Сильно влюблён

      Никогда не понимал свою семью. Стоило появиться Дазаю на пороге нашего дома, как его приняли как своего и того хуже, стали намекать на свадьбу и детишек. Я просто забрал пакет и вернулся в свою комнату. Запах альфы сводил с ума, но я старался держаться. Я терпел два года и сейчас тоже смогу, хоть и так больно. Не столь физически, сколь морально. Я просто хочу отдохнуть. От всего. Даже от себя. Не знаю, знаете ли вы это чувство, но я уверен, что у многих людей это состояние было. Я хочу лечь на кровать, закрыть глаза и просто уснуть. Уснуть и забыть все, даже собственное имя. Это так странно, но так естественно. В год умирает больше сотни людей из-за разной причины, а я тут мечтаю о том, чтобы все сразу и главное быстро, без боли. Я наглый и я это прекрасно знаю.       Я лег на кровать, чувствуя, что где-то там внизу происходит интересный разговор, но я не хочу его знать. Возможно, что Дазай станет больше за мной бегать, а я все больше и больше буду закрывать свои чувства от всех. Просто я хочу, чтобы и у меня было все, как у нормальных людей. Осаму не любит меня, ему лишь интересно моё тело, а не то, какой я человек и что внутри меня. Хотя, возможно, что этому тупому альфе неинтересно ничего, кроме себя любимого. Как-то я услышал, что Дазай каждый раз пытается покончить жизнь самоубийством. Хмыкнув, я перевернулся на бок. Самоубийство. Интересное слово, несущее за собой столько разных объяснений. Кто-то верит, что после такого вот глупого поступка, человек попадает в ад, кто-то решает, что самоубийство это решение некой жизненной проблемы. В возрасте четырнадцати лет я тоже пытался убить себя. Залез в ванную, взял лезвие от бритвы и резанул. Помню, проснулся я тогда в палате, а рядом сидела мать. Говорила, что меня нашёл отец, вернувшийся после работы. Смерть - это смерть, за ней ничего не стоит. Человек просто умирает. Ну, по крайней мере плоть человека. А душа... Хм, а существует ли она? Возможно, что данное слово снова придумал человек, который верил в жизнь после смерти. Если Дазай хочет умереть, это его дело, но... Тогда почему сердце сжимается в тисках? Почему тело немеет от одного слова "смерть" в сочетании с Дазаем? Я прикусил губу и попытался не закричать. Моя фантазия всегда была слишком бурной, слишком яркой. И как бы я сам не хотел придушить этого придурка, я всем сердцем люблю его. И хочу умереть рядом с ним, чтобы тело к телу, душа к душе. Но поймёт ли он меня? Хах. Я же наглая рыжая стерва.

      Дазай открыл комнату омеги и зашёл внутрь. Сам Чуя спал на кровати, выражение его лица было обеспокоенным. Парень без конца шептал "Осаму". Альфа улыбнулся, закрыл дверь и присел рядом, чтобы погладить этого глупца по голове. – Что же тебе снится? – Дазай погладил лоб Чуи, чтобы тот не хмурился, и вскоре омега перестал это делать. Он спал спокойно, потому, что, возможно, чувствовал, что рядом кто-то. Кто-то родной, но такой далёкий. – Когда-нибудь ты откроешь мне свои двери, ну, а пока я буду искать верный ключик к твоему сердцу, Накахара Чуя.       И ушёл, оставив записку на столике. «Что ты думаешь о жизни, Чуя-чан? Ты доволен ей? Знаешь, этой ночью луна особенно красива, так же, как и твои глаза. Д. О.»

***

      Ацуши не знает, что ему делать, что говорить, ведь Акутагава сам молчит и лишь смотрит, пожирает, влечёт своими тёмными глазами. Ацуши не знает, почему они пошли именно в это кафе, но ему здесь приятно. К сожалению, уже довольно поздно и им скоро пора уходить, а в темноту омежка боится ходить один, но он стесняется просить Рюноске о помощи. – Ацуши.       Парень вздрогнул, услышав своё имя. – Д-да, Акутагава-кун? – Почему Тигр?       Накаджима сжал губы в полоску, думая над ответом. Говорить правду? Да, наверное, ты же никогда не врёшь, Ацуши. – Меня так Дазай назвал, когда мы встретились. – Ммм? – Я шёл тогда вдоль реки, в тот день мне было плохо. В какой-то момент, я вижу, как какой-то незнакомый мне парень собирается прыгнуть в реку и бегу к нему. Хватаю за руку, кричу, а он такой мне со своей фирменной улыбкой: «спокойно, все под контролем, Тигр.» – Да уж, – Рюноске отпил немного чая и показал на часы, – конечно, интересная история, но нам пора идти. Не против, если я тебя провожу? Все же ты омега и тебе опасно одному ходить в такую темноту. – Да, с-спасибо.       Альфа и омега шли молча. Ацуши без перерыва облизывал свои губы от сильного волнения, а Рюноске без перерыва смотрел на того. И не выдержал. Прижав удивлённого омегу к себе, альфа вздохнул приятный запах спелого граната и пытался не задохнуться. – Ацуши, ты мне давно нравишься, – через силу произнёс Акутагава. – Ты будешь встречаться со мной?       Щёки омежки покраснели. Он открыл рот и немного неуверенно произнёс: – Да.

***

      Дазай широко улыбнулся, держа в своих руках брелок Чуи, который он незаметно взял. Хоть этот омега и не понимает, оторгает свои истинные чувства, альфа не будет сдаваться. Ведь пока он жив, у него есть шанс, узнать что же такое - счастье.