Соври обо мне

– Лёш, спустись в ресторан, – Антон зашёл в номер, скидывая кроссовки у порога. – Зачем? – Заблокировав смартфон, спросил шатен, но всё же встал с кровати, потягиваясь и зевая. – Там мальчик с отцом, они из Владивостока специально к нам на игру приехали. И у всех автографы взяли, кроме тебя. Я обещал, что позову, – Объяснил младший, падая на свою кровать. Перевернулся на живот и сунув руки под подушку, прикрыл глаза, намереваясь немного подремать. По крайней мере отчаянно старался это сделать и желательно, как можно скорее. – Выключи свет, пожалуйста, – Попросил хрипловатым, сонным голосом, услышав, как брат обувается.       Свет в номере погас и через пару секунд парень услышал, как тихо закрылась за близнецом дверь. Шумно выдохнул, открывая глаза, и перевернулся на спину, складывая руки на животе.       Оставалось надеяться и верить, что всё пройдёт хорошо.

***

      Получив час назад сообщение от Беловой, в котором она написала, что устроит ему сюрприз, Лёша безуспешно пытался узнать, что именно за сюрприз и в чём он заключается. Но девушка молчала, как партизан, отказываясь дать даже самую маленькую подсказку. Усмехнувшись на её очередное "неть" со смайликом, показывающим язык, полузащитник покачал головой и сунул смартфон в карман, выходя из лифта.       Прошёл в ресторан, внимательно смотря по сторонам, но никакого мальчика с отцом не видел абсолютно. Ещё раз оглядевшись, Миранчук развернулся и достав телефон, набрал номер Антона. Однако гудки тянулись один за другим, а брат все не отвечал. Неужели так быстро уснул? В очередной раз услышав голос автоответчика, футболист тяжело вздохнул и уже собрался вернуться в номер. В конце концов, может они не дождались его? – Лёш! – Резко остановившись у самого выхода, пятьдесят девятый развернулся и увидел в нескольких метрах от себя... Соню. Она стояла возле столика в конце зала, нервно перебирая в руках звенья цепочки от сумки, и неловко переступала с ноги на ногу. – Ты что здесь делаешь? – Подойдя к брюнетке, но сохраняя дистанцию, удивлённо прошептал парень. – Мне... мне Елена Юрьевна позвонила, сказала, что ты... что ты хочешь поговорить, но из-за своей гордости... – Заикаясь, невнятно начала тараторить девушка, но Лёша прервал её, прошипел злостно: – Не смей врать, так ещё и приплетать сюда мою маму. – Я не вру, Лёш.       Ухмыльнувшись, полузащитник покачал головой, не веря, но вдруг осекся, побледнев. Вспомнил многочисленные разговоры с матерью, как она убеждала его позвонить Алендер, поговорить с ней, призывала прийти в себя и не совершать этой ошибки. Ведь ей так нравилась Сонечка.       Подняв голову, посмотрев девушки прямо в глаза, Миранчук вспомнил и только что рассказанную Антоном историю, понимая, что всё это он выдумал, чтобы выманить его из номера и привести в ресторан. – Всё ясно, – Сухо произнёс Алексей, собираясь уйти, но брюнетка не позволила ему это сделать. Подошла ближе и прошептала тихо, заглядывая в глаза, искренне желая узнать: – Почему мы расстались?       Футболист вздрогнул, сглотнув, и ответил, с плохо скрываемой горечью осознавая, что она так ничего и не поняла: – Потому что у нас слишком разные жизненные ценности и взгляды на жизнь, – Господи, они ведь столько раз об этом говорили! Он буквально разжевывал ей всё, объяснял, разлагаясь под абсолютно пустым, стеклянным взглядом. Она слушала его, но слышать не хотела. – То есть только из-за того, что я не желала пока создавать семью и рожать детей, ты всё разрушил? – Опешила Алендер, на что Лёша лишь грустно усмехнулся. – Не из-за этого. А из-за того, что на первом месте у тебя было всё что угодно, но никак не я и не мы. Съёмки, путешествия, мероприятия, инстаграм – любая хрень, но только не я. – Неправда. Я не пропускала ни одного твоего матча, поддерживала, успокаивала после поражений, ни разу не оставила. Хотя оснований для этого было немало и ты это сам прекрасно знаешь. – Знаю, – кивнул Миранчук, – И я искренне благодарен тебе за это. Но где ты была, когда мне хотелось просто провести вечер с тобой вместе, валяясь на диване и, допустим, смотря телевизор? Где ты была, когда я хотел съездить за город, отключив телефоны, чтобы побыть наедине, отдохнуть, покупаться и до банального пожарить шашлыки? В глобальном плане, да, ты всегда была рядом – на всех мероприятиях и публичных встречах, на фото в инстаграм. Но в мелочах, мы были каждый сам по себе. – Прости меня, конечно, но ты тоже постоянно пропадал на своих тренировках, сборах и выездных играх. А я, как преданная собака, должна была ждать тебя дома? – Вскипела брюнетка. – В том то и дело, что меня практически не бывает дома. И те крохи свободного времени я хотел проводить с тобой. Сходить в магазин, помочь приготовить ужин, вынести мусор, помыть посуду, да неважно! Просто быть вместе и ощущать себя семейным человеком, а не холостяком, но с пометкой. – Тебе нужна была вся эта бытовуха? – Сморщилась девушка, на что шатен кивнул, неопределённо пожав плечами. – Да.       Несколько минут они стояли в тишине, думая о чем-то своем, пока Соня нерешительно не подняла глаза, внимательно вглядываясь в полузащитника. Словно решалась на что-то, ведя внутреннюю борьбу. – Но нам ведь было так хорошо вместе, Лёш, – Наконец прошептала брюнетка, сделала шаг, кувалдой разбивая все мыслимые и немыслимые границы между ними, и нежно провела рукой от виска, до щеки. Полузащитник сглотнул, парализованный её прикосновениями, и не шевельнулся, внимательно всматриваясь в карие глаза напротив. – Вспомни. Наша поездка в Париж, наши мечты, планы. Мы ведь так любили друг друга, Лёш, – Соня восприняла бездействие футболиста по-своему, обхватила его лицо руками и приблизилась, соприкасаясь лбами, сбивчивым шепотом вспоминая всё светлое, что было между ними.       Парень же смотрел на неё и искренне пытался найти хоть что-то, что всё еще жило глубоко внутри и дышало желанием быть с этой девушкой. Но перед ним стояла другая, чужая Соня. Нет, она не изменилась с момента их последней встречи совершенно. Однако аромат духов, который раньше кружил ему голову, сейчас казался слишком приторным и даже близко не вызывал прежних ощущений и желания вдыхать его. Вроде бы, еще совсем недавно она лишь одним прикосновением вызывала у него ворох мурашек и сводящее с ума желание, а теперь её руки казались сухими, грубыми какими-то, и внутри ничего не отзывалось, не откликалось ни на голос, ни на глаза, ни на когда-то манящие губы. Чужая. – Прости, Сонь. Всё в прошлом, – Отстраняясь и убирая руки Алендер со своего лица, покачал головой пятьдесят девятый. Тяжело вздохнул, бросил мимолетный взгляд в сторону, за спину девушки и побледнел.       Ингрид.       Она стояла в холле гостиницы, у самого порога и наблюдала за ними с таким выражением лица, что сердце футболиста сжалось. – Ингри.. – Только и прошептал он, как Белова горько улыбнулась и тут же выбежала из гостиницы.       Вокруг будто громко лопнул мыльный пузырь и сорвавшись с места, Миранчук побежал следом. Догнать, успеть, не отпустить, всё объяснить, – набатом пульсировало в голове, стуча по вискам. А мерзкий голос, сидящий занозой в сердце, пищал: сюрприииз.

Я не боюсь уже высоты, Я не боюсь уже дикой боли. Я лишь боюсь тебя не найти, Ведь та Луна от меня тебя скроет.

***

– Ингрид, постой! – Догнав Белову, полузащитник схватил её за запястье, вынуждая развернуться. Тяжело дышал, испуганно бегая глазами по лицу, пытаясь понять и уловить хоть одну эмоцию. – Это не то, что ты могла подумать. – Ужасно банальная фраза, не находишь? – Горькая усмешка коснулась губ девушки. Лёша выдохнул, опустив голову, пытаясь восстановить дыхание, но в первую очередь думал о том, как ему сейчас всё объяснить. – Мы просто разговаривали. – Я видела, – спокойно кивнула брюнетка. – Я просто спустился в ресторан, чтобы поужинать. Я не знал, что она приехала сюда. Честное слово, Ингри, – Рассказывать, что их с Алендер встречу подстроили Антон и мама, шатен даже не думал. С ними он разберётся и поговорит сам. – И о чём же вы говорили? – Не скрывая того, что не особо верит ему, спросила Белова. – Она спросила, почему мы расстались. Хотела всё вернуть, – Врать было бессмысленно, вряд ли бы они стали говорить о погоде или радоваться случайной встрече, тем более Ингрид прекрасно видела их и могла даже слышать. – А ты? – Горько ухмыльнулась брюнетка, обняв себя руками, переводя взгляд на освещенную уличными фонарями дорогу. – А я не желаю и не собираюсь ничего и никого возвращать, – Подойдя вплотную, серьезно и чётко произнёс Миранчук. Прекрасно понимал, что у неё в данной ситуации есть все основания, чтобы усомниться в нём, и всё-таки внутри больно кольнула обида. – У меня есть ты, Ингри, и больше мне никто не нужен, – Нежно обхватив пальцами её подбородок, вынуждая повернуть голову и посмотреть на него, прошептал парень.       Белова слабо улыбнулась одними уголками губ, хотела что-то сказать, но внезапно зазвонивший мобильный помешал ей это сделать. Достав смартфон из сумочки, брюнетка взглянула на экран и тяжело вздохнула, нерешительно и будто бы виновато взглянув на футболиста. Но в итоге всё же ответила. – Да, Марина Петровна. – Это я, Ингри, – Спустя несколько минут молчания, хрипло произнес Жуков. И добавил тут же поспешно: – Не бросай трубку, пожалуйста. Давай поговорим, хотя бы так? – Что тебе нужно? – Наблюдая за тем, как всё мрачнее и мрачнее становится Лёша, спросила девушка. – Я виноват перед тобой. Очень виноват. Но неужели ты никогда не сможешь простить? Неужели ты можешь вот так вот просто взять и забыть меня? Вычеркнуть из своей жизни? Мне ведь мать рассказала, и как ты плакала по мне, и как любила, и как отношений за всё это время ни с кем не заводила. Или скажешь, что не было ничего этого? – Было, Миш. Всё было, – Проговорила Белова, взглянула на футболиста и усмехнулась: – Но это всё в прошлом. Не звони мне больше никогда, пожалуйста. – Бывший муж? – Кивнув на телефон, спросил полузащитник, когда Ингрид отключилась. – Да. Просто какой-то вечер встреч и воспоминаний, – Ухмыльнулась, покачав головой, но подошла к шатену, обнимая его, прижимаясь к груди. Пятьдесят девятый чуть сгорбился, уткнувшись носом ей в плечо, облегчённо выдыхая, медленно успокаиваясь. А спустя несколько минут отстранился вдруг, спрашивая удивлённо: – Подожди, ты почему не в Лиссабоне? Не на матче "Зенита" с "Бенфикой"? – Ну как почему? Я же через две недели твоей женой стану, пора примкнуть к рядам фанатов "Локомотива", – Широко улыбнувшись, ответила девушка. – Ты серьёзно? А как же твой нейтралитет? – Знаешь ли, очень тяжело сохранять нейтралитет с кольцом на пальце. – Только в кольце дело? – Вдруг серьёзно спросил парень, не позволяя ей разорвать зрительного контакта между ними, смотря прямо в глаза. – Нет, – покачала головой брюнетка, – В чувствах, – и выдохнула, закусывая нижнюю губу. Миранчук улыбнулся широко, просиял весь, и не думая больше, поцеловал невесту.