в Сеуле?       — Ммм, по-моему послезавтра в обед, где-то в три часа. Я ещё тебе точно напишу. И ты очень меня заинтриговал, так что жду не дождусь встречи с тобой… Ну, Чан-и, прекрати, — Бэк начинает заливисто смеяться, наверное, Пак опять его щекочет. Они очень любят играть в детские игры с не детским продолжением…       — Ладно, не буду вам мешать, а то не хочу слушать порнуху по телефону, — Ким хмыкает на свои слова и думает отключаться, но слышит:       — Когда же и ты уже заведёшь себе постоянного альфу?       Тэ вздыхает и заканчивает разговор. Понятное дело, что его друзья хотят как лучше, но что поделать, если сам омега этого не хочет. Он только может восхищаться любовью окружающих людей, таких как Юнги с Чимином, но вот сам он на это не годен. Ким думает, что недостоин этого, ведь его жизнь полна грязи, пошлости и развратности. Он совсем не такой чистый, как Чим или тот же Джин. Они имеют то, что заслужили, а не то что украли. Вот и шатен думает, что если сможет когда-то полюбить человека, который ему нравится, то украдёт его счастье.       — Чонгук, объясни, — снова продолжает докапываться Джин, когда Тэхён отходит поговорить по телефону.       — Так, хватит. Ребят не давите на него. Чонгук… — Хосок хочет что-то сказать, но брат лишь отрицательно машет головой, чтобы помолчал, но старший не собирается больше этого терпеть и отвечает. — Нет уж, пусть знают: Чонгук любит Тэ, но ему это не нужно. Вы ведь понимаете, что сейчас только портите отношение между ними? Пусть общаются как хотят, вам стоит думать о себе. Вы намного счастливее, чем мы трое, и я искренне рад за вас, вот только хватит пытаться исправить наши жизни. Если вы настоящие друзья, должны понять нас и перестать лезть куда не надо. Я безумно люблю вас, вот только терпеть это больше не могу…       Чон срывается с места и быстро уходит в свою комнату, сразу закрываясь. Чонгук делает так же, потому что надоело слушать одно и тоже несколько лет подряд. Оба засыпают и открывают глаза только тогда, когда нужно собираться на самолёт.