very
6 сентября 2019 г., 00:33
К тэхёновому сожалению, на следующий день Чонгук не появился. И потом, и через день, и даже на третий. Парень был разочарован, но вполне терпимо. Да, Чонгук ему понравился, но Ким ещё не успел узнать его или привязаться, чтобы испытывать какую-либо боль.
Ту кошку всё-таки забрали, и в клинике остались только спаниель, два хомячка и ещё одна кошка. Новый рабочий день Тэхён начал с кормёжки, насыпая корм по мискам, наливая свежей воды и меняя с ночи подстилки. Сегодня его ветклинику посетила пожилая дама со своей кошачьей любимицей, мама с ребёнком и морской свинкой, и молодой мужчина с немецкой овчаркой. Никаких серьёзных проблем, только осмотры, прививки и кое-какие рекомендации. День подходил к концу, Тэхён перевернул табличку на «закрыто» и разгребал бумажки по бухгалтерии, когда входная дверь открылась.
— Мы уже закрыты, — спиной бросает Ким.
— Прошу прощения за опоздание, — говорит такой красивый и знакомый голос, — я выберу чай, если предложение ещё в силе.
Тэхён резко повернулся, застав на пороге Чонгука. В голове уже крутились тысячи вопросов о том, где он пропадал и почему не появлялся, но тот говорит лишь:
— Тебя долго не было, я думал мы уже не увидимся.
— Прости меня, я не мог прийти раньше, — он виновато опускает голову и Тэхён не стал засыпать его вопросами, разрешая остаться. — Ты голоден? Я принёс нам чачжанмён.
Когда парень приблизился, Ким заметил на его прекрасном лице царапины и ссадины, которые не так давно кровоточили. И как он не увидел их сразу, ведь они так бросаются в глаза.
— Ты что, воевал за этот чачжанмён? — уточняет блондин, взяв у него пакеты. — Откуда всё это?
— Упал с лестницы, — с опущенным взглядом отвечает Чон.
— Это стандартная отговорка подравшихся парней в американских фильмах.
— Так получилось, — только и добавляет он. Тэхён берёт его за руку и ведёт в свой кабинет, усаживая того на стул и вынимая из шкафа аптечку. — Что ты делаешь?
— Обрабатываю твои раны, — говорит он, смачивая ватный диск перекисью и доставая пластыри.
— Не надо, ничего серьёзного, — упирается Чонгук, когда Тэхён надавил на его плечо и заставил сесть на место.
— Сиди уже, — строго перебивает блондин, касаясь холодной ваткой ран на носу и скулах. — И где тебя так угораздило.
Чонгук неотрывно смотрел ему в глаза, пока Ким, обработав очередную ссадину, переходил к следующим. Смотрел так заворожённо, даже не моргав, и этот прожигающий взгляд не мог остаться незамеченным.
— Почему ты так смотришь на меня? — как бы между делом спрашивает ветеринар, на секунду встретившись с устремлёнными на него глазами.
— Потому что ты красивый, — на одном дыхании и невозмутимо ответил Чон, застав того врасплох.
— Да ладно тебе, — Ким оторвался от лица чтобы намочить новый ватный диск, а Чонгук всё также следил за его движениями. — Ты куда красивее.
— Ты считаешь меня красивым? — с нескрываемой радостью переспорил брюнет, сильнее загоняя Тэхёна в краску.
— А что в этом такого? — смущается блондин. — Дальше сам, я пока чачжанмён нам заварю.
— Эй, — Чонгук хватает его за запястье, мягко сжимая. У него такая нежная кожа, — закончи, раз уж начал. Ты ведь врач.
— Я ветеринар, — исправляет Ким, но обработку всё-таки продолжил, налепив на самые крупные раны пластыри. — Выглядишь, как побитый школьник.
— Всё настолько плохо? — засмеялся Чон, направляясь к зеркалу. Пластыри оказались нежно-розовыми, с милыми лапками, один красовался на носу, а второй расположился над левой бровью. — Хах, как мило.
— Извини, других не было.
— Ничего, мне нравится. Теперь можем поесть?
— Можем, — Тэхён убирает аптечку обратно в шкаф, — я поставлю чайник.
