coincidence

      Три дня Тэхён не решался попросить у Юнги номер Чонгука. От младшего тоже сообщений не было. Тэхён было подумал, что не слишком интересен ему на самом деле, но Чонгук попросту забегался с учёбой и тренировками. Как только выдалась свободная минута, и голова не была забита циркулирующими мыслями о поспать, Чонгук сразу же узнал номер Кима. В то же время и Тэхён решил спросить Юнги. Поэтому сообщения от Чонгука получает, уже зная, кто их отправитель.       "Доброе утро, хён".       "Это Чонгук".       Сердце заходится в стуке, кажется, нещадно ударяясь о грудную клетку, готовое вырваться наружу. Тэхён до конца не понял причину своих чувств и эмоций по отношению к Чонгуку. Он видел его лишь раз, знает о нем лишь крупицы информации в общих чертах, но внутри теплеет в воспоминаниях и губы будто хранят на себе отпечаток чужих, таких мягких, в вишневом бальзаме.       Тэхён не медлит с ответом, выдавая незамысловатое пожелание с добрым утром и два смайлика. Решив, что такое количество идеально, Тэхён отбрасывает телефон подальше и продолжает собирать сумку.       Чтобы занять чем-то скучные дни, он решил навестить родителей в Тэгу и, может быть, привезти уже к себе Ёнтана. Пёс появился у Тэхёна год назад, но из-за проблем с квартирой парень не смог сразу забрать его к себе.       Он надеется, что Чонгук не станет просить о встрече так скоро, хотя сам извел себя за это время, мечтая снова увидеть кроличью улыбку и услышать мелодичный голос младшего.       Так и происходит, конечно: Чонгук зовёт Тэхёна в кино или ещё куда-нибудь "просто увидеться, погулять". Ким с тяжелым сердцем рассказывает о поездке в Тэгу и обещает подумать над предложением через неделю.       Он не знает, что Чонгук слишком сильно зажмурил глаза в ту секунду, когда увидел сообщение, почти до чёрных пятен и белых точек. Чон думал о смешном хёне в очках с квадратной улыбкой ещё до того, как познакомился с ним, теперь из головы не выходили образы медовой кожи, приоткрытых ключиц и стройных ног, обтянутых черной джинсовой тканью.       Нельзя было даже намекать Тэхёну, что Чонгук влюбился без памяти. Влюбился в краснеющие щёчки и лисьи глаза. От этой слащавости рябит в глазах.       Чонгук должен держать дистанцию, они смогут пообщаться в какао, узнать друг друга лучше. Вдруг они совершенно разные, и Юнги крупно ошибался, когда настаивал на их схожести.       Тэхён боится, у него не было отношений вот уже три года.       Он уезжает к родителям, где наслаждается маминой стряпней, меланхолично бродит по родным местам, качаясь на качелях по несколько часов, и выгуливает Ёнтана немного чаще нужного. И переписывается с Чонгуком, постоянно, исключая разве что время на сон и общение с родителями. Телефон всегда лежит рядом, предупреждая вибрацией о новом сообщении. Юнги тоже писал пару раз, с укором рассказывая, как извелся Чонгук в ожидании.       Через неделю Тэхён не приезжает обратно в Сеул, решив остаться ещё на несколько коротеньких деньков. Зато они с Чонгуком даже общаются по фейс-тайм. Первый раз Тэхён показывает ему свою комнату, увешанную плакатами с Big Bang, на что младший одобрительно качает головой и через несколько часов присылает музыкальный плейлист, решив, что хёну он обязательно понравится. Там всего семь треков, которые Тэхён заслушал до дыр, пока играл в Оverwatch. Чонгук предвкушает, как они будут играть вместе, случайно прижавшись друг к другу телами, а потом долго целоваться. Тэхён тоже размышляет об этом.       Они болтают, пока Ким ходит за кофе каждое утро. Чонгук в это время убегает с пары в туалет, чтобы увидеть улыбающееся лицо хёна и его яркий язычок, слизывающий молочную пенку у капучино.       Камера телефона не так живо передаёт естественную теплоту в голосе Чонгука, как при личной встрече. И Тэхён тонет в бесконечных мыслях, покупая обратный билет в Сеул. Не бывает, чтобы так быстро, так ярко. Не бывает, чтобы трепетно и нежно спустя считанные дни после знакомства.       Спустя полторы недели общения Тэхён думает, что Чонгук уже успел изучить его со всех сторон. Он, в свою очередь, остаётся внимательным к самым крошечным вещам, которые хоть как-то связаны с младшим.       Чонгук обещает познакомить его с Хосоком и Чимином из танцевальной команды. Он говорит, что в команде их восемь человек, но Хосок и Чимин самые любимые хёны.       У Тэхёна плохо получается удержать возбуждённый вздох, когда Чон дует губы и вскользь говорит, что репетиционный зал будет свободен только поздно ночью, чтобы младший мог станцевать для Тэ, потому что тот пропустил баттл. Ким не признает, что испугался так сразу, лишь виновато глядит в экран и держит в воображении образ танцующего Чонгука из клуба.

***

      На вокзале в Сеуле его встречает Юнги и хватает Ёнтана на руки, совершенно забывая про тонсена.       — Я прощаю тебе это только потому, что перед Танни невозможно устоять, — ворчит Тэхён, но в ту же минуту улыбается — пёс буквально начал облизывать все лицо хёна.       — Расскажешь, почему так внезапно сорвался в Тэгу? И не вешай мне лапшу на уши, что давно планировал это. Хотя не могу отрицать, чтобы ты бы стух дома, если б не уехал к родителям.       — Я...не понял, как влюбился за один день, и решил спрятаться подальше? Юнги смотрит на Тэхёна каменным лицом и даёт лёгкий подзатыльник.       — Придурок, совсем как ребёнок уже, детский сад должен быть твоей работой, а не манерой поведения, — вздыхает Юнги. — Я надеюсь, Чонгук решил, когда вы встретитесь?       — Хэй, почему Чонгук решил, а не мы вместе?       Юнги прищуривает глаза, как делает всегда, если у него спрашивают что-то очевидное.       — Если ты с самого начала зассал, то не трудно предположить, что это Чонгук позовёт тебя на свидание, а не наоборот.       Ким растекается лужицей при слове "свидание", он не придавал этому особое значение до сих пор.       — Сегодня. Мне нужно успеть съездить домой.       — Я не пошутил, когда говорил, что вы прямо родственные души, — серьезно говорит Юнги.       Ему важно счастье тонсена, и если он может устроить его в личной жизни, то сделает это. Тэхён, вероятно, просто разучился подпускать к себе людей за годы усердной учёбы. Юнги его понимает отдалённо.       — Кто он там по знаку зодиака..?       — Боже, не неси чушь, — зарывается лицом в шею Ёнтана, притихшего у него на руках, и комично вздыхает.       — Шутка, пошутил, понял-принял, осознал, больше не шучу.       — Постарайся не упустить Чонгука, хорошо? — вымученно спрашивает старший, будто на кону огромная коробка мороженого, которое хочется, но не можется.

***

      — Ты очарователен, когда кушаешь, хён, — шепчет Чонгук, мягко заправляя прядь каштановых волос Тэхёна за ухо.       Ким давится воздухом от неожиданности, следя за широкой ладонью младшего, задерживающейся у его лица на мгновение дольше. Чон любуется на надувшиеся щёчки хёна и вспоминает, с каких пор стал таким сахарно-сентиментальным.       — Как мне на такое реагировать? Я чуть не поперхнулся, — возмущается Тэхён, полыхая щеками, но продолжает жевать сочный бургер.       Чонгук потащил его в бургерную, которую недавно открыл его хороший знакомый Ким Сокджин. Ресторан набирал обороты уверенно, но пока еще медленно, поэтому в помещении было не слишком людно. Чонгук хотел провести время с Тэхёном наедине, запланировав несколько пунктов свидания, но старшему знать об этом необязательно. Пусть все будет выглядеть спонтанно.       — Вполне устроит, если ты поцелуешь меня, — улыбается Чонгук, но щеку подставлять не спешит.       — Сейчас? Здесь?       — Нет, Тэхёни, позже, когда сам этого захочешь.       Ким не стал сообщать, что умирает от желания зацеловать Чонгука каждую минуту, проведенную рядом.       Пока Чонгук заказывает им ещё по гранд-бургеру, Тэхён таращится то на него, то на официанта, который спокойно принимает заказ Чона. Все бы ничего, но это уже четвертый бургер, который хочет съесть парень.       — В тебя больше не влезет, — с вызовом говорит Тэхён, хмурясь.       Чонгук заговорщически смотрит на официанта, который ничего не говорит, но с лёгкой улыбкой удаляется. Тэхён не спрашивает, что это было, может быть, они знакомы лично.       — Давай поспорим? — совершенно по-мальчишески предлагает Чонгук. — Если я съем все до конца, даже картошку доем, то ты сделаешь что угодно, что я захочу.       Тэхён бы не стал соглашаться, но азарт в глазах младшего подкупает, да и Ким Чонгуку доверяет, надеясь на благоразумие.       — Считай, что ты проиграл.       Раззадоривать Чонгука пришлось по вкусу Тэхёну, словно им не по двадцать с лишним лет, а по десять.       Чонгук, конечно, же выиграл и потащил Тэхёна в свою танцевальную студию. Солнце уже скрылось, сменившись ярким полумесяцем. Ким почти ахнул, когда увидел на часах десять вечера.       Чон, крепко, но трепетно взяв Тэхёна за руку, тянет за собой два квартала до стеклянных дверей.       — Разве тут не должна быть сигнализация? — спрашивает Ким, пока младший открывает дверь железным и магнитным ключами.       — Обычно да, но Хоби-хён ушел недавно, и я, возможно, попросил его не ставить, потому что знал, что мы придем?       Чонгук пытается казаться хитрым, но пунцовые кончики ушей, торчащих из волос, выдают его неуверенность.       Внутрь помещения проходит достаточно света от уличных фонарей, чтобы не включать лампы, и совсем немного Тэхён думает, что такая обстановка веет романтикой. Узнать человека издалека будет сложно, но вблизи видна каждая эмоция.       — Здесь два зала, если хочешь, можем пойти туда?       Тэхён молча шагает к первой двери, настроившись увидеть, где Чонгук тренирует пластику и умение соблазнять своими греховными бёдрами.       — Это туалет, хён, — смеётся Чонгук и берет старшего за талию, уводя к другой двери.       Чонгук не слишком тактильный, как могло показаться, в отличие от Тэ, но с ним он чувствует постоянную потребность прикоснуться. Тэхён может только смущаться и позволять Чонгуку почти все.       В танц-зале лежит парочка матов, зеркала на всю стену и всевозможные рисунки граффити.       — Ты хочешь, чтобы я станцевал тебе? Или...поцелуешь меня? Тэхён не удивился словам младшего, но решил поиграть.       — Я же так позорно проспорил, так что тебе решать, что мне делать.       Чонгук отрывается от лицезрения смуглых ключиц старшего, выглядывающих из свободной футболки. Он медленно кивает и без слов включает музыку.       — Танец ещё сырой, но я хочу, чтобы ты оценил его.       Тэхён садится на маты, убедившись, что будет лучше наблюдать за Чонгуком сидя. На этот раз движения брюнета отдают резкостью, сосредоточенностью и напряжением. Красивое лицо Чонгука, однако, не выражает никаких эмоций: кажется, будто он совершенно ни о чем не думает. Ким следит, как задирается майка младшего, открывая полоску стального пресса. Он не в силах оторваться.       Чонгук думает, что заворожённый Тэхён — лучшее, что ему доводилось видеть. Поэтому посреди танца срывается к старшему на маты и целует. Нежно, но пылко, вкладывая всего себя в их поцелуй. Тэхён мычит в губы Чона и упирается руками тому в грудь, но быстро ориентируется, понимая, что произошло, и отвечая на поцелуй. Руками ведёт вверх, обнимая за шею и утягивая за собой на маты.       Тяжесть чонгукова тела сверху ощущается очень волнующе, пальцы, зарывающиеся в русые волосы Кима, плавят, а мягкие губы с неизменным вишнёвым бальзамом опьяняют. Тэхён гладит поясницу младшего и притягивает его ближе, чтобы никакая пустота не разделяла их, кроме двух слоёв одежды.       Чонгук поочередно прикусывает сначала верхнюю, потом нижнюю губу Кима. Тэхён стонет, позволяя младшему столкнуть языки в горячем рту, смешивая судорожное дыхание обоих.       Чонгук жадно целует покусанные губы, ловя каждый сладкий стон Тэхёна. Не может оторваться от мягких изгибов его тела. Тэхён почти забывается в ласке, цепляясь за плечи младшего, найдя в них метафорическое спасение.       Захватив лицо напротив в ладони, Чонгук с характерным чмоком отрывается от пухлых, таких желанных губ, чтобы сделать глоток воздуха. И, может быть, в очередной раз заставить Тэхёна миленько краснеть.       — Хён, я влюблен в тебя, — говорит Чонгук, усаживая парня перед собой. — Думаю, это нормально, потому что мы знакомы уже две недели. Хотя у меня ощущение, что намного дольше, — Чон старается держать голос спокойным и плавным, чтобы не было сомнений в его словах.       — Я не хочу разбрасываться словами, но я предельно серьезен, когда говорю, что влюблен в тебя. Вот, еще раз сказал. В тебя невозможно не влюбиться с первого взгляда, — Чонгук следит за трепещущими ресницами хёна, что расходятся длинной тенью на чувствительной коже под глазами, смотрит, как дёргается кадык. Тэхён безумно красивый во всей своей изящности, статности, ребяческой дерзости. Чон чувствует волнение, растекающееся по телу, и, о боже, он что, в самом деле собирается сказать это.       — И я тут подумал, ты согласишься быть моим?       Тэхён чуть приподнял бровь, не подавая виду, что задержал дыхание. Слова Чонгука густой карамелью просачиваются сквозь душевные струны.       — Твоим кем?       — Э-э, парнем, конечно, чёрт, — лепечет Чонгук, понимая, что до ужаса неловко забыл последнее слово и вообще наговорил непонятно что.       Тэхён взбирается на младшего и крепко обвивает его руками и ногами, сминая кулаком футболку на спине. Вдыхает аромат терпкой мяты в перемешку с кондиционером для белья и утыкается носом в изгиб шеи. Чонгук чуть сжимает талию Кима, закрывая глаза.       — Я соглашусь быть твоим, Чонгукки. Сегодня они вдвоём, им некуда спешить.