Блюз Медеи

       Следующее утро, Велори встретила заканчивая изучать личное дело главы медицинского отсека. Стоило его закрыть, пообещав себе, что как только будет возможность, она спишет его на берег, как запищал будильник напоминая о совещании.       Ванная оказалось крошечной, с маленьким пятачком прорезиненого коврика под ногами. Стоило слегка открыть кран в душе как вода мощными струями ударила по руке. Зеленоватая с кисловатым привкусом, что тут же завитал в воздухе.       Немного скептично посмотрев и решив, что это не худший вариант, что она встречала, Дюмон скинула одежду на умывальни и шагнула под струи. Запах еще сильнее ударил в ноздри, а шрамы, лишенные своей щипающейся защиты, заныли.       Женщина только потянуться за гелем, как зазвенел интерком и чертыхнувшись она крикнула надеясь перекричать воду:        — Принять! Максимальная громкость и звуко-улавливание! Включить очищение от шумов с моей стороны.        — Доброе утро, капитан, — донеся бодрый голос Лазариуса. Такая бодрость обычно говорит о том, что его обладатель успел поставить себе укол стимуляторов или только вернулся из не самого лучшего отпуска.        — Доброе, коммандер. Отчет по состоянию корабля? — намыливая кожу сказала Велори.        — Все системы в норме. Через пол часа мы выйдем из прыжка по утвержденным координатам. С личным составом проблем нет. Все офицеры оповещены о совещании. На завтрак каша из эльфийского пшена с молоком. Вы найдете дорогу, мэм?        — Проведете после совещания. Я ведь могу, попросить первого помощника принести мне на него кофе?        — Да, капитан, можете, — донеся голос Лазариуса с хорошо скрытым, но все-таки заметным, оскорблением. — Что-то еще?        — Нет, это все. Дорогу в конференц зал я найду. Дюмон, конец связи.       Инетерком пискнул, и Велори зарылась пальцами в волосы. После чего, быстро домывшись, вышла обратно. Голоэкран слабо мерцал в полутьме, привлекая внимание пришедшим сообщением.

***

      Комната переговоров, неожиданно большая и богато обставленная, еще была пуста когда Велори пришла. Женщина обошла стол и опустилась в кресло капитана устало потирая висок.        — А вы определенно ранняя пташка, капитан…        В дверях стоял олень. Рога были спилены, почти под основание, оставив лишь маленькие холмики. Внимательные темные глаза не отрываясь смотрели на нее. Форма была не застегнута до конца, обнажая шерстистое горло с выступающим кадыком.        — Лейтенант Бруска, — кивнула женщина, — Предпочитаю привыкнуть к полю боя. А вы, чего так рано?        — О, по правде говоря, мне просто нет чего делать, — с смешком и сильным акцентом сказал глава медицинского отсека и сел слева от женщины. — И я решил прийти пораньше. Обычно через пару минут приходит Аарон… старший лейтенант Морнингсайд.        Его морда была удивительно подвижна, что вызывало легкую дрожь. Женщина знала, что олень улыбается обнажив ровный ряд острых зубов. Тонкие пальцы врача коснулись панели перед ним, вызывая голоэкран.        — Понятно. И так… Как вы относитесь к смене командования? — закинув ногу на ногу, начала Дюмон.        — Мне, по правде говоря, все равно. Лазариус неплохой офицер, но не тот из-за чьего отстранения я буду плакать. А вы считаетесь прекрасным… — быстро заговорил лейтенант.        — Мистер Бруска. Я знаю что говорят обо мне. Не надо кривить душой, — тихо сказала женщина и потерла перстень отводя взгляд в сторону.        Открылась дверь и внутрь ввалился главный инженер. От него несло маслом и зверем. Смерив женщину презрительным взглядом, он сел рядом с медиком, отвлекая его.        Вскоре подтянулись и глава склада с начальником службы безопасности. Еще один медведь и мышь. Велори смутно вспомнила название их под рас: ладан и Напь. Бесшумно они опустились с другой стороны стола, оставляя место заместителю капитана. Лазариус прибыл через пару минут, сжимая в руке чашку.        — Благодарю коммандер, — вышла из своих раздумий и выровнялась женщина. — И так начнем. Как вы думаю вы знаете, я коммандер Велори Дюмон. С вчерашнего дня и до дальнейших распоряжений совета директоров, ваш капитан.        Гампфары коротко кивнули.        — С вашими именами и званиями я ознакомлена. В течении нескольких следующих дней я могу прийти на ваши посты с проверкой. По этому прошу перепроверить все еще раз… Надеюсь наше сотрудничество будет продуктивным… А теперь, мистер Лазариус, доложите про наш маршрут…       Кузон поднялся и начал ровным тоном рассказывать про планеты, возле которых они должны были пройти в ходе патруля. Из них всех женщину интересовала лишь одна, та о которой она получила сообщение, отправленное начальником.       — Двадцать пятого марта. Сигамор инвайн, — уточнил для гампфар Лазариус. — Мы приблизимся к планете Королёв. Зависнув на орбите одной из ее лун, мы спустим челноки и произведем обмен. Нами будут предоставлены лекарственные средства, в то время как колония предоставит нам материалы, что мы должны будем доставить, на станцию Поллукс-27. Во время прибывания на Королёве желающие могут спуститься на планету. Это терроморфированный мир, с засушливым климатом, но наличие под ногами твердого грунта, должно придать команде сил. Мистер Эдельштей, — кивнул он напьи, — ответственен за составление списков спускающихся…       Оставшийся доклад, бывшего капитана Медеи, женщина слушала мельком, скользя взглядом по мордам подчиненных. Бруска явно скучал и считал минуты. Морнингсайд сидел прямо, внимательно слушая и перебирая неожиданно ловкими лапами четки. Начальник службы безопасности нервно ерзал на своем месте, то и дело кусая тонкие острые когти…        — Доклад окончен…        — Хорошо. Мистер Морнингсайд и мистер Шарц, прошу вас подготовить челнок к заходу в атмосферу Королёва и доложить мне лично. Мистер Эльденштейн, — мышь дернулся и посмотрел на неё. — Списки тех кто будет выходить с корабля и предоставьте коммандеру Лазариусу. Все… Могу считать совещание законченным. Свободны.        Гампфары начали расходиться. Первым ушел Морнингсайд, не проронивший за совещание не слова, за ним скучающий Бруска. Остальные потянулись следом. Только Лазариус продолжал сидеть на своем месте, внимательно изучая что то на голограме. Дождавшись когда за старшими офицерами закрылась дверь, кузон перевел взгляд на капитана.        — Я думал, что вы созвали это совещание…        — Я уже достаточно узнала о них, из дел. А остальное узнаю уже в ходе практики, а не на совещании. Хотя ваша характеристика о них, я думаю, тоже будет не лишней, — сказала Дюмон, наконец прикоснувшись к напитку, что принес подчиненный.        — Так понимаю, хотите начать с старшего лейтенанта Морнингсайд… — вздохнул Лазариус и потер надбровную дугу.        — На самом деле, я хотела начать с вас. Сейчас, вы моя правая рука. А по правде говоря, пока я не найду общий язык с экипажем, даже больше.        — Вы ведь читали мое личное дело.        — Да. Но скажем прямо, там сухая выжимка. Ее зачастую не хватает для продуктивной работы.       Лазариус посмотрел ей в глаза и коснулся когтистой рукой усов, словно обдумывая что сказать.        — Да. Мне особо…        Громко и истерично запищал его интерком.        — Извините. Лазариус, — коротко сказал он, поднимаясь на лапы и направляясь к двери.        Велори осталось только разочаровано выдохнуть и провести пальцем по кольцу.

***

       Следующие три дня прошли в тишине. Коммандер ознакамливалась с бортовыми записями. Их количество пугало. Казалось что, Лазариус записывал все что происходило, так тщательно, что по его записям можно было отследить все, что происходило с кораблем с его назначения: мелкие поломки, перебранки экипажа, не связанные с службой, подробнейшее описание систем корабля, замечания насчет рациона, астрономические наблюдения.        Дюмон устало закрыла проекцию и ущипнула себя за переносицу. Быстро поднявшись из-за стола, она подошла к небольшой панели, что показывала картинку с одной из камер на обшивке корабля. Там растянулась, подкрашенная во все цвета, туманность.        — Вызывали капитан? — дверь за спиной отъехала в сторону, пуская внутрь начальника службы безопасности.        — Вызывала. Проходите. Присаживайтесь, — женщина провела пальцем по кольцу изучая туманность. Она ощущала лопатками нервный взгляд напья, но не торопилась начинать диалог.        — Что то произошло, мэм?       Натянув доброжелательную улыбку женщина развернулась и покачала головой. Потом показательно скинула с руки браслет интеркома и положила его на низкий столик у «окна».        — Тебе нет из-за чего переживать… Просто хотела познакомиться… И обсудить кое какие отчеты. Мистер Лазариус был слишком занят, последние пару дней, — налив себе воды из графина, вернулась на свое место женщина.        Мышь кивнул и тоже улыбнулся расслабляясь. Тонике усики поднялись, а черные бусинки глаза перестали выглядеть напугано.        — Шарон всегда занят, — пожал плечами Эдельштейн. — Уж такой он…        — Я заметила… — кивнула женщина. — Так вот. Отчеты… Ты не находишь, что на этом корабле происходит очень много стычек, Йорик?        — Нет, мэм, — в миг напрягся подчинены. — Не больше чем на других судах.        Велори хмыкнула и откинулась назад в кресле, отпивая из стакана.        — Возможно чуть больше. Но мы решаем эти вопросы оперативно… — тихо сказал Эдельштейн. Он нервно сцепил лапы перед собой, упираясь взглядом в столешницу.        — На самом деле, мое внимание привлекло, как ты решаешь эти вопросы, Йорик, — тихо сказала женщина и потянулась, что бы коснуться мягкой лапы напья.— Тебе нечего бояться. Я, просто, уточняю подробности… Просто, на моем старом судне служба безопасности работала суровей.        Эдельштей кивнул и перевел взгляд на тонкую ладонь, прикасающуюся к нему.        — На корабле не происходило ничего, что требовало жестких мер. Пару драк, споры… Было мелкое воровство со склада, но мы нашли виновного, и он возместил ущерб… — быстро и сбито заговорил начальник службы безопасности.        — Не волнуйтесь так, Йорик. А насчет драк и споров… Просто, их причины очень спорно описаны в отчетах… — бережно провела по розовым ладоням женщина, а потом поднялась и обойдя стол, села рядом с напьем, взяв руку в свою. — У тебя нет причин меня бояться. Я на все еще чужом для меня корабле и мне нужна твоя помощь, что бы разобраться…       Мышь благодарно сжал руку Велори и кивнул.        — Корабль разрывается. Пару лет назад, когда мы поступали на службу в Гекату, нам казалось, что мы станем мостиком между нашими видами. Или, по крайней мере, покажем, что вы, люди, не только рабовладельцы и подонки… Но за все это время, мы только и делали, что защищали пограничные территории от гампфарских пиратов… Убивали соплеменников… Многие разочаровались…        Женщина кивнула, продолжая улыбаться и поглаживать руку инопланетянина.        — Это ужасно. И так что, есть многие, кто хочет вернуться на родину?        — Да, — быстро кивнул мышь, печально повесив голову, — И они регулярно сцепляются с теми кого все устраивает. А я не могу приказать, сажать кого-то из них в карцере…        Женщина кивнула, понимающе глядя в глаза напьи, про себя однако морщась. Такая тряпка, на посту начальника службы безопасности, ей точно не была нужна.        — А коммандер Лазариус?        — Он говорит, что я должен быть суровей. На самом деле, именно он разрешает многие проблемы на этом корабле… Думаю, по этому он все время, сейчас, и занят. Сторонникам империи очень не нравится, что над нами поставили человека. Что бы контролировать…        — Словно вам не доверяют, — кивнула женщина и отпустила руку подчиненного поднимаясь, — Спасибо, Йорик. Думаю, я услышала все что хотела…       Женщина поднялась и вернулась у экрану. Громко щелкнул браслет интеркома и женщина снова посмотрела на туманность.        — Вы свободны, мистер Эдельштейн… Жду ваш отчет и списки сходящих на планету. И включите меня в них… Мне нужно размять ноги.        Напь ушел, на прощание улыбнувшись ей. Но женщина это не видела, она смотрела на туманность и поглаживала перстень. Велори стояла, долго думая о происходящем на корабле. Но так ничего и не придумав, вернулась к столу и открыла следующий отчет.

***

      Тихий шелест песчаной бури, что бушевала снаружи, казался, лишь едва заметным фоном. Старая музыка лилась из вмонтированной в стену колонки, периодически запинаясь и шумя, из-за погрызенного грызуном провода.       В баре было всего лишь трое. Крепкий бармен, что периодически хмуро оглядывал погруженное в полумрак бывшее складское помещение. И изредка подливал в грязный стакан, невзрачного старичка с плешивыми волосами и бородкой, виски. Посетитель же то и дело махал руками, что-то рассказывая, и бесконтрольно дергал головой. Третьим был средних размеров пес, что спал рядом с посетителем. Его уже местами начавшая седеть морда, выглядела уставшей.       — Нет, ну ты понимаешь. Это не может долго длится. Рано или поздно, эти ушастые твари восстанут! — громко стукнув стаканом об стойку, сказал посетитель и пьяно икнув, толкнул стакан к бармену, — Обнови.       — Ага, конечно, — хмуро извлёк бармен, не особенно вслушиваясь в болтовню мужчины. Он слышал подобные речи настолько часто, что перестал вникать в них.       — А еще корпорации… Ты думаешь, у них все так просто. Все они пусть и на поводке у власти. Но это не мешает им вести свои под коверные игры. Ты можешь мне не верить. Но я уже сорок лет на них работаю и отлично знаю все то что в них происходит. Например…       Громко заскрипела наружная дверь, пуская кого-то в шлюз. Истерично, словно переигрывающая актриса, заскрипела дверь, пуская еще одного человека внутрь. Особа поправила ворот, хорошо сшитого пальто, и коснулась ремня маски закрывшей лицо. Неспешно она стянул ее с лица и жадно вдохнула «свежий» воздух бара.       — О, Велори! Девочка моя! — радостно вскрикнул, напрягшийся до этого. посетитель. — Налей моей подруге. Виски. Другое дерьмо она не пьет.       Бармен смерил взглядом женщину. Она смазано кивнула ему и подсела к посетителю. Стоило ему протянуть руку к ящику со льдом, как женщина невзначай кинула:       — Не надо глушить ваше дешевое пойло льдом. Я пью любое дерьмо, кроме сильфского. И не только виски, Тони.       Посетитель усмехнулся в седые густые усы и осушил свой стакан.       — А вот это, очень даже, зря. Пусть, эти ластоногие недодадут градусов, но его хотя бы пить не противно.       Женщина поморщилась и одернула глухо застегнутый ворот рубашки. А бар снова погрузился в тишину, что изредка прерывалась тихим то ли скулежом, то ли храпом собаки. Из этого транса, бар вывел громкий грохот, донесшийся снаружи.       — Опять бар ремонтировать, — грустно вздохнул бармен, поставив стакан на стойку.       — И дорого ремонт обходится? — спросила Велори, оглянувшись на место из которого донеся звук. Метал, в одном месте, прогнулся дугой. Рядом было еще как минимуму с десяток таких вмятин.       — Порядочно. Нормальной рабочей силы днем с огнем не сыщешь.       — Серьезно. Я всегда думала, что в свеже терроформированые миры людей быстро заселяют, — удивилась женщина. Трудно было понять действительно ли она удивилась или просто констатировала факт.       — Было бы, не плохо. Те которые терроформируют Фанфнир или Шива, то да…       — Да, ладно тебе. Я бывала в мирах Фанфнира, еще те помойки, с повальной безработицей. Что бы получить, хоть какую то должность отличную от никакой, надо всю семью в шахты сдать…       Бармен скривился, словно от лимона, и начал надраивать деревянную стойку.       — Да, не бойся, ты так. Не корпоративная она… Моя ученица, можно сказать. Могла стать кем то путным. Да, все братцу мстит…       — Тони, заткнись. Я здесь не для того, что бы ты учил меня жизни.        — Велори… Ты ведь так, ее назвал? Не Дюмон часом? — словно вспомнив что-то, спросил бармен, подливая девушке в стакан.        — Ага. Так и стала бы Велори Дюмон шляться по всяким пограничным мирам… Сидит сейчас, где то на своем крейсере, пьет дорогое виски и раздвигает ноги перед начальством. А, Тони?        — Ага. Ничего тут Геката не забыла… Ресурсы добываются, преступники ловятся, губернатор в жопу целует, через почту, регулярно… — со смаком сказал старик и залпом осушил свой стакан. — Что тебя сюда принесло? Неужели, решила найти своего учителя…        — Да, так… Добрый дедушка просил проверить, как ты…       Старик поднял бровь и опустился на корточки, пристегивая собаку и натягивая маску на нее. Животное покорно поднялось, подставляя морду.       — Очень мило с его стороны… Если хочешь, найдешь меня… И, пожалуйста, оплати счёт…       — Да, я уже все… — выпила стакан женщина и приложила карту к терминалу на стойке. — Идём… Покажешь свои владения.       Буря снаружи все не утихала. Казалось, что с короткой прогулки, что была у Велори пока она искала бар, она только усилилась. Песок с грязью, то и дело пытался попасть за ворот. Редкие работяги, что Велори встречала до этого, уже разбрелись по своим жестяным домикам.       Интерком завибрировал и женщина нажала на него, даже не посмотрев на того кто звонил. Лазариус уже должен был до грузить материалы.       — Не думал, что он пришлет тебя… — грустный голос старика, прозвучал в ухе. Велори подняла на него глаза и сжала руку в кулак.       — А кого, он ещё мог… После всего из чего ты меня вытащил. С этим должна разбираться я.       Старик кивнул и подошёл к, абсолютно не отличающейся от остальных, хибаре. Изящным движением приложил запястье к панели, открывая дверь.       — Да, много чего было… Зайдешь на чай? — он оглянулся, крепко сжимая поводок. Хотя собака вела себя спокойно, даже не думая делать какие либо рывки.       — Да. А ты расскажешь что произошло… — кивнула Велори. Она зашла следом за Тони в шлюз и принялась отряхивается от песка. Сняв плащ, она повесила его на крючок и засунула перчатки в карман.       Жилище мужчины было маленьким. Почти крошечным. Кровать, письменный стол, шкаф на одно отделение вмонтированный в стену, стойка для кухонной утвари, книжная полка. Дверь в маленькую ванную комнату. Одно окно с видом на каньон. И собачья лежанка устеленная пледом, возле кровати       — Садись на кровать, стул сломался, — сказал Тони, подойдя к стойке и клацнув клавишу на чайнике. Тот заурчал нагревая воду.       — Мило у тебя тут. Напоминает, как мы стояли на ремонте, возле Омеги-7…       — Это когда, мы ждали на два месяца больше, когда какой то кретин на тяжеловозе повредил врата? Ты тогда еще пыталась выкинуть в шлюз администратора отеля, — цокнул языком мужчина, тепло улыбнувшись. Вытащил из ящика консерву для собак и начал вскрывать его ножом.       — Хозяина отеля. И тогда, он был не прав. А я сильно на взводе, — усмехнулась женщина и потерла кольцо. — Тони, что произошло? Как ты оказался на этой помойке?       Мужчина покачал головой и поставил собаке миску. После чего сел на целый стул и провел по усам раздумывая.       — Долгая история, — наконец сказал он, — Не из тех, которыми хочется делиться с старыми друзьями… Я думал, моя команда ее расскажет, когда вернется в наши границы…        — Тони, твоего «Гермеса» не видели уже месяц… Многие думают, что вы дезертировали. А сейчас, ты объявляешься здесь. И мне говорят, что ты болтаешь… — дергая кольцо на пальце, заговорила Велори. Ее старый друг помрачнел еще сильнее. Но женщина это не заметила.        — Велори… Все очень сложно… — сухо сказал мужчина, поднимаясь, что бы залить чай. Доевшая собака ткнулась носом в руки женщины и та улыбнулась начав почесывать животное за ухом.        — Тони… Мы вместе подавляли бунты. Мы применяли силу против мирного населения… Думаю, после этого, все намного проще, — покачала головой Дюмон, продолжая трепать собаку за ухом.— Я уверена, нет проблемы, что не можем решить ты, я и Джеймс Мерсер… Давай, ты успокоишься… Возьмешь себя в руки и полетишь со мной. Я уверена мы разберемся…        — Прости, но я так не думаю, — тихо сказал мужчина. — Мне жаль, что он прислал именно тебя…        — В каком… — подняла голову женщина и кухонный нож, что ее друг сжимал в руке распорол скулу. Тони стоял перед ней с расширившимися зрачками, готовясь нанести следующий удар, но Велори вскочила, хватая его за руки.        — Тони! Какого?! — закричала она, пытаясь удержать мужчину в одном положении.        — Мне жаль Велори. Никто не должен был меня найти… Я должен похоронить это, — прошипел Тони ударив Дюмон по ногам, откидывая назад на кровать и кидаясь сверху, метя лезвием в грудь. Нож легко распорол рубашку, но замер в паре миллиметров у кожи, удерживаемый из последних сил.        - Тони, приди в себя! — рывком отвернув от себя нож, Велори ударила мужчину в нос. Собака заскулила забившись под стол. Дюмон попыталась ударить друга в спину коленом, что бы сбросить с себя.        — Мне жаль! — снова, как механический, твердил мужчина, схватившись одной рукой за горло и занося руку для удара. — Прости меня, Велори!        Дальше, все произошло слишком быстро. Дюмон ударила Тони в висок, резким ударом ног скидывая с себя и одновременно с тем вцепившись в длинное лезвие ладонью. Они перевернулись и полетели на землю. Лезвие вывернулось в миг ослабевшими пальцам. И, рукоять больно ударилась в грудь женщине. Хватка на горле ослабела и старик ударом ноги откинул Дюмон обратно на пол.        Велори успела вскочить почти одновременно с мужчиной, готовая к его новой атаке. Но тут же замерла, напугано глядя на старика. Он резким движением выдернул нож, что торчал между ребер и пошатнувшись осел обратно на пол.        — Тони! — перепугано крикнула Велори кидаясь к другу, что выронил окровавленный нож на землю. — Тони! Боже… Держись…        Пальцы коснулись тонкой раны в груди, но старик оттолкнул руки и улыбнулся.        — Мне жаль, что он выбрал тебя моим палачом… — тихо сказал он и по щекам потекли слезы. — Заботься о Спарки…        — Тони! Боже! Тони, нет!.. — принялась тормошить друга Велори. Слезы лились по ее щекам, а из горла вместо нормальных слов начали вырываться только звуки. Мужчина уже был мертв и она не могла ничего поделать.        — Тони… — всхлипывала она прижав к себе друга и пачкая рубашку в крови. Пальцы скользили по редким седым волосам. А сердце предательски ныло.        — Пожалуйста… Пожалуйста… Тони… — уткнувшись носом в висок мужчине, шептала Дюмон. — Пожалуйста…        Выбравшаяся из-под стола собака подошла к ним и ткнула хозяина в щеку носом. Тихо тяфкнула и снова ткнулась и провела языком по щеке Тони, не понимая что произошло. Велори протянула пальцы и коснулась грязно коричневого меха, продолжая прижимать к себе тело и рыдать.

***

       Велори шла обратно в космопорт, не видя перед собой дороги. Она сжимала в руке поводок Спарки, а за спиной был рюкзак, набитый собачьим кормом, лежанкой, мисками и игрушками. Сам пес шел рядом, то и дело оглядываясь и скуля.        Рубашка, под застегнутым плащем, была насквозь пропитана кровью. Женщину трусило. А ноги были словно у тряпичной куклы.        Первым ее заметил Лазариус. Он вытянулся по струнке, но тут же удивленно наклонился вперед глядя на женщину.        — Капитан? — с трудом услышала женщина и подняла на него глаза.        — Коммандер… Вы можете, где то разместить, вот эту собаку… — попыталась обычным тоном, не срываясь в рыдания, сказать женщина. — Она летит с нами.        Шарон кивнул и принял поводок из слабых пальцев.        — Вы в порядке?        — Нет… Выпьете со мной? — помотала головой Дюмон. — Если вы пьете… У нас еще есть час, до отбытия.        Коммандер замер глядя на нее, а потом медленно кивнул. Спешно он повел животное к челноку, забрав у женщины и сумку. Велори осталась одна и сжала руки, пытаясь прийти в чувство. Но это не получалось. Она принялась мерить шагами небольшой пяточек пространства, не заставленный ящиками, нервно дергая кольцо на пальце.        — Капитан. Все я привязал… Это животное к сиденью… — Лазариус возник сзади внезапно. Но Дюмон и не дернулась, все еще находясь в прострации.        — Я видел здесь, неподалеку, бар. Идем-те, — кивнул на выход из космопорта мужчина. — У нас есть время на стаканчик, другой.        Женщина запоздало кивнула, шагая за гампфаром. Что-то в уверенной походке помощника успокаивало ее и она смогла лучше контролировать свои ноги.        Бар в который они зашли, сильно отличался от той помойки на которой она нашла Тони. Аккуратные стулья, холодный свет и метал. Все это место кричало своей чуждостью окружающему его поселению и одновременно идеально передавало его суть.        — Виски со льдом, — стянув с морды маску сказал кузон. — Капитан вы?        — Двойная водка, чистая… Четыре раза… За тот столик, — указала на самый темный угол помещения Велори. — И какую то вашу закуску… Любую…        Бармен кивнул удивленно покосившись на них и Лазариус поймав руку начальницы, потянул ее к выбранному столику.        — Что произошло? — тихо спросил он, глядя на маску, что женщина до сих пор не сняла. Велори неровно ударила пальцами по столу и коснулась ремня на затылке.        — У вас кровь… Что произошло?        Когтистая рука схватилась за салфетки, что лежали стопкой рядом и потянулся что бы промокнуть рану. Женщина подняла на него напуганный взгляд, но не отпрянула.        — Я… Я была на похоронах друга… И когда забирала его собаку, не увидела торчащий из-под подушки нож, — соврала женщина. — Ерунда. Я зайду в мед отсек, когда вернемся на корабль.        Коммандер явно не поверил, но ничего не сказал. Он, на секунду, убрал руку, когда им принесли напитки. А потом обмакнув салфетку в виски, принялся снова промакивать кровь.        — Глубокая… Может остаться шрам… — сказал он с сожалением, убирая перепачканные в крови салфетки в карман своей куртки.        — Не страшно… Это не первый мой шрам, — устало улыбнулась женщина и залпом осушила стопку водки. — С нашей работой, к ним не привыкать…       Они молчали. Женщина выпила еще немного и замерла глядя перед собой, и стискивая порезанные ладони.        — Как он умер?        — Что? — подняла глаза женщина. Сердце пропустило удар.        — Как умер ваш знакомый? — переспросил кузон и опустил стакан на стол.        — Инфаркт. Он был уже не молодой, — поморщилась женщина и стиснула руку, чувствуя адскую боль в немеющих пальцах.       Мужчина кивнул и перевел взгляд на голоэкран, что висел над барной стойкой. Там показывали какое-то шоу с центральных планет.        — Соболезную… — тихо сказал он. — Если хотите, я возьму командование, пока вы почтите его память…        — Нет… Спасибо… Я справлюсь, — улыбнулась женщина и коснулась кончиками пальцев губ. А затем скользнула к полоске раны на скуле.        Кузон кивнул и снова посмотрел на женщину. В его взгляде было уважение. Дюмон ко рту подступила тошнота и она отвела взгляд на голоэкран. Сейчас она меньше всего хотела видеть такой взгляд.        — Спасибо за заботу, — тихо сказала она глядя на виды Венера-сит, на голоэкране.— У нас все готово? Первый челнок может отбывать?        Подчиненный мельком кивнул и поднялся подавая руку. Велори вцепилась в нее и поднялась, натягивая привычное расслабленное выражение.        — Спасибо. Созывайте людей… Нам пора возвращаться на корабль… У нас много работы… — кивнула она Лазариусу и направилась к двери. Заляпанная кровью рубашка липла к телу, а нож спрятанный за пазухой упирался лезвием в ребра.