Вспомнив всё - возвращайся домой

      Вэй Ину понадобилось время чтобы всё осознать. Он ещё долго не мог уложить в голове слова, дошедшие к нему от шисюна. Юноша отшатнулся и обернулся назад, ища глазами Лань Чжаня в качестве поддержки. Второй Нефрит неспешно приблизился к ним, встал позади Усяня и незаметно положил ладонь тому на спину. — В этом есть необходимость? — наконец заговорил Вэй Ин. Вэнь Чжао бросил злобный взгляд сначала на шиди, а затем на Ванцзи: — Ты не сказал ему? Усянь замотал головой, недоумённо косясь то на возлюбленного, то на двоюродного брата: — Что он должен был мне сказать? Лань Чжань вздохнул. Он всё сказал, вот только его не услышали. — Вэнь Цин умирает, — Вэнь Чжао надоело ждать, и он решил дать ответ сам. — Это для тебя весомая причина чтобы вернуться? Или ты продолжишь отсиживаться здесь, развлекаясь в покоях этого Ланя? — Весомая, — глухо произнёс Вэй Ин, кивая головой словно болванчик. — Надо же! — сморщился второй молодой господин Вэнь и отвернулся, больше не поддерживая беседу.       Заклинатели не тратили время на сборы. Наспех сообщив, проходящему мимо адепту Лань о своём отбытии, они в кратчайший срок покинули резиденцию Облачные Глубины.       Вэй Ин летел на мече, не понимая, как обыкновенное утро могло превратиться в такой кошмар. У него всё ещё осталось множество вопросов к шисюну, но он не мог позволить себе тратить время на это. Было ветрено и полёт длился до невозможности долго. Пару раз Усянь бросал глаза вниз, ловя себя на мысли, что даже на хромой кляче он добрался бы быстрее.       К концу пути все заклинатели промёрзли до нитки. От ледяного воздуха их руки дрожали, а ноги одеревенели. Спрыгнув на холодную землю, Вэй Ин быстро всунул меч в ножны и побежал со всех ног к воротам, не обращая внимания на косые взгляды адептов Вэнь. Лань Ванцзи и Вэнь Чжао оставалось лишь молча следовать за ним.       Только добравшись до знакомой хижины, Усянь остановился. Тревожным взглядом пробежавшись по дворику, он сделал робкий шаг вперёд. Подойдя к двери, юноша вскинул кулак и замер, прислушиваясь, что происходит внутри. Ничего не услышав, он наконец постучал.       Спустя несколько минут томительного ожидания, дверь открылась. Вэнь Нин поднял стеклянные глаза на Вэй Ина и в удивлении приоткрыл рот: — В-вы… Я думал вы не прибудете, — тихо прошептал он, одной рукой прикрывая рот, а другой держась за дверной косяк. Вэй Усянь нахмурился и мотнул головой. Обхватив плечи паренька, он чуть наклонился к нему и с беспокойством спросил: — А-Нин, что с шицзе? Что с Вэнь Цин? Юноша сходил с ума от неизвестности, поэтому услышав тишину в ответ, он отвёл Цюнлиня в сторону и попытался войти в дом. Однако с виду тонкая и лишённая сил рука, крепко схватила его за запястье, препятствуя дальнейшей дороге. Вэнь Нин до боли сжал руку заклинателя и, глядя в глаза, прошептал: — Она умерла. Вэй Ин дёрнулся. — Что ты такое говоришь? Разве… Разве она могла? — последние слова он произнёс совсем тихо, будто не желая их и вовсе говорить вслух. — Час назад. Я… Я ничего не сумел сделать, — безжизненный голос Вэнь Цюнлиня до конца убедил юного заклинателя в правдивости всего происходящего. Вэнь Нин наконец отошёл в сторону, впуская своего шисюна в дом. Вэй Усянь на дрожащих ногах зашёл внутрь, страшась смотреть по сторонам. Он прошёл вдоль нескольких столов, уставленных отварами и снадобьями, а затем завернул в ту часть хижины, где располагалась комната покойной целительницы. Чувствуя головокружение и тошноту, Вэй Ин заглянул в её покои.       На белоснежной постели, действительно лежала Вэнь Цин. Её тело было заботливо укрыто одеялом, а на тумбе стояла уже догоревшая свеча. В спальне был удушающий запах гнили вперемешку с какими-то травами. Усянь вздрогнул, когда услышал шаги позади себя. Обернувшись он посмотрел на Вэнь Нина, который всё это время следовал за ним. Цюнлинь обошёл юношу и опустился на колени перед постелью. Он дождался, когда то же самое сделает Усянь с другой стороны кровати и с дрожью в голосе начал говорить. — Сестра долго скрывала свой недуг. Чёрная гниль давно захватила её, но она никому не сказала. Вэй Ин смотрел расфокусированным взглядом вперёд, чувствуя как холод пробивает всё его тело. — Чёрная гниль? Цюнлинь кивнул, отводя одеяло чуть в сторону и аккуратно поднимая руку целительницы. На ней он закатал рукав, демонстрируя почерневшую плоть. — Изначально, сестрица думала, что справится с этим сама. Она начала носить перчатки, а когда проклятье стало подниматься выше, она обложила всю свою руку травяными компрессами, маскируя за ними запах разложения. Но её сил не хватило. Только когда черная гниль достигла груди, она обо всём мне рассказала. Было… Было уже поздно. Вместе мы пытались найти решение, но совсем скоро в зоне поражения оказалось её сердце. После этого Вэнь Цин сгорела всего за пару дней. Вэй Ин сглотнул и прикрыл глаза, укладывая в голове всё то, что услышал. — Последний раз, когда я её видел, шицзе казалась совсем здоровой, — прошептал он. Вэнь Нин кивнул, смаргивая слёзы. В горле встал ком. Он не мог плакать до этого. Его одолела апатия, лишая всех чувств. Но сейчас, наконец поговорив со своим шисюном, Цюнлинь сумел отпустить себя. Всхлипнув, он закрыл глаза руками и громко разрыдался. Его слёзы разрывали душу. Усянь смотрел на него, не в силах сдержать самого себя. Почему Вэнь Цин вынуждена жертвовать собой и в этой жизни тоже? Он поднял голову, глядя на Вэнь Нина. Этот мальчик теперь совсем один. Потеряв всё, он не получил ничего взамен. Вэй Ин встал и пошатываясь обошёл постель, присаживаясь рядом с шиди. Крепко обняв его, он запустил пальцы в волосы Цюнлиня и осторожно надавил на затылок, прижимая паренька к своему плечу. Мальчишка уткнулся ему в шею громко всхлипывая, а юноша без устали гладил его по голове и по выпирающим лопаткам. Себе юный заклинатель запрещал плакать, полагая, что просто не имеет права на это. Однако пара предательских капель, скатилась у него по щеке и спряталась за воротом ханьфу.       Юноша покачивал Вэнь Нина туда-сюда, словно успокаивал младенца. Когда мальчишка затих, Вэй Ин стал подниматься на ноги, утягивая шиди за собой. — Давай-ка выйдем. Цюнлинь смог лишь согласно кивнуть, всё ещё продолжая дрожать и всхлипывать. Он крепко ухватился за Усяня и последовал с ним к входной двери.       Покинув хижину, Вэй Ин поймал взглядом Лань Чжаня и, лишь скорбно мотнув головой, пошёл с Цюнлинем подальше ото всех. Получив такую немую просьбу не идти за ними, Ванцзи остался стоять рядом с Вэнь Чжао. Они дошли до небольшого озера и там остановились. Сев у водной глади, Вэй Ин притянул паренька к себе. — Вэнь Нин, что бы не произошло, знай, ты не один. Я говорил твоей сестре, что защищу тебя. И я сдержу слово. Клянусь, больше я не уйду. Из опухших и покрасневших глаз, снова покатились слёзы. Вэнь Нин отвернулся и смаргивая солёные капли, замотал головой. — Вам вовсе не обязательно это делать. Вы итак сделали для меня слишком много. Больше, чем я того заслуживаю, на самом деле. Пожалуйста, просто будьте счастливы с тем, кого любите, и с тем, с кем вы хотите быть. Усянь хлопнул себя по лбу и собрав цельную мысль, произнёс: — Ты говоришь мне это, после того как я поступил? Вэнь Нин, это вы с шицзе сделали для меня слишком много, а я отплатил вам тем, что ушёл даже не попрощавшись. Я… Я тогда и слова не сказал Вэнь Цин… Я… Вэй Ин вспомнил, как он распалённый гневом, спешно покидал хижину, не одарив никого взглядом. В тот день ему бы и в голову не пришло, что он видит шицзе в последний раз. Тогда. Тогда она стояла ещё живая. Её лицо не было обрамлено мертвецкой синевой, а глаза не заволокла пелена смерти. И в те минуты, в минуты их последней встречи, Вэй Ин даже не взглянул на неё, чтобы запечатлеть этот образ навеки в памяти. — К тому же, я вас так предал, — снова заговорил Вэнь Нин, отстраняясь от заклинателя. Усянь вышел из тяжёлых раздумий и с непониманием посмотрел на шиди. — Ты о чём? Вэнь Нин сжался и опустив голову вниз, ответил: — Разве вы не понимаете, о чём я? Вэй Ин продолжил выжидающе на него смотреть. Цюнлинь быстро посмотрел ему в лицо и заметив там недопонимание, снова отвернулся и спешно заговорил: — В таком случае, пожалуйста, давайте дождёмся похорон сестрицы. Я не хочу, чтобы из-за меня, вы на них не пришли. Как только пройдёт церемония прощания, я всё вам расскажу, и вы поймёте, что я не достоин ни одного вашего доброго слова. Закончив свою речь, мальчишка поднялся и поспешил удалиться, оставляя Усяня в полном недоумении, одного.

***

      Новоприбывшие заклинатели разместились в гостиничной комнате. Вэй Ин задвинул тонкую бамбуковую дверь, ограждая себя и Ванцзи от всего мира. Юноша принял достаточно малодушное, как он сам считал, решение затаиться здесь и не показываться никому до самых похорон шицзе. Он оправдывал себя лишь тем, что всё это ради безопасности Лань Чжаня. Ведь зная дядю, тот мог совсем неоднозначно воспринять появление адепта Лань на своей территории.       К концу этого долгого и тяжелого дня Вэй Усянь чувствовал себя опустошённым и разбитым. До него всё ещё не дошло в полной мере то, что Вэнь Цин умерла. За две свои неполные жизни, Вэй Ин повстречал множество людей, но никто из них не был похож на эту девушку. Целительница посвятила всю свою недолгую жизнь, заботе о других. Усянь задумался, пытаясь вспомнить, а была ли Вэнь Цин хоть когда-то по-настоящему счастлива? Был ли хоть когда-то на её сердце покой?       Юноша снова прокрутил в голове разговор с шиди, вспоминая как лекарь начала прятать свой недуг за перчатками. Он не мог сейчас сказать наверняка было ли это как-то связано с его временным выздоровлением. Однако горькое предположение, что возможно он стал причиной её смерти, не давало ему покоя. «Если виной всему снова оказался я, то, вероятно, мне и вправду не стоит жить на этом свете» — безрадостно рассудил заклинатель. Тихие шаги, заставили юношу вздрогнуть и оторвать голову от колен. Вэй Ин огляделся, сам удивляясь в какой момент, он съехал по стене, и оказался сидячем на полу. Он посмотрел на подошедшего и, фыркнув, отвернулся. — Лань Ванцзи, я хочу побыть один. Лань Чжань вздрогнул, впервые за их месяц совместного проживания услышав своё вежливое имя из уст возлюбленного. Однако, понимая, что юноше сейчас не просто, заклинатель отступил, удаляясь в другую часть комнаты. Заметив, как Второй Нефрит уходит, Усянь почувствовал себя ещё паршивее. Медленно поднявшись, он пошёл за ним и обнял со спины. — Извини. Я не хочу, чтобы ты уходил. Я просто… Просто не понимаю, как вышло, что… — Вэй Ин прервал свою речь, отпуская Ванцзи. Он быстро закачал головой и решил снова вернуться к «своей» стенке, где сидел до этого. Однако уйти ему не дали. Второй Нефрит поймал его, покачивающуюся вдоль бедра, руку и дёрнул, притягивая юношу к себе. — Выскажись, — тихо попросил он. Вэй Ин задрожал и закусил сухую кожу губ до крови, снова запрещая себе плакать. — Мы никогда не знаем, когда настанет тот самый последний день встречи. Почему так? Что бы я ни сказал, что бы я сейчас ни сделал… Это ничего не исправит. Знаешь, почему я тогда не попрощался? — молодой заклинатель замолчал, ожидая, когда Лань Чжань протянет вопросительное «Ммм?» — Я трусливо оставлял для себя повод вернуться. Здесь… Здесь мой дом, гэгэ. Я долго не мог признаться самому себе в этом. Но правда есть правда. Я Вэнь. И, в чём я точно уверен, так это в том, что одна только эта фамилия не делает человека плохим. Быть может, я послужу плохим примером, но есть Вэнь Нин и Вэнь Цин, которые уже вторую жизнь доказывают это. Есть кое-что, чего я хочу с того момента, как всё вспомнил. Вэй Усянь шмыгнул носом и часто заморгал, прогоняя слёзы. Затем он всё-таки вырвался из чужого «плена рук». Юноша поймал беспокойный взгляд Второго Нефрита и, как на духу сказал: — Я хочу всё забыть. Хочу снова быть Вэнь Ином, который любит свой дом и свою семью. Хочу, чтобы всё снова стало просто. Хочу иметь в этом мире своё место, понимаешь? То место, где я нахожусь по праву. Но я знаю, что этого не произойдёт. Ванцзи еле заметно сжал губы. На протяжении последнего месяца они не покидали друг друга ни на минуту, как же он не заметил, что с его возлюбленным что-то не так? Он был слишком окрылён собственным счастьем. Всё это время, Вэй Ин разрывался между своим прошлым и настоящим. Как Лань Чжань позволил себе быть столь беспечным, недальновидным слепцом? Трель паскудных мыслей прервалась, когда он снова услышал голос молодого заклинателя. — Сейчас я немного запутался. В моей памяти удобно разместились два детства. Я дважды помню, как взрослел. В той жизни я души не чаял в Яньли. Я любил своего шиди Цзян Чэна и безумно уважал Цзян Фэнмяня и Мадам Юй, желая стать похожим на них. А в этой у меня есть два старших двоюродных брата, которые в прошлом погубили мою семью. Родной дядя, который был в прошлой жизни мне злейшим врагом. Мой милый Вэнь Нин, который всегда заслуживал только счастья, и Вэнь Цин, которую в этой жизни я полюбил ещё больше. Но, я не понимаю, какой из этих Вэй Инов — я? Я так хочу вернуться в Пристань Лотоса. Так хочу вспомнить, каково это - плавать по заросшему озеру, пробираясь сквозь гущу цветов. Хочу снова ощутить сладкий вкус их семян. Хочу снова считать Цзян Чэна братом, а Цзян Яньли сестрой. Но разве я имею право о таком просить, когда в душе я всё ещё считаю Вэнь Чжао и Вэнь Сюя своими родственниками? — Вэй Ин снова прервался, вытягивая руку вперёд и воспалёнными глазами глядя на свои дрожащие пальцы. — Надо заканчивать. Слишком много пустых разговоров. Второй Нефрит посмотрел на чужую ладонь и несогласно покачал головой. — Вовсе нет. Ты так много держал в себе. Я знаю, что не имею право судить, но это неправильно. Вэй Ин, рядом с тобой всегда будут те, кто готовы выслушать всё что ты скажешь. Поэтому говори. Вэй Ин криво ухмыльнулся. — Только болтать я и умею. Верно. Ладно, я действительно сказал всё что хотел, давай спать? И, не оборачиваясь, юноша направился к кровати. Остановившись, Вэй Ин сменил направление в сторону шкафа. Оттуда он достал рулон циновки. Не говоря ни слова, он сам расстелил её на полу и положил на неё одну подушку, накрывая всё это тонкой дымкой простыни. — Вот. Ты ведь не любишь спать на кровати. Здесь тебе будет удобнее. Спокойной ночи, гэгэ. Лань Ванцзи молча глядел на своё импровизированное место для сна. Не нужно было обладать огромным складом ума, чтобы догадаться, что сегодня они спят порознь. Заклинатель стал готовиться ко сну, душа в себе чувство чего-то липкого и тяжёлого. Закрывая глаза, он тихо произнёс: — Спи спокойно, Вэй Ин.

***

      Дни начинают тянуться всё медленнее. Заклинатели продолжают жить в комнате, стараясь не покидать её без необходимости. Трижды в день их навещает Вэнь Нин, принося корзину еды, а после быстро удаляясь. Всё это время, между Ванцзи и Усянем продолжает нарастать напряжение. Второму Нефриту кажется, что своим присутствием он давит на Вэй Ина, поэтому он старательно изображает из себя мебель. Заклинатель украдкой наблюдает за возлюбленным со стороны, отмечая, как изменились за последние время его движения. Юноша стал чаще дёргать плечом, нервно вскидывать руки, а по ночам шумно вздыхал. У него появилась привычка щёлкать пальцами, что несказанно начало раздражать Лань Чжаня. Особенно в позднее время.       Спать они продолжали по отдельности. И если сперва, Ванцзи мог списать это на желание Вэй Усяня собраться с мыслями и успокоиться, то теперь это выглядело, как минимум, странно. Чаще Лань Чжань начинал думать, что всё произошедшее на его совести. Он устал себя корить, за то, что признался Вэй Ину в любви и не переубедил его от побега из Безночного Города. Быть может, присутствие Вэй Ина не спасло бы Вэнь Цин, но так молодой заклинатель из Цишань Вэнь хотя бы не рвал на себе волосы из-за поглощающей вины.       Очередным вечером, Лань Чжань решил что-то исправить. Он сложил свою циновку и, подобрав подушку, приблизился к постели юноши. В этот самый миг Второй Нефрит ощущал себя ужасно глупо. Он словно ребёнок, который пришёл в покои родителей, потому что боится спать один. Вэй Ин непонимающе посмотрел сначала на мягкий валик в руках заклинателя, а затем и на него самого. Он всё понял, но продолжал молчать, дожидаясь слов Ванцзи: — На кровати мне тоже удобно спать, — произнёс Второй Нефрит и тут же стушевался, понимая, как несуразно это звучит. — Ты хочешь спать на кровати? — уточнил Вэй Ин, поднимаясь со своей постели. Лань Чжань утвердительно кивнул и с любопытством уставился на юношу, который пошёл куда-то в сторону. — Хорошо, тогда на полу буду спать я. Мне всё равно где. Вэй Ин начал расстилать циновку на прежнем месте. Наблюдая за его складными движениями, Ванцзи попытался проглотить твёрдый ком, застрявший в горле. — Я что-то не так сделал? Услышав вопрос, Усянь замер и обернулся. Сидя на коленях, ему пришлось задрать голову высоко вверх, чтобы встретиться со взглядом Второго Нефрита. Второй Нефрит смотрел на него не моргая, а в руках неуверенно мял подушку. — С чего ты это взял? Ванцзи напрягся сильнее. Подобные вопросы означали, что Вэй Ин всё прекрасно понимал, но ничего исправлять в ближайшее время не собирался. Лань Чжань молчал, не зная, что ответить. Наконец, он решил, что лучшим вариантом сейчас будет просто оставить этот разговор до неопределённого времени. — Нет, ни с чего. Возвращайся в постель, на полу буду спать я. Усянь пожал плечами и поднявшись на ноги последовал обратно. Проходя мимо Нефрита, он остановился и не поворачивая головы произнёс: — Просто дай мне пару дней. Ванцзи дал бы ему и вечность, если бы юноша попросил. Поэтому лишь согласно кивнув, он пошёл к циновке.       Следующим днём, кто-то громко постучал к ним в дверь. Вэнь Нин ушёл совсем недавно, а больше приходить к ним было некому. Тем не менее, стук продолжался. Вэй Ин сам пошёл встречать незваного гостя, вытянутой рукой, прося Ванцзи оставаться на месте. В коридоре стоял Вэнь Чжао. Состроив самую отвратительную гримасу, на которую был способен, он оглядел брата с ног до головы. — Успели одеться? Усянь скривился и сделал шаг вперёд, прикрывая двери и оказываясь вне комнаты. — Мы не извращенцы, чтобы делать это в такой период. Почему пришёл? — А что, я не имею право приходить? Вэй Ин вяло повёл плечом. — Я думал, мы уже всё друг другу сказали. Вэнь Чжао перевёл взгляд с юноши на стенку и недовольно на неё уставился, думая, что ответить: — О твоём поведении можем поговорить в следующий раз. Ты ведь понимаешь, что после похорон тебе не удастся так же просто сбежать, как в прошлый раз? Вэй Усянь кивнул, а на его лбу выступила небольшая складка. — На самом деле, я думаю после церемонии попросить у дяди прощения и, если он позволит, снова жить здесь. Глаза Вэнь Чжао округлились, и он недоверчиво уставился на собеседника: — А как же этот… — он кивнул за стену, где сейчас находился Лань Ванцзи. Вэй Ин машинально обернулся и вздохнул. — Мы расстанемся, — совсем тихо ответил он. Второй молодой господин Вэнь, раскрыл рот для очередного вопроса, но юноша его перебил взмахом руки: — Давай поговорим в другом месте?       Сохраняя гробовое молчание, они дошли до той самой беседки, где Вэй Ин впервые начал что-то вспоминать. Это место отлично подходило для душевных бесед. Летом оно было скрыто за высокими травами, а зимой за сугробами. Вэй Ин облокотился на ограждение вокруг декоративного сооружения и стал ждать, когда Вэнь Чжао устроится рядом. — Значит это была всё-таки ошибка? — начинает второй господин, предвкушая чувство победы. — Нет, — обрывает его шиди. Вэнь Чжао молчит и смотрит на брата, требуя хоть каких-то объяснений. — Я совершил много ошибок в жизни, но Лань Чжань не входит в их список. Наоборот. То, что было между нами, это было самое правильное, что я когда-либо делал. Вэнь Чжао подпирает голову рукой и кривится: — Мне из тебя каждое слово вытягивать? Но… — Но мы не можем быть вместе. Я был глуп. Да признаю, я поддался эмоциям. Но сейчас, картина передо мной в ясном свете, и я понимаю, как обстоят дела на самом деле. Жизнь, на которую я обрекаю Ванцзи, слишком ужасна. Вэнь Цин стала первой жертвой моего слепого эгоизма, но, если всё оставить как есть, их будет больше. Я отпущу его, и вместе мы сможем хотя бы попытаться сохранить то, что имеем. — А что по этому поводу думает сам Второй Нефрит? Вэй Ин стушевался и запустил руки в волосы. — Я ещё не поговорил с ним. Вэнь Чжао лениво стукнул по деревянной опоре и хмыкнул: — Ну да. Это же то самое решение, которое принимают в одиночестве. Молодец, не меняйся. Вэй Усянь обиженно нахмурился и посмотрел на шисюна: — Лань Чжань слишком меня любит. Единственная возможность нам расстаться - это поставить его перед фактом. Кто-то в отношениях должен думать головой. — Уже то, что ты в детстве бил головой по стволу дерева, чтобы с него упали яблоки, делает тебя не способным ею думать. Оставь это для кого-то поумнее. Вэй Ин улыбнулся, а его глаза покраснели. Когда он начал шмыгать носом, Вэнь Чжао глубоко вздохнул, словно впервые ощутив на себе всю тяжесть ноши старшего брата. — Тот месяц, что вы жили вместе, ты был счастлив? Усянь потёр кулаками глаза и часто закивал. А затем, чувствуя, что этого недостаточно он заговорил. — Это был самый лучший месяц в моей жизни. Каждую секунду рядом с ним я купался в ласке и заботе. Он любит меня за то, что я это я, и каждый день доказывает мне это… — Я понял, — Вэнь Чжао вскинул руки, останавливая поток слов шиди. Ещё тогда, поговорив со Вторым Нефритом, он ощутил, как сильны чувства заклинателя по отношению к его брату. Вэй Ин наивен, если полагает, что этот месяц дядя не порывался уничтожить всю резиденцию Облачных Глубин, а младшего сына главы предать жестоким пыткам. Лишь страх нарушить шаткое психическое здоровье племянника останавливал Вэнь Жоханя. А в том, что Усянь сойдёт с ума, если его возлюбленного убьют, никто не сомневался. — Когда закончатся дни скорби, иди и поговори с дядей. Если правильно попросишь, он даст вам благословение. Вэй Ин перестал всхлипывать и неверяще посмотрел на Вэнь Чжао. — О чём ты? Разве может он… — Твоё куриное здоровье не оставит ему другого выбора. Поной, поплачь, можешь даже пару раз упасть в обморок, в общем делай всё то, что умеешь, только не переиграй. Юноша всё ещё был в шоке: — Мы правда можем быть с Лань Чжанем вместе? Официально? Вэнь Чжао пожал плечами, уже идя к ступеням: — Ну не знаю насколько официально, но можешь прекратить наматывать сопли на кулак и искать повод лишний раз пореветь. Вэй Ин почувствовал, как его голова закружилась, и он вцепился в ограждение крепче. Он столько дней отталкивал от себя Ванцзи, готовясь, что в скором времени они навсегда разойдутся, что теперь в их совместное благополучие верилось с трудом. Заклинатель помотал головой и повернулся к уходящему шисюну. — Спасибо! Вэнь Чжао ничего не ответил, лишь махнув рукой.

***

      Наступил день похорон. Почтить память Вэнь Цин прибыли заклинатели со многих Орденов. Все они были наслышаны о невероятных способностях этой девушки, а потому считали необходимым присутствовать на церемонии.       Вэй Ин плохо помнил тот момент, когда всё началось. В руках он держал белые ирисы и издалека смотрел, как люди окружившие открытый гроб, в него что-то кладут и говорят. Сегодня он впервые за прошедшее время увидел Вэнь Жоханя и Вэнь Сюя. Он переглянулся с ними и тут же отвёл взгляд, вспоминая, какой разговор им ещё предстоит. Медленно, но верно очередь дошла и до него. Юноша не хотел смотреть на Вэнь Цин сейчас. Он боялся, что этот жуткий образ затмит собой другие воспоминания о ней. Усянь опомнился, что крепко сжал цветы в руках, и они вот-вот превратятся в смятое нечто. Аккуратно положив их рядом с телом, он перевёл взгляд на мерцающую свечу, что стояла в ногах девушки: — Пусть она укажет тебе дорогу во тьме. Прощай. Надеюсь, ты простишь меня когда-нибудь. Рядом с алтарём стоял Вэнь Нин. Его бледное лицо, почти сливалось с его белоснежным траурным одеянием. Он не плакал до того самого момента, пока двое адептов Вэнь, не подняли крышку, начиная заколачивать гроб. Каждый новый стук молотка отдавался жутким эхом. Вэнь Цюнлинь закрыл рот руками роняя слёзы по сестре, которую он больше никогда не увидит. Люди начали покидать зал.       Вэнь Цин похоронили на кладбище рядом с её матерью и отцом. Рядом со свежим холмиком было множество цветов, благодарственных писем и талисманов. Закончив с погребением, люди начали доставать заранее приготовленные похоронные деньги и сжигать их. Вэнь Нин прикрыл глаза, думая про себя, что смерть на самом деле пахнет не лекарствами и гнилью. Она пахнет гарью и свежей землёй.       В окружении людей Цюнлинь чувствовал беспокойство. Кто-то одаривал его сочувствующим взглядом, кто-то презрительным. За этот недолгий период, Вэнь Нин был уже по горло сыт чужим мнением. Злые языки шептали, что он просто никчёмен, раз не сумел спасти собственную сестру. Многие искренне удивлялись, как подобный человек сможет носить гордое звание главного лекаря Цишань Вэнь. Отчасти Цюнлинь был с ними согласен. Но он и не просил вставать на место Вэнь Цин. В конце концов, то что он её родной брат, ещё не делает его таким же талантливым, как она.       Он забрёл в непроходимое место, где даже протоптанной тропы отродясь не было и тут остановился. Усевшись на изогнутое дерево, приближенное к земле, Вэнь Нин уставился куда-то вперёд, размышляя, что будет дальше. Он жил в Безночном Городе только благодаря умениям своей старшей сестры. Больше у главы Вэнь не будет повода держать его в своём Ордене. Его жизнь с каждым днём приобретала всё более и более мрачные краски.       За кустами послышалось шуршание. Первым что бросилось в глаза Цюнлиню это белоснежное одеяние. Из-за того, что в день траура все были одеты почти одинаково, юноша не сразу признал молодого господина Ордена Цзян. Вместе с главой Юньмэн Цзян, молодой заклинатель прибыл на похороны. Вэнь Нин это знал, но до последнего надеялся, что хоть в чём-то судьба будет к нему благосклонна и убережёт от этой встречи. Как видно, он ошибся.       Поднявшись мальчишка поклонился господину. Цзян Чэн смотрел на него хмуро, и под этим взглядом Вэнь Нин совсем сжался. Он помнил их последнюю встречу и как молодой господин обещал убить его, если ещё раз увидит. Сегодня были похороны сестры Цюнлиня, и юноша хотел верить, что это достаточно весомый повод для Цзян Ваньиня, чтобы не исполнять свою последнюю угрозу. Если подумать с другой стороны, сейчас Вэнь Нин был не против расстаться с жизнью, которая в его глазах и так утратила какую-то ценность. Цзян Чэн оглядел его и с лёгкой хрипотцой в голосе произнёс: — Я соболезную твоей утрате. Вэнь Нин кивнул, принимая чужие слова. В движениях и словах заклинателя не было агрессии, поэтому юноша позволил себе немного расслабиться. Он осмелился посмотреть на человека перед собой. — Я-я бы хотел и-извиниться за тот случай, — начал несмело Цюнлинь, внимательно глядя в лицо господину и готовясь в случае чего, бежать. — Это был отличный ход, чтобы победить. Вэнь Нин поднял ладони вверх и отрицательно замотал головой. — Я- я бы никогда… Я был искренен тогда. Цзян Чэн фыркнул, совсем не удивившись таким словам. — Ты не похож на мужчину, — внезапно начал он. — Я бы даже по-другому сказал. Думаю, от женщины тебя отличает только то, что между ног. На твоём месте я бы делал всё возможное чтобы доказать обратное. Не знаю, стал бы сильнее, закалил характер. Но ты просто решил стать обрезанным рукавом, позоря весь мужской род. Если решил полностью отказаться от своей природы, тогда носи ханьфу, покрывая правую сторону левой, и делай себе женскую причёску. Цюнлинь соединил руки в замок и крепко сжал свои пальцы: — Молодой господин, если я вам не симпатичен, достаточно было сказать мне это. Не знаю, как выгляжу в ваших глазах, но я бы не опустился до того, чтобы досаждать вам после этого. И то, что я поцеловал мужчину, не делает меня женщиной, — на удивление слова произнеслись легко, и, если бы не слёзы на глазах говорившего, можно было б подумать, что он совсем не расстроен. Цзян Чэн преодолел расстояние между ними в один шаг и грубо схватив мальчишку за волосы, поцеловал. Он легко разомкнул его губы своим языком, проникая в рот. Однако Вэнь Нин отойдя от первого шока, с силой оттолкнул заклинателя от себя. Как только поцелуй разорвался, в челюсть Ваньиня прилетел кулак. Совсем не ожидавший такого, господин Цзян приложил ладонь к месту удара и в шоке уставился на человека перед собой. Цюнлинь медленно опустил свою руку и стал отступать назад. Его грудь быстро и высоко вздымалась вверх, а в глазах читался ужас. Будто он сам не ожидал, что способен на такое. Тем не менее, он не спешил покидать это место. Прижавшись спиной к стволу дерева, он продолжил наблюдать за действиями заклинателя. — Когда это сделал ты, я тебя не ударил, — медленно произнёс Цзян Чэн, начиная приближаться к мальчишке. — Мои помыслы были чисты, а вы просто насмехаетесь надо мной и моими чувствами, — прошептал Вэнь Нин. Цзян Чэн снова подошёл к нему вплотную, одной рукой отрезая путь к отступлению своей жертве, а другой хватая юношу за воротник. — Думаешь, твоё милое личико даёт тебе право размахивать кулаками? Цюнлинь хоть и был сильно напуган, не растерялся и ловко перефразировал фразу: — Вы считаете меня милым? Ваньинь опешил и ослабил хватку на груди паренька. Его щёки заалели, наливаясь пунцовым цветом. Отступая шаг за шагом назад, молодой господин Цзян принял решение удалиться, ничего не отвечая. Вэнь Нин проводил заклинателя взглядом и грустно улыбнулся.

***

      Вэй Усянь заметил, что поведение Лань Чжаня как-то изменилось. Он выглядел мрачнее обычного, всё чаще уходя в себя. Но тем не менее, стоило юноше громко вздохнуть, пожаловаться на духоту или жажду, Второй Нефрит мгновенно спешил это исправить.       После похорон, Вэй Ин устало опустился на кровать закрывая ладонью лицо. Он пролежал так несколько минут, не желая совершать хоть какие-то телодвижения, пока не почувствовал прикосновения к своим ногам. Лань Ванцзи аккуратно обхватил его лодыжку, освобождая от обуви. Юноша резко сел на постели с недовольством глядя на заклинателя сверху-вниз: — Лань Чжань, прекрати, разве я похож на немощного старика? Ванцзи послушно прекратил и встал в полный рост. В комнате повисло молчание. Вэй Ин потянулся к ладони юноши, сплетая его пальцы со своими. — Гэгэ, есть что-то, что тебя беспокоит? Сейчас непростые времена, но скоро станет лучше. Заклинатель дёрнулся, вырывая свою руку и с горечью спросил: — Скоро — это тогда, когда мы расстанемся? Усянь вначале удивлённо моргнул, а затем неловко отвёл взгляд: — Ты подслушал наш разговор? Лань Чжань не меняясь в лице, спокойно ответил: — Я не подслушивал. Здесь стены тонкие. Вэй Ин глубоко вздохнул, поднимаясь на ноги и заключая Второго Нефрита в крепкие объятия: — Прости. Ванцзи напрягся и глухо напомнил: — Ты сказал, между нами нет места для слов прощения. — Я? А да, вспомнил. Но я действительно поступил неверно, принимая такие решения без тебя. — Так значит, ты всё уже решил? — голос заклинателя становился всё тише. — Я так мучал тебя эти дни. Я просто считал, что поступаю правильно. Мне казалось, погубив наши отношения, я смогу спасти нас и людей, что нам дороги, — ощутив, как чужие руки сжали его талию сильнее, юноша начал говорить в ускоренном темпе. — Но в этом больше нет необходимости! Дядя даст нам благословение. Я думал, это невозможно, но мы действительно можем быть вместе. Второй Нефрит продолжал молчать, и заклинатель отстранился, неуверенно заглядывая тому в лицо: — Гэгэ, разве ты не рад? Ванцзи отвёл взгляд в сторону: — Ты был готов разорвать наши отношения, даже не поговорив со мной. — Мне правда жаль, — опустив плечи, прошептал Усянь. Ванцзи ничего не ответил. Близилось время отбоя, поэтому он последовал к циновке для приготовления ко сну. Вэй Ин ещё немного помялся, а затем пошёл к двери. — Я должен буду поговорить с Вэнь Нином, так что спи, не дожидаясь меня. Лань Чжань так и не обернулся.       Темнело в Цишань Вэнь поздно, поэтому Усянь мог спокойно блуждать между домов, не беспокоясь, что запнётся за какую-нибудь корягу. Он не знал, где сейчас может быть Вэнь Нин, но предполагал, что точно не дома. После похорон они дали друг другу время успокоиться и собраться с мыслями, чтобы позже встретиться и всё обсудить. Вэй Ин никак не мог перестать гадать, что такого важного ему собирается сказать шиди. Он прокручивал в голове варианты, один страшнее другого, пока наконец не дошёл до заброшенной площадки. В этом месте они встречались чаще всего, и юноша предполагал, что именно здесь Цюнлинь и будет его ждать.       Возле мишени на небольшом камушке сидела сгорбленная фигура. Усянь ещё не подойдя ближе, сразу узнал в ней своего дорогого шиди. Приблизившись к нему, парень уселся прямо на землю, не заботясь о том, что испачкает траурные одеяния. Вэй Ин заметил в руках мальчишки толстую, потрёпанную книгу и с любопытством на неё уставился: — Что это за книга? Вень Нин сжал обложку сильнее и ответил: — Книга, что погубила всю мою семью. Вэй Ин нахмурился потянувшись к бумажному изделию: — Она похожа на книгу рецептов. Таких у шицзе было много. Цюнлинь покачал головой. — Это не просто безобидные рецепты. Они прокляты. И вся эта книга проклята. — Вэнь Цин умерла из-за неё? — неверяще прошептал заклинатель, стуча пальцем по корешку сборника. Вэнь Нин в ответ кивнул и перенёс книгу в другую руку, так и не дав Усяню взять её. — Я пытался её уничтожить, но что бы я не сделал, ей плевать. Я пытался её сжечь, но она не горела, топить, но она не тонула, я даже решил её закопать, но через пару секунд земля её вытолкнула наружу. Если и существует в этом мире истинное зло, то оно полностью запечатано в ней. Вэй Ин с ещё большей заинтересованностью уставился на проклятье в бумажной оправе. В отличии от своего милого шиди, он не понаслышке был знаком со всем, что простые люди считают проклятым и страшным. Если это книга является убийцей его шицзе, то он во что бы то ни стало найдёт, как её стереть с лица земли. — Вэнь Нин, отдай её мне. Я сделаю всё, чтобы уничтожить эту мерзость. Мальчишка отодвинулся, испуганно глядя на заклинателя и крепко прижимая книгу к себе: — Третий молодой господин Вэнь, неужели вы думаете я позволю вам так рисковать собой?! Я не могу потерять ещё и вас. Поэтому, пожалуйста, не просите больше об этом. Вэй Ин поднял руки в примирительном жесте, идя на попятную: — Хорошо, хорошо, я понял. Но ты ведь хотел со мной о чём-то поговорить? Вэнь Цюнлинь согласно кивнул, откладывая книгу в сторону. — Вам не понравится, то, что вы сейчас услышите, — осторожно начал мальчишка. Усянь подпёр голову рукой и пожал плечами: — Мне давно не нравится, что ты обращаешься ко мне на Вы, но ничего, терплю же. Вэнь Нин сжал колени и опустил взгляд на костяшки своих пальцев. Он сохранил недолгое молчание перед тем, как наконец всё сказать: — Я влюбился в человека, которого вы ненавидите. Вэй Ин приподнял одну бровь, пытаясь припомнить, кого он должен ненавидеть в этой жизни по факту. — Ты о… — Молодом господине из Ордена Юньмэн Цзян, — быстро сказав это, Цюнлинь сжался, будто ожидая что заклинатель сейчас впадёт в ярость. Усянь не поверил своим ушам. От шока он сел ровнее и уставился на говорившего. — В Цзян Чэна? — получив утвердительный кивок, заклинатель с беспокойством продолжил. — Ты, ты признался ему? — когда в ответ снова прилетел кивок, Вэй Ин вскочил на ноги и встал перед Вэнь Нином. Юноша обхватил его лицо, вертя из стороны в сторону: — Что он сделал, когда узнал это? Куда он тебя ударил? О, Вэй Усянь прекрасно помнил своего старого шиди и его отношение к обрезанным рукавам. То, что Вэнь Нин сидит сейчас перед ним живым, уже можно считать чудом. — Нет, нет он меня не ударил. Даже наоборот. Это я его… Вэй Ин прекратил мучить паренька и отпустил его лицо. — Хочешь сказать, ты признался Цзян Чэну в симпатии, затем ударил его, и остался в живых? Милый мой, я чего-то о тебе не знаю? Вся эта ситуация, казалась молодому заклинателю, крайне занимательной и милой. Он на секундочку представил, что оба его шиди станут парой и его сердце сделало радостный кульбит. — В-вы совсем не злитесь? — Что? На что мне злиться? К тому же, я вовсе не ненавижу молодого господина Цзян. Да, наше знакомство прошло не гладко, но разве я был когда-то злопамятным? Однако, я очень беспокоюсь о тебе. Всё-таки заклинатель Юньмэна обладает достаточно… вспыльчивым характером. Как бы он тебя не обидел. Вэй Ин уже сделал для себя мысленную пометку, поймать момент и поговорить с Ваньинем. В конце концов, нельзя было упускать возможность пообщаться со своим бывшим шиди на столь деликатную тему, как любовь. Размышляя, о чужих отношения, Усянь вспомнил про Лань Ванцзи, которого он так сильно обидел. — Вэнь Нин, уже темнеет. Нужно расходиться. Давай я провожу тебя? Но юноша в ответ отрицательно мотнул головой. — Не нужно. Тут совсем недалеко. Усянь кивнул, принимая такой ответ и последний раз кинул взгляд на толстую книгу. Пожелав друг другу сладких снов, они разошлись.       Вэй Ин робкой мышкой, зашёл в гостиничную комнату. Стянув с себя верхнюю одежду, он на цыпочках подошёл к циновке, на которой уже спал Второй Нефрит. Она была узкой и совсем не предназначена для сна, двух мужчин. Однако это не помешало юноше, аккуратно отодвинуть тонкую простыню и залезть под неё прижимаясь к заклинателю. Неожиданно Ванцзи повернулся на бок и положил руку на талию Усяня, притягивая того к себе. Когда между их носами осталось всего несколько фэней*, золотые глаза распахнулись. — Больше так не делай, — строго произнёс Лань Чжань. Вэй Ин послушно кивнул, готовый принять сейчас всё, что скажет заклинатель. — Никогда, никогда, обещаю! — Мгм, — удовлетворившись ответом, Ванцзи поцеловал Усяня в висок и уже мягче прошептал. — Спи. Юноша закусил губу, немного заелозив. — Гэгэ, а может всё-таки пойдём на кровать? Она большая и мягкая. — Нет. Вэй Ин шумно вздохнул. Однако Ванцзи не обратил на его вздохи внимания. Тогда Усянь, обделённый вниманием, решил закинуть ногу на торс заклинателя. Снова не получив никакого отклика, юноша медленно переполз полностью на тело Лань Чжаня, укладывая свою голову тому на грудь. Второй Нефрит поправил на нём простыню, укрывая плечи и наконец, смог спокойно заснуть, чувствуя, как на губах появилась лёгкая улыбка.

***

      В зале Вечного Солнца никого не было кроме Вэнь Жоханя. Это была отличная возможность для Вэй Ина поговорить со своим дядей по душам. Однако от волнения, он никак не мог заставить себя открыть ворота и войти внутрь. Помявшись ещё немного, юноша уже был готов махнуть рукой и прийти в следующий раз, но наткнулся на неодобрительный взгляд Ванцзи. Второй Нефрит недовольно покачал головой и пошёл первым, утягивая возлюбленного за собой.       Ворота громко открылись, привлекая внимание главы к молодым заклинателям. Лань Чжань, продолжая удерживать Усяня, уверенной поступью подошёл к мужчине. Вэнь Жохань смотрел на них тем же взглядом, что и Вэнь Чжао, когда впервые их застукал. Разница была лишь в том, что сейчас Вэй Ин и Лань Ванцзи пришли сами и они одеты. Вэй Усянь ни разу не храбрился, пока они шли сюда, однако сейчас он сделал один непроизвольный шаг вперёд, нарочно закрывая Второго Нефрита.       Выдержав молчаливый обмен взглядами, Лань Ванцзи низко поклонился, стараясь всем своим видом выразить почтительность. Вэй Ин тоже поклонился, правда куда быстрее, чем его избранник. — Дядя! Я… Мы хотим с тобой серьёзно поговорить. Глава Вэнь приподнял одну бровь, ожидая продолжение. — Мы любим друг друга и хотим получить твоё благословение, чтобы быть вместе. Даже Ванцзи удивлённо посмотрел на юного заклинателя, совсем не ожидая, что тот начнёт говорить прямо в лоб. До этого, они несколько дней репетировали этот диалог и всё начиналось совсем по-другому. — Вэнь Ин, ты пришёл ко мне только за этим? Вэнь Жохань мрачнел на глазах. Усянь вздрогнул, отступая назад и взлохматил голову: — Ну… да? Лань Ванцзи громко вздохнул, борясь с желанием прямо здесь пойти и удариться о стену головой. Они ведь репетировали… — Ты сбежал из Безночного Города. Пропал на месяц. Где ты и с кем ты, я узнал только от Вэнь Чжао. Тебе действительно больше нечего мне сказать? Усянь издал тихое «О»: — Извини, я поступил неправильно. Я не должен был заставлять тебя волноваться и без спросу сбегать из дома. Это был поступок маленького ребёнка, а не взрослого заклинателя. Вэнь Жохань отошёл назад, наливая себе воды в пиалу и присаживаясь на стул. Он стучал ногтями по столу, обводя парочку недобрым взглядом: — Когда ты решил жить с мужчиной, тебе не нужно было моё благословение. Что изменилось сейчас? Вэй Ин переплёл пальцы с Лань Ванцзи и серьёзно уставился на дядю: — Мы не хотим больше скрываться, как преступники. То, что произошло до этого, было неправильно, и мы это понимаем. Мужчина встал и снова подошёл к паре. Хмуро посмотрев на Второго Нефрита, он перевёл взгляд на своего племянника: — А-Ин, иди погуляй. Усянь от возмущения стал открывать часто рот, словно рыбка, но так и не решился ничего сказать. Лань Ванцзи кивнул ему и сам расплёл их руки. — Лань Чжань, ты точно… — Мгм, — перебил его Нефрит и с готовностью посмотрел на главу.       Чувствуя тяжесть на сердце, Вэй Ину пришлось покинуть зал и подождать на улице. Прошло уже около часа. Усянь ходил из стороны в сторону, размышляя, зайти или не зайти. С одной стороны, он боялся прервать их на каком-то очень важном разговоре, а с другой стороны, он боялся, что, войдя в зал, увидит, как дядя расчленяет его будущего мужа. Вэй Ин схватился за голову, присаживаясь на ступенях. У зала Вечного Солнца была отличная звукоизоляция, так что даже при всём желании юноша не мог ничего услышать. Мимо проходили адепты, удивлённого поглядывали на взлохмаченного господина и шли дальше. Наконец, двери распахнулись. Первым вышел Лань Ванцзи. Заметив Вэй Ина, он тут же направился к нему, по дороге снимая с себя налобную ленту. Подойдя вплотную к юноше, тот опустился перед ним на колени и обхватил его правое запястье. Лань Чжань начал наматывать шёлковую ткань на руку возлюбленного, медленно всё объясняя: — В Гусу Лань все адепты носят налобные ленты. Они означают «сдерживай себя». Вэй Усянь перевёл взгляд на дядю, что вышел из зала, а затем снова посмотрел вниз на Ванцзи: — Да, я это знаю, и что с того? Лань Чжань закончил завязывать седьмой узел и поднёс обмотанное запястье к губам, даря поцелуй: — К ней запрещено прикасаться всем, включая родственников и друзей. Лишь твой возлюбленный имеет право снять её, потому что только с ним ты можешь отпустить себя целиком и полностью. Поэтому каждый адепт Лань бережно относится к своей ленте, оберегая её для своего особенного человека. Даруя тебе свою налобную ленту, я отдаю тебе себя целиком и полностью. Вэй Ин раскрыл рот, удивляясь, как он не узнал об этом раньше. Теперь воспоминания о том, как он хватал Лань Чжаня за ленту, приобрели совсем иной характер. Благо что сейчас они вместе и чувство вины не так сильно гложет Усяня. Однако поведение Лань Ванцзи удивило его не меньше, чем история с лентой. О чём они говорили с Вэнь Жоханем? С чего вдруг всегда сдержанный Второй Нефрит сидит сейчас перед ним на коленях, выцеловывая руку? — Гэгэ, ты в порядке? Всё хорошо? — с беспокойством спросил Вэй Ин, поднимая заклинателя. Лань Чжань кивнул и, притянув юношу к себе, жарко поцеловал. На кончике языка, Усянь почувствовал алкоголь, и всё встало на свои места. Закончив мокрый поцелуй, Вэй Ин погладил своё пьяное чудо по щеке. — Дядя, вы пили? Вэнь Жохань нахмурился и подошёл к ним. — Я не знал, что он так слаб к алкоголю. Все Лани такие? Вэй Усянь весело улыбнулся, не отпуская руку Нефрита: — Не знаю, я других не спаивал. Только своего. Глава Вэнь, тяжело вздохнул и поджал губы. — Если ты действительно видишь своё счастье в нём, то я дам вам своё благословение. Если оно вам ещё нужно? Вэй Ин часто закивал и, отпустив Лань Чжаня, крепко обнял дядю: — Спасибо! Для нас это правда очень важно! Спасибо! Вэнь Жохань похлопал своего племянника по спине. Он не особо любил подобные контакты, однако, что его покойная сестра, что её сын, имели к этому какую-то тягу. Вэй Усянь отстранился и схватив, Ванцзи за руку вместе с ним ещё раз низко поклонился. Напоследок юноша спросил у мужчины: — А много Лань Чжань выпил? Вэнь Жохань закатил глаза и покачал головой: — Совсем немного. Всего один кувшин. Вэй Ин кивнул и нервно улыбнулся, про себя думая, что для Ванцзи это много. Очень много.

***

      Дни проходили, а Вэнь Нин всё ещё оставался безутешным. Вэй Ин понимал его, но как помочь не знал. В конце концов, он решил, что смена обстановки может пойти тому на пользу. Зацепившись за эту мысль, он решил, что они могут вновь вернуться в Облачные Глубины все вместе. Вряд ли тихий и спокойный Цюнлинь помешает там кому-то. Вэй Усянь задумался, отмечая, что даже старик Цижэнь относился к пареньку вполне лояльно. Придя к такому умозаключению, юноша поспешил обсудить всё с Лань Ванцзи. Заклинатель был не против, тем более сейчас, когда они могли уехать куда-то вместе на полных основаниях. Так уладив все вопросы, Вэй Ин пошёл ставить своего шиди перед фактом.       Без церемоний, зайдя в хижину Вэнь Нина, юный заклинатель, начал складывать его вещи. На недоумённый взгляд, он спокойно ответил: — Мы с Ванцзи возвращаемся в Гусу. Цюнлинь продолжил на него странно смотреть, не понимая, при чём здесь его вещи. — Ты едешь с нами, это не обсуждается! — Н-но я ведь даже не умею летать на мече. Как мы доберёмся? Усянь закончил складывать одежду шиди и легко отмахнулся: — Гэгэ уже договаривается о телеге. Прибудем в Облачные Глубины быстрее ветра, — весело подмигнул юноша.       Так закончив со сборами, они пошли к главным воротам. Возле выхода из резиденции, уже стояла огромная повозка. Она была запряжена двумя серебристо-вороными лошадьми и Вэй Ину даже думать было страшно, сколько эта красота стоила. Видимо, он зря в шутку сказал Лань Чжаню, купить повозку, достойную самого императора. Вэнь Нин широко раскрыл глаза, осматривая их дорогое средство передвижение. До этого он мог видеть только со стороны подобную роскошь. От любования его прервал шисюн подталкивая вперёд. Цюнлинь послушно открыл дверь и испуганно ойкнул. Внутри уже кто-то сидел. Отойдя в сторону, Вэнь Нин открыл обзор для Усяня. Вэй Ин встрепенулся и с удивлением уставился на Цзян Чэна, который сложив руки на груди, спокойно сидел внутри, совсем не собираясь куда-то выходить.