Вся Власть Астартес 6 (Воитель)

Практически сразу же после гибели биотитана, небо наполнилось десятками шаттлов и самолётов, которые сменяя друг друга обрушивали град бомб на хитиновые орды. Получив данные сейсморазведки, союзовцы отказались от орбитальной бомбардировки и ограничились ударами авиации. А данные полученные инженерами скватов оказались неутешительными — в течении ближайших десяти дней должна была начаться сейсмическая активность, которая приведёт к сдвигами тектонических плит и изменит облик планеты до неузнаваемости. Таким образом, требовалась срочная эвакуация четырёхсот тысяч гражданского населения, умудрившихся выжить в катакомбах Базилики. Как сообщил Потапову принцепс Карниани: магистр Рыцарей Крови Сентор Джул начал операцию по спасению и эвакуации гражданских. Арчибальду тоже передали данные полученные скватами, а также довели до его сведения, что сразу же после эвакуации мирняка, начнётся эвакуация титанов. Потапов не возражал, так как понимал, что планета обречена и нужно спасать людей, да и не до возражений было — надо было держать фронт от хитиновых волн. Арчибальд указал союзовцам место, где под руинами были погребены три титана — «Полководец» и две «Гончие». Далее, небо наполнилось сотнями всевозможных шаттлов, которые приступили к эвакуации, а также десятки истребителей-бомбардировщиков которые постоянно наносили бомбовые удары по ордам противника. Пять дней шла эвакуация населения, параллельно с которой техножрецы Мегира и Союза, а также инженеры скватов и технодесантники Астартес занимались извлечением титанов из-под обломков паркового комплекса Легио Аннигилятор. Гончих «Лупус» и «Каттус» удалось откопать довольно-таки легко, а вот «Стальной Медведь» класса Полководец провалился в образовавшуюся трещину и все попытки извлечь его откуда потерпели поражение, а новое 8-ми бальное землетрясение похоронило его окончательно. Исходя из этого, было решено оставить попытки спасения «Полководца» и сконцентрироваться на эвакуации войск и техники, а вот после завершения погрузки матчасти и личного состава, можно было вернуться и к титану если время позволит. Когда дошла очередь до эвакуации титанов, Потапов не стал задавать глупых вопросов, а безропотно подчинился обстоятельствам. Какой смысл был быковать, если планета обречена. Союзовское командование в открытую заявляло, что они идут домой, куда необходимо эвакуировать гражданское население. К тому же, ГПСС (Главный Принцепс Советского Союза) Карниани поведал ему свою историю, а также историю своего коллеги Зум-Зума, от которой у Потапова и его экипажа глаза полезли на лоб. Также, ГПСС клялся Омниссией, что ни на минуту не пожалел о том, что поступил на службу Союзу и вкратце поведал о жизни на союзовских мирах и о битвах с тиранидами и хаоситами. Что же касается самого Потапова, то он хоть и почитал Омниссию, однако, вполне лояльно относился к тем кто чтил Императора. Причём, несмотря на официальную доктрину, которая утверждала, что Омниссия и Император, это одно лицо, сам Потапов был уверен, что это абсолютно разные силы. Что характерно, подобную точку зрения разделяли многие на Мегире, в том числе и в Легио Аннигилятор. Кого же Арчибальд Потапов любил по-настоящему, так это свой титан, свой экипаж, и своих боевых товарищей по Легио. Теперь из всего что он любил, остался лишь «Гладиус», экипаж и придурок Ковальский. На сердце было невыносимо больно от гибели легиона, однако, было бы ещё более невыносимо если бы небыло этого самого придурка, чья неубиваемая жизнерадостность не давала сойти с ума. Прибыв на титано-десантный корабль «Алтай», Потапов был поражён тем, что этот космический левиафан абсолютно новый и ему вряд ли более десяти лет. Это лишь подтвердило версию о том, что Союз это какой-то имперский проект созданный под какие-то, пока неизвестные задачи. Поскольку, как главный принцепс, Потапов являлся старшим военноначальником остатков войск Мегира (что его совсем не радовало, и даже отягчало, так как он был напрочь лишён амбиций и в большое начальство не рвался), то его вызвали на совещание к главнокомандующему Ящеру на боевую баржу Стальных Кобр «Индрик». Также на совещание был вызван полковник де Пьерфон, который был старшим из немногих оставшиеся командиров Астра Милитарум. Вот на этом самом совещании, пазл Потапова окончательно сложился, так как помимо вождей Астартес и скватов, там присутствовал сам лорд-инквизитор Криптман и ещё три инквизитора Ордо Ксенос, которые, кстати, тоже направлялись в Союз. Что откровенно бросалось в глаза, так это то, что вожди Союза и инквизиторы очень хорошо знакомы друг с другом, и по отдельным фазам было очевидно, что проводят далеко не первую совместную боевую операцию. Да и вообще, атмосфера на командном мостике была очень дружественной и позитивной. Вот вам и вся загадка — Союз действительно тайный проект Ордо Ксенос. Причём один из инквизиторов просил их (Потапова и де Пьерфона) не беспокоиться насчёт их дальнейшего будущего, так как они и дальше продолжат сражаться с врагами Человечества и Императора. На совещании, помимо организационных вопросов, Ящер зачитал сообщение от высшего адмирала Ханрота (что также подтверждало версию Потапова), который поздравлял флот Союза с разгромом щупальца в системе Мегира, а также сообщил об уничтожении двух щупалец силами имперского флота и ещё одного роя тиранидов уничтоженного Кровавыми Ангелами, что вызвало всеобщую бурю восторга. Вернувшись на «Алтай», Потапов поделился всем увиденным с экипажами титанов и командирами скитариев. Тогда и пришла печальная весть с Мегира: титан «Стальной Медведь», при очередном подземном толчке, провалился ещё глубже и его завалило тысячами тонн грунта, и учитывая, что в ближайшие 3-4 дня должен был начаться сейсмический ад — было решено операцию по спасению титана прекратить и в срочном порядке эвакуировать всех кто ещё оставался на поверхности. На следующий день после эвакуации всех сил и средств, флот Союза обрушил на поражённую тиранидами территорию всю мощь корабельных орудий, что естественно вызвало сейсмическую активность. После орбитального удара, Ящер увёл корабли в варп. * * * Победа была грандиозная. Собравшиеся на «Индрике»: Ящер, Скальд, Криптман и Кверриан тщательно проанализировали всё произошедшее. После чего, все четверо пришли к однозначному выводу: враг оказался не так страшен, как представлялось изначально, а главное — Галактика смогла дать достойный отпор противнику. Выводы сделанные Криптманом оказались, абсолютно, верными: флот-улей Бегемот действительно был разведывательным рейдом, который застиг галактику врасплох, а другие более мелкие ульи были типичными разведгруппами. Кракен, действительно, был разведкой боем, и с этой напастью сегментум Ультима справился хорошо, и он бы справился отлично, если бы не саботаж Ордо Маллеус в отношении орденов Астартес. Именно разгром Кракена показал противнику силу галактики, и заставил тиранидов отказаться от полномасштабного вторжения. А это значит, что удалось поселить в противнике неуверенность в своих силах, и в своей победе. А это значит, что враг не так силён, как казалось раннее. И стало понятно это только сейчас, после разгрома Ёрмунганда. Конечно же, разгром Кракена был гораздо более масштабной победой, однако, после неё было совершенно непонятно, что ожидать от противника дальше. Тем более, что уничтожение сил, предназначенных для выявления сил и средств противника считать победой было глупо, так как эти силы тиранидов и так были расходным материалом. Таким образом, победа над Кракеном не вносила, абсолютно, никакой ясности, и все ожидали полномасштабного вторжения. А вот с появлением Ёрмунганда, и разгромом последнего, ситуация, более менее, прояснилась. Получив по соплям при разведке боем, тираниды не решились на полномасштабное наступление, а это значит, что противник не готов рисковать своими силами, что в свою очередь означает, что эти самые силы у противника далеко не бесконечны. Если раньше, мозг рисовал картины гибели вселенной, где тираниды одновременно пожирали сотни, а то и тысячи, а может и миллионы галактик, то теперь стало очевидно, что про эти ужасы можно забыть. Силы тиранидов по-прежнему были неизвестны, однако, судя по их поведению они, одновременно, могли атаковать лишь несколько галактик. И это максимум. А вполне возможно, что и вообще — одну либо две. Иначе, они бы вели себя гораздо увереннее. Вот именно это и радовало больше всего. Значит у галактики есть шанс отстоять себя, и значит борьба не бессмысленна. Естественно, появление Ёрмунганда означало, что тираниды не отказались от вторжения и впереди галактику ожидает страшная и кровопролитная война, однако, в этой войне Млечный Путь мог победить. Тем более, что у сегментума были не задействованные в этой войне резервы. Адмирал Ханрот привёл лишь половину флота сегментума, а вторая половина оставалась на Кар Дуниаш, группировка под командованием Калгара осталась не задействована, да и Союз отправлял в поход далеко не все силы. К тому же, Криптман заявлял, что командование сегментума в случае полноценного вторжения бросит все силы с фронтов Мальстрима и Иерихонского пролива. Что же касается самого Ёрмунганда, то, абсолютно, все согласились с тем, что это была попытка захватить плацдарм. Причём это попытка с треском провалилась. Теперь оставалось ждать следующего хода тиранидов — решаться ли они на вторжение или нет… Если не решаться, то просто замечательно, однако, в такой расклад никто не верил — судя по-всему хитиновые твари были заинтересованы в Млечном Пути, который, видимо, представлял для них очень хорошую кормовую базу, в сравнении с другими галактиками. Либо другие галактики были слишком сильны для тиранидов. Все четверо, единогласно были уверены в предстоящей войне. Однако, эта война уже не пугала — сегментум Ультима был готов встретить врага. * * * Флот Ящера встречали грандиозным салютом и парадом кораблей. Несмотря на большие потери, Союз ликовал. Все понимали значение этой победы. Товарищ Аун’Ва обещал лично прибыть и поздравить героический народ Союза с победой, а также привести целый флот ремонтных кораблей, что было более чем кстати, так как большинство вернувшихся с войны вымпелов имели серьёзные повреждения. А вообще, большая часть флота Ящера была лишь частично боеспособна, так как корабли были страшно измочалены в двух пустотных битвах, а уж если говорить о Битве в Чёрной Вуали, то она была самая кровопролитная и тяжёлая для флота Союза — такой плотности огня, такого количества противника и такого количества попаданий союзовцы ещё не встречали, а линейный крейсер «Логово» вообще чудом избежал гибели и теперь был в полной небоеготовности. Таким образом, ремонтные корабли тау были очень и очень кстати. Теперь стоит немного рассказать и о шикарных трофеях приобретённых на этой войне, которая оказалась не только самой кровопролитной, но и самой богатой на трофеи. Прежде всего, это 400 тысяч далеко не самого рукожопого и технически грамотного населения, которое было решено разместить на Зиберте. Для этой цели, было начато грандиозное строительство нового города для вновь прибывших. Естественно, новый город был назван Мегир, а главной строительной силой этого города были сами мегирцы, а также со всей Сибири на грандиозную стройку потянулись Добровольческие Строительные Отряды. Таким образом, мегирцы сразу же были заняты строительством своего нового дома, что значительно облегчало боль по утрате старого, а также отвлекало от тоски. Что же касается военных трофеев, то это были 4 титана класса «Гончая», правда 2 из них были без экипажей, однако архимагос Артиус обещал решил этот вопрос. Помимо титанов, Союзу досталось: 13 сверхтяжёлых танков «Гибельный Клинок», 29 Лендрейдеров и 52 «Леман Русса», а также 1645 скитариев и 782 мордианца. Танки «Криос» союзовцы эвакуировать не стали, а экипажам пообещали взамен гораздо лучше машины. Таким образом, теперь предстояло много интересной работы по формированию новых воинских частей. Экипажи титанов очень неплохо друг с другом сошлись за время совместных боёв, а также межзвёздного перелёта. А вот гвардейцев-мордарианцев, которых разместили на «Знамени Фенриса» вместе с 13-й Бронепехотной дивизией Железные Мушкетёры, ждал настоящий сюрприз, как оказалось эта самая дивизия из их соотечественников. Точнее из их потомков. Полковник де Пьерфон подружился с комдивом полковником Арманом де Сийегом. Естественно, встреча мордианцев на Барне прошла в виде всеобщего национального праздника. Однако, праздник был не у всех: на Мекленбурге был траур по случаю гибели трети личного состава 30-й дивизии. Траур был и на «Фаэтоне». Сигурд не дал умереть Володыевскому и вырвал его из лап смерти, однако, храбрый скват до сих пор находился в тяжёлом состоянии. А вот гибель такого количества Гвардейцев Горна была для скватов национальной катастрофой. Батальон, конечно же восстановят. Однако, это будут молодые бойцы, а не те закалённые в боях ветераны с их огромнейшим боевым опытом, и теперь «Крылатые Гусары» очень и очень не скоро восстановят былую боеспособность. * * * Узнав о том, с чем столкнулись силы Союза в этой войне, Рюрик, действительно, «усрался». Манёвры армадами кораблей на уровне неплохого адмирала — это было, что-то новое, ранее тираниды просто давили массой, а это значит противник учится и учится хорошо. Правда, сами биокорабли, как были дерьмом, так дерьмом и остались, чего не скажешь о десанте: авиация тиранидов теперь имела много мощных стреляющих особей, а гарпии теперь выполняли роль пикирующих бомбардировщиков. Сухопутные силы тиранидов теперь имели огромное количество стреляющих юнитов, в том числе и тяжёлых. А также у противника был страшный биотитан, который до-усрачки любил прятаться в грунт. Кстати о грунте, также очередным новшеством у тиранидов было наличие множества тварей приспособленных для подземной войны. В общем, Ёрмунганд хоть и не был самым большим, однако, был самым опасным флотом-ульем. Несмотря на большие потери, и на то, что флот вернулся расколоченным в кровь и шишки, Рюрик был доволен действиями Ящера. Особенно радовало огромное количество трофеев, за счёт которых, можно было значительно увеличить тяжёлые соединения. Рюрик, в свою очередь, в приватной беседе в Сталь-Горе, тоже преподнёс Скальду сюрприз. Как оказалось магистр Наварра встречался с капелланом Чёрных Храмовников Гримальдусом. — Не томи, Щенок, рассказывай?! — вульфен был поражён такой новостью. — Рассказывай… Нечего рассказывать, — Рюрик грязно выматерился, — это дерьмо заявило следующее: «предмет разговора касается только сынов Дорна». — Обоссы эту тварь Кракен! Он что, вообще, охренел?! — Скальд пришёл в неподдельную ярость от услышанного. — Вот так вот и живём… — Ну хоть, как они к нам относятся, сказал? — Относятся к нам, мой старый лысый друг, как к конченным пидарасам и ксеновским подстилкам. — Вот обрадовал… — Не бзди, старуха, — Рюрик хохотнул, — мы не одни такие. Калгар тоже конченный пидарас. За то, что не дал истинным сынам Императора атаковать синежопых ублюдков. — Хоть это радует… Значит, не одни мы дерьмо… — Старая ты, долбаная развалина, там вообще… , — Рюрик покачал головой, — там настолько завышенная самооценка, что просто труба… Проще сказать, что только они одни в белом, а все остальные пидарасы. А самыми конченными пидарасами являются инквизиторы, поскольку они самозванцы и отбирают хлеб у благородных крестоносцев. — Ну хоть кто-то хуже нас, — Скальд хохотнул, — уже радость. А если все кругом пидарасы, то Наварра тогда кто? — Полупидор, — Волки залились хохотом. — Похоже, проще договорится с Калгаром, — произнёс вульфен. — С Калгаром — это утопия… Хотя… Знавал я одного парня — вполне разумный. — Вентрис? — Он самый…  — Рюрик хитро подмигнул, — нет, уставник он конечно упоротый, как и все «светло-синие». Ты же знаешь, эти дебилы весь орден положат, но от устава не отступят. А вот Вентрис другой… Устав для него не догма, а инструмент. В общем, с головой парень. — Вот бы ещё у этих долбанных крестоносцев, хоть кто-нибудь с головой нашёлся… Соседи Союзу достались, действительно, врагу не пожелаешь. Радовало, что хоть с Наваррой у них какой-то диалог наладился. И Рюрик и Скальд не ждали предательства со стороны Наварры, поэтому спокойно отнеслись к его шушуканьям с храмовниками. Фенрисийцы сами уже неплохо поднаторели в политике, и прекрасно понимали, что Наварра не только воин, но и политик, матёрый политик. Именно поэтому, магистр Наварра и колотил понты, наводя тень на плетень, корча из себя важную и таинственную фигуру. Что же касается Нимбозы, на которой окопались Чёрные Храмовники, то операция по заброске на неё разведгруппы прошла успешно. Для этой цели Рюрик забрал из милиции Пастарелли и его людей и передал их в расположение епархии Мильке. Товарищ Железный встречался с каждым из группы и подолгу с каждым беседовал. После чего, абсолютно все согласились на работу в разведке. А далее, группа бывших арбитросов успешно легализовалась на планете, причём двое из них даже восстановились на службе. Таким образом, опасные соседи теперь были под надзором. Помимо хороших вестей с Нимбозы, пришла долгожданная весточка от востроянской группы. Астропатами Краснознамённого корвета «Пламя-2» было передано сообщение от группы полковника Давыдова. В сообщении было лишь три слова «внук — бабушке, телеграфирую», что означало успешный выход группы на контакт с Плиевыми. Это уже был колоссальный успех разведки молодого государства. Теперь все кто был в курсе, с нетерпением ждали новых сообщений от «внука». Ну и, естественно, по старой доброй традиции Союз раструбил на всю ивановскую о своём участии в разгроме Ёрмунганда. Видео-пикты с сценами боёв разлетелись по всей галактике. На этих кадрах были даже флибустьеры Хэлгайна, которых дипломатично назвали «Ополчением Восточного Предела». Выпускались эти видео-пикты под названием «Ультима сражается». Теперь, Дорогой Друг, позволю себе немного отвлечься и вспомнить диалог Хонсю с Левандовским, где последний по старой доброй, еврейской традиции усиленно вешал лапшу на уши «фраеру ушастому». Месье Ашкеназ тогда разглагольствуя о Железной Жопе откровенно блефовал на тему, что мол «поезжайте в Киев и спросите». Естественно, на тот момент и Союз, и товарищ Железный не были так популярны, как это пытался представить Левандовский. А вот сейчас, когда благодаря Железной Жопе были отражены два вторжения тиранидов, популярность последнего стремительно росла. Причём, росла она как среди военных, которые ещё во время войны с Кракеном оценили вклад Союза в победу, так и среди жителей тех миров, которые могли погибнуть если бы не своевременно оказанное сегментумом сопротивление. Таким образом, товарищ Железный не только закрепил симпатии к себе, но и значительно расширил её географию. Абсолютным успехом Союза было то, что он по-прежнему владел инициативой в развязанной им информационной войне. * * * Авилар был в бешенстве (впрочем, как и всегда) — после разгрома Ёрмунганда, агентура по всему сегментуму докладывала о симпатиях к Железной Жопе и его ублюдочному государству. С этой ситуацией было необходимо что-то делать, тем более, что Первое Лицо выражало своё категорическое недовольство. Самое поганое, что Альянс стремительно терял контроль за Ультимой, а это было абсолютно неприемлемо. Успех Ордо Ксенос вывел их на ведущие роли в сегментуме и вознёс, и так немалый, авторитет Криптмана и Чевака на недосягаемый уровнь славы и влияния. Конечно же, среди Ордо Ксенос у Альянса тоже были свои люди, однако, против корифеев они были бессильны. Естественно, Авилар не сидел без дела — люди к националистам Зоркого Взгляда уже оправились, однако, что из этого выйдет пока неизвестно. Подход к Гурону, тоже пока не был найден. А вот что можно сделать прямо сейчас, чтобы успокоить Первое Лицо и соратников из Ордо Маллеус, которые тоже болезненно переживали своё поражение? Все они хотели мести. И всем им была нужна жертва. Такую жертву лорд-инквизитор Авилар нашёл — это высший адмирал Ханрот. Это именно его кандидату на должность командующего ударного флота выдвинули ублюдки из Ордо Ксенос. Как стало известно, адмирал спутался с предателями Железной Жопы, и самое страшное — с ксеносами, коих было почти десяток рас, в том числе и эльдары, и даже древний и главный враг — зеленокожие. Всё это было прямым актом предательства, и оскорблением Его Святости Императора Человечества. Это было просто подарком судьбы. Теперь, взяв за жабры этого адмиралишку, можно было провести ниточку и к его кураторам из Ордо Ксенос. Перспектива. Хорошая перспектива. * * * Фрегат «Свет Инсигнии» приближался к гранд-крейсеру «Крестовый Поход». От фрегата инквизиции отделился шаттл класса «Аквила» и устремился к флагману адмирала Ханрота. Большая часть гранд-крейсера была скрыта строительными лесами, и вокруг него вился рой малых ремонтных кораблей. С правого борта была видна страшного вида полукилометровая пробоина, которую «Крестовый Поход» получил в битве с Ёрмунганданом. Да и помимо этой пробоины, было видно, что древний левиафан очень тяжёло пострадал. Глядя на всё на это, инквизитор Том Марракеш невольно поёжился. Многочисленные пробоины, и ещё более многочисленные выбоины в броне, а также вырванные с мясом орудийные башни, всё это очень наглядно говорило о том из какого ада вышел корабль. Однако, Марракеш стряхнул наваждение, впереди его ожидало то, что он любил больше всего — арест высокопоставленной особы. Эти сладостные минуты он обожал больше всего на свете. Пока ещё адмирал купается в лучах славы и упивается властью, однако, очень скоро он начнёт пресмыкаться и заглядывая в глаза будет лепетать трясущимися губами, что всё это какая-то страшная ошибка, а затем будет ползать в ногах и клясться в своей невиновности. Его свита, состоящая из пяти отвязных циников и садистов, уже делала ставки — обмочится Ханрот или обгадится. Конечно же, впереди долгие и сладостные часы допросов, унижений и пыток, но самое сладострастное — это сам момент ареста. Инквизитор Ордо Маллеус Том Марракеш испытывал от этого практически сексуальное удовольствие, и с наслаждением предвкушал предстоящее развлечение. Уйдя в свои грёзы, инквизитор даже не заметил как шаттл прошёл сквозь открывшуюся аппарель и опустился на транспортную палубу. Встречал их какой-то до смерти перепуганный лейтенант, и Марракеш даже не слушал, о чём он говорит с его свитой. Вернулся в реальность инквизитор только в лифте, где вжавшегося в угол лейтенанта бил нервный тик. Марракеш глядя на него кровожадно ухмыльнулся, он знал какое впечатление производит на людей в своём клёпанном, кожанном комбинезоне и татуированном символами смерти лицом. Лифт остановился и его створки раскрылись. Вот он, долгожданный, сладостный миг. Первыми лифт покинула хихикающая свита, а следом с кошачьей грацией двинулся инквизитор. Однако, перед группой Марракеша оказалась стена из двух десятков закованных в чёрную броню штурмовиков инквизиции, ощетиневшихся стволами хэлганов и болтеров. Командир штурмовиков, глядя на гостей проревел: — Руки за голову! На колени! Лечь мордой в пол! Марракеш сам не понял, как оказался на холодной палубе с руками за головой, в которую очень больно уткнулся ствол болтера. Всё что мог видеть инквизитор, это чёрные бронированные ноги штурмовиков. Внезапно, эти ноги расступились и, повизгивая сервоприводами, показалась пара керамитовых, малиновых ног. Когда раздался скрипучий, старческий голос, Марракеш не поверил своим ушам, этот голос он меньше всего ожидал услышать, да и вообще надеялся больше никогда не услышать, однако это голос зазвучал: — Что тебе надо, падаль? Болтер ещё больнее упёрся в голову, намекая, что надо отвечать. — Сэр, у меня приказ… , — пробурчал Марракеш. — Встать! — рявкнул голос. Когда Том поднялся, он с огромным сожалением вынужден был признать, что не ошибся. Перед ним, закованный в малиновую силовую броню, стоял Бронислав Чевак. Марракеш протянул ему постановление на арест высшего адмирала Ханрота. Чевак бегло пробежал глазами документ и бросил его в лицо Тому. — Опять суёте своё рыло не в свои дела, — проворчал Чевак, — борьба с ксеносами это работа Ордо Ксенос. — Но, сэр, — начал было возражать Марракеш, однако, его грубо оборвал Чевак: — Заткнись, тварь! И передай своим: всё, что сделал и сделает впредь высший адмирал Ханрот санкционировано Ордо Ксенос! Именно мы — Ордо Ксенос отвечаем за отражение тиранидов по приказу Его Святости Императора Человечества и Высших Лордов Терры! А ваше дело — ловить Бабайку (кто-то из штурмовиков не сдержавшись хохотнул). Я вас более не задерживаю коллеги. Давешний трясущийся лейтенант, услужливо нажал кнопку, открыв створки лифта. Группа Ордо Маллеус, как побитые собаки, покорно поплелись в лифт. — Марракеш, — Чевак окликнул инквизитора, — передай Авилару, что если хоть один волос упадёт с головы адмирала, то я ему кишки через жопу вытащу и на них удавлю! Свободен.