Вся Власть Астартес (Начало)

Во время обсуждения плана операции Рюрик, категорически запретил Ба’келу идти на абордаж. Аргументируя это, опасностью попасть под огонь «Новы». За жизнь магистра (во время абордажа) он не опасался. Поскольку, встреть он варбосса зелёных — разорвал бы даже голыми руками. В этом сомнений не было. Могучий Ба’кел, да ещё и в терминаторской броне -это верная смерть любому зелёному переростку. К тому же, с ним был Макс. В силе он, конечно уступал гигантам варбоссам, однако зарезал бы любого из них как свинью. А вот «Нова»… Этого Рюрик действительно боялся. Боялся, что непутёвый союзничек, попадёт под «дружественный огонь». «Союзничек» же, хотел подвигов. Поэтому, и пошёл на абордаж (игнорируя приказ Рюрика). Макс конечно же понимал, что его командир «чудит», однако спорить не стал. Потому как бесполезно. Если магистру, что в башку втемяшилось, то или лоб расшибёт или добьётся своего. Третьего не дано. Поэтому, когда «Стойкость» пустила стаю торпед по правому кораблю, большинство из них были десантные. На абордаж отправились 24 терминатора, включая Ба’кела и Макса. Из обычных торпед, только одна попала в цель, и в пробитую ею пробоину, тут же нырнула торпеда Ба’кела. Остальные проламывали броню корабля (хреновенькую, кстати броню). Пробившись вовнутрь, Сыны Злобы разделились на две группы. Одна, под руководством Ба’кела и Макса пошла к командному мостику (где магистр надеялся найти поединщика), вторая группа, под командованием Аргона Взломщика, пошла ломать силовую установку. Ба’кел понимал, что вырезать всех у них не будет времени. Поэтому, и приказал вывести из строя двигатель, чтоб потом спокойно вернуться и дорезать остальных, а так же забрать свои торпеды. Два отряда терминаторов прошли по кораблю зеленокожих — огнём и мечом. Они прожигали переборки мельтами и выкашивали орков шквальным огнём болтеров. Когда закончилось БК, Сыны Злобы устроили резню. Рубили мечами, крушили кулаками, а то и просто затаптывали десятки особей. К моменту сигнала об эвакуации (поступившего с баржи) терминаторы выглядели так, что мясники на скотобойне — выглядят лучше. К разочарованию Ба’кела, варбоссов на корабле не оказалось, и он грузился в Ястреба в очень дурном настроении (ещё бы, такого рыцаря и лишили подвига). Спустя пятнадцать минут после сеанса связи Рюрика и Гробовщика, «Стойкость» вновь вышла на связь: — Железный… Железный… Я Гробовщик… Приём… — Я Железный… Слушаю тебя Гробовщик… — Ты же у нас, типа, главный… Докладываю… С нашей стороны «большой кучи», взлетели пара десятков «навозных мух»… Похоже, к нам собираются… — Отобьётесь? — Как два пальца обоссать… Не бзди, начальник… — Понял тебя, Гробовщик… Как там, Людоед? — Всё в норме, начальник… Идут домой… — Понял тебя, Гробовщик… Конец связи… — Нет, вы слыхали? — недовольным тоном проворчал Рюрик, — Банда какая-то… — Да уж… То ли — урки, то ли — анархисты., — предположил Скальд, — Хотя, вряд ли — урки… Сцелос же, планета варваров, а не криминальных банд. — Командир! — встрял Гаюк. — С нашей стороны, тоже — десятков шесть «навозных мух»! Рюрик уставился на громаду Скитальца, с которого поднималось 62 летательных аппарата орков, похоже что истребителей. — Твою мать! — вскрикнул Гаюк. Изумлённый и поражённый Рюрик выдал серию отборного мата. Это была их реакция на выстрел «Новы». «Знамя Фенриса» сделало свой ход. Чудовищной силы удар обрушился на ближнюю к Волкам часть Скитальца, пробив в нём дыру диаметром в несколько километров. Со стороны выходного отверстия (видимого Волкам), в космос выбросило фонтан обломков разной величины. От мелких — в несколько метров, до огромных — в десятки, а то и сотни метров величиной. Этим самым фонтаном, сдуло как ветром четыре десятка истребителей из тех шестидесяти, что увидел Гаюк. От удара, Скитальца развернуло на 30 градусов. Видя это, Скальд вскочил и взревел во всю глотку: — Встать! Смирно! Все, машинально подорвались и вытянулись. Скальд отсалютовал обнажённым мечом в сторону где находился линкор. В его глазах стояли слёзы. «Знамя Фенриса» погибшее 10 000 лет назад, возвращалось к жизни. Линкор сделал свой первый выстрел за 100 веков. Все сначала не поняли причину, однако быстро сообразили в чём дело и отдали честь. Гаюк рявкнул по связи: — Бч-2! Салют из всех орудий! «Железный Коготь» открыл огонь из всего, что могло стрелять. Как это ни странно, но «Стойкость», почти одновременно с крейсером тоже троекратно отсалютовала линкору. Скальд заплакал. Раздался вызов с Баржи: — Я Утроба (позывной «Стойкости»)… Я Утроба… Скальд-братуха!.. Братва, от души, поздравляет!.. Твой драккар — снова жив! — Спасибо, братишки! Рюрик указав взглядом на оставшиеся истребители орков, спросил Гаюка: — Ястребов будешь поднимать? — Да, ну! — Гаюк скривился. — Много чести. Турели разберутся. В это время, грянул второй выстрел «Новы». Почти половина Скитальца (приблизительно 40 — 45%) разлетелось на куски. В результате чего, образовалось десятка полтора крупных обломков, размером — в несколько километров, а мелочи без счёта. Таким образом, выстрел «Новы» родил небольшое поле миниастероидов. Оставшуюся часть Скитальца, развернуло на 180 градусов. После чего, он начал вращаться. «Железный Коготь» и «Стойкость», уходили как можно дальше от Скитальца, отбиваясь от истребителей орков (которые очень быстро закончились, перебитые турелями кораблей). Затем, в игру вступил «Фаэтон». Мощнейшие ленс-излучатели, жгли и рвали на куски космического монстра орков. Скиталец кипел под огнём и терял куски своего тела, которые с мясом вырывали из него лазерные залпы скватов. Когда дальность стала позволять, в дело вступили макропушки «Фаэтона», которые как и ленс-излучатели были линкоровских калибров. После получаса обстрела главными калибрами «Фаэтона» — Скиталец перестал существовать. От него остались только обломки. Космические силы зеленокожих (в этой системе) были уничтожены. Союзная эскадра одержала свою первую победу. Победу абсолютную. И не потеряла при этом, ни одного человека.