Путы

      За окном во всю шёл дождь; Рин уснула в библиотеке за книгами, сливаясь с мраком комнаты. Маленький белый шарик света пролетел между полками с книгами; характер его перемещения был похож на насекомое. Существо долетело до ближайшего окна и маячило перед лицом спящей Камуи, которая проснулась чуть позже от мешающего света. — Что ты такое? — тихо спросила оборотень, смотря на летающий сгусток света. По его движениям розовоглазая поняла, что тот хочет вылететь в окно. Открыв форточку, выпуская существо, Ночь смотрела на «светлячка», который, казалось, звал за собой. Волчица спустилась на улицу, накинув чёрный плащ, в котором пришла в этот мир, и посмотрела на огонёк, который неторопливо направлялся в лес, будто не замечая дождя. Особа решила пойти за ним, придерживая мокрые ветви деревьев, чтобы они не ударили её по лицу. Странно, но она не чувствовала, что он может причинить вред, наоборот, Рин была спокойна. — Что ты хочешь мне показать? — спросила брюнетка, а потом остановилась, когда светлячок перестал лететь. Она слышала тихий голос в голосе, который с ней говорил и просил идти за ней. Волчица облегчённо улыбнулась и протянула руку шарику света, — Спасибо. Накинув капюшон поглубже на голову, Ночь направилась к большой ели и оглянулась, посмотрев на существо, после чего сделала ещё пару шагов вперёд и осмотрелась. Лес. Её родной лес. Камуи радостно закричала и побежала в сторону города. Дома. Она снова дома.

***

— Ублюдок! — брюнетка вне себя от злости. Она устроила погром в кабинете отца, и сейчас бывший вожак лежит на столе, а его горло сжимает бледная женская ладонь, — Да как ты посмел?! В её глазах ненависть, отвращение к этому человеку, а он наоборот ухмыляется, показывая белые зубы, которые испачкались в его крови. — Ну что сказать, Рин, таковы правила, — мужчина закашлялся, когда Камуи надавила сильней на его шею, — Зато ты лучшая замена меня. — Мне противно, что во мне слишком много твоих генов! Она стиснула зубы, смотря прямо в глаза этому монстру. Лучше бы она умерла, но не была его дочерью. — Или же я ошибся и ты такая же слабая, как твоя мамочка? — мужчина издевался над ней, но никто из стаи не смел вмешиваться в их разборки. — Ответишь за всё, что сделал, — прорычала особа, убирая руки с его шею и вгрызаясь в неё острыми зубами. Мужчина пытался отбиться, оттолкнуть от себя Ночь, но сейчас она была сильней и слышала хруст ломающихся шейных позвонков. Всё её лицо было в крови человека, который был её отцом, но жалости не было, только ненависть.

      Жёсткие порядки в стае, которые установил отец, Рин смогла смягчить. Первым делом она изгнала тех, кто не стеснялся выполнять самые грязные поручения вожака и спали потом спокойно; её мучители разделили судьбу изгнанных. Теперь больных щенков не оставляли на милость природы, а старались их вылечить, если такое вообще было возможно; молодые самцы не проходили жестокий отбор, когда слабый умирал от зубов лучшего друга. Камуи действительно заняла место своего отца, но теперь действовала сама, а не по указке; некоторые старые волки даже называли её «Мудрая», хотя особого дела до стаи ей не было. Своей «левой» и «правой» рукой Ночь сделала братьев — старший Демьян и младший Джонатан. Парни ходили за сестрой и параллельно выполняли обычную роль охотников.       Однажды вечером, собравшись у костра, розовоглазая, попивая кофе, долго молчала, вслушиваясь в разговор «глав» стаи. Пожилой советник рассказывал давнюю историю о каком — то походе, мужчина со шрамом на лице, который учит молодняк охотиться, скрестив руки на груди, ухмылялся, Демьян слушал, смотря на пламя огня, а Джонатан просто восхищался от рассказываемой истории. — Ты чего такая хмурая? — спросил Демьян и посмотрел на Рин. — Позволите сказать? — скорей из приличия спросила волчица. Заметив согласное кивание окружающих её мужчин, брюнетка посмотрела в глаза брата, — Я передаю тебе титул вожака. Все были удивлены, но не смели перечить ей. — Послезавтра я уйду. Не идите за мной.