Scar in heart of

      В одном из коноховских приютов наступил подъем и большинство детей побежали умываться, а после спешили на завтрак. Другие же дети старались профилонить ещё немного времени в кровати, но были и те, кто отличались. Шестилетняя девочка спать и вовсе не ложилась, смотря в окно в надежде на то, что её отец вернется. Несколько дней назад, она выпытала у воспитательницы где её семья, та сказала, что у неё был отец, но он не вернулся с войны, которая была четыре года назад, так же его тело не было найдено и это вселяло в девочку толику надежды, что когда-нибудь её заберут из приюта и она не будет так одинока. — Мизуки! — голос воспитательницы разнёсся по всей комнате, от чего девочка подпрыгнула и начала притворяться сонной, чтобы не получить нагоняй за бессонницу. — Юки-сан, — девочка быстро сделала поклон и испуганно посмотрела на воспитательницу. К слову, эта женщина не была злой или доброй, ко всем она была нейтральна, но справедлива. — Завтракай быстрее, тебя хотят навестить, возможно и забрать, если ты понравишься. — Юки начала застилать постель Мизуки и толкать ту к выходу, в надежде, что девочка обретёт семью. Хоть Юки и была нейтральной, но за каждого своего воспитанника она отдельно переживала и надеялась на лучшее. Заправив выбившуюся прядь каштановых волос, она начала осматривать комнату и подгонять остальных сонь к завтраку. Девочка растерявшись по инерции пошла в ванную умываться, потирая глаза. Она и вправду захотела спать, но единственное, о чем она думала, так это о том, кто решил навестить её скромную персону. Насколько ей известно, никаких родственников кроме отца, у неё не было, а будь это отец, то Юки-сан сообщила бы ей об этом.

***

      В плохо освещённом помещение стоял старик, его глаз и часть головы скрывали бинты, как и одну из рук, а на подбородке виднелся крестообразный шрам. Темные волосы мужчины ещё не были седыми, но давно утратили блеск и казались серыми и ломкими. — Данзо-сама, — один из АНБУ Корня вежливо поклонился и передал папку в руки старика, при слабом освещении можно было разглядеть на нём маску медведя. — Она точно его дочь? — голос старика был отстранённым и сиплым. — Да, сомнений нет. Она и внешностью похожа на Учих и тот днк-тест с недавно найденными костями предполагаемого Миноро Учихи, подтвердил их родство. — юноша с интересом смотрел на Данзо, который листал папку в руках с досье девочки. — Где нашли его тело? — напряженно спросил Шимура, закрыв папку. — Как и предполагалось, он погиб на третьей мировой войне шиноби, тело нашли на развалинах моста Канаби. — Какой арсенал у него нашли? — старик напрягся, смотря на выражение его лица, можно было заметить мрачное недовольство. — Стандартный арсенал шиноби, то, что было вам нужно, не нашли. — Парень слегка замешкался, он не любил огорчать своего наставника. — Её мать безклановая? — Шимуру интересовало лишь это, в глубине души он надеялся, что её мать из интересного клана с особыми способностями, но он понимал, что ему не может так везти. — Да, фамилия у неё тоже от матери, та умерла после родов, не успев выйти замуж за Миноро Учиху. Данзо решил, что это лучший исход. Девчонка теоретически считается безклановой, поэтому Учихи не вступятся за неё, если узнают, что она воспитанница Корня. — Можешь идти за девчонкой. — произнес Данзо, вновь изучая папку. Его затея ему самому казалась сомнительной, но других вариантов у него не было, к тому же и смерть Миноро Учихи подтвердилась, поэтому Данзо придется хорошо поработать для получения того, чего он желал. Единственное решение которое он придумал, если план провалиться и девчонка окажется бестолочью, то это устранить её.

***

      Коноховский приют ничем не отличался от привычных зданий, единственное, что указывало на заведение – это табличка и детская площадка на территории приюта. Детей во дворе не было, все были в столовой и большинство старались не прикасаться к каше, но объедались рисовыми лепешками и шариками. Мизуки кусок в горло не лез, она слишком волновалась из-за предстоящей встречи с неизвестным человеком. За это время она успела надумать себе, что за ней явился кто-то из её родственников или хороших друзей отца и приютит на время, пока её как считала Мизуки, безответственный родитель не вернётся. Дошло даже до мечты, что через год она пойдет в академию, ведь если её отец был на войне, значит, он шиноби, а если и он шиноби, то и она должна быть им. А если я им не понравлюсь? — эта мысль засела в голове сироты, словно репейник. Но продолжить свои размышления ей помешал голос воспитательницы, что позвал её на так называемые смотрины. Перед Мизуки предстал человек с русыми волосами, карими глазами и в форме шиноби, девочка не смогла определить кто он по должности, потому что книг о шиноби толком не было в приюте, лишь сказки про какого-нибудь выдуманного персонажа, который бился с честью и всех спас. Возрастом он был около двадцати пяти лет. — Меня зовут Яруно Сцугаки, — представился мужчина именем, которое ему дал Данзо для этой миссии. — Я пришел тебя удочерить. Так называемый Яруно заметил краем глаза уход воспитательницы и внимательно осмотрел девочку, поражаясь, что несмотря на то, что она полукровка, но внешность у неё чисто Учиховская. Пока что детские, пухлые щеки соответствующие возрасту не прошли, но он отчётливо видел, что когда Мизуки станет старше, то её скулы станут острее, а взгляд – более холодным. — Вы кто-то из моих дальних родственников? — девочка недоверчиво присмотрелась к шиноби, по внешности она определила, что если он и родственник, то очень дальний. — Нет, я бы хотел взять тебя воспитанницей в определенную школу, где учат искусству шиноби, даже быстрее, чем в академии. — Это был не первый раз, когда Яруно брал воспитанников для Данзо, он приобрел небольшой опыт, зная, как заинтересовать ребенка. Ему оставалось лишь чуть-чуть надавить, внушить мечту становления шиноби и девочка не просто пойдет с ним, а сама начнет мечтать быть ниндзя. — Ты хотела бы когда-нибудь стать куноичи? — Да, — Мизуки не сомневаясь ни на секунду ответила. Так же она решила, что если станет шиноби, то сама сможет найти отца, а не терять время в этом приюте мечтая о его возвращении. — Получается, я не буду посещать академию? — Да, но ты быстрее освоишь азы шиноби, чем в академии. Затем, будет более сложное обучение и всё будет зависеть от твоего упорства, а также желания охранять деревню. Завтра я приду за тобой в полдень, все вещи тебе выдадут, но можешь взять с собой некоторые. — Хорошо, — девочка быстро согласилась и сделав поклон, удалилась. этот человек не сильно внушал ей доверие. Как и большинству сирот, Мизуки было сложно поверить кому-либо, но мечта найти отца буквально затмевала ей разум. Смотря на свою любимую игрушку, о появлении которой девочка не помнила, она решила, что точно заберёт с собой этого плюшевого зайца. В конце концов он пережил с ней многое, включая нападение девятихвостого лиса на деревню, именно эту игрушку девочка прижимала в убежище и именно с этой игрушкой её нашел отряд шиноби во время третьей мировой войны.

***

      Будучи очень горд за старшего сына Фугаку-сан решил сделать ему презент, в качестве его любимых шариков данго, которые продавались на центральной площади. Не каждый день узнаешь, что твой ребенок окончил академию, отучившись там лишь год. Осматривая центр, в Фугаку кольнула доля обиды и ненависти к себе и действующей власти. Уже почти два года прошло, как квартал клана переместили на окраину деревни, но больше Фугаку огорчало то, что он как глава клана позволил этому случиться. Погрузившись в свои мысли, он едва заметил, как в него врезалась девочка лет шести. Осмотрев её внешность и пропустив мимо ушей её извинения, он строго спросил: — Почему ты за территорией клана? Фугаку подумал, что это ребенок из его клана, который потерялся. В особенности он так подумал из-за её внешности, а именно из-за черных как смоль волос и черных ониксовых глаз. — Я безклановая, — тихо ответила девочка, потирая слезы, которые она проливала последние полчаса, как поняла, что потерялась. — Я не заметила, как покинула территорию приюта и потерялась. Тяжело вздохнув, но не держа зла на девочку Фугаку Учиха посмотрел на неё добрым взглядом. Он ведь и позабыл, что дети возраста Итачи — дети. Ему старший сын всегда казался разумным и внимательным, поэтому с Итачи таких историй не приключилось никогда. — Мы тебя проводим, приют рядом. — Голос Фугаку был спокойным, в конце концов, это малая часть работы капитана полиции, помогать гражданским – это его долг и на это он давал присягу. Итачи посмотрев, на девочку отметил, что она чуть-чуть младше его самого. — Я сейчас зайду в магазин, а вы оба ждите тут. — Спасибо, — утерев остатки слез, сказала девочка посмотрев вслед удаляющегося мужчины. Итачи посмотрел на Мизуки и решил познакомиться, ведь его всегда учили быть вежливым. Итачи понял, что отец оставил их здесь, чтобы он присмотрел за ней, вдруг снова потеряется. — Меня зовут Итачи Учиха, — представился мальчик, ожидая ответной реакции. — Мизуки Юкине, — в ответ сказала девочка и они поклонились друг другу. После этого Фугаку почти сразу вышел и они втроём направились в сторону того приюта. Когда они почти к нему подошли, Фугаку угостил девочку палочкой данго и поблагодарив за всё, девочка направилась в сторону ворот здания, но после обернувшись сказала: — До встречи, Итачи!