Ранговые распри

Снайпер был учтив. Пока я витала где-то между тьмой и реальным миром, его тембр успокаивал меня. Лежала под лучом медпушки, а в голове невольно появлялись какие-то противоречивые эмоции. Я пыталась гнать их прочь, отвлекала себя всем, чем только могла вообразить. Нет, такие эмоции нельзя испытывать! Не прошло и пары дней, как я обзавелась парнем! Бред… — Так, всё. Хватит прохлаждаться! — ученая отодвинула пушку. Я открыла глаза, приподнимая голову. Села и осмотрела ранение. От него не осталось даже намёка. Ученая выглядела так, словно весь мир её предал. Исследовав арсенал медика в шкафу, она взяла оттуда шприцемет. — Держи, — подкинув мне пистолет, буркнула: — Раз уж дырку в голове не излечить… Меня это позабавило, но я промолчала. — Ты сказала что-то про «большого робота»? — обратился ко мне снайпер, вешая винтовку через плечо. — Большой робот… — непроизвольно убрав прядь волос за ухо, я всмотрелась в сканер, — Не могу сказать точно на данный момент… М… По близости врагов не наблюдается. — «Не могу сказать точно»? — недоуменно повторила ученая, — Да что сегодня с тобой. У тебя точно с крышей что-то не так… — Я была в лёгком бреду… — попыталась оправдаться я, пожав плечами. Снайпер улыбнулся. Поправив очки, направился к выходу и посмотрел по сторонам, удостоверившись в моих словах. — Это сейчас неважно, — наставительно произнесла ученая, — От команды было два призыва о помощи, нужно идти. — Два призыва… — я кликнула по датчику, — О помощи… — Да, — нетерпеливо выдала подруга. Снайпер ожидал нас молча. Я пробежала до выхода. — Мы никого не встретили по дороге из своих? — осмотрела напарников. Снайпер помотал головой. — Да и противников я как-то не наблюдаю… — почему-то становилось не по себе. Плохое предчувствие обычно подпитывали такие ветреные детали. — Думаешь, вся толпа сейчас на них? — рассудил снайпер, пока мы перебежкой настигали лестниц. — Я очень надеюсь, что «вся толпа» не образовала одного гигантского робота, — ответила я. Даже непонятно, пошутила я или нет. В наших реалиях можно было ожидать чего угодно. Пусто было и в коридорах, и в штабе. Снайпер прошел вперед неспешно, держа наготове винтовку и осматриваясь. Ученая налегла на большой ящик и неторопливо постукивала ногой, скрестив руки. Я кликала по датчику. — Не могу определить даже местонахождение второго снайпера… — нахмурилась я, присаживаясь на одно колено и начиная разбирать следы на полу (что в конкретном помещении являлось отчаянным действием). Нечаянно взгляд зацепился за ящики, на одном из которых сидела подруга. Я провела рукой по одному. В команде мало кто был любителем паркура… Щелчок пальцами ознаменовал зацепку. Я перешла к другому ящику… Петляя последовала дальше. Снайпера заинтересовало моё поведение, он решил подойти. Ученая наблюдала с места. Ящики все выше и выше нагромождали помещение. Заканчивались они примерно там, где были проложены оконные рамы. Я залезла на один и примерно прочертила маршрут следов в своей голове. — Как вы относитесь к прогулкам? — обратилась я к напарникам. Синхронизируясь с моим голосом, снаружи донесся грохот, который сопроводила посыпавшаяся шпаклевка. БУМ. БУМ. Звук приближался. Коллеги молча направились ко мне, а я начала взбираться по ящикам.

***

Ошибочно полагая, что пик балагана был преодолён, я теперь наблюдала, стоя на крыше длинного контейнера, за пятиметровым ботом с огромными пушками, шагающего прямо на нас. Снайпер несколько раз попал ему в голову, но, кажется, лишь привлёк внимание гиганта. — Бл*ть, — без стеснения выдал снайпер, перекинув винтовку обратно на плечо, и осматривался в поисках лучшей оборонной позиции. Ругнуться пришлось и мне, как только бот начал наводить на нас дуло базуки. Не сговариваясь, мы одновременно спрыгнули вниз. Ракета шарахнула на крыше. Стоило только коснуться земли, сканер сыщицы издал множество громких звуков. Она с опаской посмотрела на него. — Здесь три таких бота… — заключила она, — Один передвигается крайне быстро, другой очень массивный, а третий — этот. В заключение её слов близко к нам бабахнула еще одна ракета. — Займёмся им, — уверенно я побежала прямо навстречу громиле-солдату. Наверное, мои напарники несколько опешили, но смирились. Странно, но… Боту я была неинтересна. Смотрел он прямо перед собой и не пытался следовать за мной взглядом. Я разбила ровно под ним взрывную колбу и, чуть отбежав, всадила достаточно шприцемётных снарядов ему в шарниры на ногах. Громила замедлился, но выпустил несколько ракет впереди себя. Снайпер понял мою задумку и тоже стрелял ему в ноги. Сыщица проскользнула ко мне и недовольно сказала: — Кажется, он пытается пробить штаб. — Ух-ты, — скептически бросив на неё взгляд, перезаряжала шприцемёт, — Сама догадалась или кто подсказал? — Меня больше напрягает, что этому боту вообще не уделили внимание, хотя только его маршрут направлен на базу, — проигнорировала она. — Хм… — щелкнула я затвором шприцемёта, — Отвлекающий манёвр. Прежде, чем мы прорезали его броню, бот выстрелил еще несколькими ракетами, которые пробили небольшую дыру в стенах базы. После ноги бота подкосились, и он упал на спину. Относительно удовлетворенные мы начали перезаряжаться, но бот принял сидячее положение. — Че-ерт… — протянула я и с удвоенной скоростью стреляла теперь по рукам машины. Но наши усилия оказались тщетны, и нужное количество ракет достигло цели. Теперь в стенах была не дыра, а зиял кратер. Не успели мы многозначительно переглянуться, как сканер подруги заявил о себе. — О, нет, — нахмурилась она. — Только не говори, что… — Боты направились сюда, — заключила она, чуть оскалившись. — Мать моя наёмница, — вздохнула я, закатив глаза. Она щелкнула пальцами, резко изменившись в лице. — Нужны колбы. Бесплотности и взрыва. У нас меньше десяти секунд. Она отбежала к снайперу, тороторя: — Ждём, пока подбежит к нам и в упор стреляем ему прямо под ноги. — Бесплотности нет, — кратко доложила я, — По укрытиям, он всё равно бежит в штаб и нас не заметит. Шмыгнув в разные стороны, мы затаились. Грохот подбегающей машины. Сыщица щелкнула пальцами, я кинула в бота все свои взрывные снаряды. Гигантский робо-скаут бахнулся на землю, тормозя своей наглой мордой около метра. Снайпер напрыгнул на него и, приложив дуло винтовки к затылку, завершил нашу авантюру. Стукнув по боту каблуком, наёмник брезгливо прокомментировал: — Этот какой-то дохленький. — Еще бы, — довольно усмехнулась я, — От такой порции подрыва любой откинется. Рядом оказался один из скаутов, чем вызвал у меня непроизвольный: — УХЁХТЫЖ, не пугай так больше… Парень был крайне запыхавшимся и, выдохнув, ухватился за шею: — Думал, весь день буду за ним гоняться… К нему подошла сыщица, что-то сказала. Скаут отмахнулся, хватаясь за колени и продолжая натужно дышать. Подбежал второй скаут, чуть более запыхавшийся и вспотевший. Вдалеке показался подрывник, он помахал нам рукой. — Где третий? — спросил снайпер у сыщицы. Подруга уставилась в сканер. — Третий? — переспросил опытный скаут и, наконец, увидел проломленный ракетами периметр базы, — Ах ты ж, ёп твою… — и сплюнул, выпрямляясь. — Не скажу, что он близко, но направляется к нам, — по-идиотски ответила сыщица, — В габаритах он примерно как шесть вот таких, — большим пальцем она указала на робо-скаута. — Нужен план, — я задумчиво нахмурилась, — На мои колбы можете не рассчитывать. Вдалеке послышались выстрелы. — Также уронить его… — произнесла сыщица. Снайпер скрестил руки: — Очень сомневаюсь, что у нас прокатит по второму разу этот фокус с дубиной в шесть раз тяжелее… — А как вам удалось… — уже было спросил подрывник, но я опередила его. — Мы брутально уронили этого дохлика, а что если… действовать деликатно. — Дохлик, — выдавил из себя второй скаут и харкнул в робота, — Что б я был таким «дохликом». Опытный скаут приподнял голову: чуть поодаль на тросах был подвешен большой ящик. — Деликатно, так деликатно, — хмыкнул он и, выхватив у демо одну гранату, взобрался к ящику. Мы наблюдали за парнем. Оторвав чеку, скаут подвесил гранату на крюк и спрыгнул. БА-БАХ! Ящик упал на землю. Внутри он оказался пустой. — И что же ты придумал, умник? — я начала терять терпение. — Как же, — Скаут отодвинул ящик и взял в руки тросс, — Уроним его. Никогда бы не подумала, что хоть какой-либо скаут может взять инициативу в свои руки. Однако… Мы натянули канат в «коридоре» между ящиками. Он сильно бросался в глаза, но была надежда, что машина проигнорирует препятствие. Тяжелой походкой шествовал гигантский хеви-бот, с кулачищами такими, что, пожалуй, они были с меня размером. Бот в большинстве своём был обуглившегося черного цвета и с глубокими вмятинами — результатами работы команды, но неукротимо таранил всё на пути, направляясь к нам. Настигнув каната, он почти сделал последний шаг на пути к падению, но, неожиданно, сильно наклонил голову вниз и начал перешагивать! Мы с сыщицей переглянулись. Это не сулило ничего хорошего. Из инвиза вышел спай, на лету скаут подобрал у него жучок и, юрко запрыгнув на бота, оглушил его. Громила застыл в глупой позе. Размяв шею, пулемётчик разогнался и навалился на бота. Гигант покосился и упал. Инженер подошел и, вскрыв искарёженную плату, разорвал все контакты. Мы обескураженно наблюдали за этим. Кажется, команда уже давно обговорила план и лишь выжидала подходящий момент. Спай закурил и неспешно перевел взгляд вначале на дыру в штабе, а затем на нас. — Где вы были? — голос его прозвучал с нескрываемым упрёком, словно мы в чём-то провинились.

***

Знакомая ситуация. Мы. Босс. Задание, которое выполнено не так, как бы хотел босс. Медик что-то усиленно доказывал спаю, но шепотом. Шпион же громко добавлял: — И что!.. Это не имеет значения!.. Приказ повторён трижды!.. Кратко: смерть не является оправданием. Какая жалость! Подумаешь, потери личного состава, тут же такое отверстие в стене! Глупо было ожидать от новой команды лучшего отношения. Какая же я дура! Мрачные мысли окружили меня со всех сторон. Я вышла из штаба с самым дурным настроем. — Как думаешь, — спросила я учёную негромко, когда мы шли по пустому пыльному коридору, — В Чикаго хорошо платят следователям? Подруга отвлеклась от датчика, удивленно посмотрев на меня. — Что?.. — мотнула она головой. — Или лучше будет в Сан-Франциско? — Ты… Ты что?! — она ухватила меня за плечи, — Неужели какой-то там нагоняй лишил тебя… упорства? Я молча смотрела на подругу. — Ты предлагала мне остаться в той команде. Хотя там были условия куда хуже!.. И что тебя сломило? Маленький локальный скандальчик, который еще к тому же глупый и не совсем справедливый. — В том и дело, — выдохнула я, убирая её руки, — Я думала, что с несправедливостью покончено. Она уже почти возразила, но что-то её остановило. Встала на месте, приняв задумчивый вид. Я медленно шла дальше, но учёная развернулась и быстрым шагом удалилась в другую сторону. Взяв сканер, чтобы посмотреть куда именно, увидела, что рядом кто-то стоит. Развернулась. Снайпер. Бородатый скрестил руки, упираясь плечом о стену. Шляпа прикрывала его глаза. Вообще, глупо говорить, что его было не видно, наверно, я его не заметила из-за преследовавшей сегодня рассеянности. Хотя… Ученая тоже, вроде бы, его не увидела. — И что же… — чуть-чуть приподнял голову ковбой, как только понял, что я его заметила, — Ты хочешь уволиться? Я отвела взгляд. Это его не касалось. Но, наверное, раз уж он заинтересовался, следовало ответить. Продолжив путь к своей каморке, сказала: — Возможно. По звукам, снайпер пошел следом. — И оставишь весь прогресс своей упорной работы? — пробасил снайпер. — Прогресс? — нахмурилась я, сжимая руки в кулаки, — Что бы я ни делала, происходят обвинения. Одни проблемы! — Ранимая душа, — почему-то хохотнул снайпер. Я остановилась. Развернулась. Недовольно стукнула его. — Я говорю лишь то, что вижу, — добавил снайпер, — Если полегчает: можешь ударить еще раз, сильнее, если хочешь. Я вздохнула, закрыв глаза, и, не ответив, подошла к двери нашей с ученой комнаты. Снайпер упёрся о дверной проём, не заходя в каморку. Я села за письменный стол, пытаясь найти чистый листок. — Думаешь, что стоит уйти, как жизнь наладится? Упорно игнорируя коллегу, продолжала искать. — Что, если спай не прав, и ты совершишь страшную ошибку? Я взяла ручку, лист упал на пол, рядом со снайпером. Он поднял его и положил передо мной. — Спасибо, — негромко отозвалась я. Секунда. Другая. — Чего же не пишешь? — прервал паузу снайпер. — Не знаю… С чего начать, — проговорила я и отложила ручку, — Если бы ты не стоял над душой было бы проще. Я недовольно уставилась на снайпера, он выглядел удовлетворенным. — Команда уважает тебя, — сказал бородатый и, промедлив, добавил, — Я уважаю тебя. — Просчеты, невыполнение цели. Объективно, я оцениваю себя в минувшем задании неэффективной единицей. И от этого не уйти. — Категорично, — пресёк меня снайпер, — И это стоит того, чтобы уволиться? Из-за одной миссии? — Можно подумать, тебе есть до этого дело, — нагрубила я и смиренно добавила: — Извини. Снайпер чуть наклонился и взял меня за подбородок. Неловкий момент прервал короткий пик датчика. Я почти приподняла его, чтобы посмотреть, но снайпер положил ладонь поверх моей руки. — Вдруг что-то важное, — рационально заметила я. — Ничего важнее твоего ухода там нет. Было совершенно непонятно, почему он настолько неравнодушен. Ну, по крайней мере, ровно до того момента, как он потянулся ко мне с очевидным намерением. Я остановила его. — Снайпер, — нахмурилась и поняла, что начинаю краснеть, — Так нельзя! Он отстранился, но несильно. Пристально посмотрел в глаза. — Почему же. — Я уже согласилась на предложение скаута, — отвернувшись, ответила. — И где же твой скаут в этот момент, когда карьера висит на волоске? — Он в этом не виноват, — мотнула головой я. — Твоё поведение — как раскрытая книга, сразу понятно, что тебе нужна помощь. Не сомневаюсь, что он это видит. Но подходит лишь когда сам того желает. Я подняла взгляд на снайпера, смотря со скепсисом. Он терпеливо ждал моей реакции. — И как же ты мне поможешь, — произнесла я. — Отвлекаю от тёмных мыслей… — Да-да, — саркастично прервала его, — Путём моего соблазнения… Не мог бы ты… — я встала с места и подошла к двери, открывая её, — Уйти из моей комнаты. — Мог бы… — смирённо произнёс он, направившись к выходу. Поравнявшись со мной, внезапно ухватил за талию, рывком опустил, как в танго. — Снайпер, — шикнула я, стукая его кулаком. Он поцеловал меня. Я сопротивлялась, пыталась его отодвинуть, отбить, вывернуться, соскользнуть. Но как только прекратила попытки, хватка ослабла. В сравнении со скаутом делал он это более… воздушно, что ли. Непринужденнее. Он вернул меня на место и отпустил. Я была вне себя. Злостно выдохнула и шлепнула ему пощечину. Снайпер будто ждал этого, утёр место удара. — Что ты себе позволяешь? — проговорила я. — Открытая книга, — повторил он, — По глазам вижу, ты хочешь этого. — Интерпретируй сколько душе угодно, — я начала делать медленные шаги назад, — Но не нужно переходить к действиям… — нащупала что-то на столе и воинственно выставила перед собой. Это оказалась линейка. Снайпер приподнял бровь и наступательно приближался. Правда, что ли, «хочу этого»? Чего именно? — Не подходи, — сжала губы я, намереваясь пустить (смех-то какой!) линейку в ход. Бородатый грудью упёрся о моё оружие и поставил руки в боки. — Ты бы уже десять раз позвала кого-нибудь на помощь, если б действительно решила сопротивляться, — рассудил он, мотнув головой. Мой взгляд опустился и метался по полу. Он прав? Нет! Нет… Сегодня я рассеянна, всё дело в этом. Снайпер ждал. Я убрала линейку, отложила её на стол. — Просто… Просто… — пыталась подобрать слова, чтобы как-нибудь объясниться перед ним и самим собой. Он подхватил меня и усадил на стол, приобнимая. Приблизился к уху и негромко пробасил: — Если ваше соглашение со скаутом тебя останавливает, только скажи, я поговорю с ним. Делай то, что действительно хочешь, а не из-за чьих-то посторонних желаний. Пару мгновений я думала. Неслышно вздохнув, обняла снайпера, обхватив его за шею. От него пахло порохом. — Я подумаю… — тихо произнесла я, подавляя головную боль. Он поцеловал меня в щеку. Наши датчики громко просигналили, а в коридоре включились мерцающие красные лампы. — Не спеши уходить, — подмигнул он мне, спуская со стола, — Работа еще не закончена.

***

Как бы я описала свои эмоции… Пожалуй, приемлемое слово было «взрыв». У сыщицы бывали депрессивные моменты, ровно, как и у меня. Но, пожалуй, сейчас это перешло незримую черту, когда нужно что-то предпринять. И кому как не мне! К тому же, хотелось и самой выпустить пар. Хотели неэффективности? Хотели разрушений? Хотели взбесить меня? Что ж… Я вам покажу! Заметив впереди инженера и поджигателя, идущих по своим делам, я завернула за угол и подождала, пока они пройдут мимо. Никто не должен встать у меня на пути! Достигнув медчасти пробежками, я медленно открыла дверь и юркнула внутрь. Там находились учёный с сыщиком, и о чём-то громко говорили. Окольным путем я достигла лаборатории и зашла туда. Встретил меня труп подрывника, лежавший всё на том же месте. — Привет, — тихо отозвалась я, раскрывая стеллажи с реактивами, — Думаю, ты не против, если я немножечко тебя потревожу. Собрала множество взрывных колб в большую стопку на столе. Взяла с полок некогда принадлежавшее покойному снаряжение и гранаты. Надела жилет, напичканный взрыв пакетами. Откопала рюкзак камуфляжной расцветки, смела со стола все колбы в него. Надела пояс, в который вложила несколько колб-невидимок. Опустила на глаза спецочки, натянула темные перчатки, накинула капюшон. В конце концов, зашнуровалась. В верхнем шкафу взяла зажигалку и подожгла. Бело-синий язычок приветливо колыхнулся. — Погнали, — задула я его и кинула под ноги колбу бесплотности. Без стеснений вышла из лаборатории и медчасти. — Кто здесь? — бросил мне вслед кто-то из новеньких, но я решительно направилась к лестницам. На пути встретился медик, изучающий датчик и направлявшийся в медчасть. Я встала у стенки, дав ему пройти, и проскользнула за угол. На лестницах никого не было. Невидимость пропала. — Что ж, — хохотнула я, доставая взрыв пакеты, — Кто не спрятался, я не виновата! Подожгла несколько фитилей и кинула вниз, наверх, по углам, в стороны. Из штаба вышел новенький снайпер и, заметив меня, осекся, хватаясь за винтовку. — Стоять! Колба бесплотности — и я кинулась в корпус с роботами. Секунда-другая. БАХ! БУМ! ШАРАХ! Услада для моих ушей. Я улыбнулась. Датчик просигналил, что означало тревогу. Оставив в коридоре взрывчатку, вернулась обратно. Дав пройти не видевшему меня новенькому снайперу, я набросила еще взрывпакетов на лестницы. Невидимость пропала и рядом с ухом прожужжала пуля. Адреналин ударил в мозг. Спай намеревался сделать еще один выстрел, но я кинула несколько колб ему под ноги, чем спровоцировала его отпрыгнуть в сторону. Довольно наблюдая, как шпион откашливается, пытаясь понять, куда ускользнула. А я всего лишь стояла на месте. Прижалась к стене. На лестницу выбежал скаут из штаба, медик, сыщик и ученый. В коридоре с роботами бабахнуло. Снайпер выскочил оттуда, прижавшись к стене и сжимая в руках винтовку. — Диверсия? — спросил скаут, в пару прыжков поравнявшись со снайпером. — Было похоже на подрывницу, — пожал плечами снайп. Я закатила глаза, кидая колбу вниз лестницы. — Разделяемся, — кратко огласил медик, как заметил подбегающих пиро и инжа. — Я вас умоляю, — тихо буркнула я, накинув колб в коридор медчасти, как невидимость спала. Думаю, некоторые успели меня заметить, и я неспешно направилась вниз по лестнице. — Вижу её! — довольно выкрикнул сыщик. Тьфу. Смышленый какой! Пришлось ускориться, раскидываясь детонирующими сюрпризами. — Потерял… — осёкся он немногим позже. Сдержавшись от смеха, направилась в штаб. — Хм… Тут не помешает уборка! — заключила я, осматривая кучи металлолома и ящиков. В плече кольнуло. Медик успел стрельнуть в меня шприцом. Я сразу исчезла из виду. — Попал? — вбежал скаут, озираясь. — Попал, — грозно ответил медик, щелкая шприцеметом. Стоит ли мне рассказывать, какими взрывными красками покрылся штаб? Какая же красота! Спустя время, вся команда была в штабе, или, вернее, прячась за баррикадами, опасаясь шальной бомбы. — Беспорядочное движение, — доложила подошедшая сыщица, — Траектория не рассчитывается. — Может, это скаут? — спросил малоопытный разведчик, после чего я кинула в его сторону колбу. Он сразу осёкся. — Это точно была девчонка, — поправил его второй разведчик. Колба полетела куда-то вглубь штаба. Меня не сильно заинтересовала эта игра в угадайку, и я ускользнула через дыру в стене, оставив напоследок несколько динамитов в штабе. Чтобы не расслаблялись! Прохладный вечерний воздух. Я вдохнула полной грудью. Сера, углекислый газ, кислород, сажа, какой вкусный коктейль! Кажется, я совсем съехала с катушек, но… почему бы не проделать еще одну дыру в штабе? А, может, и несколько! Подложив заряды под несколько стен, я с досадой поняла, что израсходовала все бомбы и динамиты. В спину попал еще один шприц. Я шикнула. — Руки! Чтобы мы их видели! — громыхнул скаут, настигая меня. Я подняла руки и, хмыкнув, выпустила из них еще одну колбу бесплотности. Шаг в сторону и я спасена от выстрела! Усмехнулась, но почувствовала сонливость. Вдалеке сыщица ужаснулась и, привлекая внимание медика, что-то ему сказала. Он кивнул. Датчик на руке брякнул. Отмена штурма? Как интересно… И почему же? — Что случилось? — озвучил мой вопрос скаут. — Лекарство её обезвредит, — ответил медик и единственный из команды шел ему навстречу. — Обезвредит её пуля в голову, — недовольно заключил скаут, но отступил. — Че-ерт… — протянула я, хватаясь рукой за голову и налегая на большой контейнер. БАМ-ТАРАМ-БА-БАХ!!! Подорвались несколько стен, поднимая кучу пыли ввысь. А я отключилась…

***

Сканер предательски выдал: «ОБЪЕКТ — УЧЁНАЯ. КОНТРАКТ 20.102.1243. ФИОЛЕТОВЫЙ РАНГ/ТЯЖЕЛОЕ ВООРУЖЕНИЕ». Я незамедлительно сообщила медику. Спай был в инвизе и вряд ли бы меня выслушал. Медик не был удивлён, сразу отменил тревогу. Нас, черт возьми, точно отправят восвояси! Сегодня же. Скаут подошел ко мне, протягивая пистолет. — Кажется, я нашел кое-что. — Да… Спасибо, — отстранённо произнесла я, поочередно смотря в сканер и датчик. Скаут тоже перевел взгляд на гаджеты. — Да ладно… — прокомментировал он, — Тяжелое вооружение? Где она… — Припасы мёртвого подрывника, — кивнула я, — Наверное, она взяла их все. Скаут присвистнул. Из инвиза вышел спай, я мгновенно переключила программу. — Сведения. — Диверсия. Забран арсенал мёртвого демомена, — отстранённо ответила я, хоть это и не было ложью. Скаут не многозначительно посмотрел на меня. Спай ничего не сказал, направился на базу. — Он оторвёт ей голову, — вздохнула я, пытаясь не встречаться взглядом со скаутом. — Он оторвёт её мне, — произнес скаут. К нам подошел второй скаут. С претензией, почти с наездом выдал: — И что это значит?! Мы с Джессом переглянулись. — Прости?.. — недопоняла я. — Отправляю тебе сообщение, спрашиваю, где ты. А ты со снайпером еб*шься! Он шагнул на меня, пришлось отступить. — Осади, дурень! — рукой Джесс преградил ему путь. Я замолчала. Не знала, что сказать. Как ответить. — Я тебе щас осажу, г*внюк! — грубо толкнул Дастин Джесса. Увидев перебранку, подошел подрывник. — Замечательно, вы еще не наругались за этот день? — попытался пошутить демо, но, кажется, еще больше взвентил Дастина. — Она. Еб*лась. Со снайпером, — сказал выскочка и указал на меня рукой, — Шл*ха. — Это не так, — раздраженно, наконец, возразила я. — То есть, было бы лучше, если бы она это делала с тобой, — терпеливо дополнил Джесс, скрещивая руки. По тону можно было уловить напряженность, парень был на взводе. Искра. Буря. Драка. Подрывник и я кинулись разнимать этот хаотичный комок насилия. С трудом, подрыв сжал Дастина. Джесса я рывком отстранила за плечи. У обоих теперь были ссадины на лице. Первый выплевывал ругательства, пытаясь вырваться. Второй же хмуро посмотрел на меня: — Поговорим? Я кивнула, отводя его в сторону. — Рассказывай, — такое простое требование, но как же тяжело… Я решила не утаивать. — Снайпер пытался меня уболтать, но я сказала ему, что нужно подумать. Как минимум… — Ничего не было? — настойчиво продолжил Джесс. — Я вырывалась, но… был поцелуй. — Я тебя понял, — кивнул скаут, — Поговорю со снайпером. А насчет этого чёрта… — Джесс медленно перевел взгляд на скаута, который теперь вымещал свою злость на подрывнике, которого это скорее забавляло, — Я буду за ним следить. — Хоро… шо… — Джессу не нужно было моё одобрение, он довольно быстро удалился. Я осталась наедине со своими гнетущими мыслями.

***

Открываю глаза. Белая лабораторная штукатурка. Встаю. Но… не получается. Я привязана к кушетке?! — Чтоб меня… — буркнула я, крутанув руками. — М? — заметил медик, и, подойдя, снял с меня очки, чем обеспечил лучшую видимость. Они чуть подкоптились. — Итак, — медик присел рядом, — Успокоилась? — Кажется, ты вколол мне снотворное, а не успокоительное, — съязвила я. Медик улыбнулся, отойдя. — Как угомонишься, подойду. — Эй! ЭЙ! — я долбила руками по кушетке. Показался спай. — Какая неожиданность, — протянул он раздраженно, — Как предлагаешь мне поступить? Наказать тебя? Уволить? Каторга? Тюрьма? — Взболтать, но не смешивать, — хохотнула я, — Надеюсь, вы вышвырните нас с сыщицей и мы, наконец, заживём нормальной жизнью! — Какие еще будут пожелания? Дезертирство карается смертью в большинстве случаев, — хладнокровно заключил спай. — Я не дезертирка, — просто ответила я. — Бунтарка, — медик отложил ручку, которую перебирал в руках. — И против чего же ты протестуешь, дорогуша? — внемлил спай. — Против тебя, — сразу же ответила я, но добавила: — Хотя, наверно, можно было интерпретировать это как-то иначе. Спай закурил, выхватил нож и, крутанув им, приставил мне к горлу. Я приподняла подбородок, пытаясь отстраниться. — Еще одна выходка и будешь отвечать, как за дезертирство, — договорив, спай полоснул мне по горлу. Я почувствовала лёгкий холодок, который, всё же, вряд ли был смертельным. Пф-ф. И это всё? Может, конечно, я слишком привыкла к респауну, и не чувствовала смертельной опасности, но порез — самое безобидное, что можно было ожидать. — Займись ей, — напоследок сказал спай и ушел, плотно закрыв дверь. — Да, желательно меня для начала отвязать, — нагло выдала я. Думаю, я действительно потеряла страх. Медик взял салфетку и, подойдя, протёр мне шею. — Конечно, и это тоже, но я предпочла бы сделать это сама. Своими руками. Своими свободными руками, — настойчиво намекала я, а док строил из себя дурочка. Я раздраженно выдохнула. Медик поставил рядом с кушеткой стул и, сев на него, занялся чтением. Внаглую! Я чувствовала себя провинившимся ребенком, которого поставили в угол… И к тому же еще и привязали! — Можно вопрос? — продолжила я. Медик посмотрел на меня. — Сколько мне здесь лежать? Медик вернулся к чтению. НУ ВСЁ. Я вновь начала вырываться. Проворачивала кисти, чтобы проскользнуть. Одна из рук будто охотнее поддавалась на манипуляции. — Сколько вообще времени? — буркнула я. Медик посмотрел на датчик. — Семь часов. — О-о-о прекрасно. Успею на ужин. Медик улыбнулся. — Ну, если ты этому поспособствуешь, конечно, — договорила я. Кажется, я уже стёрла всю кожу, пока пыталась выпутаться. До костей! — Ладно, окей, — я перестала сопротивляться, — Каковы ваши требования, я слушаю. — Никаких, — преспокойно ответил мед, чем заставил меня снова ёрзать, как червь на крючке. — Ла-адно, оке-ей, — протянула я раздраженно, — Предлагаю отпустить меня взамен на другое наказание. Ненавижу играть в шахматы. Давай играть в шахматы, и забудем об этом! Недолго думая, мед взял, появившиеся как по волшебству шахматы в каком-то из верхних ящиков, и поставил рядом. — Да ты шутишь, — произнесла я, оскалившись, — Отпусти немедленно! — Первый ход твой, — медик прижался к спинке стула, скрещивая руки. — Двойное наказание! И кто меня вообще за язык тянул! — буркнула я, — Не буду играть! Что за бред! Медик ждал. Ждал. Черт возьми, сидел, как истукан, и смотрел на меня, в ожидании моей капитуляции со всеми потрохами!