Идеальный... кроган?

      «Вот и конец», — произнёс про себя Оуэн Шепард, чувствуя, как потерявшее вес тело отрывается от земли.       К наседавшим на него пиратам подошло подкрепление, и это был отнюдь не сброд. Несколько солдат, ополченцев и полицейских сражавшихся подле него погибли за считанные минуты. Он продержался дольше, и сумел ещё немного сократить ряды бойцов какой-то матёрой банды, состоящей из азари, но силы были слишком не равны.       Пойманный в поле «сингулярности», Шепард, напрягая последние силы, извернулся, отталкиваясь от захваченных гравитационным полем обломков, и вдарил по ближайшей противнице последним оставшимся «оглушающим выстрелом». И без того просаженный щит азари не выдержал, после чего длинная очередь, до перегрева оружия, изрешетила её.       В последние мгновения жизни, молодой офицер неотрывно смотрел на то, как мёртвое тело синекожей оседает на землю, а потому не видел, как запущенная одной из бандиток «деформация» столкнулась с «сингулярностью». Обезболивающее, введённое автодоктором брони, всё ещё действовало, и несостоявшийся герой Элизиума почти не почувствовал боли от того, как биотический взрыв уничтожил его тело.

***

      Религиозных людей в двадцать втором столетии осталось немного, и, потому, Шепард был изрядно удивлён, осознав себя находящимся в чём-то, по ощущениям сравнимым с материнской утробой.       Неужели это реинкарнация? Чего только не бывает в этой неизведанной Вселенной… Десантник был глух и слеп, тело ощущалось слаборазвитым комочком плоти, а вокруг была разлита такая приятная теплота, что измотанный боями мужчина не долго сопротивлялся желанию заснуть.

***

      Неизвестно сколько времени Шепард провёл в состоянии поочерёдно сменяющейся дремоты и сна.       Его разбудил глубокий и властный голос. И этот голос объявил ему что он кроган.       С этого заявления начались процедуры обучения Шепарда, растущего внутри инкубатора.

***

— Удачи кэп. Держу за тебя кулаки, — донеслось по громкой связи. — Спасибо, Джокер, — кивнул Шепард в сторону маленького объектива камеры. — Группа прикрытия в полной боевой готовности, — зазвучал синтетический голос. — не смотря на это, не теряйте бдительности, капитан. — Теперь я спокоен, СУЗИ, — хмыкнул мужчина. — Начинай процедуру извлечения.       С лёгким волнением, скрытым за маской уверенности, Спектр наблюдал за понижением уровня жидкости в инкубаторе. Скоро ему понадобятся все его навыки убеждения, и всё ради призрачного шанса заполучить в отряд «идеального крогана» вождя Окира.       Шепард не был наивен: высока вероятность что это детище генной инженерии может оказаться слишком агрессивным или неадекватным, не обученным ничему полезному и, возможно, нежизнеспособным, что поставит крест на его кандидатуре. Но попробовать стоило, какой бы опасной не была бы попытка вербовки этого существа.       Мрачные перспективы грядущего, заставляли принимать столь рискованные решения. Коллекционеры — могущественный враг, Цербер — опасный союзник, а Жнецы приближаются…       За этими размышлениями жидкость была окончательно откачана, оболочка из толстого стекла отъехала в сторону, выпуская уже очнувшегося крогана. Тот едва ли не выпал из капсулы, сотрясаясь от кашля, и незамедлительно принялся отхаркивать остатки питательного раствора, стоя на полусогнутых ногах. И, при этом, не забывал украдкой поглядывать на капитана.       Знакомый с мимикой иных рас, Шепард отметил на лице и во взгляде лабораторного крогана возникновение неподдельного удивления. Оно было легко объяснимым, учитывая его положение.       Кашель прекратился, и «сын» Окира встал во весь рост перед ним. Вопреки многим прогнозам, молодой, но уже развитый и внушительный кроган не спешил нападать, а демонстрировал внимание. Тем лучше. Значит, пора начинать разговор. — Здравствуй, ты понимаешь меня? — заговорил капитан, уни-инструмент немедленно перевёл и озвучил его слова на кроганском.

***

      Шепард не так представлял себе извлечение из инкубатора. Вместо лаборатории он оказался в грузовом отсеке, пусть и явно приличного корабля. А вместо Окира и других учёных, которые просто обязаны были быть рядом с «отцом», перед ним стоял лишь один… человек.       И этот человек просто не мог быть учёным. Наоборот, он был военным. На это перерожденному указывали его внешность, телосложение, поза и взгляд. Один солдат другого всегда распознает.       А его лицо… Оно было подозрительно знакомо Шепарду, до сих пор не забывшему своего собственного, благодаря особым тренингам офицеров десанта. Эта форма лица и головы, характер растительности на ней, глаза… Мужчина напротив мог бы считаться его родным братом, старшим братом… Но брата у Оуэна Шепарда никогда не было.       За время, проведённое в инкубаторе и произошедшую смену расовой принадлежности, Шепард несколько разучился владеть лицом и буквально физически ощущал, что сейчас его новая физиономия выражает удивление и растерянность. Правда, ничего плохого в этом не было, его реакцию можно объяснить, не вызывая подозрений.       Тем более, что мужчина напротив тоже не смог скрыть лёгкого удивления. Он, вероятно, ожидал от него агрессии. Напрасно. Очевидно Шепард уже не у Окира, что-то явно случилось, но те, кто завладел его инкубационной камерой, настроены вполне дружелюбно раз открыли её в таких условиях.       Это идёт им в плюс, как и то, что меры предосторожности всё же были соблюдены. Его переговорщик явно опытный боец, с уни-инструментом и возможным спрятанным оружием, он вполне сможет дать отпор безоружному и голому крогану. А если он ещё и биотик? Плюс за ними обоими наблюдают несколько камер, да и за дверью просто обязана ждать подмога.       Они доброжелательны, но не беспечны. Это радует. — Здравствуй, ты понимаешь меня? — заговорил с ним человеческий офицер. Шепард был достаточно наблюдателен для понимания, что этот человек занимает явно не последнюю должность на корабле. Люди низкого звания так себя не держат. Понять больше, по этой безликой форме без знаков отличия, пока было нельзя.       Долго молчать не стоило, и Шепард взялся отвечать. — Понимаю, — ответил он на кроганском, медленно произнося слоги, и вслушиваясь в звуки собственного голоса. Всё же это его первые слова в новом теле, и он хотел бы запомнить этот момент. — И приветствую.       Молодой десантник посчитал что в фигуре его собеседника слегка поубавилось напряжения, а выражение лица стало чуть добрее. Понятное дело, всегда приятно общаться с тем, кто идёт на контакт, а не лезет драться. — Я заметил, что тебя смутили обстоятельства твоего выхода из капсулы, я готов объяснить тебе это, — участливо произнёс офицер. — Да… — честно согласился Шепард, — Я ожидал увидеть Окира и его помощников. — Враг помешал вашей встрече, — с осторожностью проговорил человек, явно не желая провоцировать собеседника. — Я представляю и вовсе третью сторону. В некотором роде Окир завещал тебя нам… Я докажу тебе это.       Офицер поднял руку и нажал несколько клавиш на активированном уни-инструменте. Помещение трюма наполнилось звуком знакомого голоса «отца».       «Ты дал мне время, Шепард. Если бы я знал, зачем люди нужны Коллекционерам я бы сказал тебе… Всё заключено в моём прототипе. Моё наследие безупречно. Этот… солдат. Он совершен.» — прослушав запись, Шепард с большим трудом совладал с собой. Эта фамилия… И это сходство с человеком напротив… Странных совпадений пока слишком много.       Ну, а тяжелый голос умирающего Окира только подтвердил его предположение о том, что создатель больше не властен над ним. Старый кроган не мог продать или передать кому-то детище всей свой жизни, его могли отобрать только силой, только через его труп. Так или иначе, именно это и произошло. — Понятно, — гулко отозвался десантник. — Запись с чужого уни-инструмента — плохое доказательство. Но мне нравится, что ты хочешь договориться.       А вот здесь вступали в дело заготовки Шепарда на то, как он должен был вести себя после освобождения из инкубатора. Аудиозаписи и образы, транслируемые в его мозг, учили Шепарда быть настоящим кроганом по духу, и давали установки на то что он особенный — сильный, умный и уже с рождения достойный стоять выше других. Хоть десантник и был волевой, сформированной личностью, но всё же был вынужден воспринимать их. Вдобавок, ему было неизвестно насколько много его новым… знакомым известно о нём. Если они знают, в каком духе его воспитывал Окир, то не следует их разочаровывать. Если же нет, ему хотя бы частично следует вести себя так, как от него ожидают. — Спасибо, — улыбнулся ему человек. — Ты можешь получить больше сведений и доказательств позже. Но нам пора бы познакомиться. Джон Шепард — капитан судна Нормандия SR-2, к твоим услугам, — веско произнёс офицер, выпрямившись по-военному. Выглядело это солидно. А ещё движения капитана Шепарда напомнили Шепарду-крогану о вооружённых силах Альянса Систем. — Капитан приветствует меня первым? — откликнулся Оуэн, давая полную волю чувству собственной важности, которое сейчас было как нельзя кстати. — Какая честь. Но я не могу назвать тебе своё имя. У меня его нет. Но ты ведь и так обо мне знаешь… — Не так много, — отрицательно помотал головой капитан корабля. — Окир давно готовился к противостоянию с Синими Светилами. Когда началась заварушка, хитрец запустил в системы лаборатории вирус, стирающий данные и позаботился о гибели большей части своих подчинённых. А после сам погиб от рук наёмников. В итоге остался только ты — его творение… Знаешь, он очень волновался о твоей безопасности.       Это звучало как хорошая новость. Но расслабляться всё равно не стоило. — Понятно… Так для чего ты выпустил меня? — осведомился перерожденный. — Это как-то связано с теми Коллекционерами?       Упоминание последних могло практически не иметь связи с самим Оуэном, но десантник нутром чувствовал здесь некую тайну, а потому решился спросить. От крогана из инкубатора навряд ли ждут особой осведомлённости и даже адекватности, а вот любопытство будет нормой. — Связано, — посерьёзнел Джон. — Коллекционеры — таинственная и технически продвинутая инопланетная раса. Некоторое время назад они начали массово похищать жителей независимых человеческих колоний. Задача моей команды — помочь пресечь эти похищения раз и навсегда, — секунду помолчав, капитан Шепард добавил. — Для этой задачи мне нужны умелые бойцы с пониманием ситуации и рисков, а потому насильно я никого не вербую. Если захочешь, отпущу тебя.       Вот так дела… Коллекционеры — ужастик, из разряда баек о «таинственной и жестокой галактике», услышанный им ещё в училище здесь оказался вполне реален. И этот Шепард противостоит ему. Нужно было узнать больше. — А ты добряк, — дружелюбно оскалился Оуэн, желая проверить одну догадку. — Ты не похож на военного. Вернее, очень похож, но мои чувства говорят, что это не так. Ты представляешь какое-то государство? — Нет, — ответили ему, не колеблясь ни секунды.       И в самом деле… Независимые человеческие колонии вне юрисдикции Альянса и кого-либо ещё. Многие из них расположены в Терминусе. А в этом регионе космоса мало того что чертовски опасно, так ещё и со взаимовыручкой дела обстоят из рук вон плохо. Вступиться за этих людей просто некому. — Ты мстишь этим Коллекционерам? — Меня ведёт не месть, хотя эти жуки уничтожили мой прежний корабль и убили часть команды, — легко возразил капитан Нормандии. — Решить эту проблему мне поручила одна организация, хотя судьба похищенных мне, в любом случае, небезразлична. Также я намерен проверить некоторые подозрения насчёт Коллекционеров. — О какой организации и подозрениях ты говоришь? — жадно вопросил заинтересовавшийся перерожденец.       Во взгляде Джона Шепарда возникло лёгкое веселье. Тот скрестил руки на груди и произнёс: — Эти подробности могут знать только члены моей команды. Впрочем, имя организации я могу назвать. Название «Цербер», говорит тебе о чём-то? — Смутно, — на самом деле, Джон был неприятно удивлён, услышав это слово. Прочеловеческая террористическая организация. Он мало знал о ней, но ни малейшего доверия не испытывал. Что же твориться в этой, крайне похожей на его родную, галактике, что террористы выходят на открытую борьбу с целой расой? В чём ещё состоит их мотивация? И тот ли это Цербер, о котором знал он? — Я вижу, ты умеешь держать себя в руках, — нарушил краткое молчание капитан. — Я конечно дам тебе время подумать над предложением, но хотел бы знать, способен ли ты вообще сражаться? — Что? — удивился десантник странному вопросу. — Не сочти за оскорбление, — принялся терпеливо пояснять Джон. — Но ты только что вышел из инкубатора. С моей стороны крайне безответственно посылать неподготовленного бойца на передовую, даже если он сам этого захочет.       На эти слова перерожденный ответил искренним смехом. Отсмеявшись он сделал несколько шагов в сторону стены и пару раз демонстративно оглянулся. — Сесть хочется. Стоять… непривычно. У вас тут так пусто. Ну ладно, сяду на пол, — с этими словами Оуэн выполнил указанное действие опершись спиной на стену. Заодно и капитан станет менее насторожен, из сидячего положения напасть непросто. — По поводу навыков, капитан. Окир хотел воспитать из меня идеального крогана. Он дал мне здоровое, сильное тело. И дал много знаний. Я знаю, как сражаться в рукопашной и стрелять. Но, конечно, не пробовал. Ещё в меня «закачано» много сведений о галактике, расах, государствах и особенно прошедших войнах. Из-за них мне всегда есть над чем подумать… — Это хорошо, — согласился капитан Нормандии. — Но знать и уметь это разные вещи. — Точно, — поддержал его перерожденный Шепард. — Мне ещё много было нужно узнать. Мне нравилось учиться. — Правда? Знаешь, ты очень необычный кроган. — Я особенный! — без всякого стеснения заявил Оуэн. — Окир создавал меня таким. Благодари его за то, что я понимаю, когда надо сражаться, а когда говорить. — Похоже, он достиг успеха, — кивнул человек, соглашаясь. — Хе. Толи ещё будет. И кстати, я согласен присоединиться к тебе. — А ты точно не хочешь ещё подумать? — немедленно осведомился удивлённый Джон.— Это серьёзное решение. — Мой так называемый «отец» мёртв, в этой галактике я больше никому не нужен, — серьёзно ответил Оуэн, глядя в глаза другому Шепарду, так и оставшемуся стоять посреди отсека. — Какие бы планы не строил на меня Окир, все они пошли прахом. Теперь я сам по себе. Я сам решаю, что делать. И я выбираю сражение с могучим врагом. — Думаешь, сунуться в пекло вместе с нами будет хорошим вариантом? — поднял бровь капитан. — Наше задание чертовски опасно. А у тебя хороший потенциал, ты можешь многого достичь. Может я и человек, но у меня есть хороший друг на Тучанке… — Какой же ты добряк, — вновь оскалился перерожденный десантник. — Но я решился. Ты выглядишь достойным командиром, а я готов преодолеть все трудности. Пусть твои люди проверят меня. Провалюсь — распрощаемся. Покажу себя хорошо, и я в твоей команде.       Шепард нисколько не лукавил. Оставшись один, в галактике о которой он так мало знает, он должен был прибиться к кому-то знающему, и при том достойному доверия. Таков оптимальный путь выживания. Будь он кем-то кроме крогана, разговор был бы совсем иным, но представителю этой, многими нелюбимой расы, плохо интегрированной в галактическое сообщество, сложно найти своё место среди честных разумных. Тем более такому, взявшемуся из ниоткуда: все кроганы принадлежат определённым кланам, или являются изгнанниками из них. А он же просто никто.       Вдобавок, имелась не иллюзорная опасность оказаться в руках Цербера. Капитан Джон Шепард может хотя бы казаться порядочным человеком, но каковы его подчинённые и начальство? Чего ждать от них?       Как-никак, а он ценный образец успешной генной инженерии, практически суперсолдат. Кто откажется попытать счастья с такой ценной добычей? — Условия приемлемые, — кивнул капитан. — Моя команда состоит преимущественно из людей, но есть один саларианский учёный. Возможно, могут появиться и другие инопланетяне. Ты сможешь ужиться с ним и другими?       Намекает на застарелую ненависть кроганов к саларианцам и прочим… И заботиться о согласии на борту. Ответ следует дать максимально честный.       Но постойте, ксенофобы готовые работать с инопланетянами? Серьёзно? Похоже ситуация вокруг Коллекционеров складывается весьма непростая… И насколько же этот Цербер может отличаться от известного ему? — Окир хотел, чтобы я ненавидел не-кроганов, — с этими словами Оуэн поднялся с пола, но в его голосе не было ни капли угрозы. — Но он заботился и о том, чтобы ненависть не застила мне глаза. А я достаточно силён, чтобы судить обо всём сам, — гордо продекламировал десантник. — Хорошо сказано, — сказал Шепард, подойдя вплотную и протянув руку. Оуэн со всей осторожностью, уважением и благодарностью пожал её, с удовольствием отмечая, что капитан не расслабился и готов атаковать даже из такого положения, — И по поводу твоего имени… — Да? — У тебя есть уникальная возможность выбрать его самому. — И правда, — согласился перерожденный. — Наверное, найду в экстранете генератор имён и выберу что-то звучное. — Славно. Скоро решим вопрос с твоим питанием и обеспечением. Понадобится пройти медосмотр и ответить на ряд вопросов. Но обживаться придётся в этом отсеке. По меркам военных кораблей Нормандия роскошна как прогулочная яхта, но помещений под кроганов не предусмотрено. Впрочем, как и под других инопланетян, — чуть угрюмо добавил капитан. — Я не неженка, — с достоинством провозгласил Оуэн. — Как и ожидалось от крогана. Но ты можешь попросить что-нибудь у нашего корабельного ИИ. СУЗИ, отзовись пожалуйста. — Приветствую, — зазвучал в отсеке синтетический голос, явно женской тональности. — Я Система Усовершенствованного Защитного Интеллекта, сокращённо СУЗИ. У вас будут какие-либо просьбы касательно вашей каюты… господин кроган. — Э! — удивлённо отпрянул перерожденный. — Шепард ты используешь Иск-инт?! — Да, — улыбаясь кивнул капитан, внимательно следя за реакцией крогана. — Экспериментальная технология. Угроза Коллекционеров, и тех, кто может стоять за ними, не имеет аналогов. Мы должны быть готовы ко всему.       Тех, кто стоят за ними? Звучит таинственно, и крайне проблемно. Похоже он снова окажется в центре неких масштабных событий.       Молодой офицер понимал, что уже подписался на опасное задание, но не слишком переживал об этом. Свою прежнюю жизнь он потерял на Элизиуме. Предстояло начать новую, тем более что стартовые условия были не самыми плохими. — Эм… больше всего мне нужна информация, — с намёком произнёс, отошедший от удивления, Оуэн. Ему требовалось узнать очень многое об этой галактике. И о своём новом капитане. — Принято.