Сильринг

      Вчера в дом клана Фамалия прибыл Барон Максимилиан с некоторыми старейшинами Дракас. Сегодня ожидали двух Носферас и одну Лицана с её братом.        Первыми прибыли Носферас. Лео дружески обнял Лучиано и поклонился Клариссе. Поздоровавшись со всеми, юный Носферас поинтересовался где Хиндрик. — Я здесь, — светловолосый вампир вышел из дома, после чего Лучиано обернулся. — Выходи, — из кареты римских вампиров вышла Рафаэлла. Ни Хиндрик, ни Алиса не могли поверить своим газам. — Здесь твой новый дом. Всё уже согласовано с госпожой Элиной. Хиндрик тебе всё покажет. — Благодарю, — светловолосый вампир поклонился римлянину и удалился со двора под руку с Рафаэллой.       Гости ещё не успели пройти в дом, когда подъехала ещё одна карета. Венский барон задохнулся от возмущения, когда Франц Леопольд в знак приветствия поклонился Иви-Мэри. Серебряные волосы мерцали в свете луны, а одежда такого же цвета подчёркивала хрупкость вампирши.       «Барон в шоке. Дракас поклонился нечистокровной», * — весело сказала другу Лицана.       «Я ведь не хам, не поклониться уважаемой даме», — улыбаясь, мысленно ответил дочери друидки венец.       Какого же было удивление всех присутствующих, за исключением, конечно же, Иви, когда вслед за ирландкой вышел парень на вид лет девятнадцати-двадцати. Однако ни у кого не было сомнений, что он много старше, а, следовательно, нечистокровный. — Поспешу вас заверить, что вы ошиблись, — опровергла догадки остальных Лицана. — Он чистокровный. Знакомьтесь, это мой жених Лайонел. Последний и младший из детей Дракулы.       Алиса смотрела на блондина и не могла поверить услышанному. Как он может выглядеть так молодо, если ему должно быть около трёхсот лет. Как бы там ни было, он весьма красив: прозрачно-голубые глаза обрамлены золотистыми ресницами, правильные черты лица, хорошее телосложение…       «Не увлекайся, а то я начинаю ревновать», — мысленно сказал Лео невесте. Он ревнует её к странному вампиру вампиру, фамалийка улыбнулась. — «Видела бы ты свой взгляд со стороны».       «До тебя ему далеко, Лео».        Голубоглазый вампир тем временем решил нарушить тишину, вызванную его появлеием. — Приношу свои извинения госпоже Элине, как главе клана Фамалия, что пришёл в её дом без разрешения, — произнёс ледяным отрезвляющим голосом американский вампир. — А так же приношу извинения Францу Леопольду и его невесте Алисе, за свой неожиданный визит. — Это честь для нас — иметь такого гостя в своём доме, — вступила в разговор глава гамбургского клана, — Лайонел… извините, не знаю Вашей фамилии. — Нортон. Лайонел Нортон. Благодарю за вашу доброту. — Предлагаю пройти всем в главный зал, ваш багаж наши слуги отнесут в ваши комнаты, — обратилась к гостям госпожа Элина. — Лайонел, — обратился к сыну Дракулы Лео пока они следовали за главой клана Фамалия, — мы рады вашему визиту и могу заверить, что вы бы получили парное приглашения, если бы Иви-Мэри предупредила нас. — Позволь спросить чем я заслужил такое уважение со стороны Дракас? — Я доверяю выбору своей лучшей подруги. — Она в тебе не ошиблась. — Наша ирландка не ошибается. — А ты прекрасно держишься, — пронзительный взгляд прозрачно-голубых глаз пал на Алису, — ровно как и Кларисса. Лишь искренне любящие своих избранников дамы способны сохранять ясный разум в моём присутствии. — Сама скромность, — негромко с иронией произнёс Носферас, закатывая глаза. — Полно тебе, Лучиано, ничего дурного я не замышлял. Не более чем многолетние наблюдения. — Обязательно постоянно читать мысли всех вокруг? — ему было не очень уютно рядом с этим незваным гостем. — Так безопаснее, — просто ответил Нортон. — Могу заверить, что я вам друг. Всем, — он выразительно посмотрел на главу клана Дракас, как раз обернувшегося. — Не стоит замышлять плохого. Всё равно ничего не выйдет.       «Если бы ты хотел, давно бы подчинил себе всех присутствующих, даже учитывая силу Иви», — подумал Лео, зная, что его слышат.       «Да, только не в моих правилах убивать друзей», — улыбнулся Лайонел. — Сеймоур прибудет завтра, — решила перевести тему разговора Лицана. — Ему пришлось ненадолго задержаться в Ирландии, — пояснил Норон.       В большом зале дома уже был накрыт стол для всех присутствующих и дальнейшая часть ночи прошла за обсуждением грядущего торжества.

~~~

      Шесть утра. Зимний сад дома клана Фамалия. Два вампира решили поговорить без посторонних ушей. Парень с перетянутыми лентой в хвост чёрными волосами и тёмными, как безлунная ночь, глазами внимательно слушал своего спутника. — В семье у меня было четыре брата и четыре сестры. — Но ведь кланов всего семь, как так вышло? Где-то по миру ходит ещё один ребёнок Дракулы? — Младший из всех, Вильям, умер, когда мне было двадцать пять. Это произошлоещё при жизни нашей матери Эржебет. И это была моя вина… Ты ещё так молод, но позволь спросить, ты любил кого-либо, кроме Алисы? — Был влюблён, но любить — нет. — А я любил. Одну, — Франц Леопольд увидел, что взгляд голубых глаз погрустнел. — Её звали Катя, — отвечая на немой вопрос наследника Дракас, Лайонел смотрел куда-то в сторону. — Длинные кудрявые волосы, точно языки пламени ниспадали по её спине, серые глаза обрамляли пушистые ресницы, хрупкая фигура, — он позволил Лео увидеть образ девушки в его мыслях. — Она была очень красива. Я полюбил её, на тот момент ещё человека. Так глупо. Отец мне запретил, но я ослушался и сделал её вампиром. Нагоняй я получил, но он быстро остыл. Она жила в нашем доме. — Как слуга? — Как моя игрушка. Отец надеялся, что я наиграюсь и брошу, найду новую, — горькая ухмылка. — Но произошло кое-что другое. Через несколько лет я заметил, что Вильям в неё влюблён. Он стал оказывать ей знаки внимания, меня это вывело из себя и мы с ним сцепились. Вильям любил всякие человеческие штучки типа клинков и прочего, так что этого хлама у него в комнате было достаточно. Я толкнул его… До сих пор помню ту чёртову ночь, — Франц Леопольд слышал сквозящую в голосе грусть. — Я толкнул его и он угодил прямиком в один из стеллажей с этим мусором. Один из клинков был серебряным. Фортуна отвернулась от него и серебро отравило его тело. Рана была слишком серьёзной и он умер меньше, чем за час.       Юный Дракас не нашёл слов. Он видел воспоминания сына Дракулы и ему стало не по себе от тех картин. — Отец был в ярости и обвинил во всём Катю… и убил её. Вот так меньше чем за час я потерял двух самых близких — брата и любимую девушку. И дом. Отец изгнал меня. Я стал врагом для всех, кроме одного, — усмешка, — нечистокровного. Мой лучший друг Георгий. Да, я с детства водился не с теми, с кем бы хотел отец. Многие это не одобряли и когда меня выгнали из дома, всем развязали руки. Родные братья и сёстры строили заговоры против меня, организовывали покушения. «Лучшие друзья» были с ними за одно. Они из кожи вон лезли, чтобы переманить на свою сторону Геру, однако у них ничего не вышло.       «Весёлая семейка», — пронеслось в голове Дракас. — Единственным из родственников, кого я любил, был мой младший братец. Моя любовь убила и его и мою женщину. Я не очень хотел жить, спас меня только Георгий. Если бы не он, я бы сдался, не пытался стать сильнее, хитрее, изворотливее остальных. Сейчас я могу очень многое. Враг даже не успеет понят от чего он умер. В Америке меня называют чрезвычайно жестоким, самым опасным. В прочем, со вторым я согласен, а вот по поводу первого… Как ты считаешь, Франц Леопольд, на сколько я жесток? — ледяной взгляд пал на Дракас. — Думаю, не более, чем они с тобой. — А ведь госпожа Элина и барон Максимилиан сильно испугались, увидев меня. И это я пришёл с миром. — Они перестраховщики. Ты говорил про Георгия. — Да, мой старый верный друг, — Лайонел тепло улыбнулся. — Если он так же силён, как ты, ему лучше держаться или подле тебя, или подальше от глав кланов. Как ты заметил, они настороженно относятся к чужакам. — Он послабее, но поверь, его никто не тронет. Однажды я едва не потеря его. Это было давно, но я хорошо запомнил тот день.       В голове у Франца Леопольда появилось изображение леса и двух крупных волков, которые остановились, переглянулись и обратились в двух парней. В одном из них он узнал Лайонеа, а вот второй… Он был довольно высокого роста, на вид лет двадцати трёх, слегка волнистые русые волосы были растёпаны, закрывая обзор. И вдруг он громко вскрикнул, схватившись за ключицу, рядом с которой вошла стрела. — Она была из серебра. Он чудом выжил. — А кто стрелял? — Папашка кого-то подослал, но больше их никто не видел. После этого я позаботился о том, чтобы их никогда и никто больше не увидел. Кстати, а вот и Гера, — он указал на огромного чёрного змея у своих ног. — Но ведь вампиры не могут… — Дракас был сбит с толку. — Ну… он может, — просто сказал Лайонел, пожав плечами. — Да, Лео, мне не стыдно признать, что я не могу этого. Завидовать лучшему другу — глупо.       Дракас заморгал от неожиданности, когда перед ним появился Георгий собственной персоной. Он упустил тот момент, когда змей принял человеческий образ. Вампир выглядел точно как в том видении, что показал ему Лай. Гера добродушно улыбнулся и протянул темноглазому руку. Франц Леопольд, конечно же, её пожал, понимая какой это знак уважения со стороны гостя. — Георгий, — представился русоволосый, тепло глядя на Лео своими зелёно-карими глазами. — Франц Леопольд, — соблюдал формальности Дракас. — Лайонел, а как же ты впервые подпустил к себе Иви? Как вы вообще встретились? — Понимаешь, если я захочу, то узнаю всё прошлое, настоящее и будущее кого-либо. Это первое. — А второе заключается в том, что он с самого детства видел её в своих снах, а она в своих — его, — продолжил за него Георгий. — Да, я ждал её. Я не мог приблизиться к ней, но звал её. И вот шесть месяцев назад она ко мне пришла. — Кстати, я всё хотел спросить. Ты выглядишь лет на двадцать. Как? Ты же чистокровный.       Лайонел улыбнулся и показал безупречный чёрный алмаз, висящий на тонкой цепочке из белого золота. — Не только ирландские друиды владеют магией. Кельты тоже кое-что умели. Это подарок от Кати на моё девятнадцатилетие, — грустно улыбнулся Лайонел. — Ладно, пошлите, уже поздно. Солнце уже взошло, нам не стоит под него попадать.