Viser tres haut

В один из самых темных дней осени человек в черном пальто и черной маске выходит из машины. Погода ухудшается с каждым днем. Мужчина поднимает воротник и заходит в здание. Он появляется здесь каждый месяц, когда поставщик собирает нужных ему людей. Вероятно, все думают, что эти люди затем продаются на органы или в рабство. Наверное, мужчин тоже забирают в гаремы. Незнакомого человека в пальто зовут Чанбин, и он не торгует мужскими телами на черном рынке. Все гораздо сложнее. Бин отдает деньги поставщикам и помогает «заключенным» забраться в машину. Их семь. По одному на каждый день. Ему так проще. В первое время, когда Со лишь начинал этот своеобразный проект, люди были безумно напуганы. Они паниковали и вели себя вразрез со стереотипами, касающимися сильного пола. Но сейчас слухи наполнили большой город. И если тебя воруют, с закрытыми глазами ведут в неизвестное место, это не значит, что вы в руках маньяков. Вы просто в руках Со Чанбина. Бин каждый раз меняет место прибытия и поставщиков, но забирает людей всегда в одной точке. Это самое безлюдное место, куда даже власти прекратили вкладывать деньги. Там можно не опасаться, что нагрянет полиция. Чанбин помогает выбраться из фургона и пройти в небольшое помещение. Там жертвам разрешено снять повязки и выпить воды. — Это же вы, правда? — интересуется кто-то. Бин бросает на него взгляд и кивает. — Вы будете первым. Мужчина немного бледнеет, но идет в указанное место, чуть поодаль от остальных, где ему вручают фотографию с именем и адресом. — Это он? Я могу быть уверен, что именно он? Бин вздыхает и кивает. Раньше ему приходилось применять легкую форму убеждения, чтобы выбранные люди выполняли его требования. Сейчас это не требуется, благодаря тайной репутации и абсолютному отчаянию. Чанбин помогает людям с разбитыми сердцами найти идеального партнера. Нет гарантии, что выбранные в итоге будут вместе, но по характеру и предпочтениям могут считаться подходящими друг другу. Со не волшебник, он просто знает психологию на том уровне, который почти никому не доступен. А людей ему помогает найти особенная база, предоставленная другом — владельцем объединенной мобильной связи. Это схема, проверенная на протяжении двух лет. Есть риски, есть сложности. Но работа Купидона становится для Чанбина жизненно необходимой. Он чувствует себя нужным. Все выбранные счастливчики получают своих претендентов. Бин будет следить за ними на протяжении одного месяца, чтобы убедиться. А потом найдутся новые жертвы, которым нужно залечить раненое сердце. Когда «жертвы» расходятся, Чанбин заполняет профайлы и сохраняет их на планшет. Теперь каждый человек связан с одним днем в неделе, в месяц получается три дня на каждого. Если за этот период они так и не познакомятся со своей судьбой, значит шанс упущен. Такое было всего пару раз, но каждый заставлял Бина сомневаться в собственных способностях. Правда, за последний год ничего подобного не происходило. Со все чаще практикуется и не хочет прекращать, даже если это противозаконно и опасно.

***

— Профессор, доброе утро! У вас первая пара? Бин улыбается коллегам и кивает. Тайный Купидон ночью и профессор психологических наук днем. Сначала ночные похождения были чем-то вроде практики. Чанбин писал докторскую. Конечно, он буквально играет судьбами других, и делал это в первую очередь для себя. Но сейчас ему нравится делать людей счастливыми. Правда, только мужчин. Женская психология — нечто совершенно темное, особенно для противоположного пола. — Профессор Со, вы ведь не забыли о конференции в Шанхае на выходных? — Я уже получил билеты и пропуск, — говорит он, просматривая материалы для предстоящей лекции. Студенты с каждым годом все требовательнее. Чанбину приходится готовиться все серьезнее. — Вас заменит в субботу преподаватель Пак. Можете передать ему необходимую информацию? Начинающий преподаватель с группой первокурсников, которые еще даже не понимают, что им нужно, только вышедшие из школы. После такой проведенной пары у человека пропадет любое желание преподавать. Если оно вообще есть. — Да, я все передам. Со не будет объяснять декану свои подозрения, тот явно не оценит. Из-за предстоящей конференции сосредоточиться на студентах довольно сложно. Чанбин дает группе задание, а сам витает мыслями в докладе. Он не собирается раскрывать особенности своего психологического метода, но придется представить общие детали. Начальство просит. Даже государственным учреждениям нужны сторонние спонсоры. А фигура Чанбина так или иначе привлекает их. Студент-гений, закончивший университет и ставший преподавателем. Местная суперзвезда. — Профессор Со, нам пора на вторую пару. — Конечно, идите. Займитесь проектом и представьте его через неделю. Можете показать хотя бы наработки, чтобы я видел ваши труды. У Бина не сразу получилось найти контакт с молодежью. Особенно когда последние курсы лишь немного младше него. Но сейчас они помогают друг другу, не переступая границы. Чанбин уважает честных и трудолюбивых, а тех, кто приходит лишь получить диплом, практически не трогает. Просто ставит минимальный балл, с которым почти не берут на работу по профессии. Добрый профессор Со. У которого разрывается телефон. — Зачем тебе устройство связи, если ты на него не реагируешь? — бурчит Минхо. — Радуйся, что я пользуюсь услугами твоей компании и плачу за них. — Ладно, защитано. Итак, ты, я, вечер, мой дом. Чуешь? — Тебе снова нужно выпить? — Моя же ты прелесть. — Нас могут не так понять, солнышко. Но, — Чанбин кидает взгляд на свое расписание. — Я смогу. Лишь третья пара. Можно будет заехать домой и переодеться. Или выпросить у Минхо очередной костюм, чтобы тот опять жаловался. Выглядит как семейная жизнь. Но Чанбин не тот человек, который мог бы сделать друга счастливым. Ли одинок уже больше года, но Со не хочет практиковать на нем свой метод. По крайней мере, пока тот не попросит. Бин заранее передает новому преподавателю лекции. Ему стоит подготовиться основательно, чтобы студенты хотя бы что-то уловили из его речи. Со чувствует, что после всех выходных будет выслушивать жалобы и студентов, и коллеги. Даже не хочется возвращаться, пусть конференция затянется. Вечером Минхо забирает друга из университета, как всегда вызывая любопытные взгляды преподавателей, которым так и хочется покопаться в личной жизни молодого профессора. Но, кроме Минхо, там никого нет. Чанбин отлично читает людей и знает их намерения. Хо живет один в большой квартире, обставленной по последнему слову техники. Ему постоянно кто-то звонит или пишет, но на вечер дружеской попойки он отключает все гаджеты. И без него справятся. Он не зря так много платит исполнительному директору и его заместителю. — Что за повод? — интересуется Бин, принимая у друга бокал какого-то ароматного вина. — Я просто соскучился. Разве не повод? — Есть что-то еще. — Ты и твои психологические штучки. Да, как всегда прав. Я хотел поговорить, — Хо осушает бокал одним глотком. — Найди мне его. Единственного. Чтобы был всегда рядом и нуждался во мне. Я очень устал от этого глупого одиночества. Чанбин чувствует отчаяние друга и понимает, что тот очень серьезен. Ему всегда попадались неудачные партнеры. Последний чуть не вынес половину квартиры после расставания. Логично, что Хо ждет партнера, которому можно доверять. — Ладно. Есть у меня один вариант. Ты же не боишься трудностей? Отлично. Бин показывает один из профайлов. — Этого парня заключила в психиатрическую больницу собственная семья, когда он оказался единственным наследником в завещании. Я спокойно могу освободить его на время, но ему нужна серьезная поддержка и сильный человек рядом. Справишься? — Он… красивый, — выдавливает Хо, вглядываясь в украдкой сделанное фото испуганного незнакомца с растерянными глазами. — Как его зовут? — Хан Джисон. Завтра мы отправимся в клинику и заберем его. Если ты уверен. — Уверен. Чанбин сам не понимает, почему не рассматривал Минхо в качестве пары для этого парня. Они же нужны друг другу. И то, что Ли сам попросил, делает ему честь. Пока Минхо нагло читает весь профайл Хана, Чанбин следит за одним из подчиненных. Именно за тем, кто с благоговейным трепетом смотрел на Со. Судя по сообщениям и передвижениям, он все же посетил выбранного мужчину и даже официально обменялся с ним контактами. Такое наблюдение похоже на шпионаж, но Минхо называет это сбором данных. Для предотвращения терроризма или свержения власти. А в случае Бина — для высшей купидоновской миссии. — Он же будет жить у меня? — разрушает тишину Ли. — Смотря что скажет Хёнджин. — Стоп. Он в клинике Хвана? Ты пойдешь к нему сам? — Не набросится же он на меня, — жмет плечами Чанбин. — Он имел на тебя такие виды, что я не был бы так уверен. Со кидает на друга сердитый взгляд, на что Хо примирительно поднимает руки и снова углубляется в профайл. Конечно, будет сложно. Но Бин обязан спасти этого парня. А, раз уж так вышло, то и Минхо тоже.

***

Бин остается у Хо до утра и пользуется его добротой, завтраком и доставкой до места работы. Он спокойно проводит пары, выслушивает очередные сплетни в преподавательском составе, заполняет рутинные документы и кидает взгляд на часы, чтобы не опоздать на встречу с Хван Хенджином. — Кричи, если он будет приставать, — наставляет Минхо. — Мы в психиатрической клинике. Тут уже никто не реагирует на крики. Хёнджин недавно стал главным врачом. Еще будучи студентом он имел довольно однозначные виды на Чанбина. Но получил отказ, а затем предложение приглядеться к одному практикующему врачу. — Давно не виделись, профессор Со, — улыбается Хёнджин, из-за чего его привлекательное лицо становится еще прекраснее. Они крепко обнимаются и действительно получают от этого удовольствие, но уже исключительно дружеское. — Как твоя семейная жизнь с доктором Кимом? — Мы живем вместе. Но этот наглец не хочет принимать мою руку и сердце. Видимо, не верит, что я серьезно. — Ты пробьешься, не сомневаюсь, — хмыкает Со. — Ты всегда видишь больше, чем я собираюсь показывать, — со вздохом качает головой парень. — Итак, ты уже не просто по мою душу явился. — Нет. Я хочу, чтобы ты отпустил одного пациента. Хан Джисон. Хёнджин серьезнеет, набирая данные в ноутбуке. Он явно понял, о ком идет речь, но лучше удостовериться. — Ты же понимаешь, что на короткое время. Он находится под опекой родственников, они владеют его правами. — Я понимаю. Мне нужна неделя. — Надеюсь, потом ты все расскажешь. А то я не усну от любопытства. — Тебя усыпит твой анестезиолог, — хмыкает Со. Хёнджин одобряет шутку, готовя документы на временную выписку, а Бин отправляет Минхо сообщение, чтобы подъехал к выходу. Чем меньше лишних глаз, тем лучше. — Не больше недели, Чанбин-а. — Конечно. — Ему вкололи успокоительное, чтобы не сбежал и не поднял лишний шум. Держи маску и кепку. Кресло оставь у выхода, санитары заберут. Чанбин кивает и маскирует спящего Джисона. Затем осторожно выкатывает его из больницы. Минхо помогает другу расположить парня на заднем сидении, заботливо укутывая пледом. Уже чувствует свою ответственность. Вероятность того, что он согласится на план Бина, возрастает. — С ним все в порядке? — Да, он просто спит. Я останусь у тебя, чтобы приглядеть за ним. Хо беспокойно кидает взгляды на зеркало заднего вида. Джисон будет спать еще пару часов, есть время подумать, что ему сказать. Дома Ли практически не отходит от парня, скидывая всю работу на директоров своей компании. Радует, что уволить его не могут, так как он успевает разобраться со всеми проблемами за один день, даже если отсутствовал всю неделю. Ну и он босс… Бин готовит легкий ужин для Хана, если вдруг тот проголодается, и проводит мониторинг очередного подопечного, который уехал ловить свою судьбу в Китай. Пока все идет по плану. Чанбину это нравится. Если и с Минхо все получится, он поедет на конференцию со спокойной душой. Джисон просыпается лишь ночью, когда Хо тихо посапывает у него на коленях, а Чанбин принимает душ. Парень осматривает квартиру и, не найдя ничего опасного для жизни, засыпает снова, машинально притянув к себе чужую руку вместо одеяла и крепко ее сжав. Бин правильно оставил теплый приглушенный свет. Яркий дневной или кромешная темнота испугали бы Хана. А так он почувствовал себя в безопасности. Со заставляет Минхо нормально лечь, с удовольствием замечая, как тянется новый подчиненный к его другу. Может быть, в мире и нет никаких соулмейтов, но именно твой человек бродит где-то по миру. И сейчас человек Минхо утыкается в его спину, сжимая руками футболку. Бин не спит всю ночь, занимаясь докладом и другими рабочими моментами. Нужно обеспечить друга новой коробкой чая, потому что старую Со благополучно употребил, из-за чего позывы в туалет тревожат его каждый час. Когда за окном уже поднимается солнце, профессор осознает, что вечером у него самолет. Поспать получится только в Шанхае. Вот что случается, когда думаешь обо всех, кроме себя. Он просматривает список участников конференции и подмечает старых знакомых и совершенно новых личностей. Будет интересно услышать их доклады. Чанбин один из тех, кто действительно заинтересован в своем предмете. Поэтому в каждом новом коллеге он видит интересного собеседника. И радуется, если после первого диалога он не оказывается обычным дилетантом. — Простите, можно мне немного воды? От моего соседа по кровати так тепло, что я почувствовал жажду, — Джисон неловко мнется босыми ногами позади Чанбина, заставляя того вздрогнуть. — Да, конечно, — Со наливает Хану воды, парень осушает стакан в пару глотков. — Спасибо, — он садится рядом с Бином. — Доктор Хван успел сообщить, что у вас ко мне дело. Перед тем как вколол успокоительное. — На самом деле я бы хотел помочь вам. Освободить из того прекрасного места, где вам приходится проводить время. — Было бы здорово. Но каким образом? — В этом нам поможет мой спящий друг. Но вы должны быть готовы. — Если мне не нужно никого убивать, я согласен. В мыслях Бина мелькает понимание. Он просит Джисона показать вены. — Я не сразу попал в клинику к доктору Хвану. В другой со мной что-то делали. И поэтому я ничего не чувствую, — равнодушно произносит парень. — Скоро весь яд выйдет. И вам будет плохо. — Я это уже понимаю. Наверное. — Бин! Растрепанный Хо появляется в комнате, замирая под взглядом Джисона. Тот чуть улыбается, но его улыбка выходит очень вымученной и слабой. Хан явно положительно реагирует на Хо, что очень радует Чанбина. — Так как Джисон лишен всяких юридических прав, кроме некоторых базовых, а они принадлежат официальным опекунам, то есть родственникам, нужно найти человека, который может стать ближе родственников. И этот человек — супруг. До Хана доходит сразу. Даже с его затуманенным сознанием. А Минхо какое-то время сидит с самым задумчивым видом. — Хо, просто сделай Джисона своим мужем. — О! Оу… Что? — Все мои проблемы лягут на ваши плечи. Но также в вашей власти будет признать меня дееспособным и здоровым, — помогает младший, уже по привычке теребя чужую футболку. И если слова на Ли не действуют, то этот жест проникает в самое сердце. — Хорошо. Завтра я займусь этим. Точнее, уже сегодня. Джисон уходит завтракать, а Минхо накидывается на друга с вопросами. — Почему он так спокоен? — Его накачали медикаментами. Я стараюсь осторожно выводить его из этой ситуации, но будет трудно. Ли как-то резко просыпается и уходит в душ. Чанбин допивает оставшийся чай. Ему нужно успеть собрать вещи и отправиться в аэропорт, но пока не может оставить Джисона одного. Если Минхо займется документами, за младшим должен кто-то присматривать. Хан тихо сидит перед телевизором, перебирая в руках футболку уже ушедшего по делам Минхо. Это его успокаивает. Интересный факт, Чанбин спросит об этом, когда парень восстановится. Он отвечает на легкие вопросы, хорошо питается, но Со знает, что яд все еще сдерживает его организм от истерики. Минхо должен с ней справиться, пока Бин будет на конференции. Если все пройдет хорошо, Джисон начнет доверять Ли, а Со устроит еще одну личную жизнь. Точнее, две.

***

Уже сидя в самолете, Чанбин получает сообщение. Минхо разобрался с браком. И теперь Джисон официально его супруг. А еще у него просыпается истерика, но старший убеждает, что все под контролем. Главное — не разгромить квартиру. Ли ее совсем недавно приобрел. Чанбин мысленно просит друга не наломать дров, ставит телефон на режим полета и засыпает. Его организму требуется хотя бы легкий отдых… — Простите, наш самолет идет на посадку. Всем нужно пристегнуть ремни безопасности. Да, поспать не удалось. Хоть университет и разорился на бизнес-класс, рядом с Бином расположился очень ароматный пассажир. И если от звуков и света можно спастись, то от запаха не спрятаться. Шанхайский ночной воздух становится для профессора настоящим спасением. Чанбин решает немного прогуляться до открытия метро, так как такси он не любит. Со был в Шанхае уже несколько раз, но не устает восхищаться этим городом. Конечно, вряд ли бы он согласился здесь жить. Бин привык к своей стране и ее проблемам. Кстати о проблемах. Нужно проверить очередного подопечного по прибытии в отель и осторожно поинтересоваться, что происходит в квартире Минхо. Если все еще живы, это уже заметные улучшения. Вместо Минхо Бин слышит лишь тихие всхлипы и топот босых ног. — Он почти в норме. Это странно, но его успокоила моя футболка. Ну и то, что парень запомнил температуру моего тела. Он сейчас безумно чувствительный. Что мне делать? — Скажи, что ему не придется никуда уходить. Его никто не заберет, — Чанбин жалеет, что не остался. Все же, дар убеждения у Минхо присутствует, но в данном случае этого будет мало. Джисон еще не потерял веру в добро, но то, что совершенно чужие люди хотят помочь, вызывает подозрения. — И еще. Передай, что я делаю это из личной выгоды. Проверяю свой метод. — Если он не поверит в твою природную доброту, так и сделаю. Порази там всех в Шанхае. А я хотя бы кольцо надену супругу. — Ты даже кольцо купил? — удивляется Бин. — Это мой первый брак, пусть и такой странный. Должно же быть что-то по правилам. Стой, любовь моя, это зеркало! Раздается звон, Хо что-то бормочет и отключается. Чанбин хмыкает, ища в онлайн-магазине новое зеркало для друга. Главное, чтобы Джисон не поранился. Так или иначе, Хёнджин должен будет увидеть его, чтобы заполнить документы на выписку. Нужно еще договориться с адвокатом, и провести все без проблем с восстановлением прав Джисона. Минхо каждый час скидывает информацию о состоянии супруга. Тот нашел бумаги Чанбина для одной из лекций и уткнулся в них. Благодаря этому парень верит в эксперимент и больше не собирается убегать. На последнем фото даже заметно кольцо. Парень подпускает старшего к себе, пусть медленнее, чем если бы рядом был профессор Со, но главное — удачно. Чтобы забрать Чанбина на конференцию, организаторы присылают автомобиль. В этом отеле остановился еще один участник. В итоге Бин делит заднее сидение седана с незнакомым блондином. Тот лишь кивком приветствует Со и всю дорогу смотрит в окно. Бин тоже не настроен сейчас на разговор, но взгляд постоянно обращается к коллеге. У него большие глаза, милый нос и пухлые губы. Совсем не в стиле профессора. И сложно объяснить желание рассмотреть незнакомца с ног до головы. Нет, Бин подумает об этом позже. Ученые располагаются в большом зале и по списку, представленному в программе конференции, выходят на сцену со своими докладами. Со выступает одним из последних, но зато успевает налюбоваться блондином, который оказывается австралийским ученым с корейскими корнями Феликсом Ли. Его работа — одна из тех, что действительно заинтересовала Чанбина. А слушать приятный низкий голос с легкими мурчащими интонациями только помогает восприятию информации. Проблему Со осознает не сразу. Он следит за Феликсом Ли и не может прочитать его. Какие-то мысли и рассуждения, но не эмоции. Такое впервые, из-за чего он слегка растерян. О чем говорить с человеком, если не понимаешь его чувств? А поговорить очень хочется. Когда выступления заканчиваются, участников приглашают на фуршет. Минхо отписывается, что они с Джисоном все еще живы и практически идут на контакт. Значит, об одной проблеме на время можно забыть. — Профессор Со Чанбин? — голос за спиной абсолютно точно узнается. — Да. А вы Феликс Ли. Мне понравился ваш доклад. — Мне ваш тоже. Простите, я не знал, что это вы, — на лице нет и тени извинения. Стоит ли верить. — Иначе бы уже в машине представился вам. — Главное, что это случилось. — Вы правы. Но, — Феликс отпивает из бокала. — Вы действительно практикуете это? Своеобразный гипноз? — Не совсем. Что-то вроде убеждения. Я могу попросить человека об определенной вещи. И убедить, что ему это нужно в той же степени. — Могу я попросить показать? Для примера Бин выбирает одного из согласившихся ученых. — До этого мы не контактировали. Я ничего заранее не говорил. Феликс задумчиво кивает. Со прикасается к плечам ученого и почти неслышно произносит. — Я думаю, ученый Ли выглядит крайне привлекательно. Вам не хочется его обнять? Незнакомец в абсолютно ясном сознании крепко стискивает Феликса и с улыбкой отстраняется — Как ощущения? — интересуется Бин. — Немного странно. Вдруг резко возникло желание обнять ученого Ли. Как вы и сказали. Но это случилось исключительно по моей инициативе. Так вот как работает ваш метод. Это удивительно. Пока коллега расплывается в комплиментах по отношению к профессору Со, Феликс не произносит ни слова. Его лицо не выражает никаких эмоций, лишь глубокий уровень задумчивости. Чанбин решает, что разговор закончен и уже собирается уходить, когда Ли окликает его. — А на мне вы тоже можете что-то испробовать? Бин оборачивается. — Вам это не нужно. — Вы узнали это с помощью своего таланта? Профессор хмыкает и, подойдя практически непозволительно близко, ловит пальцами мягкую светлую прядь и заправляет ее за ухо, касаясь нежной кожи затылка. — К сожалению, я не могу прочитать вас. В таком случае мой метод может выдать недостоверные данные. А это уже не так увлекательно. Кажется, австралийца ничем не возьмешь. Он не меняется в лице от такого близкого контакта. Чанбин сдается. Нет смысла мучить человека своим присутствием, если он не испытывает ответного влечения.

***

Чанбин возвращается в отель, чтобы собрать вещи, а затем — в аэропорт на утренний рейс. Он должен составить отчет о конференции для университета. Но сначала проверить новоиспеченных супругов. Минхо встречает друга с самолета. Он выглядит немного уставшим, но счастливым. И носит кольцо. — Уже были неловкие вопросы? — Только сплетни за спиной, но сегодня вся компания познакомится с Джисоном. — Ты оставил его на работе? — Он не может быть в одиночестве. Пришлось, — беспокойно вздыхает Хо. Он надеется, что здание компании все еще цело. Ремонт все же ещё не планировался. Но опасения оказываются беспочвенными. Хан спокойно ремонтирует принтер, секретарский отдел смотрит на парня восхищенными глазами, а Минхо чувствует странную гордость. — Гендиректор Ли, ваш супруг рожден с золотыми руками! — Да, сам не понимаю, как нашел такое чудо. Хан хмыкает, возвращая бумагу на место и закрывая устройство. — Он поработает еще какое-то время. Но советую заменить. Надеюсь, мой супруг примет это во внимание. Чанбин отворачивается, чтобы беззвучно посмеяться. Кажется, дела Джисона идут хорошо. На нем уже знакомая футболка. Видимо, для парня она многое значит. — Мы должны провести обследование Джисона в независимой клинике, чтобы снять учет и восстановить права. Адвокатом займется Хо, а я поговорю с доктором Хваном. — Вы столько делаете ради собственного эксперимента. Неужели оно того стоит? — Я делаю это по трем причинам. Ради исследования, лучшего друга и собственного эго. — Мне нравится ваша честность, я в нее верю, — Джисон машинально опускает взгляд на кольцо. — Это странно. Минхо я тоже верю. — Он чудной. И добрый. И искренний. — Это то, что мне сейчас нужно. — Я рад, что не ошибся. Минхо отвозит друга и его супруга домой, куда затем прибывает адвокат. То, что Ли сразу заключил брак, многое упрощает. Обращение в суд уже подано и рассмотрено. Все права официально принадлежат Минхо. Медицинская комиссия назначена, завтра нужно показать Джисона в его старой клинике, чтобы получить направление на независимую экспертизу. Родственники Хана пока не подозревают. Судя по словам парня, они навещают его раз в пару недель, а на прошлой как раз перевозили его в клинику Хёнджина. Минхо осторожен в области слухов, родственники не должны начать паниковать раньше времени. А если это случится, у Чанбина будет шанс их отвлечь. Университет встречает профессора Со заплаканным преподавателем и недовольными студентами. Все вышло так, как он и предполагал. Не самая удачная группа для начинающего преподавателя. И тут дело даже не в студентах, а в банальном отсутствии опыта. Талант это еще не все. Лучше начинать с чего-то более простого. Чанбин чувствует свою вину и решает попросить декана о дополнительных практиках для нового коллеги. Профессор проводит несколько пар по расписанию, сдает отчет и почти не мечтает о мягких волосах австралийского ученого. Он не думает, что поступил как-то неправильно. Просто непонятный осадок заставляет грустить. Он бы хотел увидеть Феликса еще раз и заставить его улыбнуться. Чанбин уверен в привлекательной красоте улыбки этого блондина. — Профессор Со, вам пришел факс. Секретарь никогда не читает чужую почту, и в данный момент это очень радует. Чанбин срывается с места, прихватив письмо. Лучше разобраться с этим сейчас. Он понимал, что когда-нибудь столкнется, но был так осторожен в последнее время. — Начальник Бан уже ждет вас. Оставьте средство связи здесь, пожалуйста. Если с Чанбином собирается говорить сам начальник местной полиции, это дело серьезное. Может, кто-то из последних подопечных обратился. Бин еще не успел проверить всех. Это больно бьет по его сердцу. Он не мог ошибиться в людях. Не может сомневаться в своих способностях. Начальник Бан оказывается удивительно знакомым. По его внешнему виду сложно сказать, что человек работает в полиции и ловит преступников. Он такой мягкий. — Вам собираются предъявить обвинения в похищении Хан Джисона, пациента психиатрической клиники. Родственники заявили о его пропаже, а наши следователи обнаружили вас с помощью круглосуточной видеосъемки, — спокойно объясняет офицер. Все же, нельзя забывать о тех людях, которые упекли собственного племянника в психушку. Чанбин был слишком занят и не проверил их. Но по крайней мере у него есть возможность оправдать себя. Профессор рассказывает о заключенном браке и оформленных правах, о медицинской комиссии, после которой родственники сами могут оказаться на судебной скамье. Начальник Бан заинтересованно и молча выслушивает. Он легко читается, поэтому Бин знает, что слова были сказаны не в пустоту. — Вы должны предоставить результаты экспертизы. Пока я не буду предъявлять вам официальных обвинений. — Спасибо. — Могу я спросить кое-что? Это не относится к делу. — Конечно. — Ваш голос кажется знакомым. Но я точно не видел вас раньше и не был знаком, — офицер задумчиво рассматривает Бина. Затем его осеняет. — Это же были вы. Год назад. Точнее год и два месяца. Мой парень любит фиксировать все даты. Вы должны помнить его. Чанбин на мгновение зависает над протянутой фотографией, но вспоминает профайл человека, которого бросила невеста перед свадьбой. Профессор очень долго подбирал ему подходящую пару. И в итоге он оказался… начальником полиции. — Вы изменили цвет волос. Я вас не узнал, — от удивления голос Бина немного садится, что вызывает у Бана улыбку. — Это потрясающе. Не пугайтесь, я никому не скажу. И Хан Джисон тоже оказался в похожей ситуации? — Немного другой. Но да. — Хорошо, что вы успели все уладить. Иначе было бы достаточно трудно. Бан крепко жмет руку Чанбина и благодарит его. Завтра он постарается сделать все, чтобы любые подозрения в сторону этого человека пресекались в самом начале. На следующий день Чанбин с Джисоном возвращаются к Хёнджину со всеми необходимыми документами. Тот отпускает пациента на экспертизу, после которой оповещается начальник Бан и родственники Хана. Минхо приезжает на пару минут, чтобы оставить свое согласие на обследование и почти незаметно чмокнуть супруга в макушку на удачу. По результатам экспертизы Джисон признается психически здоровым, но подлежащим динамическому наблюдению в течение нескольких месяцев. Также препараты, остатки которых обнаружены в его организме, недопустимы для здорового человека. Этот факт требует открытия уголовного дела в сторону первой клиники и родственников Хана, давших согласие на травлю Джисона подобными ядами. Чанбин чувствует какое-то мстительное удовольствие. Он спас невинного человека, виновные будут наказаны, если не откупятся. Хотя, все активные счета теперь принадлежат Джисону и его супругу. Будет сложно выкрутиться. Джисон удивленно улыбается, прокручивая большим пальцем кольцо. Оно ему явно нравится. — Вы столько для меня делаете. Я еще не до конца осознаю. Мне нужно будет подать на развод? — Не думаю, что Минхо захочет этого. Как и ты, — Бин приобнимает парня, тот доверчиво опускает голову ему на плечо. — Я не стал бы помогать ему, если бы не был уверен, что ты ему подходишь. Я хотел выждать неделю и просто забрать тебя, а потом думать. Но Минхо удачно взял судьбу в свои руки. — Я обязан вам обоим жизнью. — Сочтемся на том, что ты всегда будешь на нашей стороне. Хан чуть улыбается. Он еще не до конца понимает и осознает ситуацию. Все завязалось так быстро. Не было времени включить голову и остановиться. Но Джисон не жалеет. И уверен, что в будущем это не изменится. Они остаются, чтобы дождаться всех подписей и печатей, а затем возвращаются к Минхо. Слишком много откровений за один день. Для Джисона, который не успел восстановиться, это оказывается чем-то непосильным. Он отключается на диване, предварительно схватив знакомую футболку. Это его спасение в странной реальности. Чанбин хочет изучить подобный факт в будущем. Он ждет возвращения друга и оставляет Джисона под его присмотром. Иногда Чанбину хочется завести животное. Но частота его нахождений дома обречет на гибель даже растение. Поэтому там его никто не встречает. Привычно и печально. Свободный от обязательных дел профессор отвлекается на мысли о Феликсе, но затем вспоминает об одном из подопечных. Наверное, самом проблемном. Он долгое время сопротивлялся признанию своей ориентации. Чанбин решил познакомить его с бывшим хостом, который работал в клубе свиданий. Бин надеется, что парень покажет его подопечному всю прелесть искренней влюбленности. На губах играет легкая улыбка. Чанбин давно не чувствовал себя так хорошо. Грусть из-за красивого блондина теперь заперта глубоко в душе. Но Со верит в судьбу. Если будет нужно, они еще встретятся. Когда-нибудь. Сообщение от заменявшего в выходные коллеги приходит неожиданно. Он просит ознакомить нового преподавателя с университетом, как ответную услугу за проведение пар. Сам же коллега неожиданно отправляется на дополнительную практику в Европу. Значит, декан прислушался к просьбе Со. Преподаватель наберется опыта и возьмет себя в руки. Показать новому учителю место работы утром не получится. По расписанию у Чанбина первые пары и затем обед в компании Минхо и Джисона. Если до этого момента никто не проводит новую жертву, профессор обязательно займется делом.

***

— Я хочу учиться в вашем университете, — заявляет Джисон за обедом. — После того, что со мной было, я хочу научиться понимать людей. Не знаю, может ли это обезопасить в будущем. Но по крайней мере, я не буду сидеть без дела и строить из себя жертву. Взгляд Минхо становится совсем влюбленным. Чанбин с улыбкой качает головой, но идея Хана ему нравится. Все же из-за родственников он так и не смог закончить обучение. Теперь у младшего есть шанс начать все заново и научиться читать людей. Чанбин постарается этому способствовать. — Если бы мы уже не были в браке, я бы предложил это еще раз, — бормочет под нос Минхо. Джисон все равно слышит и улыбается уголками губ, а старший смущается и прячется за чашкой с кофе. — Семейная идиллия, — усмехается Бин. — Джисон, ты можешь подать документы уже на новый семестр. Если не возражаешь, я могу подготовить тебя к вступительным экзаменам. А сейчас, — он поднимается и оплачивает заказ. — Мне нужно показать рабочее место новой жертве. Он прощается с друзьями и возвращается в университет, где с каменным выражением лица его дожидается Феликс Ли. — Давно не виделись, — невольно улыбается профессор, протягивая руку. — Давайте пройдем в мой кабинет. Феликс кивает. Чанбина напрягает его молчание, но прочитать этого человека все еще не получается. — Меня прислали по обмену на время международной практики преподавателя, — он осекается. — Я не помню его имя. Неважно. Феликс встает напротив, его взгляд ужесточается. — Ты не представляешь, как я злился, когда ты просто так ушел. Я же заинтересовал тебя, это было видно. Мне пришлось напрягать связи, чтобы попасть сюда и разобраться с тобой. — Я не думал, что моя симпатия взаимна, — честно отвечает Чанбин, наслаждаясь эмоциями на лице блондина. Он становится еще прекраснее. — Твой хваленый метод на меня не действует. Значит я особенный. Чанбин не отрицает. Он полностью согласен. С первого взгляда было понятно, что Феликс для Со не такой, как остальные. И сейчас Бин растерян. Не знает, что нужно сказать или сделать. С ним такое впервые. Феликс тихо стонет и со словами «какой тугодум» касается чужих губ своими, перекрывая поступление кислорода к сердцу и мозгу. У Чанбина перед глазами звездочки, повышенный пульс, а в руках — самое желанное тело самого интригующего и интересного человека. — Если тебе так сложно понять, что я чувствую, буду говорить прямо в лицо, — шепчет Ли, прижимаясь лбом ко лбу профессора. Чанбин тепло улыбается. Его все устраивает. — Я должен показать тебе университет. — Я уже посмотрел его. И увидел твоих друзей. Почти возмутился, но вовремя заметил кольца. Они милая пара. — Нужно заявить на тебя из-за вмешательства в личное пространство и слежки. Парень фыркает, но сдается под мягкими руками в его волосах. Кажется, они новый фетиш Чанбина. Мечтал прикоснуться с момента знакомства, но не осознавал степень влечения из-за внешних проблем. — Что ж. Теперь мы коллеги, профессор Со. Как вы относитесь к служебным романам? — Раньше не выносил. Но теперь могу стать сторонником. — Тогда мы обсудим это завтра. На первом свидании.