Неожиданное признание

      - Аня, я ничего не понимаю. Ты же прекрасно знаешь эту тему, вчера у тебя от зубов отскакивало, когда ты мне её рассказывала. А сегодня тебя как будто подменили? И двух слов связать не смогла? А Корф тоже хорош, вечно он к тебе цепляется, всегда тобой недоволен. Вот и сегодня, я специально смотрела, всё время морщился и отворачивался от тебя, как будто ты надоела ему до смерти.       Так, стоя в коридоре юридического факультета, Лиза Долгорукая выговаривала своей сводной сестре и по совместительству подруге Анне Платоновой, бледное лицо которой, было расстроенным. Розовые, прелестные губки её нервно были закушены, удивительные, небесной синевы, глазки наполнялись прозрачными слезинками, готовые вот-вот побежать по бархатным щечкам. - Нет, надо с ним поговорить. Он должен, да, просто обязан дать тебе ещё один шанс, сдать этот проклятый зачет. - Не надо, Лиза, не ходи – попросила сестру дрожащим голосом Анна - Я и в следующий раз, чувствую, не смогу ничего ему ответить, тем более, если буду одна с ним в аудитории. - Почему? – удивилась Лиза – Почему именно, когда одна? Анна опустила голову, ладошками вытирая мокрые дорожки на щечках, оставленных соскользнувшими к подбородку слезинками: - Я его боюсь, Лиза. - Час от часу не легче. Ну, не съест же Владимир Иванович тебя? Может даже, наоборот, захочет по-быстрее от тебя избавиться, и без проволочек примет зачет? - Ах, Лиза, твоими устами бы да мёд пить. Ты прекрасно знаешь, что он всегда меня дольше всех мучает своими вопросами. А как взглянет на меня своими серо-стальными глазищами, как будто испепелить хочет, так у меня сердце останавливается, и язык к гортани прилипает. Ничего не могу с собой поделать, руки, ноги даже немеют. Ну, какое тут сдать? Впору бросать эту учебу. Всё равно юрист из меня не получится. Косноязычная я, а юрист должен быть не только эрудированным, но и прекрасным оратором. Господи, что же делать? – она закрыла лицо руками и всхлипнула, собираясь дать волю слезам. - Ничего себе, косноязычная! – возмущенно воскликнула подруга и всплеснула руками – Всем бы быть такими косноязычными. Все преподаватели тобой не нахвалятся. Даже наш декан Александр Христофорович, профессор! – Лиза подняла вверх указательный палец, - Уж он-то своей строгостью и жесткостью на весь юридический Питер славится, тебе благоволит. Один зав.кафедрой Гражданского права господин Корф, кандидат юр.наук, тобой недоволен. Лиза замолчала, задумчиво приподняла бровь: – А это, идея! Мы пойдём к Бенкендорфу и нажалуемся на его сотрудника. Анна моментально перестала плакать, лицо приобрело паническое выражение, она судорожно вцепилась в руку сестры: - Нет, Лиза, нет! Ты что, не вздумай. Не надо! – затрясла головой, умоляя – Нет, я не смогу, не смогу так поступить. Как потом ему в глаза смотреть? Что он обо мне подумает? Нет, пожалуйста! - Да, какая тебе разница, что он о тебе будет думать, если Александр Христофорович его приструнит? - Я люблю его, Лиза! – с отчаянием воскликнула Анна. - Что? – изумленно выдохнула та и тут же оглянулась назад, ибо сзади раздалось насмешливое: - Вот это номер! Как интере-е-е-сно? – медленно растягивая слова, ехидно произнесла их однокурсница Полька Пенькова, мнящая себя первой красавицей факультета. - Полька, ты опять подслушиваешь? Иди отсюда. Без тебя разберемся. И не вздумай болтать. - А то, что? – мстительно сощурила глаза известная сплетница. - А то! Сама знаешь, у меня не заржавеет! Быстро язык тебе укорочу – с ходу парировала Долгорукая, не менее известная своей решительностью и смелостью. - Лиза, Лиза не надо – попыталась остановить конфликт Анна. Однако Пенькову уже понесло, услышанное сильно потрясло её: - Надо же, как дело то выходит, а мы всё гадаем, с чего это Платонова у нас такая недотрога? А она вон как? На самогО неприступного красавчика Корфа замахнулась. Ну и аппетит у тебя! Не треснешь? Впрочем, треснешь, ха-ха, от досады. А знаешь почему? - Я ничего не хочу знать, Полина. Иди куда шла – Анна отвернулась от назойливой однокурсницы. - А вот и узнаешь! На меня он внимание обратил, ясно? То-то мы посмеемся с ним, когда я ему про твою любовь расскажу. Девушка побледнела: – Ты не посмеешь. - Посмею, ещё как посмею – расхохоталась «красавица». - Полина! – предостерегающе надвинулась Лиза – Я сейчас тебе рот заткну так, что долго ещё не откроешь его. Полька отскочила и увидела в конце коридора идущего в их сторону Корфа. - Ладно, ладно – примиряющее заговорила она – Я могу пообещать, что не скажу никому о том, что здесь слышала, знать будем только мы трое, ну, …- сделала интригующую паузу и завершила с издевательской улыбкой – И Владимир Иванович. Он-то уж точно, никому не проговорится! - Как это? – удивились сестры. Полина усмехнулась – А сама ему скажи! Вот прямо сейчас, – она кивнула на приближающегося преподавателя – Что слабо? Строишь из себя неизвестно кого, а сама трусиха? Анна побледнела, широко раскрыв глаза и застыв на месте.       В это время, упомянутый зав.кафедрой юридического факультета, увидев троицу своих студенток, сердито нахмурился и отвернулся. Но, усмехающаяся Пенькова, окликом заставила его остановиться: - Владимир Иванович – елейно начала она - Тут Платонова желает что-то сказать вам! Корф остановился и нехотя повернул к ним голову. Лицо его из сердитого моментально преобразилось. Глядя озадаченно-испуганными глазами, он быстро шагнул к Анне: - Анна? Что с Вами? Что случилось? - Случилось, ещё как случилось – поддакнула провокаторша. - Анна, ради Бога, не молчите? Говорите же! – с тревогой обратился к ней мужчина, озабоченно заглядывая в синие смятенные глаза. Девушка перевела отчаянный взгляд с усмехающейся и подбоченившейся Полины на встревоженного Корфа и, мечтая провалиться сквозь землю, печально ответила: - Я люблю Вас, Владимир Иванович!- со страхом ожидая от него сердитой реакции, гневной отповеди, но не того, что произошло дальше. Сначала он застыл, также, как прежде она, широко раскрыв разом потемневшие глаза и побледнев, потом резко схватил её за руку и стремительно повел за собой вперед по коридору. Сопротивляться Анна не стала, обреченно пошла за ним, вернее, засеменила, так как Корф делал очень широкие и быстрые шаги. Заведя её в первый попавшийся пустой кабинет, захлопнул дверь и обернулся. Она от страха закрыла глаза, боясь смотреть на него, такого невообразимо красивого, недостижимого, недоступного, всегда холодного, вечно сердитого и до боли любимого. Свою мечту, о которой она сама себе запрещала думать и вот, нечаянно проговорилась, да так, что теперь и он о ней знает.       - Посмотри на меня, Аня – услышала она неожиданно ласковый мужской голос. Недоверчиво распахнула глаза и встретила внимательно-изучающий взгляд и смущенную улыбку. Он по-прежнему держал её за руку и, о Боги, поглаживая пальцами, осторожно взял в свою ладонь другую её руку: - Ты, правда, любишь меня? Отступать было поздно, да и не умела она лгать, поэтому, глядя на него с обреченной нежностью, ответила: - Правда, люблю! - Анечка, любимая, а как я тебя люблю, – услышала она невероятное, и была стремительно прижата к мужской груди, сильными и, неожиданно, бережными руками. - Люблю, милая моя, хорошая, ненаглядная. Люблю – с этими словами Корф слегка отстранил её, обхватил ладонями девичье лицо и стал ласково целовать щечки, носик, лобик, подбородок. Пока не наткнулся на теплые, мягкие губки и с нежностью не прильнул к ним. Отстранился только тогда, когда обоим не стало хватать воздуха: - Извелся весь, измучился, не знал, как к тебе подступиться. Как решиться? Ты студентка, я преподаватель. Захочешь ли принять мою любовь, поверишь ли? А ты и не смотришь на меня никогда, сразу убегаешь, стоит мне появиться рядом. - Я боялась Вас, боялась, что Вы догадаетесь, и ещё больше будете сердиться на меня. Кто я, а кто Вы? - Говори мне ты, глупенькая! Ты, лучше всех! Самая удивительная, самая красивая, самая необыкновенная! Анечка! Господи, как я тебя люблю. Выходные больше всего ненавидел, потому что не мог видеть тебя. Как мальчишка, по вечерам кружил возле твоего дома, боялся, что у тебя есть молодой человек. Счастьем было, мимолетно увидеть тебя.       Он стал гладить мягкие пушистые волосы, с нежностью глядя в её запрокинутое улыбающееся лицо: - Больше не хочу с тобой расставаться. Давай поженимся, Анечка. Улыбка пропала с её лица – Поженимся? – удивилась - Вы, ..ты, правда этого хочешь? - Ещё как хочу. Давно хочу, Анечка. - Давно? А как же? Разве это можно, преподавателю жениться на своей студентке? - А мы не будем никого спрашивать. Ты любишь меня? - Люблю! - А я тебя люблю! Не нужны любви ничьи позволения. Соглашайся, Анечка!? - Разве нам и так не хорошо? Я счастлива, а ты? - Я тоже счастлив, ты просто вернула меня к жизни. Но, можно же быть ещё счастливее, солнышко моё. Он снова стал целовать, приговаривая – Не надейся, я не замолчу, не перестану звать тебя замуж. Буду каждый день, каждую совместную минуту делать это, пока не согласишься. Соглашайся быстрее, Анечка. - А вдруг ты потом перестанешь меня целовать? Раздался смешок – Ты ещё устанешь от моих поцелуев, Анечка. Любимая моя. Это только начало, А что ждет тебя вперед-и-и? - Что? - Это я тебе потом, после свадьбы, расскажу и покажу. - Даже покажешь? - Угу! И сделаю всё, чтобы тебе понравилось. - А мне, можно тебя целовать? - Глупенькая. Не можно, а нужно. - Всегда? - Всю жизнь! – чмокнул в носик - Так, всё, хватит морочить мне голову! – сурово сдвинул брови – Быстро отвечай! Пойдешь за меня замуж!? Будущая невеста вздохнула: – Я боюсь тебя сердитого. - Анечка, родная моя! Прости. Обещаю, что это было в последний раз, … после того, как ты согласишься стать моей женой. - Ты, узурпатор и по-прежнему мучаешь меня. - Я тебя люблю. Очень, очень – он опустился на колени, обхватил талию и, отчаянно глядя снизу вверх, спросил: - Хочешь, я попрошу твоей руки у родителей официально? – вдруг вскочил, хлопнул себя по лбу – Постой, я совсем забыл – подхватил её на руки и, пинком ноги раскрыв дверь, понёс из кабинета.       Первое, что Анна увидела, это Лизины глаза-плошки с застывшей рукой, которую она отпустила от Полькиных косм, и изумленно широко раскрытый рот, растрепанной и поцарапанной Полины. Однако Корф не обратил на них никакого внимания, а понесся дальше по коридору с Анной на руках. Растерянная, она вцепилась ему в плечи, ничего не понимая и не решаясь что-либо предпринять или спросить. А внёс он её ни много, ни мало, в кабинет кафедры. Не глядя на, находившихся на кафедре, лаборантку Татьяну и преподавателей Шубина с Репниным, поднес к своему столу и усадил в кресло, чмокнул в губки, достал из стола небольшую мужскую сумку для документов и вынул из неё маленькую бархатную коробочку. Щелкнув крышкой, снова стал на колени и протянул Анне коробочку, в которой находилось умопомрачительной красоты колечко с большим бриллиантом: - Анечка, выходи за меня замуж?! Анна закрыла лицо руками и уткнулась ему в плечо. - Ты, согласна, Анечка? Она приподняла голову, прижалась щекой к его щеке и прошептала ему на ухо: - Я согласна, Владимир! КОНЕЦ