Не запланированная любовь (ErrorInk)

      Утекло много воды с начала отношений художника и геймера под известными именами Инк и Эррор. Все мы помним о том, что гетерохромный принял чувства брюнета ради интереса, что будет дальше. Он не любил его, но, узнав намного лучше, почувствовав всю любовь от него, он невольно поддался ему и, казалось, что сам начинает проявлять признаки внимания к кареглазому. В итоге, они делят крышу над головой в столице. Хоть это всё и обобщено, может, проследим за тем, что они собираются делать сегодня?       Разгар летнего сезона, как «неожиданно», достаточно жаркого для работы на дому, из-за чего главные герои истории ничем не занимались. Брюнет лежал на животе, подпирая грудь и шею мягкой подушкой, в руках держал планшет и спокойно смотрел видеохостинг. Чуть ниже его попы расположился белобрысый, что иногда поглядывал, на что смотрит его уже парень, и от нечего делать рисовал на его спине боди-арт в виде позвоночника с рёбрами, внутри которых располагаются летние растения, бабочки и пчёлы, естественно, опираясь о выделяющиеся позвонки на спине с использованием референсов. Между парнями произошёл короткий диалог: — Может, сходим в приватный бассейн? — внезапно вышло из уст Эррора, голос был монотонным. — Чур ты платишь… — сначала тяжело вздохнув, ответил Инк, делая последний штрих.       После чего художник сфотографировал сие чудо на камеру и активно стал убирать с кровати все принадлежности, что использовал во время работы. Встал с насиженного удобного места и ушёл смывать краску с кистей. Брюнет в это время наконец-то смог хорошенько потянуться, хотел перевернуться на спину, ведь находиться в одном неудобном положении не было приятным, но в последний момент он вспомнил о том, что на его спине находится ещё не засохшая краска. Недовольно рыкнув, Эррор встал с кровати. Желание полежать на спине не ушло, что портило настроение брюнета ещё больше. Через минуту Инк возвращается в комнату и застаёт кареглазого за просмотром свежей фотографии. Через боль художник позволяет смыть творение в ванной, из-за чего геймер незамедлительно направился к выходу из комнаты, перед уходом поцеловав творца у губ.       Через некоторое время парни покинули квартиру и направились в ранее упомянутый бассейн. Их планы немного изменились: Эррор решил пригласить также и его новых друзей за время проживания в новом городе: Найтмер, Киллер, Хоррор и Фелл. Они познакомились в одном из командных шутер-игр, где один из них оценил профессионализм другого. По итогу была создана приватная беседа, где они могли общаться друг с другом, созваниваться и во время звонков играть в одну и ту же игрушку, обсуждая планы нападения на врагов уровня выше.       Вообще, данный бассейн был общественным, потому приватность нужно было забронировать дома. Пока они направлялись туда, встретились с компанией Найтмера и обсудили, чем могут заняться, пока не наступила их очередь в бассейне. Познакомились с художником, затарились негромоздкой едой и питьём, половину из чего было съедено до прихода в общественное место.       Раздевшись до плавок, спрятав вещи в шкафчики, которые закрыли на ключ, ополоснувшись в местном душе, они всей компанией наконец-то вышли в просторное пространство, в котором уже находился один большой прямоугольный бассейн. У стен находятся всяческие надувные круги, рядом с ними такие же мячи, матрасы с другими игрушками и не игрушками для отдыха. Оставив ключи на скамейке, они осмотрели помещение, после чего Найтмер оказался первым, кто полностью погрузился в прохладную воду. У них был целый час для активного отдыха! Но уже через минут 20 все устали от различных соревнований по типу «кто первый…» и «кто дольше…», поэтому они теперь просто сидели на бордюре бассейна свесив ноги в воду. Только Найт и Фелл успели взять себе единственные надувные матрасы и валялись на них, общаясь с Киллером, Хоррором и нашим Эррором. Инк остался в стороне, так как сильно выделялся из их компании, не любил игры, в которых доминируют жестокость и оружие, да и в общем он для них всё так же является незнакомцем, из-за чего чувствовал себя лишним.       Через минуту Инк бросил свой последний взгляд на заинтересованного Эррора, прежде чем скрыться за дверной проём. Гетерохромный встал в одну из дальних душевых кабин со стороны большого помещения, открыл прохладную воду, и из душа стала струиться свежая жидкость. Охладиться ему правда стоило, потому он просто стоял, задрав голову вверх, закрыв глаза, наслаждаясь, как дорожки из капель устроили соревнование на бледном теле. Задумался. О чём? О разном: как он хорошо нарисовал позвонки на спине Эррора, как с удовольствием уплетал булочку с джемом, как завёл новые знакомства и как эти самые новые знакомства не считают его интересным. А интересный ли он человек вообще?       Художник опустил голову, аккуратно открыв глаза, рассматривая тату, что покрывала большую часть плеч, ключиц, грудной клетки, торса… Он выключил воду, тяжело вздохнув, вспоминая неприятную ситуацию студенческих будних дней: Инк с друзьями отмечали завершение третьего курса у друга дома, у которого в свою очередь также имелись алкогольные напитки, которые художник не побрезговал испить. Не каждый день даётся возможность попробовать свои художественные таланты в жанре сюрреализма, да… Картины стоили того, но чтобы после один из однокурсников решил устроить тату-салон на ночь… Ой, вспоминать это неприятно… По крайней мере, странные завитушки выглядели не так плохо.       Очерчивая каждый поворот, разветвление, конец, беловолосый не заметил, как из бассейна вышел кто-то ещё… Не сразу осознав хлюпающие шаги позади себя, Инк вздрогнул от внезапных объятий со спины. — И куда это ты ушёл? — прозвучал прямой вопрос с уст кареглазого, что удобно устроил свой подбородок на макушке художника. — Э-эррор! Не стоит так подкрадываться сзади! — вздрогнул от испуга гетерохромный. — М? Я достаточно громко подошёл к тебе, это ты там где-то в облаках витаешь… — спокойно произнёс Эррор, опустив свои руки на таз парня. — Ты ушёл, не предупредив меня, это я должен был пугаться. Что случилось? — Но в ответ кареглазый услышал только молчание. — Посчитал, что ты лишний? — сделал смелую догадку. — Угу… — горько сглотнув, тихо подтвердил белобрысый. — Просто… После твоего предложения, я думал, что мы будем одни и… сможем весело провести время, — Инк отстранился от объятий и повернулся лицом к Эррору. Он не смотрел ему в глаза. — Но ты решил пригласить их, а я теперь не могу даже отказать тебе, не хочу сделать тебе больно. — Сейчас ты делаешь мне больно, — быстро произнёс высокий парень, очень медленно приближаясь к художнику ближе, заставляя того пятиться назад с округлёнными глазами. — Ты молчишь и ничего мне не говоришь, из-за этого я не узнал, что тебе неприятна их компания, поэтому начинаешь считать себя тут лишним. Я не могу читать твои мысли, Инки…       Художник уже и не заметил, как оказался прижатым к белой плитке душевой кабины. Его голова была опущена в бок. Было стыдно, но так приятно, что его снова отчитывают, как в те дни, когда жил с Блу и Дримом, который в свою очередь ругал их за беспорядок или погром на всю квартиру. На лице появилась лёгкая улыбка от приятных воспоминаний былых дней, он поднял взгляд на Эррора, после отстранился от стены и обнял за шею, опуская его для лёгкого поцелуя в губы, и прошептал: — Как я могу загладить свою вину?       Геймер не был готов к активности со стороны своего возлюбленного, из-за чего был слегка удивлён. Он просто стоял в сгорбившемся положении, а глаза смотрели в никуда, пытаясь понять произошедшее. Художник, наверное, никогда не проявлял такого внимания к Эррору. Послышался смешок со стороны белобрысого. — Хорошо, обсудим это дома. Вообще, я хотел вас дождаться в раздевалке, я устал… — спокойно произнёс невысокий парень и отпустил кареглазого, позволяя тому выпрямиться. — Я подумаю над твоими словами. Что ж, тогда мы скоро закончим и продолжим прогулку, — ответил геймер, отходя от гетерохромного, давая возможность покинуть небольшое помещение.       Инк ушёл в раздевалку, а Эррор к друзьям, продолжая с ними диалог на какую-то поднятую тему в компании. Когда время стало подходить к окончанию приватности, друзья убрали всё на места и, ополоснувшись в душе, вернулись в раздевалку, где их поджидал уже собранный художник, что-то рисуя в планшете. Это не ушло от внимания Найтмера. — Воу! Не знал, что художники и вправду несмотря на обстановку будут что-то рисовать… — произнёс он, смотря через плечо белобрысого.       Распространённый стереотип о художниках не мог не вызвать улыбку, Инк отправил устройство в спящий режим, после чего спрятал его в сумку и сообщил, что будет ждать их снаружи. Эррор проводил Инка взглядом, а на друга мельком неприятно взглянул, после продолжил вытирать голову полотенцем.       Инк и вправду ждал их снаружи, вручая компании фасовочный пакет с мороженым, извиняясь тем самым за неактивность в этой прогулке. Примерно полчаса они гуляли полной компанией, шутили, даже художник пытался вклиниться в диалог, в который его принимали и слушали. Вскоре они по одному стали расходиться по своим делам, благодаря за бассейн. Инк и Эррор остались вместе, в тишине решили встретить вечер в парке, который располагался недалеко от их дома, перекусили, поскетчили и завершили прогулку. Вернувшись домой, они повесили плавки сушиться в ванной и после смогли расслабиться, завалившись на кровать. В квартире начало заметно темнеть. — Инки, то, о чём мы с тобой говорили в душе… — прервал тишину брюнет. — Я, кажется, знаю, как ты можешь загладить свою вину, — он встал с кровати, потягиваясь, снял с себя уличную одежду. Гетерохромный заинтересованно уселся, смотря на парня. — И… что же я могу сделать? — для приличия спросил художник, решая, что ему тоже бы надо переодеться. — Раз теперь ты меня целуешь, я бы хотел, чтобы наши отношения перешли на новый уровень, — произнёс геймер, посмотрев на сидящего через плечо.       На этом моменте Инк сразу понял, к чему клонит возлюбленный, потому замер в размышлениях. Хорошая ли это идея? «Новый уровень» — это только появление секса в их совместной жизни? Кто из них пассив? Не изменятся ли чувства Эррора к нему после всего этого? А больно ли? А если вдруг… вот и будет ему месть в виде живых обнажённых референсов! Замечательно! — Так уж и быть, уговорил… — смотря на брюнета, усмехнулся художник. — Серьëзно? Ты так просто на это согласился? — с неким скептицизмом прищурился старший. — Чур я первый в ванную! — подпрыгнул белобрысый и быстро покинул комнату.       Только удивлённый взгляд проводил художника из комнаты. Принимая такую реальность, Эррор в полудомашней, полууличной одежде решил сходить за недостающими компонентами первого гейского «ритуала». Зная, что гетерохромный любит понежиться в ванной, успевает прийти обратно в квартиру прямо в тот момент, когда увидел, как голая попка юркнула в заметно потемневшую спальню. Брюнет разулся только ногами, удерживая равновесие, и заглянул в дверной проём, где увидел занавешенные шторы и еле различимый силуэт художника, который сидел на кровати и смотрел на Геймера. — Ты тоже искупайся… — отворачивая голову в бок и поднимая плечи, тихонько произносит Инк. — Всё, что пожелает моя принцесска~ — басистым голосом ответил кареглазый.       Перед уходом Эррор всё-таки зашëл в комнату и, оставляя на столе совсем небольшой пакетик из аптеки, взял из шкафа полотенце и покинул возлюбленного. Инк же, пока был в ванной, услышал, что его напарник покинул квартиру, потому он из стеснения покинул комнату полностью обнажённым, как вдруг услышал звук открытия двери, напрягся и быстро спрятался в спальне. Сейчас кажется, что Инк такой весь бесстрашный, не знающий, что будет после повышения их уровня отношений, достаточно уверенный и в словах и действиях. На самом же деле, в его голове была паника: он понимает, что его рост сразу говорит о пассивной роли, что это будет считаться его первым разом, так ещё и с таким… привлекательным, высоким и уверенным в себе Геймером.       Как только Эррор закрылся в ванной комнате, Инк даже не полюбопытствовал, что же успел купить за это время высокий. Он догадывался. Продолжал сидеть в темноте, представляя, что будет дальше. Художник был уверен в себе как раз-таки благодаря этой самой темноте. Вернулся в эту реальность он только благодаря загоревшемуся в коридоре свету и силуэту в дверном проёме. — Доволен? — заходя в комнату, спросил Эррор. Как он покинул коридор, свет за ним автоматически выключился. — О-очень даже… — приулыбнулся белобрысый, ощущая, как по его спине прошлись мурашки. Он успел привыкнуть к темноте и теперь наблюдал за движениями брюнета. — Я понял твой намёк с темнотой. Готов? — шарясь в аптечном пакетике, он взял из него покупочки и уселся рядом с Инки. — Я ради кого стараюсь быть смелым?! — возмущённо произнёс младший, смотря за действиями Геймера.       Брюнет же просто расставил вещи на узкий столик, который находился у изголовья кровати. Подсел ближе к партнёру и без предупреждения накрыл его губы своими. Для удобства художник развернулся к нему, ощущая на себе взгляд и касание тёплых рук на плечах. Очередной поцелуй, но уже более серьёзный. Изредка языки прикасались друг друга. Эррор стал надавливать на плечи белобрысика, аккуратно укладывая его на спину. В этот момент случайно стукнулись зубами, что вызвало у обоих улыбку. Когда Инк удобно устроился под брюнетом, последний отстранился от поцелуя, устраивая правую ногу у паха гетерохромного, коленкой ощущая между этим соприкосновением преграду в виде тонкого одеяла, которым был прикрыт Инк после ванной. Ничего страшного, сейчас нужны лишь нежные прелюдия. Потому брюнет сделал очередной короткий поцелуй в губы, после в подбородок, затем в шею, где словил джекпот: после парочки поцелуев он ощутил, как художник напрягся и обнял своими ногами ногу актива. На шее Инка расцветало множественное количество поцелуев от возлюбленного, и пассив отвечал на это потиранием своего паха о бедро Эррора. Иногда ноги задирались выше, косаясь паха старшего, ощущая полотенце, которым был прикрыт Геймер. Художник схватил напарника за плечи, задирая голову вверх, давая больше площади для поцелуев. Это возбуждало обоих. Инк теперь дышал через открытый рот, глаза не мог открыть, да и смысла в этом не было. Эррор целовал шею, давал отдышку, переходя на плечи и ключицы, а после снова возвращался к чувствительной точке. В конце концов он отстранился, выпрямляясь. Оставаясь на коленях, старший решил убрать в сторону ненужное одеяло и своё полотенце, своими действиями скрывая усталость от нависания над любимым. — Давай лучше сидя? — прошептал актив.       На этот вопрос был ответом только невидимый кивок и то, что Инк нехотя встал на колени. Он не мог что-либо сказать из-за пересохшей ротовой полости. Пока Эррор доставал со столика лубрикант, у пассива уже замылился взгляд. Устроившись у стенки, Эррор повёл к себе за ручки Инки. Они соприкоснулись органами, между ними разнёсся лёгкий, приятный запах лавандовой смазки. — Будет совсем немного прохладно, не пугайся, я не наврежу тебе… — продолжает шептать геймер.       Уже смазанной рукой он прикоснулся к органу возлюбленного. От неожиданности художник сжал плечи Эррора и опустил голову вниз. Эррор начал аккуратно смазывать орган возлюбленного, не забывая про себя и начиная тереть их друг о друга. От таких действий Инк стал поддаваться, утыкаясь макушкой в плечо напарника, продолжая дышать через рот. Затем рука отстранилась, давая старшему возможность добавить смазки на руку. На этот раз брюнет сухой рукой поставил Инка на колени, чтобы было удобно добраться до следующей нижней части тела. Не ожидая проникновения пальца, Инк тут же уселся на ноги Эррора, горбясь так, что длины руки кареглазого не хватало дотянуться. — Тише, я просто хочу, чтобы тебе не было больно… — всё так же шёпотом говорит Эррор, беря Инка за руки и медленно приближая его к себе.       Послышалось еле различимое «угу», и актив начал растяжку, уже свободной рукой приобнимая его за талию. Количество пальцев со временем увеличивалось. Эррор продолжал целовать шею пассива и слушать редкие полустоны, ощущая, как Художник начинает поддаваться пальцам и тереться органом о возлюбленного. Инк расстроился от ощущение пустоты внутри себя. Эррор надевал на свой орган презерватив, так же смазывая лубрикантом. Руками направил партнёра ближе к себе за талию, после чего насадил на себя подготовленного художника, который всё равно пискнул от этого. Он помогал брюнету тем, что сам и насаживался. Приняв полностью, белобрысик уткнулся ему в плечо, тяжело дыша и дрожа. На телах обоих появилась испарина пота. — Ты б-большой молодец, Инки… — шепчет на ушко Эррор, продолжая держать возлюбленного за таз.       Тут младший через небольшой промежуток времени потянулся за поцелуем. Во время поцелуя Инк чуть привстал и снова полностью сел. — Он… большой… — кое-как смог выдавить из себя младший, которого прервали поцелуем.       Сначала всё было медленно и растянуто, поцелуи в шею Инка побуждали неосознанно, когда как ускорять движения. Ему также помогали в этом большие руки Эррора, которые находились на его ягодицах, часто раздвигая их. В какой-то момент художник полностью встал с органа, тяжело дыша, давая удобно лечь активу на спину. Снова садится на него, упираясь руками о его грудь, двигаясь заметно увереннее и издавая тихие, сладкие стоны. В конце концов упирается уже лбом о другое плечо геймера, рукой берётся за своё достоинство, приближая себя к разрядке. В комнате витал приятный запах смазки, слышались неприличные шлепки кожи о кожу, тяжёлое дыхание и стоны. Эррор в какой-то момент стал подмахивать тазом навстречу к невысокому парню с ускоренным темпом, под который Инк не мог уже подстроиться и просто замер, упираясь щекой на ключицу брюнета, чуть задирая зад вверх, неосознанно. — Эр-ри~ — хрипло, с трудом шепчет Художник.       Тот понял, к чему ведёт возлюбленный, становясь грубее и входя глубже, после чего оба растворились в чувстве оргазма. Инк заляпал пресс Геймера своим семенем и сжимал его орган внутри себя. Эррор же надеялся на прочность защиты и не выходил из любимого человека, входя в него как можно глубже, сжимая бёдра, на которых останутся на недолгий срок следы. Тяжёлое дыхание обоих, неподвижность тел, будто они скульптура. Так продлилось не больше минуты: белобрысый начинает движение, опуская таз напарника своим, на простынь. Он не открывает глаз, не спешит с действиями, он хочет прийти в себя и остановить дрожь. Брюнет замечает и ощущает все действия. Как только сидящий на нём человек расслабился, сел и обнял за талию гетерохромного, чуть сгорбившись, не пачкая, затянул в поцелуй, надеясь избавить партнёра от засухи во рту. Инк отвечает на это, опуская руки возлюбленному на скулы, делая поцелуй требовательным. — Я… смог… — отрываясь от поцелуя, хрипло шепчет Инк, чуть приоткрыв глаза. — Я… невероятно устал… — заметно, что слова даются с трудом, а его руки перешли со скул на плечи. — Ни слова больше. Завтра всё обсудим, тебе надо поспать, — шепчет Эррор, убирая волосы с лица любимого, аккуратно укладывая и затянув в короткий поцелуй. — Я скоро буду. Спокойной ночи, Инки… — отстранившись, шепчет в губы и наконец выходит из тела, на что слышит тяжёлый вздох.       Почувствовав кивок головы напарника, кареглазый встаёт с кровати и поспешно направляется в ванную, чтобы привести себя в порядок и избавиться от использованной резинки. Вернувшись в комнату, благодаря свету из коридора, старший заметил, что художник уже успел укрыться одеялом и, судя по сопению, уснуть. Дождавшись, когда свет автоматически выключится, тихо подошёл и аккуратно лёг под одеяло рядом с любимым ему человеком, накрыв одну его руку своей. — «Интересно… Твой эксперимент оказался удачным… Или провальным, раз наши отношения стали реальными и серьёзными?» — смотря сквозь темноту, думал Эррор. Закрыл глаза и присоединился ко сну.