Vertigo

      Юнги закатил глаза, когда почувствовал вибрацию своего «одноразового» телефона через карман на левом бедре, парень посмотрел на сейф, который в настоящее время пытался открыть.       Нет, он не пытался, он был на пути к тому, чтобы сделать это. В этом есть разница. Если он пытался, это означало, что есть вероятность провала, чего не могло случиться, когда дело касалось Мин Юнги.       Не было такого кода, который не смог бы взломать скандально известный вор, не было такой двери, через которую он не смог бы пройти. Он плавным движением вытащил телефон из кармана и попытался открыть "мессенджер" одной рукой, все еще вертя маленькое колесико между пальцами, прислушиваясь к заветному щелчку, но ему пришлось сделать вынужденный перерыв, потому что его пальцы в перчатках продолжали скользить по кнопкам телефона. Раздраженно фыркнув, Юнги убрал руки от сейфа и сосредоточил все свое внимание на сером куске пластика в левой руке. Красный огонек мигал в нижней части крошечного дисплея, сообщая парню, что он получил сообщение. Юнги прищурился и нажал на первое уведомление, уже зная, кто мог его послать. «Завтра в назначенном месте, рано утром»       Выражение лица Юнги стало более зловещим, когда его глаза скользнули по короткой строке текста. Отлично, он явно не сможет заснуть. Парень удалил сообщение и открыл следующее после того, как телефон чуть не выскользнул из его рук.       «Только ценные документы, ценные вещи нам не нужны»       Теперь уже Юнги был возмущен. Как будто он оставит деньги, поданные ему на воображаемом золотом блюдечке. Джин должен был уже достаточно хорошо знать его.       Парень полностью выключил телефон, быстро подумав, почему он не сделал этого прежде, чем войти в здание. Он убрал мобильник обратно в карман, застегнул молнию и снова повернулся к стоящему перед ним сейфу, продолжая работать ловкими пальцами и навострёнными ушами.       Не прошло и минуты, как замок отворился с легким щелчком, Юнги торжествующе ухмыльнулся, с легкостью распахнув тяжелую дверцу и тихо присвистнув. Все отсеки были заполнены папками, каждая из которых была набита бумагой и, что больше всего интересовало Юнги, пачками желтых банкнот, аккуратно сложенных в нижнем углу.       Мин быстро оправился от своей «прелести» и открыл сумку, лежащую у его ног, быстро положил в нее все папки, а затем схватил и все деньги, которые он мог достать, прежде чем снова закрыть сейф и вернуть колесико в исходное положение, успешно заперев его.       Быстрый взгляд на большие часы, висевшие на стене, сказал Юнги, что у него есть около десяти минут, прежде чем устройство, которую он поставил на камеры наблюдения, остановится, сообщая полиции о его присутствии.       «Эти тупицы в униформе» - с горечью подумал он, выбегая из кабинета и закрывая за собой дверь, надеясь оставить как можно меньше следов. Юнги направился к лестнице, тихо проклиная тяжесть груза, который он нес на спине. Это было единственным минусом его работы, ему, вероятно, придется уйти на пенсию в возрасте тридцати лет, только потому, что его позвоночник не выдержал таких нагрузок, которые он должен был делать.       Юнги толкнул дверь плечом и быстро шагнул в образовавшееся отверстие, оглядываясь назад и наблюдая, как дверь закрывается со странным чувством удовлетворения. Через три лестничных пролета он снова вышел на лестничную клетку, направляясь к пожарной лестнице, расположенной в конце длинного коридора. Теперь Юн шел быстрее, довольный тем, что ковер заглушал звук его шагов. Ему не нужно было бояться, что его услышат, так как всё здание было пусто, а о сигнализации позаботился сам парень, но абсолютная тишина была чем-то священным для Юнги, и ему было не по себе, нарушая ее.       Парень был благодарен за то, что коридор был достаточно рельефен, потому что, не смотря на то, что Юнги уже проходил этот маршрут, когда шел к сейфу, было трудно ориентироваться в темноте, которая только освещалась светом фонарика Юнги и редкими полосками света, падающими через окна.       "Хватит и трех минут, чтобы покинуть это место так, чтобы никто не заметил", - предположил он. - "Или, по крайней мере, пока кто-то не решит проверить сейф".       Вскоре парень добрался до конца коридора и с недовольством поставил свою сумку на пол, открыв окно несколькими отработанными движениями, а затем не спеша, распахивая его, с усмешкой на губах.       Это было слишком просто.       Юнги схватил свою сумку, перекинул ее через плечо и с тихим скрипом проскользнул через образовавшуюся щель на пожарную лестницу, закрыв за собой окно. Он остановился на секунду, а затем начал подниматься вверх, внезапно почувствовав жажду высоты так же, как другие жаждут сигарету, зажатую между пальцами после тяжелого рабочего дня. Он знал, что у него достаточно времени, ведь полиция всегда прибывает тогда, когда тень Юнги просто исчезает в узких переулках Сеула, когда его фигура уже поглощена темнотой, которую город, казалось, испускал в определенных местах, окрашивая тени в угольно-черный.       Ступени скрипели под ногами Юнги, звуки почти сразу же растворились в пронзающих бризах ветра.       Он был высоко, пятнадцать, может быть, двадцать этажей над бетонной землёй.       Усмехнувшись, Юнги добрался до крыши, цепляясь руками за цемент в поисках чего-нибудь, за что можно было бы ухватиться, что дало бы ему опору. С пыхтением он перелез через границу и снял свою сумку, чтобы идти свободно. Он машинально потянулся к тонкому серебряному кольцу, украшавшему его левую руку, медленно накручивая его на палец, пока шел по плоской крыше, глубоко задумавшись.       Юнги всегда любил крыши, и чем выше, тем лучше. Порыв, который он испытал, стоя прямо на краю, когда кончики его ботинок свисали над пропастью, не имел себе равных. Он вытянул руки и смотрел в небо, тихий голос в голове подталкивал его поддаться вперед, потерять равновесие и упасть.       Но он так и не сделал этого, просто сев и болтая ногами наблюдая за красными и белыми огнями машин внизу. Он восхищался тем, как с его высоты все люди казались маленькими, словно муравьишки. Иногда он вел себя так, будто мог раздавить их одним движением ноги, представляя, как им страшно, когда над ними возвышается великан - Сеульский воришка.       Именно по этой причине он любил крыши, чувство абсолютной непобедимости, прилив силы, который он ощущал, силу ветра, сдувающего волосы с его лица и заставляющего его одежду развеваться, и конечно успокаивающую тишину, окружающую его.       Слабый звук сирен вывел Юнги из состояния эйфории заставив снова посмотреть вниз на дорогу, где остановились три машин, из которых торопливо выходили офицеры, синий и красный свет автомобилей освещал высокие здания, выстроившиеся вдоль улицы.       Парень раздраженно прищурился, готовый встать и отойти от края, когда увидел его, заставив Юнги замереть на месте.       Мужчина, вышедший из подъехавшей машины, легким движением руки смахнул прядь каштановых волос, ясно увидев Юнги.       В большинстве случаев люди просто сливались в одну серую массу под его томным взглядом, но этот парень сумел привлечь внимание Мина.       Пак Чимин. Лучший частный детектив Кореи.       Юнги иногда жалел, что нет такого правила, которое не позволяло бы людям обладать как талантом, так и внешностью, потому что Чимин определенно был с двумя этими чертами.       Упомянутый ранее детектив начал пробираться к входу в здание, заставляя Юнги еще больше наклониться вперёд. Ветер приносил слезы его глазам, поэтому ему периодически нужно их смаргивать. - Черт, - едва слышно произнес он, зажмурившись, но когда парень снова открыл глаза, он увидел, что Пак Чимин смотрит прямо на него, запрокинув голову, чтобы посмотреть на крышу. Юнги уверен, что тот смог увидеть его глаза, но знал, что это невозможно.       Юнги был полностью одет в черный лук, и крыша не была достаточно освещена, чтобы Пак мог его заметить, но тогда почему он все еще смотрел, крича что-то людям, стоящим позади него?       Юнги снова выругался и как можно быстрее поднялся с края, осматривая глазами крышу, пока не заметил свои вещи там, где оставил их. Он одним махом накинул на себя сумку и начал спускаться как можно быстрее, скорчиваясь, каждый раз, когда его ноги слишком громко касались пола. Он был уже практически на первом этаже, когда сверху раздался грохот, его голова мгновенно повернулась в ту сторону, откуда донесся звук, и он увидел фигуру, ступившую на пожарную лестницу через то же самое окно, которое он использовал ранее.       Человек сделал шаг вперед и оказался в сияющих огнях Сеула, очертания его лица резко выделялись на свету...неземной.       Юнги снова выругался.       Конечно же, это сам, чертов Пак Чимин.