В погоне за артефактом... и любовью?

- А что мы ищем? – спросил Гаури, заложив руки за голову. - Эмм… Что-нибудь, что вызовет подозрение… - Кейтаро напомнил себе, что мечник почти не участвовал в их разговорах и это ему простительно. К тому же он был человеком… не очень умным. - Ааа… - протянул Габриев, оглядываясь по сторонам. Ходзё надеялся, что тот и вправду понял, что от него требуется. Сам маг, блуждая взглядом по дороге и различным статуям, погрузился в мысли о своей сестре. Он все еще не мог простить ее за то, что она предпочла Его своему брату. Но в то же время он знал – Кейко была и будет Кейко. Его сестрой. Все еще заботящейся о нем. Ведь она беспокоилась за него, по словам Лины. - Братик… Кейтаро вздрогнул. Докатился – ее голос теперь ему мерещится. - Эй, а кто эта девушка? – спросил Гаури. Ходзё с удивлением обернулся. Его сестра, о которой он недавно думал, стояла прямо перед ним. В ее голубых глазах ясно была видна печаль. - Кейко… - вдруг стало так тяжело произнести родное имя. В горле встал комок. Почему она здесь? - Братик, послушай меня, - она сложила руки в умоляющем жесте, - пожалуйста, измени свое мнение. Отец не хочет ничего плохого. Братик, ты же помнишь, как он заботился о нас. - Нет. Он всего лишь хотел сделать из нас орудия для достижения своей цели. - Неправда! – горячо воскликнула Кейко. Потом тяжело вздохнула. – Братик, он готов простить тебя. Пожалуйста, возвращайся… Кейтаро замешкал. Он нисколько не сомневался в том, что Он не беспокоится ни о них самих, ни о ком-либо еще. В Его корыстных целях Ходзё не сомневался. Но сестра… Что он должен делать, когда она так на него смотрит? - Эй! – окликнул его Габриев, сразу же напоминая о своем присутствии. – Я не знаю, что здесь происходит, но вы, ребята, кажется, родственники? Тогда почему вы ссоритесь? Маг хлопнул себя по лбу рукой. Этот парень действительно тупой… Бывший владелец Меча Света схватил в охапку брата и сестру Ходзё, прижав их к друг другу. Те оторопели от неожиданности. - Давайте жить дружно! Для Кейтаро и Кейко поцелуй с каменной плиткой был даже приятным.