Культовая Программа

Этой ночью Лоуренс Джонсон не спал. Он думал о Фишере. Они были лучшими друзьями. Вся школа завидовала их сплочённости. Они всегда вместе, помогают друг другу и поддерживают друг друга. После сегодняшнего откровенного разговора с Тоддом Лар начал смотреть на эту ситуацию под другим углом. А вдруг они созданы друг для друга? Не в плане романтичесого партнёрства, а в плане дружбы? Джонсон сильный, находчивый, надёжный. А Сал худенький, тоже остроумный, но слабый морально. В день, когда с Фишера слетел протез и Ларри увидел, какое изуродованое лицо у его друга, он понял, что имел Сал ввиду, когда говорил, что все боялись его. Да, Лоуренс сначала был жутко напуган — это было очень необычно. Да, именно необычно. Не у каждого такое… Уникальное лицо. В тот день Салливан поведал Джонсону истории, как от него отворачивались все друзья, которые только могли быть. Он в них верил, а они поступали так подло. Ларри долго думал над тем, что увидел и узнал. Джонсон был напуган безответственностью этих «хуйзей», как прозвал их Джонсон. И в тот же вечер Лоуренс сказал Фишеру всё в лицо.  — Братан. Ты самый сильный человек, которого я встречал. Ты выстоял всё, но ситуации бывают разные. Я… Хочу помогать тебе в дальнейшем. Ты не против? Джонсон оставил друга в одиночестве, наедине со своими мыслями. И через несколько минут Фишер прибежал к другу в подвал и чуть ли не расцеловал его за такую поддержку. Тревис был типичным мудаком. К нему лезли девушки, он пользовался этим и ставил в неудобное положение Сала и Ларри. От Фишера девки и так шарахались, а Ларри раньше был обожаем ими. После того, как Фелпс распустил слух о том, что Ларри и Сал «пидорасы», все сразу начали замечать белобрысого хулигана. Не оставалось никаких сомнений, что Тревис причастен к культу. От одной только мысли о том, что этот идиот может навредить кому-нибудь из окружения Ларри, у Джонсона сжимались кулаки. Сал неровно дышал, вертел головой и ворочался в своём неспокойном сне. Тодд сидел на кухне и носил Ларри успокоительное. А Ларри сидел в гостиной и смотрел ТВ. Новости о терактах не успокаивали Джонсона, тем более в три часа ночи, поэтому он переключил канал. На следующем показывали «Симпсонов», там была какая-то страшная серия. На другом канале показывали триллер про убийцу, который приносил Сатане своих жертв и пытался приворожить таким образом свою любовь.  — Можем посмотреть, — предложил Моррисон, присаживаясь радом с другом и протягиваю ему стакан со снотворным. — Через пятнадцать минут будет четыре. Выпей, должно помочь.  — Спасибо за информацию, — парень ухмыльнулся и залпом опустошил стакан.  — Обращайся. Посмотреть фильм им не удалось — Моррисон не выдержал всей этой давки и вырубился, упав на Ларри.  — Эх, ботаник, ботан, — сказал Джонсон и зевнул. — И мне поспать, что ли? Парень потянулся, уложил рыжего поудобнее и, выключив телевизор, ушёл в комнату к своему многострадатьному другу. Сал снова был горячим, поэтому пришлось его разбудить, чтобы дать ещё таблетку. Он включил светильник на комоде с препаратами.  — Сори, братан, но надо проснуться! — Лоуренс стянул одеяло с друга и снял с него майку. От внешнего воздействия Фишер начал жмуриться и отмахиваться.  — Л-Ларри? — Салли проснулся и потёр глаза.  — Тебе надо выпить таблетку, чел. Потом поспишь.  — Хорошо. Дай еще от головы.  — Как скажешь, — пробормотал Джонсон, вытаскивая из блистерной упаковки таблетки. Он протянул Салу колеса вместе с водой в бутылке. — Запей, они мерзкие. Парень проглотил обе за раз. Бутылка неприятно затрещала, когда Салливан начал выпивать жидкость из неё.  — Спасибо, — прохрипел Фишер, отдал воду другу и начал кашлять.  — Горло болит?  — Немного, — ответил Сал, укутываясь в одеяло.  — А теперь — спи, — сказал Джонсон, подходя к двери.  — Лар?  — А?  — Ты спать?  — Да, чел. Завтра к врачу поедем с тобой. Сал сел в кровати и посмотрел одним глазом на друга.  — Мне страшно… Не уходи в подвал.  — Хорошо, тогда я пойду в другую комнату. Со стороны парня послышался всхлип. Джонсон развернулся.  — Чувак, ты чего?  — Я не хочу… не хочу…  — Что ты не хочешь? -…не хочу, чтоб с тобой что-то произошло. Ларри покачал головой, улыбнулся и подошёл к Фишеру.  — И я не хочу, чтобы ты куда-то вляпался, — хмыкнул патлатый и сел рядом с приятелем. — Ну, чел, не плачь. Ты сильный! Я рядом, если что-то не так. Я ведь прав? — Лар нежно улыбнулся и приобнял за плечи парня. Салливан вжался в друга и сказал:  — Ты прав. Джонсон решил промолчать на это. Синеволосый друг всё ещё хныкал, но выглядел он получше, чем несколько минут назад. Вскоре он заснул, Лоуренс укрыл его одеялом и ушёл, в комнату Генри Фишера, чтобы хоть как-то поспать. * Будильник на тумбе, что стояла около кровати, сработал около девяти утра. Джонсон не выспался, поэтому он с рёвом выключил его. Надев майку, которую успел снять перед тем, как провалился в сон, он вышел в коридор, направляясь на кухню. Моррисон уже не спал и стоял около тостера. На столе стоял чайник с заваркой, миска с кашей, упаковка масла и три чашки. Тодд обратил внимание на Ларри.  — Я уже думал будить тебя. Завтрак готов, — сообщил он, дергаясь от щелчка аппарата. Два ломтика хлеба вылетели из отверстий и чуть подпрыгнули. Рыжий выдергнул провод из розетки и перевернул тостер над тарелкой, где лежали другие хлебцы.  — Сал спит? — с зевком потянулся Ларри.  — Нет, он в ванной. Мы уже сходили к врачу, пока ты спал, — Тодд поправил очки и поставил тарелку с хлебом на стол. — Врач сказал, что у него сложная форма простуды. Проще говоря, осложнение.  — Проще говоря — ангина. В двери показалось тело Фишера. Сал был в протезе и какой-то широкой одежде. Волосы спускались волнами на плечи.  — Доброе утро. Как врач? — Ларри улыбнулся. Тодд не одобрительно цокнул.  — Салли, тебе сказали не носить протез… -… Тодд, не кипишуй.  — Сними, выздоровишь быстрее.  — Ладно, только в обморок не грохнитесь. Крепление щёлкнуло и керамика оказалась в руках парня. Теперь парни поняли, почему Фишер их предупредил.  — Надеть? — кровь с шрама начала капать на широкую майку и ткань окрасила в ярко алый цвет.  — Воу-воу! Рана открылась, чел! Когда ты обрабатывал? — спросил Джонсон.  — Доктор тупой попался, начал гной из ран выгонять. Навыгнял, как видишь, теперь заживать долго будет, если вообще заживёт, — пояснил Моррисон, усаживаясь на стул. — Садитесь. Парни сели за стол. Сал с трудом открывал рот, боясь еще больше разорвать ранки на губах. Каша уходила очень медленно. Ларри посматривал на друга обеспокоенно. Тодд тоже волновался. Чертыхнувщись, Фишер решил открыть рот широко.  — Я не думаю, что это хорошая идея… — начал было Тодд, но было поздно. Кровь брызгнула мелкими каплями на скатерть и кашу. Салли крикнул от боли, тут же закрыл рот и прикрыл нижнюю часть лица ладонями, выронив ложку на пол.  — Чёрт, как же больно! — пробормотал он, вставая и уходя в ванную комнату. Дверь громко хлопнула за Салом.  — Чел, стой! — крикнул Джонсон и, уронив стул под собой, побежал за другом.  — Не заходи! — приглушённо крикнул Сал, запирая дверь на щеколду.  — Ларри, успокойся, ему надо побыть одному. Ты не поможешь ему в данной ситуации, — монотонно, но с каплей горечи сказал Моррисон.  — Но Тодд!..  — Сядь, — приказным голосом сказал рыжий парень. Ларри вздохнул, сдал кулаки и направился к столу. Он поднял стул, сел на него и выпил горячий чай. Сал не выходил полчаса.