FAITHFUL DOG

За последующие три недели Тэхён не получал ни сообщений с извинениями, ни звонков. Вообще ничего, будто и не было никакого Чон Чонгука. Обида скапливалась внутри всё это время, но Ким не подавал виду. Не впервые ведь его бросают, надо как-то жить дальше. Тем более они не встречались, даже нормального свидания у них не было, и как бы не чувствовал себя сейчас парень, а надо нырнуть в работу с головой и забыться. Итак, сегодня снова пятница. На днях забрали одну кошку и хомячка, а сегодня мальчишка приютил второго хомяка. Осталась только собака, которую принёс Чонгук. Тэхён сидел на полу около её клетки и гладил спаниеля за ушком. Она в свою очередь чувствовала внутреннее состояние ветеринара, вылизывала ему руки и терлась носом о тыльную сторону ладони. — Он, наверное, уже не придёт за тобой, — из клетки раздался тихий скулёж. — Извини, малышка, но я тут бессилен. Из приемной послышался звук резко открывшейся двери, хотя Тэхён точно помнит, что закрыл ветклинику. Он выходит в приёмную и видит Чонгука, который опирался на стену и держался за правое плечо. Тот тяжело дышал, футболка в районе плеча была вся в крови, а ноги перестали держать, и он медленно начал скатываться по стеночке, пока его не подхватил Ким. — Что случилось? — он взволновано смотрит на Чона, замечая на нем ещё раны. Лицо опять в ссадинах, руки в царапинах и синяках, на лбу выступила испарина и влажная челка неприятно липла к нему. — Идём, давай, вставай, осторожненько. Он помогает ему подняться, закидывая его руку себе на плечи, и ведёт в операционную, аккуратно усаживая на стул. — Сними футболку, — бросает он спиной, сам разыскивая аптечку, а, когда повернулся, увидел глубокое ножевое ранение у правой лопатки и застыл. — Что такое? — голос его хриплый и слабый, перебиваемый тяжёлыми вздохами. — Всё настолько плохо? — Нет, — спохватился Тэхён, — до свадьбы заживёт, — и Чонгук сдавленно смеётся. — Откуда всё это? — С высокой лестницы упал, — лукаво улыбается Чон, когда блондин достаёт иголку и рассасывающиеся нитки, чтобы зашить рану. — Не смешная шутка, — строго перебил Тэхён. — Либо ты мне всё рассказываешь, либо я ничего не делаю. — Ничего, я чуть передохну и пойду домой. Там у меня вроде нитки с иголками лежали, — Ким легонько ударил его возле раны, от чего тот рыкнул от боли. — Ты идиот? Какие нитки? Мамины для шитья? Хочешь потом ходить с цветными швами и торчащими нитками из кожи, пока всё это не начнёт гнить? — он устроился сзади, продезинфицировал рану и принялся аккуратно зашивать небольшими стяжками, под редкие вскрики Чонгука. — Извини, я не могу тебе рассказать, — уже шепотом говорит брюнет. — Почему? Откуда мне знать кто ты такой? Вдруг ты какой-то мафиози или маньяк? Вдруг эти раны оставила твоя жертва и ты приходишь сюда, чтобы в больнице не задавали лишних вопросов? Я ничего о тебе не знаю, совершенно. Что я должен думать? — Что твои догадки ошибочны. Всё куда сложнее, чем кажется. Я не рассказываю, чтобы не навлечь на тебя опасность, понимаешь? Это для твоего же блага. — Опасность? Ты, наверное, шутишь. Я оперирую животных и каждая операция это риск для меня. Я каждый день живу под страхом смерти своих пациентов, и это тоже, знаешь ли, опасно. На меня могут подать иск, могут затаскать по судам, могут лишить лицензии, а может даже посадить. Так что не переживай, опасности в моей жизни хватает. Чонгук тихо посмеивается, но Тэхён это услышал и очередная стяжка оказалась резче предыдущих, от чего тот вновь вскрикивает. — Осторожнее, а то помру ещё здесь и тебя точно по судам затаскают. — От такого ещё никто не умирал, — отрезает Ким и воцарилась тишина. Он закончил накладывать швы на большое кровоточащее ранение и перешёл к рукам, обрабатывая мелкие раны, а затем и на лицо. Чонгук снова не сводил с него пристального взгляда, но блондин успешно его игнорировал, пока холодная ладонь не перехватила запястье, не давая ватке коснуться следующей раны. — Посмотри на меня, — просит Чон, но эта просьба, как и его красноречивые взгляды, осталась проигнорированной. — Тэхён, пожалуйста. Ким поднимает глаза наполненные отчаянием. В них так и читалось «Зачем я тогда доверился тебе? И что прикажешь мне делать?» и мир Чонгука разом перевернулся. Как ему теперь в нём жить без Тэхёна? Этот человек всё изменил, дальнейшие шаги окажутся бессмысленными, если рядом не будет мельтешить светлая макушка. — Я, — Чон опустил взгляд, томно выдыхая, и вновь поднимает его, наполненный уверенностью в правильности своих действий и решений, — я боец подразделения специального назначения Республики Корея.