Right Left Wrong

***

       АУ. АВ. Alternative Universe.       Альтернативные вселенные. Многим из нас понятен смысл любого из этих слов. Под ними мы понимаем мир, отличный от мира UnderTale, но одновременно и зависимый от него.        Для некоторых это многодневный и даже многолетний труд, бессонные ночи, стол, заваленный скетчами и листами с отрывками сюжета. Но каждый Создатель гордится своим творением.       Инк нравится вдохновлять молодых Создателей и помогать уже опытным. Это, в конце концов, смысл её существования. То, ради чего её создали. Помогать Создателям и охранять АУ. Но это даже интересно.       Особенно художнице нравится работать с молодыми и начинающими Создателями. В них всегда так и искрит воображение, и их миры отличаются особой красочностью. Но большая часть таких Создателей нуждается в постоянной поддержке и направлении, ведь любая трудность может подкосить их силы и уверенность в себе. Конечно, есть и такие Создатели, которые все проблемы решают, трудности их не останавливают, но таких не особо много.       А вообще, нет двух одинаковых Создателей, как нет двух одинаковых Сансов.       Работа с каждым новым Создателем — это новое приключение, способ узнать что-то новое о людях. И Инк выполняет свою работу должным образом: постоянно проверяет состояние существующих АУ, помогает Создателям создавать новые, поддерживает их.       Но в бочке мёда всегда есть ложка дёгтя. А для Инк этой ложкой дёгтя стал Разрушитель АУ в капюшоне. Всё, что Защитница о нём знает, это имя.       Эррор. Очень говорящее имя. Лагающий голос, вечные надписи «Error», вечно парящие возле Разрушителя. АУ и раньше разрушались. Вначале это были АУ, в которых изначально был какой-то большой изъян или сбой, поэтому Инки не придавала значения этим исчезновениям, утешая Создателей. Но когда начали пропадать довольно хорошие АУ с проработанными сюжетом и графикой — тогда настало время задуматься над ситуацией.       И тогда Создатели наделили девушку подарком, о котором Инки даже мечтать не могла. Ей подарили Душу. Душу, благодаря которой художница сможет отказаться от постоянного питья красок, имеющих довольно неприятный вкус. Душу, с помощью которой она сможет ощущать, когда АУ начнёт разрушаться.       Благодаря своей новой душе Инк познакомилась с ещё одним Сансом. Почему именно Сансом? Потому что в АУ никто, кроме Санса не использует Гастер-Бластеры в атаках и не перемещается по АУ. Хотя после сбоя в Мультивселенной все и превратились в людей, но способности-то не изменились.       Всё же Инки сумела отстоять ту АУ. Но долго расслабляться ей не дали. Эррор нападал на АУ каждый день. И не по одному разу. Защитница почти не спала, ведь после обхода и защиты АУ ей ещё нужно было помогать Создателям с новыми АУ и исправлять мелкие ошибки в уже существующих.       А так же девушку мучила мысль о том, что у Эррора тоже есть Создатель, который доволен тем, что его творение разрушает.       Художница не могла понять, как такое возможно. Ведь все Создатели, которых она встречала, дорожили и своими творениями и уважали чужие! Кто может быть настолько бессердечным, чтобы создать того, кто безжалостно убивает сотни ни в чём не повинных существ?!       Из раза в раз, сражаясь с Эррором, Инки убеждалась, что он действительно верит в то, что АУ — это ошибки, а Создатели — это бездушные твари. *** *** — Эррор, но тебя же тоже создали Создатели! Почему ты их так ненавидишь?! — спросила она в одну из их битв.       И очень пожалела об этом.       Разрушитель просто озверел, услышав этот вопрос, и стал с удвоенно силой атаковать художницу. Все шансы на спасение той АУ пропали. Ошибка её уничтожил. *** ***       Сейчас Инки сидела у себя дома, который создала в Анти-Пустоте с помощью своих красок и обрабатывала раны после последней битвы за АУ, которую художнице удалось спасти ценой целости своих костей.       Девушка с помощью небольшой кисти пыталась частично зарисовать огромную дыру на руке, в которой было видно раздробленную кость. В этот раз Эррор дрался не столь яростно. Даже не говорил. Вообще. ЗА все два часа драки Инки не услышала ни звука его лагающего голоса.       Из раздумий о Разрушителе её вывел стук в дверь. Доступ к своей части Анти-Пустоты она давала лишь одному человеку. — Открыто, Дрим.       В прихожую вошел довольно высокий блондин с необычно жёлтыми глазами и улыбкой до ушей. Но увидев состояние своей подруги, Хранитель Позитива сразу же забеспокоился. — Инки, что с тобой?! Это тот Глючный сделал? — парню хотелось использовать в адрес Ошибки слова покрепче, но постеснялся при девушке.       К тому же, он Хранитель Позитива, и ему не пристало материться. — Давай помогу. — Но Дрим, я сама могу справиться. — неуверенно возразила Защитница.       Ей неловко было выглядеть беспомощной. Да и затруднять Дрима не хотелось. Это всего лишь открытый перелом со смещением кости. — Без возражений, Инк. Ты итак себя слишком загоняешь.       Дрим взял кисть из рук художницы и стал залечивать её перелом, стараясь делать это как можено аккуратней. — Как успехи с сестрой?       Уже полгода Дрим безуспешно пытается перевоспитать свою сестру, котороую смог поймать и посадить под замок в их старом доме. Найтмер ни в какую не поддаётся воспитанию. На грубость грубит, на ласку молчит. — Как обычно. Никаких. Сегодня чуть не задушила меня. Я нашёл способ лишить её негатива. Но для этого придётся подсыпать ей снотворное. Ох, она меня убьёт за это… Но это для её же блага! — рассказывал Хранитель Позитива, нанося последние мазки — кстати, я уже закончил. — Спасибо, Дрим.       Художница убрала краски и кисть, стараясь беречь вновь востановленную руку. — Чай будешь? — Буду. *** ***       Едва проснувшись, Инки сразу же открывает портал в АУ, которой грозит опасность.       Выйдя из него, девушка получает полсотни костей, летящих прямо на неё, но успешно уворачивается ото всех. — Эррор, ну ты опять за своё? Хватит разрушать! — вновь говорит она заученные слова.       Защитница знает, что её сейчас пошлют куда подальше, вновь попытаются убить. Но не перестаёт повторять фразу, заученную настолько, что даже если её разбудить среди ночи она, сонно зевая и ничего не понимая, всё равно скажет эти слова.       Снова в художницу летят кости, пытаются опутать нити, в неё стреляют Гастер-Бластеры.       Как же она устала… Устала вечно уворачиваяться, пытаясь отстоять АУ. Она хочет, чтобы эти нападения прекратились. Навсегда прекратились.       И рука сама тянется к краскам, висящим на поясе. Они всё ещё действуют на неё, помогая испытывать нужные эмоции. Правда, с те пор, как у девушки появилась душа, она стала доставать их крайне редко. И чаще всего это была красная краска, с помощью которой она прогоняла Эррора в самых тяжёлых их битвах.       Но сейчас, впервые за три года их неустанных сражений, Инк достаёт чёрную краску. Ту самую, которой боялись все, и сама художница в том числе.       Она просто устала. Она хочет покоя. Хочет вернуться к прежней, размеренной жизни. *** *** Атака. Уворот. Удар.       Разрушителя впечатывает в дерево.       Прежде чем Эррор успевает опомниться, его уже сковывают чернила. Глючный полностью беспомощен, ведь вся его магия завязана на руках. Обездвижить руки значит лишить Эррора магии. — Попался! — радостно воскликнула Инк. — ОТпУстИ мЕнЯ, РАдУжнАЯ мУДаЧкА! — крикнул Разрушитель залаганным голосом.       Защитница засмеялась. Отпустить? После всего, что он натворил? Отпустить, зная, что разрушения продолжатся? Ну уж нет. Не для того Инк три года сражалась с ним и защищала творения Создателей. — Ты реально думаешь, что я отпущу тебя? — насмешливо спросила девушка, всё ещё находясь под действием краски. — а, Глюче? И что тогда? Ты опять продолжишь свои разрушения? Ну уж нет, этого я не допущу.       Эррор удивлённо посмотрел на художницу. Такой она не была ещё никогда. Холодной, расчётливой и жестокой. Даже, в какой-то степени, ненормальной.       Отбросив эти мысли, он со всей возможной яростью сверлил её взглядом жело-синих гетерохромных глаз. — Что же тогда? Убьёшь меня? — на удивление спокойным голосом почти без лагов спросил Разрушитель.       Инк, впервые услышавшая нормальный голос своего противника, была удивлена его мелодичности и тем, что он мог принадлежать скорее девушке, нежели парню.  — Убить? Нет, это будет слишком просто. — художница подошла к своему пленнику вплотную, наклонившись к его лицу.       А ведь она никогда не замечала, что Эррор ниже её как минимум на полголовы.       Сам же Разрушитель неожиданно вжался в дерево, стараясь сохранить как можно большее расстояние между собой и Инки. — Что же тогда? — спросил он, желая знать, что его ждёт.       Ошибка всё больше убеждался, что Инк — ненормальная.       Сама Защитница, давно мечтавшая увидеть лицо своего противника, наслаждалась моментом. Вот он, Эррор, совсем беспомощный. Она может делать всё, что хочет. Ведь она давно пробовала смотреть на него не как на Разрушителя или человека, а именно как на парня.       И он очень даже не плох. Радужную не особо смущает то, что они по разные стороны баррикад или их разница в росте.       Рука художницы потянулась к капюшону Глюка и сбросила его с головы. Инки просто остобенела. Разница в росте объяснилась сама собой.       Эррор оказалась девушкой. Причём довольно симпатичной девшушкой.       Чёрные волнистые локоны едва доставали до середины тонкой бледной шеи. Щёки усыпало множество веснушек. А от глаз шли синие полосы, напоминающие нити, исполльзуемы Ошибкой в качестве атак.       Эррор же зажмурилась, чтобы не видеть лица своего врага, когда её секрет раскроется.       Инк была в глубоком шоке. Тот, к кому она испытывала симпатию и даже влечение… Оказался девушкой… Пусть даже симпатичной, но девушкой. — Эррор… Ты… Девушка? — Защитница хотела коснуться щеки Разрушительницы, но та испуганно посмотрела на неё. — Н-Не т-ТрОГаЙ М-меНя! — голос снова стал лагать. Видимо, от испуга.       Художницу всегда удивляло отношение Эррор к касаниям. Даже раньше во время битв. Стоило Инки пусть и случайно, но коснуться Ошибки, как та просто зависала, или начинала драться ещё яростней, а то и вовсе покидала поле боя.       Сейчас Защитница не хотела злить Эррор. Пусть та и была абсолютно беспомощна. И поэтому она послушно убрала руку, достав из пояса склянку с какой-то жидкостью, мало напоминающей краску. — Хорошо. Трогать не буду. Но только если сейчас откроешь рот. Иначе придётся тебя заставить силой. — Хрен тебе, мудачка! — злобно сказала Ошибка, в душе боясь последствий.       Но она не собиралась показывать себя трусихой. Поэтому безрассудно грубила и хамила, находясь не в самом лучшем положении.       Но Инк была не лыком шита. Не взирая на последствия, она приподняла подбородок Эррор, не давая той вырваться. — нЕ ТРоГай! — кричала она со слезами на глазах.       В душе Защитницы на секунду проснулась жалость. Но стоило ей вспомнить всё, что сделала та, что плакала от её касания, как жалость пропала, а пальцы на подбородке ещё сильнее сжались, буквально протыкая кожу ногтями. — Открой рот, и тогда я уберу руку. — строгим голос не то попросила, не то приказала Инки.       Тихо всхлипывая, Ошибка всё же подчинилась. Едва она открыла рот, как Инк поднесла к нему ту самую склянку скакой-то жидкостью. — Пей. — Отравить меня соб… — не дав Разрушительнице договорить, художница влила жидкость ей в рот.       Оши закашлялась, стараясь выплюнуть её, но Инк подняла её голову вверх, и Эрри пришлось проглотить всё. Едва последняя капля попала девушке в горло, как её глаза стали закрываться, а мышцы налились свинцом. — Сно…твор…ное… — догадалась она. — Именно. — Защитница была довольна.       Она только что обезвредила ещё одну угрозу АУ. По идее, сейчас она должна стереть код Эррор, навсегда уничтожив её.       Но глядя на умиротворённое лицо Разрушительницы, на следы слёз, на то, как её тело даже во сне слегка подрагивает от касания. Глядя на всё это, Инки просто не могла уничтожить Оши, не попытавшись исправить. «Год. Ровно год я буду держать её у себя и пытаться исправить. А если не смогу, тогда… Тогда…» — девушка просто не могла додумать эту мысль.       Ей никогда не приходилось убивать.       Нет, она стирала АУ, в которых не было надежды на нормальный исход, вселенные, заражённые различными вирусами, вселенные со сбоями.       Но как можно сравнивать бездушные блёклые силуэты, амальгамы или каких-то вообще непонятных существ с живым человеком, у которого есть свои мысли, своя жизнь и душа? *** ***