Холодные объятия Смерти

«Я готовлюсь к благородной войне. Я спокоен, я знаю секрет. Я знаю, что будет и что меня никто не остановит, даже я сам. Я убиваю людей, которые мне нравятся. Некоторые просят о пощаде, но я не чувствую жалости, я ничего не чувствую. Мы живем в грязном мире. Это грязный проклятый безнадежный мир. И если честно, мне кажется, что я помогаю избавить его от дерьма, мочи и блевотины, что в него извергают. Я помогаю ему стать чище и лучше. В этом есть что-то толковое, точно есть, мне это нравится.» — Тейт Лэнгдон — Я убивал людей, — прошептал Тейт. — Я знаю. Я тоже убивал людей, — прошептал Гарри в ответ. Оба парня лежали на кровати, прижимаясь друг к другу. Гарри не чувствовал себя так спокойно уже несколько лет. Тейт чувствовал то же самое. — Расскажи мне об этом, — попросил блондин. Гарри поведал ему о волшебниках и войне. О том, как его заставляли играть роль героя, а иногда и козла отпущения. Он рассказал Тэйту о предательстве и своем принудительном сне. Тейт уставился на него черными глазами. — Они мертвы? — глухо спросил он, от еле сдерживаемого гнева. Гарри наклонился и нежно поцеловал его. — Конечно, — произнес он в губы парня. Те, кто притворялся его друзьями, полностью лишились своих душ. Он не дал им второго шанса. — Думаю, теперь моя очередь, — Тейт вздохнул и сплел их ноги вместе. Гарри гладил пальцами волосы блондина все время, пока тот говорил. Последние несколько лет жизнь Тейта была очень запутана и ужасна. — Ты разочарован во мне? — тихо спросил он после нескольких минут молчания. Гарри удивленно моргнул, прежде чем отстраниться и взглянуть ему в глаза. — Я знал, что в тебе есть тьма, Тейт. Всегда знал. — Но ты пытался сделать меня лучше. Сделать меня нормальным. — Нет, — Гарри медленно покачал головой, — я только хотел, чтобы ты был счастлив и жил спокойно. — Но теперь я мертв, — указал Тейт. — Ну, сейчас мы мало что можем с этим сделать. Думаю, в конечном итоге, все получилось довольно неплохо, — усмехнулся волшебник. Тейт засмеялся следом, прежде чем резко нахмуриться. — Тебя это совсем не беспокоит? То, что я сделал. Я просто… Гарри, что-то во мне все еще не так. Я не чувствую того же, что и другие люди. Иногда я не знаю, что сделал что-то плохое, пока кто-нибудь не скажет мне, — глаза Тейта наполнились слезами. — Что же ты чувствуешь? Я очень сомневаюсь, что ты симулируешь свои эмоции, — спросил Гарри. Тейт сморгнул слезы. — Я… я чувствую грусть. Я чувствую одиночество, ненависть, похоть, гнев и любовь. Я чувствую так много, — сказал он почти удивленно. — Что ты не чувствуешь? — Вину, — тихо ответил Тейт, — я не чувствую себя виноватым, когда убиваю людей, но чувствую вину, если причинил боль тем людям, о которых беспокоюсь. Но потом я понимаю, что не могу исправить то, что совершил. И мне становится грустно. Я пытался вспомнить, что ты мне говорил, но потом все изменилось, и те правила больше не работали. Гарри погладил Тейта по волосам. — Ты хочешь, чтобы я дал тебе новые правила? — спросил Гарри серьезно. Тейт мгновение колебался, прежде чем кивнуть. — Больше никаких изнасилований. Никаких убийств животных. И ты никогда не изменишь мне, — Гарри сделал паузу. — Это все? — спросил его Тейт с недоверием. Гарри нежно поцеловал его в губы. — Я люблю животных. Я люблю тебя. На людей мне плевать. Они ничего не значат для меня, Тейт. Только ты. Гарри определенно сильно изменился за последние двадцать лет. Но Тэйту было плевать. Вместо этого он перевернул парня на спину и медленно поцеловал в грудь. ___ Констанс интересовалась новым жильцом. Она задавалась вопросом, беспокоил ли его кто-нибудь из призраков. Обычно, она уже навестила бы его, чтобы поприветствовать нового соседа, но в последнее время Майкл доставлял много хлопот. Было трудно отстирать всю эту кровь с его одежды. Ей нужно поторопиться, чтобы спрятать тела. Женщина вздохнула. — Давай, Майкл, пойдем навестим нового соседа. Может, твой папа выйдет поздороваться? — она взяла трехлетнего мальчика за руку. Маленькая надежда нахлынула на нее. Она не видела Тейта с тех пор, как несчастье настигло всю семью Хармон. Он просто отказывался показываться. Ее ребенок, ее идеальный ребенок ненавидел свою мать. Констанс должна была утопить его при рождении. Тогда, возможно, она бы не чувствовала себя таким образом. Жизнь разрушена. Она подвела его так же, как подвела всех своих детей. Все они были обезображены. Борегар выглядел чудовищно, у Аделаиды был синдром Дауна, но Тейт был идеальным, самим совершенством. Пока не убил всех этих людей в своей школе. Но теперь все было в порядке. Теперь у нее был Майкл, сын Тейта, и она могла бы попробовать снова. Он был также прекрасен, как его папа. Может быть, он научится быть более тонким в своих убийствах, подобно ей. Гарри уставился на женщину и малыша на своей кухне. Он с любопытством посмотрел на ребенка. — «Так это сын Тэйта?» — Майкл был похож на ангела, но, как и у его отца, аура мальчика пульсировала тьмой и смертью, — Доброе утро, хотите чашечку чая? — спросил их Гарри, прежде чем направиться к кабинету. Констанс, казалось, немного удивилась отсутствию враждебности. Люди обычно злились, когда она появлялась в их доме без приглашения. — Было бы здорово, — кивнула она, прежде чем сесть за стол. — Хочешь сок или молоко? — спросил Гарри маленького мальчика. Майкл улыбнулся в ответ. — Сок, пожалуйста, — волшебник подарил улыбку вежливому ребенку. После чаепития все трое вели вежливую беседу ни о чем. Гарри нравился Майкл. Честно говоря, мальчик напомнил ему маленького Тома Риддла. Отсутствие у Тома контроля и наличие крестражей привело его в пучину безумия. Майкл, однако, вырастет другим. Гарри не допустит, чтобы такой потенциал пропал даром. Гарри не нравилась Констанс. Женщина ошиблась слишком много раз. Борегард. Тейт. Аделаида. Три ребенка. Трое погибших. Три удара. Ей придется уйти. Гарри был уверен, что Тейт не станет возражать.