Бог Смерти

Писалось вот под это — Disturbed — Hell

Now I canʼt stay behind

Save me, from wreaking my vengeance

Upon you, to killing more than I can tell

Burning now I bring you Hell!

Говорят, когда умирает кто-то тебе близкий — это непередаваемо больно. Говорят, когда теряешь смысл существования — это непередаваемая пустота. Говорят, когда пересекаются пустота и боль, то на этом пересечении можно увидеть Богов Смерти. Говорят, Боги Смерти способны отогнать любую печаль и притупить любую боль. Говорят, Боги Смерти никогда не врут. Говорят, что Боги Смерти почти всесильны. Говорят, что если слишком много говорить о Богах Смерти, то они наверняка явятся по твою душу. Ночь. Луна далеко в небе тускло освещает пустой, наполненный диким лязгом металла, хрипом раненых, трупами, брызгами крови на зеленых листьях деревьев, слезами и смертью лес. Здесь идет война. Война шиноби, в которой теперь неважно кто победит — у обеих сторон будут огромные потери. У обеих сторон будут поля, засыпанные могилами. Настоящая бойня. Равные силы уничтожают друг друга. Медленно. Кусок за куском. Пожирая друг друга и терзая сами себя. Боль. Отчаяние. Кровавые танцы лезвий, жуткие ночные тени, крики. Вороны с пустыми глазами, остервенело и жадно клюют еще не остывшую человеческую плоть. Блондин с тонкими полосками шрамов по три на каждой щеке отчаянно пытался справиться с подступающим к горлу криком и не останавливающимися слезами. В голубых глазах — опустошающее отчаяние. Рот приоткрыт в немом крике, так и не вырвавшемся из груди. Зрачки сужены. Парня трясет. По телу проходят неконтролируемые волны страха, отчаяния и жуткой непереносимой боли. Тело будто сковано тысячами толстых цепей с шипами, а в каждое легкое словно насыпали крупных шипастых шариков. Парень аккуратно, трясущимися руками поддерживает голову и плечи, теперь уже мертвого, брюнета. Белоснежная кожа брюнета покрыта кровавыми каплями и мазками, голова пробита, губы и подбородок измазаны кровью, на груди дыра. Парня насквозь пробили потоком чакры. Насквозь и насмерть. Оба запястья отрезаны и из обрубков, где когда-то были кисти рук, торчат тонкие иглы. Одежда брюнета вся в крови, вокруг на земле растекается мерзкая уже остывающая кровь. Тело парня холодное и полностью безвольное. Кто-то кричит. В этом голосе Наруто еле-еле узнает свой собственный. — Саске, — остервенело, прижимая тело парня к себе. — Не смей умирать! — шипит, прекрасно понимая, что Учиха уже мертв. — Не смей, — паника и истерика. — Не смей! — жуткий страх сковывает легкие, заставляет сердце биться о ребра с такой силой, словно оно должно вырваться из груди, мозг отказывается воспринимать что-либо, глаза видят лишь окровавленное тело Учихи. Страх заполняет сознание. Узумаки начинает дрожать и глубоко хватать ртом воздух, однако легкие вздохнуть не могут — их сковал шок. Парень чувствует, что сходит с ума. Внезапно, чья-то холодная ладонь ложится на лоб и женский, немного грубый голос с властными оттенками произносит: — Узумаки Наруто, посмотри на меня, — совсем не холодный тон, а наоборот почти сочувствующий. Наруто послушно поднимает голову и его синие, сейчас немного тусклые от заполнившего их страха и отчаяния, глаза встречаются с глубокими глазами сиреневатого оттенка. Девушка. С болезненно-спокойным выражением лица и хмурыми бровями. Коротко отстриженные мягкие черные волосы отливают синевой, хрупкая фигура девушки сквозит статью и уверенностью, черное кимоно эффектно подчеркивает хрупкие плечи и оттеняет тонкую талию. На поясе — катана в ножнах. — Кто?.. — ошарашено, с непониманием и прижимая труп друга к себе сильнее. — Кучики Рукия, — осторожная улыбка. Так не улыбаются люди. Наруто вздрогнул от этой улыбки. Она не пугала, скорее наоборот помогала успокоиться и осознать. Эта улыбка словно говорила «Он умер», но делала это так умело, так правильно и с таким всепоглощающим пониманием, что парень застыл и несколько секунд вглядывался в лицо девушки. — Я — Бог Смерти, — присев рядом с Узумаки и положив руку на лицо Учихи, убирая с его лба окровавленную мокрую прядь волос. — Ты заберешь его у меня? — против воли прижимая тело друга плотнее к себе. Рукия кивнула и с болью посмотрела на Наруто. — Это не навсегда. Вы еще встретитесь, — пообещала она. — В Аду? — усмехнулся парень. — Нет, — мотнув головой и нахмурившись. — Место, в которое он попадет не Ад. Саске попадет в Общество Душ. — И… я тоже? — чуть склоняя голову на бок и со странным блеском в опустевших глазах. — Тебе еще рано умирать, — серьезно, строго глядя на Узумаки и чуть повышая голос. — И как мне жить? — тихий голос дрогнул. — Ты справишься, — пообещала Рукия. — Ты сильный, — она сжала хрупкой ладонью его плечо и тоже опустила взгляд на тело Саске. — Люди рождаются и умирают — таков порядок вещей. У каждого свое время, — под ее глазами пролегли темные тени, а глаза чуть сверкнули. Наруто не реагировал, глядя на Учиху. Рукия поджала губы и уже хотела встать, однако парень быстро схватил ее за тонкое запястье и слегка потянул на себя, заставляя чуть наклониться к себе. — Пообещай мне, Бог Смерти, что когда я буду умирать, ты придешь и заберешь меня в свое Общество Душ. К Саске, — твердо и смело, с живым, судорожным блеском отчаяния глядя в большие глаза Рукии. — Обещаю, — серьезно. — Тогда ты обещай, что не умрешь раньше своего срока. Обещай, — настойчиво. — Обещаю, — быстро кивнув и сжав зубы. Рукия слабо улыбнулась, выпрямилась и, вынув катану из ножен, аккуратно коснулась концом рукояти лба Учихи, а затем медленно исчезла. Наруто так и остался сидеть в темном лесу рядом с трупом лучшего друга. Медленно закапал дождь. *** 3 года спустя. Блондин с яркими голубыми глазами сидит, прислонившись спиной к дереву, и зажимает рукой обильно кровоточащий бок. Холодная капля пота катиться по бледному лицу, тонкие обескровленные губы, горько улыбаясь, шепчут: — Кажется, мое время пришло. Перед затуманенным взором Наруто предстает четкая фигура хрупкой темноволосой девушки. — Да, пришло, — кивнув, шепчет Бог Смерти и прикасается подушечками пальцев к щеке Узумаки, стирая кровь. — Иди к нему. Рукия уверенным движением достает меч из ножен и мягко тычет концом его рукояти в лоб парня. — Спасибо, Рукия, — закрывая тускнеющие глаза и вымученно улыбаясь. Девушка кивает головой и поджимает губы, отворачиваясь. По щеке медленно скользит одинокая соленая капля. Рукия вздрагивает, хмурится и тут же стирает ее рукавом. Но в фиолетовых глазах продолжает звенеть боль. О Богах Смерти много чего говорят, но почему-то никто не упоминает, что Боги Смерти тоже могут чувствовать. И им тоже бывает больно видеть смерть и отправлять на тот свет других людей. Ведь когда-то Боги Смерти и сами были людьми.