Оборотни тоже заслуживают счастья

Весь следующий месяц Нимфадора провела у родителей. Андромеда была шокирована состоянием дочери, и отказывалась выпускать её дальше калитки родного дома, пока она полностью не пришла в норму. В этом вопросе Тед её поддерживал всецело, так что у Тонкс не было никаких шансов выбраться хотя бы на собрание Ордена. На работе ей оформили больничный, а Альбус Дамблдор, глава Ордена Феникса, великодушно заявил ей, что месяц то они без нее справятся. Ещё навещал Джон, писал Чарли (Билл уже успел наябедничать ему), но девушке все равно было одиноко. Ей очень не хватало Римуса, она скучала по его доброй улыбке, по его офигенному запаху - от него пахло чем-то домашним, таким уютным и мягким, что у Тонкс каждый раз сносило голову.

***

Но один раз ей всё-таки удалось освободиться от родительского контроля: это было первое сентября, и надо было проводить Гарри, Рона, Гермиону, Джинни и Фреда с Джорджем на платформу 9¾. Ради такого случая Грюм даже вытащил ее от родителей, пообещав им, что она потом ещё лишнюю недельку посидит дома. ‌Так как по официальной версии она лежала и умирала в отчем доме от сильнейшего заражения драконьей оспой, пришлось хорошенько постараться, чтобы её не узнали. В итоге она приняла вид пожилой женщины с тугими буклями, и позаимствовала у отца старое твидовое пальто бабушки-магглы. Даже Грозный Глаз заценил её образ, когда явился за ней, чтобы лично отправить её в штаб-квартиру. Там она встретила Сириуса и Люпина, которые очень ей обрадовались, и они даже успели немного поговорить, но на кухню стали спускаться дети, и стало очень шумно. Тонкс шум был категорически противопоказан, и у неё опять разболелась голова, поэтому она быстренько смылась на улицу. Дождавшись Молли и Гарри, она двинулась к вокзалу. У них был самый короткий маршрут, опять же благодаря ее болезни. ‌Часом позже они уже стояли на перроне и махали вслед уходящему поезду. А ещё через пять минут Тонкс уже шагала по садовой дорожке к всегда открытой двери родительского дома.

***

‌От родителей она отделалась только в начале октября, и сразу же направилась на площадь Гриммо, молясь, чтобы Римус был именно там. Удача улыбнулась ей - действительно, она застала Лунатика на кухне, поедающего свой любимый шоколад. Как только она появилась в дверях, он повернулся и широко улыбнулся. А после встал и обнял Нимфадору. Тонкс немного опешила от такого проявления чувств, но быстро овладела собой и обняла Римуса в ответ. ‌- Я рад, что ты вернулась. ‌- Я скучала, Рем. ‌- Я тоже. Они так и стояли посреди кухни, обнимая друг друга - её руки были на его плечах, а его - на её талии. Если зрение не обманывало Нимфадору, то Люпин потянулся губами и ее губам... Но тут хлопнула дверь и на кухню вломился любимый двоюродный дядюшка. - Приветствую, Нимфаааааа... Простите, удаляюсь! И весело подмигнул Люпину (или Тонкс), он убежал к гиппогрифу. Римус тут же отпустил ее и, смущённо опустив глаза, подошёл к столу. - Хочешь шоколадку? Двумя часами позже Нимфадора уже была на работе. Счастливый Джон подарил ей огромный букет цветов, и чмокнул в щёку. Дора радостно поприветствовала лучшего друга, но мысли ее до сих пор были там, на кухне площади Гриммо, в объятиях Римуса. Постепенно Тонкс втянулась в свой обычный режим, и снова стала работать в полную силу, ни капли себя не жалея. Но приближался Хеллоуин. Так как из постоянных обитателей площади Гриммо остались только двое Мародеров, вечеринка намечалась в Норе. Помимо супругов Уизли, там были двое старших сыновей и ещё половина Ордена, постоянно "забегающие на чаёк" к доброжелательной Молли. На Хеллоуин Тонкс выбрала образ ведьмы, ведь практически ничего делать было не нужно - мантия всегда на ней, а шляпа осталась ещё со времён обучения в Хогвартсе. Пол дня тридцать первого октября она крутилась перед зеркалом, пытаясь решить, какой цвет глаз и волос подойдёт к образу. В итоге волосы девушки спускались густой волной почти до талии, а глаза были ярко-голубые. Наконец, довольно подмигнув своему отражению, она направилась в гости. Вечеринка прошла на ура. Тонкс купалась во внимании Чарли и Римуса, хотя последний безуспешно пытался скрывать своё восхищение. Как обычно, домой она явилась далеко на полночь, и на сон осталось не больше трёх часов.

***

Через несколько недель она обнаружила, что до Рождества осталось чуть больше месяца. "Это будет лучшее Рождество в моей жизни!" - твердо решила девушка и улыбнулась собственным мыслям. ‌