Приключения Мизуки Темпеста 2. Голубые флаги Адельгарда.

Погрузив последний мешок в трюм, я вышел на палубу и вытер лоб от пота. Ко мне подошёл Рул с двумя зелёными будылками. – Что в них? – спросил я. – Ром, – ответил Рул, – настоящий напиток пиратов. А вы что, не знали? – Он в трюме лежал? – Да, а вы не видели? – Нет, я не был в трюме столь долгое время, – сказал я и посмотрел на город с мостика. – А где экипаж? – Отдыхает, – ответил Рул. – Они ведь тоже, как и мы, устали. – Я понимаю, – отозвался я, облакотившись на огрождение и хлебнув из бутылки. – Как думаете, госпожа Вторая не будет злиться, когда узнает, что мы занимались пиратством? Тут я захлебнулся от удивления. – Надеюсь, что нет! – сказал я с ноткой очевидного расстройства психики*. – Эх, ладно, – сказал Рул и поставил бутылку обратно в ящик. – А вы ничего не находили интересного? – Нет, – ответил я. – Только лишь золотую шпицу, которая ничего не стоит. Рул кивнул и вышел с мостика на палубу, после чего вышел с неё на берег. Я уже через полминуты высушил всю банку и решил ради интереса заглянуть в бутылку через горлышко. Ну, ничего, так ничего. Тут послышался звон колокола, и я достал из-под пазухи подзорку, тут же начиная смотреть из одного входа в залив в другой. И заметил-таки. Не ожидал, что это будет так рано! Я посмотрел на Рула, который проходил по песчаному берегу, и махнул ему рукой в мою сторону. Что означало: «Бегом на корабль!». Рул, разумеется, это понял и побежал за экипажем. Но уже было поздно. Пять кораблей вошли в гавань. Фиолетовые паруса дали мне знать, что это и вправду мои дети. Несс и Кесс даже управляли своими кораблями! Каждый по-своему. Я подбежал к носу корабля и сделал так, чтобы мои руки превратились в ярко-голубые щупальца. Ведь флагов не было. Я начал махать им в сторону берега и потом поднял щупальцы вверх. Что в этом мире значило – только двое. А если несколько раз, то это значит плюс столько-то человек. Но тут были корабли. Корабли моих детей пришвартовались к голому берегу и сбросили якорь на песок. Остальные три судна заплыли с другой стороны моего корабля. Вскоре, мои матросы принесли каждому кораблю по деревянным мостичкам, и те начали спускаться с большими ящиками. Тут спрыгнула Несс и следом за ней Кесс. Они шли ко мне. Я жестом руки показал Рулу, чтобы предупредил остальных, что если начнётся ссора, то в бой без приказа не в ступать. Несс тоже это поняла и окинула строгим взглядом Кесса, и тот кивнул. Кровная мысленная связь. Похоже, они за пять, уже за шесть лет развили эту способность. Но меня пугал взгляд Несс. Он был... Строгий, но при том весь печальный. Когда Несс подошла, то она напрыгнула на меня, и я провалился на песок. -– Папуля! – разрыдалась она. – Что происходит? – возмутился я. – Ну, просто мы были обеспокоены тем, что тебя, небось, убили или море с собой затянуло, – ответил Кесс. – Но когда пришло письмо, то Несс тот час же приказала строить новые корабли и как можно быстрее и надёжнее. Я посмотрел за спину Кесса. Похоже, он не врёт. Два галеона со спущенными парусами и три шхуны. С виду и вправду сделаны на совесть. – Что ж, поздравляю, – сказал я и выбрался из обнимашек Несс. – Обзавелись своим флотом? – Да, – ответила успокоившаяся Несс с улыбкой и соплёй из носа. – Теперь можем отправлять тебе помощь, если потребуется. – Кстати, папа, – вспомнил Кесс, – Ле Плаза – знаешь такого? Тут я встал перед выбором. Сказать правду, что я пират и получить люлей от своих же отростков, или же соврать, чтобы нагло отказаться. Я решил воспользоваться вторым вариантом. – А кто это? – Ты не знаешь? Это же ведь адмирал первого ранга в королевстве Олдольвов! Он сказал, что пират по прозвищу Слизнячок захватил его корабль и, написав что-то в листке, отправил его обратно. Вот прозвище этого пирата мне стало очень подозрительно знакомо... Кесс сощурил глаза, смотря на меня. – Ты своего батьку осмелился обвинить? – улыбнулся я. – Ну и бессовестный же ты. Но Кесс больше не тот парнишка, который начинал плакать от каждого ругательства в его адрес. Но, похоже, жизнь кое-как, но научила его как правильно жить. – Нет, отец, я тебя только подозреваю... – А я сказал, что обвиняешь, – надул губы я. Кесс не вольно хрюкнул. Понял, что, надув губы, я всегда шучу.