Книжный дракон

Миссис Саммерс провела профессора и воспитанницу в одну из девичьих спален, которая, благодаря погоде за окном, пустовала. Гарри села на свою кровать, а МакГонагал на кровать напротив. Женщина была спокойна, как удав, хотя в этом случае правильнее сказать, как кошка. Было видно, что подобную процедуру она проделывает не впервые. — Мисс Поттер, всё, о чём мы будем говорить с вами в этой комнате, не должно быть услышано вашими приютскими друзьями или учителями, хорошо? — Конечно, профессор. — Мисс Поттер, — она глубоко вздохнула, — Вы — волшебница. И я намерена предложить Вам учиться в школе для таких же одаренных детей. Магия? Зашибись! А я-то думала, почему это у меня такой волшебный правый хук? — Я бы с удовольствием, но к огромному моему сожалению у меня нет денег, чтобы купить пару джинс, не говоря уже о магической школе. — Обучение в нашей школе бесплатное. К тому же, Ваши родители оставили наследство, которое находится в банке Гринготтс. — Воу, — я присвистнула, — так это меняет дело. Где расписаться? Деньги, это хорошо. Очень. Интересно, а я в эту школу через шкаф попаду? Как в Нарнию? А профессор, сидевшая напротив, тем временем удивлялась, что ей так легко поверили. — Но в нашей школе драки запрещены. Как и любое другое насилие. — Хорошо, кто ж против? А как Вы объясните, что я буду учиться в бесплатной волшебной школе, кхм, всем остальным в приюте? И как я смогу получить доступ к деньгам? — Очень просто, мисс Поттер. А теперь, будьте добры, прочитайте письмо и ознакомьтесь со списком нужных вещей, а я пока улажу дела с вашей учительницей. Зелёными чернилами на жёлтой бумаге было написано то самое письмо. А что? Неплохое сочетание цветов. И вспомнив про ещё одну важную вещь, я окликнула женщину, которая собиралась открыть дверь. — Профессор МакГонагал? Вы ведь и есть та кошка? — она лишь загадочно улыбнулась, что на её серьёзном лице выглядело жутковато, и вышла в коридор. Сейчас хотя бы прояснились вещи, которые я списывала на бурную фантазию. Например, животные реально могут быть людьми. А фрукты действительно могут летать, и у меня не развивается шизофрения. Это неимоверно радовало. Мы прошли через темный бар, в котором на меня все таращились, как на восьмое чудо света, и пришли… в тупик. Профессор не растерялась, будто каждый день проезжает пол Лондона, чтобы прийти к старой кирпичной стене. Хотя, кто этих волшебников знает. Она достала палочку (волшебную, чёрт возьми) и постучала по нескольким кирпичам. И кирпичная стена превратилась в арку. За которой была аллея. По-моему, пора перестать удивляться. Но как-то не получилось. Я, конечно, шла с покер-фейсом, как будто я каждый день вижу летающие мётлы, почтовых сов и магазин волшебных палочек. Но вся суть того, что есть магазин волшебных палочек, и волшебники хранят свои деньги в банке, эээм, гномов? Старых эльфов? Не важно кого, выносила мне мозг. Путешествие на тележке мне не понравилось, а эти гоблины (как мне сказала профессор), вообще личности мутные. Зато деньги получила. — А могу я переплавить эту золотую монету в золотое украшение? — МакГонагал странно на меня посмотрела. — Зачем? — Просто интересно. — Это волшебное золото, галеоны нельзя переплавить. — Жаль. Котлы, книги купила, мантии тоже (там был какой-то белобрысый мальчик очень хотевший на Слизерин, я не особо поняла что это такое, но решила не заморачиваться, мало ли какие слова тут в обиходе), и мы пошли за палочками. Тут-то и началось веселье. Разбить вазу там, перевернуть коробки тут, идеальное развлечение для ребёнка. Да и дядюшка этот тоже весёлый был. И палочка моя ему очень интересной показалась. В общем, полный комплект. Да и Тот-Кого-Нельзя-Называть имел палочку с пером от того же феникса, что и моя. Интересно, как Того-Кого-Нельзя-Называть мама называла? А как у него в паспорте написано? — Ещё ты можешь купить сову или жабу. — Жабу? Нет, спасибо. А собаку можно? — Кота можно, собаку нельзя. — Тогда наверное лучше вообще без питомца. — Как хочешь, — пожала плечами профессорша. Книги были мной «проглочены» за неделю. Оставшиеся три я предвкушала, как не увижу этот приют ещё десять месяцев. В общем-то здесь было не так уж плохо, просто скучно и слишком однообразно. Как минимум раз в неделю кто-то дрался. И когда старшие не могли разнять дравшихся, или сами были дравшимися, то те, кто поадекватнее находили меня, просили разнять. Понятия не имею с чего они взяли, что у меня получится, когда Эм и Эн (Мери и Нельсон — двойняшки) прибежали ко мне перепуганные. Двое или трое, даже уже не помню кто именно начали препираться, а когда я зашла в комнату уже дрались все. Буквально ВСЕ в комнате. Но я как будто вызвала короткое замыкание в их крошечных мозгах, когда заорала во всю глотку: «СТОЯТЬ! ВСЕМ УСПОКОИТЬСЯ!». Мне было восемь. А они тогда сломали две кровати. Но это была комната мальчишек, так что мне особого дела не было. Эх, прекрасные детские воспоминания. Ну, понастальгировали и хватит, меня ждёт магия. Мои учителя без зазрения совести посадили меня на автобус идущий на вокзал, затолкали небольшой чемодан (купленный на Диагон-аллее) и помахали ручкой. Уже на вокзале у меня возникли проблемы: вытащить-то чемодан я вытащила, но поднять и донести до тележек не получалось. А поскольку людям я не очень-то доверяю, и оставить чемодан посреди улицы не могла, то чуть не опоздала на поезд. Уже внутри я поняла, что прошла через стену чисто автоматически, сразу за рыжим семейством, и могла расшибить себе лоб. Хотя в принципе не впервой было бы. Почти всю дорогу до Хогвартса я бессовестно проспала. Проснулась только, когда лохматая девочка искала жабу и сразу же задремала опять, а в следующий раз, когда поезд уже остановился. Я впопыхах вытянула мантию и засунула в карман волшебную палочку. На улице уже был поздний вечер, и первокурсников подзывал к себе огромный, поистине огромный лохматый мужчина. Я мысленно извинилась перед той девочкой, вот лохматость, как она есть. Блин, я же первокурсница, мне к нему надо. Великан (по-другому язык не повернётся сказать) назвался Хагридом и сказал, что мы в замок не поедем, а поплывём. На лодках. Очки я дважды чуть не утопила, они так и пытались слететь с моего маленького носа, а та девчонка, что искала жабу, всю дорогу не затыкалась. Жабу, кстати, нашёл Хагрид и передал мальчику по имени Невилл. Великан привёл нас к уже известной для меня профессору МакГонагал и ушёл. Профессор провела нас по гигантским залам и коридорам и остановилась в маленькой комнате. Обернувшись, она поприветствовала нас: — Добро пожаловать в Хогвартс. Скоро начнётся банкет по случаю начала учебного года, но прежде чем вы сядете за столы, вас разделят на факультеты. Отбор — очень серьёзная процедура, потому что с сегодняшнего дня и до окончания школы ваш факультет станет для вас второй семьей. Хм, интересно, у меня и первой-то не было. — Вы будете вместе учиться, спать в одной комнате и проводить свободное время в гостинной, специально отведённой для вашего факультета. Факультетов в школе четыре — Гриффиндор, Хафлпафф, Рейвенкло и Слизерин. У каждого из них есть своя длинная история, и из каждого выходили выдающееся волшебники и волшебницы. Этой информации мне хватило с головой, потому дальше я не слушала, а изучала огонь факела. Серьёзно, на него можно смотреть вечно. Он так красиво переливался тёплыми цветами: от светло-жёлтого до кроваво-красного, что я испугалась, когда дети вдруг закричали. Из стены выплыли молочно-белые призраки. Один из них проплыл прямо через мою руку, и на секунду появилось чувство будто я опустила её в ледяную воду. Некоторые из них начали спорить, другие говорить. Их всех прервала вернувшаяся профессор МакГонагал и, построив нас шеренгой, повела в зал к остальным ученикам. Мы прошли через середину зала и остановились у преподавательского стола. Профессор поставила старую шляпу на табурет, и та начала петь. К этому моменту эмоция удивления у меня уже была недееспособна, и я просто слушала хриплый голос. Когда она замолчала, весь зал зааплодировал, а профессор МакГонагал начала вызывать первокурсников по одному. Когда добрались до меня, большая часть учеников была распределена. — Поттер, Гарриет. На секунду зал замолчал, но уже в следующую разразился громким шёпотом. Не обращая внимания на пытливые взгляды, я подошла и села на табурет. Шляпа опустилась мне на глаза, и я снова услышала хриплый голос. — Гм-м-м, интересно. Я вижу и умение пойти по головам, и стремление… ты знаешь, чего ты хочешь девочка? «А что Вы можете мне предложить?» — Ты очень интересно мыслишь, так что Рейвенкло, но также готова использовать все доступные методы, что значит Слизерин. «А где лучше?» — Это очень спорный вопрос. Кем ты хочешь, чтобы тебя видели? «Мне фиолетово. Как хотят, так пусть думают» — Тогда… РЕЙВЕНКЛО! «Спасибо» Я соскользнула со стульчика и пошла к синим знамёнам. Остаток распределения прошёл быстро. Со мной на одном факультете, оказалось, ещё пять мальчиков и три девочки. Потом встал директор и сказал несколько очень умных слов (Олух, Пузырь, Остаток, Уловка), и столы заполнились едой. Мы в приюте не то чтобы голодали, но досыта не наедались ни разу, а тут было всё, чего только душа пожелает. Только жареной картошки я съела три порции, а уж сколько перепробовала мяса… А потом появились десерты. Их уже я съела немного. Когда опустели все тарелки на всех столах, директор снова встал, озвучил табу, среди которых были хождение в Запретный лес (по-моему, это очевидно) и в коридор на третьем этаже. Предложил спеть гимн под любую мелодию. Поднялся такой галдёж, что даже слова трудно было разобрать, а последними допевали двое рыжих близнецов за Гриффиндорским столом, и их мотив подозрительно напоминал похоронный марш. — А теперь спать! Рысью — марш! — Первокурсники ко мне! Рейвенкловцы, подойдите сюда! Блондинка повела нас коридорами Хогвартса, рассказывая то про картины, то про призраков. Мы пришли к башне Рейвенкло (что логично), и дверь загадала нам загадку (буквально). — Что становится больше, когда его переворачивают? — Не все загадки можно решить сразу, так что мы частенько сидим и дожидаемся здесь одноклассников, — улыбнулся Роберт. Староста выглядел на удивление смешливым, хотя его коллега поглядывала на него с небольшим раздражением. — Ребёнок? — спросил то ли третьекурсник, то ли четверокурсник? — Почему? — Ну… В детстве его постоянно переворачивают, а он растёт. Не подходит? — Ответ неверный, — ответила дверь. Со всех сторон посыпались предложения, но правильно ответил только мальчик по имени Терри. — Это же номер страницы. Ты её переворачиваешь, а цифра увеличивается. — Правильно. Дверь открылась, и мы, все семь курсов Рейвенкло зашли в башню. Весь интерьер гостиной…располагал к учёбе. Здесь были большие шкафы с книгами и удобные кресла, которые как будто говорили: «Присядь, деточка, почитай книгу». Роб произнёс целую вступительную речь, а потом все младшие курсы разогнали по спальням. Все наши вещи уже стояли в комнатах, нам оставалось только выбрать кровать и лечь спать. Кровати с тумбочками стояли по кругу, прислоняясь одной стороной к стене, и у каждой было окно. Я выбрала ту, что подальше от двери. Даже не удосужившись разложить все вещи, как сделали мои соседки я сразу решила лечь спать. Надев старую футболку и шорты (хотя у меня все вещи, кроме мантий, в принципе старые), я легла. На что-то тёплое. Что-то волосатое. И определённо живое. С криком подскочив, я упёрлась взглядом в огромные чёрные глаза. Твою мать. А так всё хорошо начиналось!