Вся Власть Астартес (Начало)

— Ну, давай начнём с предков.Только тут придётся их разделить на предков фенрисийцев вообще, и наших с тобой предков. Предки фенрисийцев, изначально вели абсолютно такой же образ жизни, как и племена на Фенрисе. Такие же морские набеги. Ярлы, драккары. Всё абсолютно тоже самое. Так что наши предки на Фенрисе вернулись к своим истокам, — Скальд почесал затылок и добавил, — Так, сынок, дай-ка мне листок бумаги и стилос, а лучше несколько листков. Я тебе карту древней Терры нарисую. — Нахрена хернёй страдать! Ща всё будет! — Рюрик включил внутреннюю связь: — Гаюк! Слышишь меня?.. — Слышу, командир… — У тебя эта древняя хрень ещё живая?.. Олбус это твой?.. — Глобус? Живой конечно… — Будь другом… Дай поиграть, а?.. — Да мне не жалко конечно… Только, вещь древняя… Цены немалой… Поаккуратнее пожалуйста… Не поломайте… — Не ссы, Гаюк… Что мы не понимаем что ли… — Понял… Будет вам глобус… Спустя три минуты, Атли сын Пирра (молодой Волк) принёс глобус. При виде глобуса, глаза Скальда загорелись. — Вещь! Реально вещь! Слушай, а молодец ваш Гаюк! — Годится? — Рюрик явно был горд произведённым впечатлением. — Ещё бы? Само то! Маловат правда, но гораздо лучше чем ничего, или моя мазня на бумаге. В общем, смотри. Жили предки здесь, здесь, здесь и здесь. А наши с тобой вот здесь и здесь. Запомнил? — Я что, вообще дурак по твоему? Конечно запомнил. Давай дальше. — В общем, предки фенрисийцев занимались не только пиратством, но и осуществляли экспансию на все вот эти территории. Совершая большое количество: как набегов, так и завоевательных походов. Позже, этих морских бойцов назвали викинги. — А наши с тобой, в морские походы ходили? — Ходили, но абсолютно меньшая их часть.Только те, которые жили вот в этом регионе. И кстати, совместные походы наших и фенрисийцев редкостью не были. — Интересно. Значит ещё в древние времена вместе были? — Ну вместе, это громко сказано. В те времена все воевали против всех. Но в общем, союзы случались. Так вот, период морской экспансии предков фенрисийцев, я уже не застал. Остались только викинги наших предков, гибель которых я наблюдал. Остались только те которые жили вот в этом месте, тут был их город и княжество. В морские походы они конечно ходили, но больше в речные на своих речных драккарах. Кстати сказать, эти речные викинги продержались гораздо дольше остальных. В общем, предки фенрисийцев захватили вот эти земли и эти, а также вот и вот и доходили аж вот до сюда, а также вот сюда. — Внушает, внушает. Давай дальше. — Даю дальше. Наши предки в момент моего туда попадания занимали вот эту территорию и на тот момент единого государства не имели. Их первая империя распалась на кучу отдельных княжеств. Если первая конечно. Это мне не известно, утверждать не могу. Жили они, кстати, не хуже других, а в чём-то даже и получше многих и это несмотря на раздробленность, это тогда нормой было. У остальных, в большинстве своём было тоже самое. Где-то через сотню лет с того момента как я их увидел, на них напали предки «Шрамов», создавшие свою империю. Было несколько страшных нашествий в результате которых наши чуть не исчезли с лица Терры. Резня была жуткая. Большую часть городов сожгли. Огромную часть населения угнали в рабство. Оставшихся предки шрамов обложили данью. — И что? Предки не сопротивлялись? — Ещё как сопротивлялись. Насмерть стояли. Только силы были совершенно не равны. — Этих самых шрамов было так много? — Тут дело не в их численности, а в том что наши были раздроблены на десятки княжеств. И дрались — каждый сам за себя. Единой армии естественно не было, только хирды их ярлов и ополчение, а против них армия, практически регулярная. Самая лучшая на тот момент. Так что у наших не было шансов. Смотри какую территорию эти «шрамы» захватили. — Срань Кракена! Вот это да! Подожди! Ты говорил о первой империи. Значит была и вторая? — Естественно. — А как же «шрамы»? — Не торопи события, сынок, — Скальд продолжил, — В общем, империя шрамов вскорости распалась на кучу отдельных ханств, чем наши и воспользовались, стравливая их между собой и уменьшая размер дани. — А как дань уменьшали? — Да просто. Вот, представь. Мы с тобой два хана. Приходят они к тебе и говорят, что признают именно тебя своим царём и будут платить тебе семь тысяч имперских крон. Ты спрашиваешь, а почему собственно семь? А они отвечают, что мне платят восемь, но я плохой и жадный, а ты добрый и щедрый и, вообще, Отец-Родной. Так что ты выберешь — семь тысяч или вообще ничего? Они же дань мне платят. — Даже не знаю… А если я их дань возьму, это же война с тобой. — Естественно. Но зато куча денег нахаляву, а? — Ну да. Убедительно. — Вот-вот. Потом одно княжество вымутило себе право дань собирать и передавать Хану. — К ручонкам поди много прилипло? — Много. Не сомневайся. Естественно, это княжество считали предателями и жополизами ханскими, тем более, что их ярлы частенько войска ханские против своих соперников использовали. За что их и ненавидели. — Вот твари! Ублюдки! — Их современники именно так и считали. Однако, ярлы их княжества усиливались и готовили войну против «шрамов». — Войну? Это вот этим одним княжеством? Что за бред? — Не горячись, сынок. Они всю Русь под себя подмять хотели и на шрамов поднять. — Русь? Так их земля называлась? — Ну да. — А народ как назывался? — Русы, русичи, позже русские. — Руссы? РУССЫ? — Рюрик был ошарашен. — Ну да. Я же говорил тебе, что твоё племя их потомки. — Подожди, Брат. Давай выпьем Надо же… Руссы., — В горле Рюрика стоял комок, — Наши… Наши! — Рюрик залпом опорожнил кубок, — Давай дальше, Брат. — Даю, дальше. — Подожди, Брат. — Рюрик наполнил кубки. — Вот ты говоришь, что они хотели всю Русь поднять. Так кто же пойдёт за вражескими жополизами? — А тут, Брат, стоит упомянуть двух ихних экклезиархов. — У них тоже была экклезиархия? — Конечно. — Как у нас? — Да практически одно и тоже. Так вот. Грубо говоря, один из этих экклезиархов, воспитал одного из этих ярлов. Причём, воспитал именно как бойца и полководца против «шрамов». А второй, всему народу и всем ярлам объяснил, что этот ярл и есть тот — кто должен Священную Войну начать за свободу и независимость Святой Родины. — Святой? — Ага. Они так и говорили: Святая Русь. — Клянусь Фенрисом! Аж мурашки по коже. Слушай, Брат, так что получается, от экклезиархии тоже польза бывает? — Тут, дело не в экклезиархии, а скорее в личных качествах двух великих патриотов своей Родины. Хотя… На тот момент их экклезиархия реально полезна была, в плане объединения в единое государство. Это действительно так. Хотя позднее, уже в едином государстве, она сгнила. Да и вообще… Абсолютно прав был Всеотец, выжигая все религии на Терре и в галактике. В общем, началась война. Причём, в основном по нашему сценарию и для наших в общем то успешная, хотя были конечно и поражения. — А эти? Как их… Речные викинги участвовали? — Ещё как! Были два их речных похода на города «шрамов». Да каких похода! Теперь уже ханские города горели! Причём, все практически города этой Орды. А закончилась война двумя битвами, в обеих войском командовал сам Ярл. Обе битвы закончились разгромом шрамов. Это было началом нашего возрождения и началом конца владычества «шрамов». Потом, были ещё войны. И города наши горели. Но процесс объединения был уже необратим. Государства же «шрамов», напротив, всё больше и больше распадались на более мелкие. Длился процесс объединения более двух столетий, пока не появился первый наш император создавший вторую империю. С тех пор, мы уже не теряли свою государственность до самого захвата власти на Терре Корпорациями, когда погибли все государства. Волки опорожнили кубки и Скальд продолжил: — Этот император, по сути, и создал государство. Его предки объединяли земли, а он на этих объединённых землях, выстроил государственные институты и создал первую нашу регулярную армию. Тут надо сказать, что большую часть войска составляла конница аристократии, однако регулярные части со временем её вытесняли. А также, он увеличил в несколько раз территорию. Вот, смотри. До него было столько, а стало… — Твою мать! Во даёт! Великий воин был, наверное? — Действительно, великий! И правитель и воин. — А это же раньше были земли «шрамов»? — Верно. Он их покорил. А вот здесь, — Скальд ткнул пальцем в глобус, — пробился к морю, разгромив орден рыцарей, предков армагеддоновцев и криговцев. — Орден! Это как Орден Астартес? — Совершенно верно, сынок. — Вот же срань Кракена! Лихой парень! А с речными викингами что стало? — Когда предки нашего Императора объединяли земли, дошла очередь и до территории где они базировались. Там тогда республика была. И когда Великие Ярлы начали подминать под себя республику, ушкуйники (так их называли) поняли, что их вольнице конец приходит и свалили: вот сюда и сюда и сюда, а потом: сюда и сюда. Где долго ещё по рекам и морям их драккары добычу собирали пока они на коней не пересели. — Лихие ребята! Мне они нравятся! — Лихие это точно. Делов понатворили. — А что он, кстати, на юге к морю не пробился? — Рюрик указал на Чёрное море. — Пытался, да не вышло. Вот здесь за морем видишь? Тут древняя империя была. Её захватили родственники предков «шрамов» и создали свою империю. Османскую. Которая решила подмять под себя все вот эти ханства. — Твою мать! Нас бы вообще зажали тогда! — Вот именно! Однако, наш Император их опередил. Вот только, с этими землями не успел. Их уже Османская империя подмяла. А затем и войной пошла, чтобы вернуть земли «шрамов», а нас поработить. Однако, войско вражеское наши разгромили. Причём, разгромили вдребезги. Однако, о великой той победе забыли, хотя если бы не эта победа, наши предки вообще исчезли бы, если бы не тогда, то позже точно! Без вариантов! — Это почему? — Ты же видишь, как нас обложили бы? А что это такое, знаешь? — Что? — Это Урал! — И что? Что ещё за Урал? — Это горы такие. В которых железа очень много. А у наших с железом беда была. — Почему? — Да потому, что железо плохое было, болотное. А тут отличное железо и в огромных количествах. То есть, в дальнейшем, без железа, нас бы вырезали. А Императора потом грязью облили дальше некуда. Соответственно, и победу его великую забыли. Поскольку, уж слишком она важная была. Практически, он спас страну и народ от гибели, а его оплевали за это. Точнее память его. Хотя, народ его всегда уважал и прозвал Грозным. Однако, им внушали что он злодей и кровопийца и многие верили… Они думали даже, что он сына своего убил. В общем, делали всё, чтоб оплевать его память. — А кто оплевал его память? — Высшая аристократия. Потомки ярлов, а также всякие недоумки и ярловские жополизы. Поскольку, этот Грозный — ярлов резал за то, что хотели единую державу опять на княжества разорвать. А также за то, что во время войны, на сторону врага переходили. Наговорили на него, что он чуть ли не людоед какой-то, прям реально из него маньяка сделали, хотя он в сравнении с правителями той эпохи вообще выглядит гуманистом. Хотя, надо сказать, что влиянию Варпа он был подвержен. Но! Абсолютно ничего серьёзного. В пределах нормы. Многие другие, вообще, чуть ли не откровенными хаоситами были. — Ну это же скотство! Такого человека и с грязью смешивать. — Ну у предков это, вообще, в традиции было — в историю свою гадить. Хотя, народ тут не причём. Им так внушали. — Гадство блядское! — Точно! А вот эти земли за Уралом, твои любимые речные викинги захватили и держались пока имперские войска не подошли. Атамана их жалко — погиб парень. Этот бы до самого Океана дошёл. Великий воин был. Упертый. С небольшим войском — большую орду разгромил. За простой народ стоял. И в этой новой земле тоже… Своим лихим головорезам, не давал местных обижать. Да и вообще, память о себе в народе оставил добрую. Любил его народ и уважал очень. Настоящий народный герой. Настоящий русский богатырь. — Богатырь? Это ещё кто? — Воины были у них такие. Самые великие. Их народ в своих сагах силушкой наделил, прям как нас — астартес. — Они настолько сильные были? — Не в силе дело, Щенок. Хотя, естественно это были самые сильные бойцы… Тут дело в другом… Эти за Правду стояли. Служили не ярлам, а Родине и народу. Вот и Ермак (так атамана звали) тоже… Из , такого же теста… — Да… Настоящий Волк! А дальше, что было? — После смерти сына Грозного Императора, который был последним представителем великой династии, начались восстания и гражданская война, куча всяких людей побывало на престоле и кончилось всё тем, что столицу взяли враги из соседнего родственного государства которые тоже империю строили, только их империя оказалась не жизнеспособной. Поскольку, власть императора была слабой и правили всем рыцари, причём каждый рыцарь имел право вето. — Бред какой-то! Это если бы на Фенрисе каждый Волк имел право вето, то у нас такой бардак бы начался… Нас бы вырезали давным давно. — Согласен. В общем, правители и жрецы предков, перешли на сторону врага и держава была на грани уничтожения. Однако, поднялся народ и их возглавили один ярл и купец и разгромили войско завоевателей. Как думаешь как повели себя в этой ситуации покорённые «шрамы»? — В спину ударили конечно! Что тут гадать. — Хрена ты угадал! Войско собрали и кроны на снаряжение армии и нашим отправили. — Обоссы меня Кракен! Почему? — Для меня это тоже загадка, Щенок. В общем далее, их предатели правители и жрецы переметнулись обратно и громче всех орать о победе стали. Народ естественно от победы оттёрли, себе всю славу приписав. А предатель, верховный экклезиарх своего сына на престол посадил. — И его не прирезали? — Его нет. Да и самого его вроде не за что было. В общем, уселась на престол династия предателя. Тут стоит один момент упомянуть, чтоб тебе происходящее понятно было. Народ жил в то время в основном земледелием и своей земли, в большинстве своём, не имел. Земля, в основном, аристократии принадлежала. Которая этой самой аристократии давалась за службу в войске. С определённого количества земли — аристократ должен был вооружиться и вооружить определённое количество слуг. И по первому же зову аристократ должен был явиться полностью вооруженным и экипированным. Так и формировалось их конное войско. Кто не являлся, отбирали землю и звание. В общем, не хочешь сражаться за Родину — ковыряйся в земле. — Ну и правильно! Молодцы предки! — Так вот. У крестьян земли своей, в основном, не было и они арендовали её у аристократа. Причём, арендовали не индивидуально, а коллективно. — Это ещё как? — А так. Договор об аренде заключался не с каждым земледельцем, а с коллективом. И этот коллектив отдавал часть урожая аристократу. Который на вырученные деньги содержал и снаряжал себя и своих боевых слуг. — По-моему, всё справедливо. Раз работаешь на чужой земле — отдай часть урожая. Тем более, что эта самая часть идёт на содержание войска которое тебя защищает. По-моему, всё честно. — Ну, в общем-то да. Может это конечно и не совсем справедливо, но в общем, такое положение вещей всех устраивало. Потому как, крестьянин видел, что аристократ на эти деньги покупает оружие и боевых коней, как себе так и боевым слугам, которых он полностью должен был обеспечить лошадьми, доспехами и оружием. А так же, даже если кого жаба и давила, по поводу, что он на поле горбатиться, а другой только плату с земли собирает, то в любом случае было очевидно, что этот «собиратель» платы — пашет на поле брани, пока земледелец дома сидит, и защищает его и его семью от врагов. И это был способ выживания народа. Всего народа. И не только выживания. Страна ещё и развивалась, а не только выживала. Так было с времён Великих Ярлов и так было при первом Императоре. Который в дополнение к коннице аристократов — создал полки регулярной пехоты, а также артиллерию для защиты городов и полевую артиллерию. — Это, который Грозный Император? — Он самый. Причём, саму артиллерию изобрели не наши, однако, этот самый Грозный, впервые в истории человечества вывел артиллерию в отдельный род войск. А также, произвёл калибровку орудий. В общем, держава крепла и расширялась и народ, в общем-то, текущее положение устраивало. Поскольку, всем всё было абсолютно понятно, что и зачем делается. И страну на тот момент не раздирали внутренние противоречия. Поскольку, у каждого была своя роль и эта роль была вполне обоснованна. Народ содержал войско и Царя-Батюшку, который командовал войском и народ защищал, и что самое главное, народ не гнобил. Рабами ни делал, как было потом. Но идиллия была недолгой. Всё кончилось, когда умер сын Грозного Императора.Точнее сказать, всё тогда и началось. — Что началось? — Противостояние. Народа и Власти. — Каким образом? — А таким. Земледельцам запретили уходить с арендованной земли, а в дальнейшем, вообще к земле приписали. — Это как так запретили? — Ну изначально, земледелец мог уйти куда пожелает, поскольку он человек вольный. Единственный момент, что по их понятиям, он должен уйти после сбора урожая и выплаты арендной платы. — Подожди. Какой платы? Ты же говорил, что договор был коллективный, а не индивидуальный. — Верно, сынок. Коллективный. Именно поэтому, как правило и уходили после сбора урожая, чтоб коллектив не подставить, потому что часть урожая которую надо было выплатить, раскидывалась на всех. То есть, если ты уходишь раньше, то остальные из-за тебя будут больше платить, а это некрасиво. — Слушай, Скальд. Но это же вполне справедливо! Да, Брат. Мне определённо нравятся предки. Порядочные люди. Всё по справедливости. Всё честно. Слушай, Брат, а почему они уходили? — Да мало ли почему. Может аристократ злой, а может жадный, а может ноги у него воняют или бабе земледельца подол задрать хочет. Да мало ли почему. Хочет человек и всё. Его право — жить где пожелает, где больше нравится. — Ну ясно. А потом значит уходить запретили. А что народ? — Естественно, народу это не понравилось. Начались восстания. А точнее даже: Народные Войны. А если ещё точнее, то Народная Война. Которая длилась практически всё время правления новой династии. Правда она, естественно, шла не всё время, периодически затухала, чтобы потом грянуть с новой силой. Историки, очень умело кстати, разбили Народную Войну на фрагменты, выставив её как абсолютно не связанные друг с другом восстания. В общем, когда земледельцев приписали к земле, аристократы начали их гнобить, поскольку людям деваться было некуда. В общем, стали земледельцы бежать. Кто в дальние незаселенные земли, кто в родные леса с кистенем. К ушкуйникам тогда много народу набежало, и за счёт этих беглых, значительно возросла численность их формирований. — И как правил сын предателя? — Да как сказать. В основном, за него правили… Мамаша, папаша, жена и так далее… Хотя, надо сказать, численность регулярной армии при нём значительно увеличилась. Да и вообще, всё бы у этой династии нормально было, если бы народ своей за скот говорящий не держали, да поменьше на Запад глядели. — А зачем они туда глядели? — Понравится хотели. — Зачем? — Рюрик недоумевал. — Хотели что бы их похвалили и своими считали. — Это ещё нахрена? — Семя предателя, что ты хочешь? Они в большинстве своём, считали свою страну варварской, а народ тупой скотиной. И всё перед другими лебезили. Ставку сделали на аристократию — которой народ отдали в рабство. Следующий, после сына предателя, император — тоже был не рыба-не мясо. Но! На его счастье, а точнее на счастье державы, был у него Верховный Экклезиарх. Вот такой детина здоровенный. С пудовыми кулачищами и елдой до колена. Настоящий Отец Народа. При нём правда, их экклезиархия раскололась, но это херня, важно другое. Пока «тряпошный» император в попе у себя ковырялся, этот главный поп правил страной. Создал мощнейшую армию, присоединял новые земли и вообще хотел значительно расширить границы империи и сделать её самой мощной в мире. — Суровый дядька! — Ещё бы! Вот смотри, что он оттяпать хотел. Вот здесь, вот это вот всё, и ещё вот это, а так же вот это. — Нехило! Так это… Этой самой, Османской империи — конец бы пришёл. — Без вариантов. Однако, этот сраный император, стал губы дуть. Что мол, вся слава экклезиарху достаётся. В общем, старика от власти отстранили, да и в душу человеку насрали изрядно. Тут и грянула Народная Война. — Из-за старика? — Нет. Довели твари народ до крайности. Кому понравится, когда его свободу отбирают и раба из него делают. — Не пойму я, Брат. Зачем над своими так глумится? Ну я могу ещё понять, когда другой народ завоевали и их гнобят. Как говорится «Горе побежденным», но над своими-то зачем? — Я же говорю, Щенок, для них — свои на Западе. А эти так… Население. — И что там с Народной Войной? — Начал её один лихой ушкуйник и даже когда его казнили война ещё долго полыхала. — Как казнили? Он в плен попал? — Свои же предали и властям выдали как и другого атамана, тоже ушкуйника, который тоже Народную войну начал. — Свои же викинги и предали? — Конечно. Они далеко не все за народ были и многим не нравилось, что к ним беглые бегут. — Вот твари! А куда людям деваться-то? И что народ так ниразу не победил? — В народных войнах нет. — Слушай, Брат. А ты, если бы жил в то время, за кого бы был? — Я палач, Брат. И рвал бы глотки народу, по приказу императора. Но! Если бы у меня по-настоящему был выбор, я бы конечно за народ пошёл. Потому что, это Мой народ! Причём, даже если бы знал, что жизнь на дыбе окончу, всё равно пошёл бы. И знаешь, что я тебе скажу, Щенок. Ваш Логан Гримнар, абсолютно точно, за народ бы пошёл! Клянусь Фенрисом, великий бы атаман получился! Вот так вот, молокосос. — А что ты на меня так смотришь? Думаешь я другой, да? Думаешь если меня ещё не было, когда наши на Армагеддоне своими телами гвардейцев прикрывали, то я бы зассал? Да? Думаешь, я бы зассал? — Да успокойся, придурошный. Рюрик немного остыл, затем наполнил кубки и протинув один Скальду, спросил: — Ну, а что с планами старика было? — Ничего. Не сбылись планы.Там вообще, интересно было. У них всегда, во всём народ виноват был. Как потом говорили: «народ не тот». — А в чём народ-то виноват? — В том, что Народные Войны начинал. Предводителей их, а ими в основном были атаманы ушкуйников, объявляли бандитами и предателями. Которые своими действиями ослабляли государство. — Красота! — Рюрик грохнул кулаком по столу, — то есть, это народ виноват, что его в рабство погнали, а он видите-ли заартачился. И правда: «не тот народ». — Вот именно, Щенок. В общем, после смерти их «тряпочного» императора у них опять бардак начался. Но, тут нужно сказать об одном интересном моменте. Во время Народной Войны, часть полков регулярной армии, перешли на сторону народа. — Ух ты! Интересно! Ну, ну? — Дугу гну. В общем, когда народные войска разгромили, эти самые полки решили простить. — И отправить в столетний очистительный крестовый поход! — Выпалил Рюрик. Волки заржали. Отхлебнув из кубка Скальд продолжил: — Нет, Щенок. Всё гораздо интересней. Кого-то из них естественно казнили, кого-то отправили в Сибирь. — Это где? — Вот тут. За Уралом. Куда Ермак свой Хирд привёл. — Слушай, старая плесень, а какого болта, ты меня про Урал спрашивал? Откуда я мог знать про него? — Да понимаешь сынок… На Урале есть такая гора Народная. В моё время её весь Империум знал. — Не слышал о такой… Слушай, а до Океана дошли наши. — Конечно. Первыми шли ушкуйники, открывая новые земли, а уже за ними шли имперские отряды. Дошли не только до Океана, но и на этот материк забрались и заселили вот эту территорию и вот эту. — Твою мать! Во дают предки! — Ага. Только земли на этом материке просрали. — Ушкуйники? — Причём здесь твои речные викинги. Императоры просрали. — Тьфу блин. А почему? — Как потом народу объясняли — Который «не тот»? — Перебил Рюрик. — Ага, который «не тот». Они то «те», прям в самый раз «те». А народ «не тот». В общем, объясняли это -сложностью управления удалённых территорий. — А что, может и правда сложно управлять было? — Может быть… Однако, всё познаётся в сравнении. Вот смотри. Видишь этот чудесный островок? — Ага. — Тут Рюрик вспомнил.— А! Это тот который викинги захватили! — Точно! Молодец, Щенок! А ты не такой придурок, каким кажешся. В общем, смотри сколько они землицы хапнули. Вот это вот. Затем вот это. Вот здесь и здесь. Вот это полностью, — Скальд вертел глобус, указывая земли, — И ещё вот это и — Э! Угомонись! У Гаюка только один олбус! Куда тебя понесло? — Глобус, дурень! Смотри! Ещё вот это и плюс вот сюда, сюда и сюда они лезли, чтоб нам не досталось. — Срань Кракена! Да это же полТерры, если не больше. — Вот именно! И ничего! Как-то справлялись. Что скажешь, Брат Рюрик? — Да уж… Теперь ясно, кто «не тот». Вот уроды. — Уроды и есть. И всё перед этими островитянами либезили. Не все конечно. Но большинство. — Слушай. Так эти самые островитяне, были такие великие воины, что столько завоевали? — Воины они конечно были хорошие. А моряки так вообще отличные. — Ещё бы! Потомки викингов! — Не только викингов, но это неважно. Важно то, что люди вот на этой территории, да и на этой, а также на всей вот этой, сражались в железных доспехах и хорошим по тем времененам оружием, включая древние примитивные пушки и ружья. А на всей остальной территории, люди вместо железных доспехов — носили листья, на голую жопу. И сражались палками да камнями. — Ну тогда ясно. С голожопыми-то, чё не воевать. — Дело не только в войне. Они многие земли захватывали, стравливая друг с другом народы и страны. Обычная их тактика. — Грамотная тактика. Ничего не скажешь. Слушай, а зачем им столько земли нужно было? — И эффективная. А затем, что они хотели покорить всю Терру. — Цель достойная мужчины! — Кто бы спорил. Вот только наша империя — была им как кость в горле. — Да уж. Действительно. Серьёзная у них проблема возникла в виде наших. Слушай, Брат, а что с теми полками, которых простили? — От, Брат Рюрик. Там очень занимательная история вышла! Плесни-ка ещё по одной! Перед этой Сагой нужно горло сполоснуть. Волки выпили. Скальд продолжил: — В общем, власти посчитали, что неразумно уничтожать хорошо обученный, а так же закалённый в боях, человеческий материал. И решили отправить солдат этих полков в столицу. — Куда? В столицу? В столицу-то нахрена? — Тут дело в следующем. В столице базировалось большинство полков регулярной армии. И власть решила, что абсолютно лояльные столичные войска положительно повлияют на своих заблудших братьев. Так сказать, перевоспитают их. — И как? Перевоспитали? — Ага! Только с точностью до наоборот. Солдаты повстанческой армии, попав в столичные полки установили в них свои порядки, которые они переняли у ушкуйников Народной Армии. Таким образом, получилось так, что после разгрома народных войск, абсолютно лояльные столичные полки, стали по сути полками Народной Армии. И после смерти «тряпочного» императора, полки начали поднимать на копья ярлов и прочую знать.Таким образом, пламя Народной Войны перекинулось на столицу. Причём, не в виде толпы крестьян или отрядов ушкуйников, а в виде полков регулярной армии. — Обоссы меня Кракен дважды! Во парни дают! Лихие ребята! Клянусь Фенрисом лихие! Реально Великая Сага, Брат! — Нравится? — Ещё бы! А что с ними стало? — Ну в общем, когда к власти пришёл новый император, прозванный в дальнейшем Великим, он эти полки расформировал, казнив многих солдат. — Как Великим? Так же как и тот, первый? — Нет. Я же говорил, первого они грязью облили. А этого они Великим прозвали. — А он реально был Великим? — Как тебе сказать. В общем, да. Но тут вот в чём дело. Что этот Великий, что другие, кого так прозвали, действительно были великими правителями. Вот только, тот первый, который Грозный, был воистину Великий! А остальные, даже все вместе взятые на его величие не тянули. — А кого у них ещё великими прозвали? — Ну бабу одну. — Бабу? Баба была императором? — Ага. Была. И не одна. Был у них период, когда бабы на престоле сидели, чаще мужчин. — И что, она правда была великая? — Ну вообще, великими их всех прозвали конечно заслуженно, поскольку все они строили великую империю. Вот только, что при этом, которого первого великим прозвали… В общем, при нём Народная Война продолжилась и шла практически всё время его царствования. То затухая, то вспыхивая вновь. Хотя конечно, такого масштаба, как при его отце война не достигала.Такого масштаба, если не большего, она достигла как раз при этой бабе императоре. — Да уж. Интересная империя… Вроде бы великие правители строящие великую империю, и в тоже время война с собственным народом. — Так ты понял, Щенок, как это произошло? И Что именно произошло? — Государство отторгнуло народ? — Вот именно! Государство лишило народ гражданства. Ведь если раньше, ещё при ярлах, у них был свой ярл. Свой ярл! В котором они не видели врага. Он был свой. И у ярла был свой хирд, который их защищал. И они содержали ярла и его хирд, понимая, что они содержат военную силу для своей защиты. Тоже было и при Грозном Императоре. Они были частью государства. И государство было им своим и родным и понятным. К императору, как и прежде к ярлу, можно было прийти толпой и поговорить. И он выходил к народу и говорил. Это было нормально. И главное это то, что народ чувствовал — что это его родное государство. Он, народ, своё государство любил и гордился им. То есть, простой земледелец был гражданином своей страны. А новая династия превратила их в говорящий скот. Земледельцев продавали как скот, проигрывали в карты, дарили как лошадей или собак, на которых их кстати выменивали. И каждый новый император всё больше и больше превращал их в рабов. Этот который великий, практически узаконил рабство, приравняв крестьян к рабам. А которая баба, так вообще, ввела это рабство в самую высшую степень. Дав право аристократам судить своих крестьян, которым запретили жаловаться на любое беззаконие. Тем самым — новая династия, совершила самое страшное преступление против своего народа и тем самым против самой страны. Новая власть, за несколько столетний рабства, убила в народе Гражданина своего государства. Ненависть и недоверие навсегда вселилось в сердце народа. Была убита связка: Государства и Гражданина. На которой и держалась наша многострадальная Родина. Конечно, любовь к Родине никуда не делась. Однако, государство, сделавшее гражданина рабом — любить было не за что. Мягко выражаясь. Именно это и есть главное преступление династии предателя. Рюрик бы крайней поражён услышанным. Он наполнил опустевшие кубки, и Волки чёкнувшись выпили. Скальд задумался о чём-то о своём, а Рюрик непонятно почему, вспомнил Кадию. Видимо, боль потерь давала о себе знать. * * * Однако, воспоминания Рюрика, это штука субъективная, которая не даёт полного понимания происходящего. На самом же деле, ситуация выглядела следующим образом: на протяжении последних двух лет, Кадия периодически подверглась атакам хаоситов, однако, атаки эти не были полноценным наступлением на планету. Да и вообще, не были попыткой наступления. Удары наносились, прежде всего по системам наблюдения планеты. А так же, противник активно применял средства радиоэлектронной борьбы, что совершенно не характерно для хаоситов, поскольку сторонники Хаоса, значительно уступали имперцам как в количестве, так и в качестве средств РЭБ. В эти же разы хаоситы, эти самые средства РЭБ применяли очень активно, а так же постоянно наносили пси-удары по средствам обнаружения, а так же по системам космической обороны планеты. Командованием Кадии были сделаны выводы, что противник пытается прощупать и вскрыть систему обороны планеты. На самом же деле — противник, перечисленными выше действиями, отвлекал внимание и прикрывал высадку войск в Доракских Альпах. Рюрик был абсолютно прав в своих выводах — это был именно плацдарм. Магистр Войны Эзекиль Аббадон, готовил полномасштабное наступление на Кадию. Для этого на планету скрытно перебрасывались части Особой Ударной Группы XVl легиона, а так же 3-й Штурмовой бригады 1-го Штурмового корпуса Гвардии Хаоса. Всего, Абаддоном было сформировано два таких корпуса, которые были элитой его гвардии, да и всех хаоситских, неастартовских войск, что кстати сказать и подметил Рюрик. К моменту появления фенрисийцев, на Кадию было переброшено: 730 космодесантников Чёрного Легиона и 3400 гвардейцев хаоса. Легионеры имели 12 танков и 20 Носорогов, а также 6 Осквернителей. Гвардейцы Хаоса имели: 26 танков и 42 БМП, а так же 23 самоходных орудия. Так же к ним присоединилось какое-то количество дезертиров, мародёров и прочего отребья. Аббадон намеривался перебросить им в поддержку ещё 200 астартес и около тысячи гвардейцев, что стало бы последним штрихом в разворачивании группировки поддержки силам вторжения. Однако, появление фенрисийцев сорвало планы Аббадона по началу полномасштабного вторжения на Кадию. Как известно, это самое вторжение случится 26 лет спустя, и если бы не наши скромные герои, то удар на Кадию произошёл бы на 26 лет раньше. Естественно, Волки об этом не знали, как и не знали этого в больших штабах Кадии да и самой Святой Терры. Теперь же переходим к описанию того, что видели и знали непосредственные участники событий.