Точка невозврата

7:20 … 7:30 … 8:00 … Ёсан смотрел десятый сон, что-то там о чернокнижниках, совершающих обряды только обвязав себя розовыми подушками (вот до чего учёба людей доводит, а сегодня только первый день), и ему было совершенно не важно, что пара начинается через 40 минут, а надо ещё принять душ, позавтракать и собраться. 8:10 Наконец, с горем пополам открыв глаза и взяв в руки телефон, он осознал весь ужас, который ждал его в ближайшие тридцать минут. Он вскочил с кровати так, будто через десять минут приедет мама, а в квартире были последствия недельной попойки. Он снёс всё на своём пути, разбудив при этом Сонхва, который сразу понял, что происходит, но ему было не привыкать к этому, поэтому он заснул обратно. Ёсан принял душ, быстро выпил кофе с чем-то, что первым попалось под руку, надел чёрные зауженные джинсы, чёрную водолазку без рукавов (казалось бы, первый учебный день, и надо одеться соответственно, но это же Ёсан, какая классика…) На всё это ушло пятнадцать минут, идти до универа три минуты, поэтому можно сделать макияж, к тому же, первой парой всё равно вводная лекция на весь поток, которая никогда не начинается вовремя. Спустя десять минут Ёсан смотрит на себя в зеркало и понимает, что слегка перепутал время суток и макияж вышел вечерним: подведённые глаза, тёмные тени, но, слава Богу, не чёрные. Слегка зачесав волосы назад, парень надел на себя пару колец и серьги. «Ну, вроде готов», — думает Ёсан. Он решает разбавить свой чёрный образ бежевой сумкой и оксфордами ей в тон. Ну вот теперь точно готов! Как и ожидалось, время было 8:50, а студенты всё ещё стояли перед аудиторией. Ёсан достал телефон и увидел сообщение от Сонхва: «Я даже не удивлён… Ты дверь не закрыл за собой! Ты хоть успел?» Ёсан хотел начать возмущаться, мол, он опаздывал, и не надо его обвинять во всех грехах мира, но потом успокоился и ответил: «Доброе утро, принцесса! Никто тебя не украдёт! Да… мы до сих пор стоим около аудитории. А, НЕТ! Лектор пришёл, всё! Я пошёл, пока ПРИНЦЕССА: *». «…этот номер больше не обслуживается» «Удачи» *** Наконец, сползя с кровати и стоя перед зеркалом в ванной, пытаясь привести себя в более менее человеческий вид, Сонхва подумал про себя, почему же Ёсан так написал? Зачем было называть принцессой? Боже, как же ему надоели подобные обращения, ведь он воспринимает это всё по-другому. Ему нравится? Да, ему нравится такое отношение к себе, но он понимает, что это всего лишь игра Ёсана, и ему приходится принимать эти правила и держать всё в себе, потому что Ёсан, будь он неладен, может обидеться даже на вздох в его сторону… И кто ещё у нас тут «принцесса»? Сделав все свои дела, Сонхва решил пройтись по студенческому городку и посмотреть на свеженьких первокурсников, ведь они с Ёсаном уже на третьем курсе. Он вышел на улицу в одних сандалях, каких-то непонятных спортивных штанах, футболке с длинным рукавом и в своей любимой белой панамке, которую подарила ему бывшая девушка. Ёсану не обязательно знать, кто сделал этот подарок. Даже сам хозяин этой вещицы не помнит её, но зато Ёсан может закатить истерику: «Вещи всяких девиц ты носишь, а носки, которые подарила мама, пылятся в ящике?» Прогуливаясь по городку и разглядывая лица новых людей, он заметил толпу студентов возле информационной стойки и, подойдя к ней, он увидел объявление. «Вечеринка по случаю начала нового учебного года! В эту субботу! Вступайте в чат и узнайте там все подробности.» Сонхва сорвал одну из листовок и ушёл в ближайшее кафе ждать Ёсана, ведь пара закончится через пять минут, а как же Ёсан без сладкого после пар? Как и говорилось, через пятнадцать минут дверь в кафе открывается, и Сонхва, который сидел почти напротив двери, сразу заметил своего соседа. Сказать, что Сонхва подавился, умер, воскрес и охуел, ничего не сказать. Ёсан выглядит как дьявол и Бог одновременно. Иногда (всегда) Сонхва задается вопросом, как он вообще выживает, живя рядом с этим совершенством. Влюбляться в него было ошибкой, но если бы ему предоставили выбор, он бы сделал это снова. Ёсан прекрасен и было счастьем знать его. Он пришёл в себя, как только Ёсан подошёл к столу, за которым он сидел. Он увидел свой любимый стандартный набор из холодного латте и малинового пирога и сразу же изменился в лице. Глаза так и засияли при виде сладостей (хотелось бы Сонхва быть причиной радости его взгляда), и сев за стол, Ёсан начал уплетать всё за обе щеки. Сидя напротив него и наблюдая за тем с каким упоением Ёсан ест, он подумал, что перед ним сидит не этот шикарный парень Кан-мечта-всех-девчонок-потока-Ёсан, а самый настоящий ребенок, который отдаст всё ради своих любимых сладостей. Заметив взгляд Сонхва на себе, Ёсан поднимает на него свой, подносит кусочек пирога ко рту и говорит: — Если ты так хочешь, то просто возьми! Ну Сонхва и взял. Смотря ему в глаза, он наклонился к его лицу, взял за руку, держащую вилку с пирогом, и, поднеся её к своему рту… съел кусок, который Ёсан собирался съесть сам. Ёсан замер с абсолютно пустым лицом, готовый убить любого, кто сейчас только решит вздохнуть. — Боже, какой ты дурак! Встань и возьми себе свою порцию, а не трогай моё сокровище. Сонхва тут же отпустил его руку и понял, что сейчас произошло то, что ни в коем случае не должно было произойти. Он почти сорвался! Губы Ёсана находились в опасной близости от его, и Сонхва так тянуло к ним. Боже, спасибо, что не оставил меня в этот момент и не дал совершить ошибку. Сонхва так не хотел терять Ёсана как друга, как человека, который всегда рядом с ним. — Кто ещё из нас принцесса… — произнёс он вполголоса, отойдя от их столика. Ёсан, оставшись один, даже не знал, что и думать. Во-первых, он завопил на весь зал, привлекая внимание остальных посетителей, но конечно же, сразу извинился. И тут он понял, что его щёки горят, а ладошки вспотели. Но какого? Вроде не жарко, кофе холодный… Перед глазами пролетели последние события, но он сразу же отогнал от себя эти воспоминания. Он подумает об этом когда-нибудь, но не сегодня. Сонхва вернулся с ещё одной порцией пирога и поставил её около Ёсана, который в свою очередь посмотрел на него вопросительным взглядом. — У меня осеннее обострение гастрита. Ты же не забыл про мою болезнь? — сказал Сонхва с улыбкой. И правда, Ёсан опять забыл про эту проблему, которая однажды чуть не довела парня до инфаркта, когда Сонхва посреди ночи начал кричать и загибаться, но благо скорая помощь в Корее работает на 10/10, и всё обошлось. Ёсан тогда знатно занервничал, он совершенно не знал, что происходит с Сонхва и что ему вообще делать, но видимо удача тогда была на их стороне, если вообще можно так сказать. Закончив с перекусом, Сонхва предложил прогуляться по магазинам, ведь скоро вечеринка, о которой надо ещё рассказать Ёсану. Он точно ничего о ней не видел, потому что бежал, как умалишённый, за сладким. Через три часа они вернулись в общежитие, и Ёсан сразу же снял с себя весь этот неудобный ужас, (приятный ужас, по мнению Сонхва) и надел уютную, домашнюю одежду. После чего сел на кровать к Сонхва, ведь ему было невероятно интересно, с кем же переписывается его лучший друг. Сонхва рассказал обо всём: о вечеринке, о времени и месте проведения. Это был загородный коттедж, хозяином которого был никто иной как самый богатый студент их института — Сон Минги. Человек он был хороший, без замашек, добрый и каждый год и даже не раз устраивал такие вечеринки, с охраной, крутой музыкой и морем алкоголя. Ёсан, пока слушал рассказы Сонхва про этого владельца коттеджа, почти уснул. Но всё же, когда Сонхва предложил посмотреть ему фильм, взбодрился. — О, кстати, — сказал Ёсан. — Я летом посмотрел классный фильм. Ну как посмотрел, досмотреть мне его Юра не дала… — Сонхва резко посмотрел на него и Ёсан понял, что сказал лишнего. — Прости, мы тогда немного перестали с тобой общаться из-за летних каникул, и я не рассказал тебе этого. Мы встречались с ней пару недель, когда я был у родителей, но ты не подумай, у нас ничего не было, об этом я бы тебе точно рассказал! А не досмотрели мы фильм, потому что ей стало плохо после выпитого пива. Сонхва продолжил смотреть на Ёсана, но уже более мягким взглядом, ведь они ничего не должны друг другу, да и вообще, они друзья. Да, обидно, что Ёсан не рассказал, но всё же, он прав, у них была ссора, а сейчас всё хорошо. Всё ведь хорошо? И не важно, что если бы это случайно не вырвалось, то, возможно, Ёсан никогда бы не поднял эту тему. Отогнав эти мысли, Сонхва говорит без доли обиды: — Ёсани, может посмотрим фильм в следующий раз? У меня опять начинает болеть живот, я пойду выпью таблетки. — Живот? Боже, как я ненавижу эту проклятую осень и весну! Ты же скажешь мне, если станет хуже? — с испуганным видом спросил Ёсан. — Я же не умираю! Просто плохо покушал сегодня, вот тебе и легкие боли, всё нормально. И хватит винить природу. Весна и осень — это прекрасные времена года, — произносит с улыбкой Сонхва. — Ложись в кровать, я выпью таблетки и приду. Свет сразу выключить? — Выключишь, когда придёшь, я все равно не за секунду засыпаю, — сказал Ёсан и отвернулся к стене. Сонхва зашел на кухню. Какие-то непонятные, неразборчивые мысли, которые он сам не мог понять, крутились в его голове. Он списал это на своё недомогание, и вернувшись в комнату увидел всё так же лежащего Ёсана на своей кровати. Благо тот не спал и сам молча перебрался на свою кровать. — Спишь? — спросил он шёпотом минут через пять. — Нет, как я понимаю, ты тоже, — почти сквозь сон послышался ответ. — Я… Спокойной ночи, Ёсани. — И тебе спокойной ночи, принцесса, — произнёс он с лёгкой улыбкой. Если бы не темнота, по комнате бы уже летали подушки, но нет. — Спокойной ночи, принцесса… — Сонхва улыбнулся и повторил почти про себя.