О приручении лисиц, пчеловодстве и прочем домашнем хозяйстве.

      — В чём проблема, лисичка? — елейным тоном осведомилась ЛедиБаг. — Он же даже короче флейты, с которой ты сегодня так умело управлялась.       Кончики её пальцев невесомо скользнули по массивному продолговатому бугру на чужой шее.       Рена Руж с запрокинутой головой то ли прохрипела, то ли пробулькала в ответ что-то невнятное, давясь и едва ли не задыхаясь от члена, безжалостно вторгшегося в её горло.       — А ты думала, супергероям легко приходится? — наслаждаясь чужими страданиями, хихикнула ЛедиБаг и сжала сосок на массивной для её возраста груди напарницы.       Удовлетворившись чужим стоном, девушка в красном вновь встала на колени, возвращаясь к прерванному занятию — нежному слизыванию спермы, сочащейся из открытой всему миру, ещё кровоточащей киски подруги.       По правде сказать, ещё минут пятнадцать назад несчастная Алья Сезер, она же Рена Руж, и представить себе не могла, каким адом для неё обернётся помощь «Защитникам Парижа»…       Память словно издеваясь (а может, наоборот, пытаясь спасти её разум от настоящего), услужливо воскресила те последние минуты, когда у неё ещё был шанс спастись. Если он, конечно, вообще был.       — Получилось! — стукнулись вместе три кулачка, и герои лучезарно улыбнулись друг другу.       Ярче всего, разумеется, сверкала улыбка Рены — шутка ли, впервые помочь собственным кумирам! Да не на правах блогерши, освещающей чужие успехи, а в качестве полноценной участницы событий!       — Ваше появление сегодня оказалось весьма своевременным… — поигрывая бровями, Кот галантно подцепил чужую руку и склонился над ней для чопорного поцелуя.       ЛедиБаг закатила глаза.       — …эффектным, — продолжал, тем временем, Кот, оставляя ещё один поцелуй на костяшках чужих пальцев, — и эффективным!       — Ай! — невольно воскликнула Рена, потому как в последний раз Кот пустил в ход не только губы, но и зубы. Конечно, супергеройский костюм поглотил основную часть «урона», но сам жест был более чем неожиданным, особенно учитывая компанию.       Лиса нервно скосила глаза в сторону героини в красном, но та лишь ещё раз закатила глаза и, отчего-то ухмыльнувшись, подошла к ним.       — Кот! — с наигранным осуждением обратилась она к напарнику. — Кажется, кто-то забывается! У нас нет времени для игр! Если ты не забыл, мы обязаны кое-что сделать… С Реной.       — Я… а… — девушке на миг показалось, что фраза несёт какой-то подтекст, причём из пошлых, но она тут же отринула подобные мысли, ведь сейчас рядом с ней были сами Защитники Парижа, можно сказать, эталоны самоотверженности и, в каком-то смысле, невинности. По крайней мере, на публике у них ни разу дела не заходили дальше лёгкого флирта или, в крайнем случае, поцелуев, да и то, «по делу». Ну там, проклятье снять, злодея в заблуждение ввести…       И тут Лису осенило:       — Ох, ну конечно, — раздосадовано выдохнула она. — Ты должна забрать у меня талисман, да?       — Ну, почти, — отчего-то хихикнула Леди, и в глубине её глаз мелькнули какие-то странные, слишком уж озорные искорки. — Сперва его нужно подзарядить…       — Подзарядить? — непонимающе переспросила Рена, чувствуя, как к горлу подкатывает противный комок.       Ощущение нарастающей угрозы лишь усилилось, когда Кот плавным движением скользнул ближе к ней, свободной рукою хватая её ещё и за локоть. Вроде бы, жест был скорее дружелюбным, но…       — Скажи, как зовут твоего квами? — жарко дыхнул ей в ухо Нуар, и в чужом голосе ей послышался отголосок тёмной страсти.       — Т-трикс, — на автомате выдохнула Рена, и тут же, ойкнув, машинально прикрыла рот свободной ладонью. Но тут же рядом с ней оказалась ЛедиБаг и мягко, но настойчиво отвела вторую её руку в сторону.       У девушки в рыжем возникло стойкое ощущение, что её пытаются насильно удержать на месте! Но ведь время трансформации уже на исходе, и…       — И какую же чудесную фразу ты произносишь, чтобы скрыть свою красоту под этой маской? — продолжал наседать Кот, крайне двусмысленно перебирая её пальцы.       — Я… э… — сознание было в смятении, и девушка ухватилась за то, что она точно знала, и что точно должно было сработать. — Но это же тайна! Если я произнесу фразу, то трансформация спадёт, и вы узнаете мою…       — Я и так её прекрасно знаю, — промурлыкала ЛедиБаг на самое ушко подруги, и от её интонаций у мулатки мурашки пошли по спине.       Что-то явно шло не так, как надо!       — Расслабься, — всё тем же обволакивающим голосом продолжила героиня в красном, свободной рукой поглаживая лопатки Лисы и даже пару раз пустив в ход ноготки, от чего Рена вообще начала впадать в лёгкую панику. — Ну же, не бойся! Фраза сработает, только если произнести её вместе с именем квами. Зато если ты нам сейчас её скажешь, мы поможем тебе открыть некоторые секреты твоего костюма…       — Н-но…. Ты же тоже слышала эти слова! — выпалила в отчаянье Сезер, чувствуя, как чужие руки начинают слишком свободно гулять по её рукам и спине, то и дело игриво спускаясь до поясницы, а то и ниже!       — Но я хочу, чтобы ты произнесла их сама, своими восхитительно пышными губками…       И Рена Руж почувствовала, как чужие зубы клацнули у самой её мочки.       — Д-дай лапу, — выдохнула рыжеволосая прежде, чем поняла, что делает, и тут же дёрнулась, пытаясь высвободиться из чужих рук. — Пустите! — выкрикнула она. — Уже кулон пищит! — словно хватаясь за последнюю соломинку, она скосила взгляд на изящный завиток, похожий на лисий хвост, на котором действительно мигала последняя секция!       В ответ Кот лишь добродушно рассмеялся и наградил заложницу ещё одним поцелуем, на этот раз в сгиб локтя. По телу Сезер вновь прошли мурашки, только на этот раз она уже не была уверена, из-за страха это произошло, или из-за… реакции на чужое присутствие. На присутствие самца?!       Она густо покраснела, чем вызвала лишь добродушную усмешку со стороны ЛедиБаг и похабную ухмылку от Кота.       — А теперь, Лисичка! — он властно положил руку на её ягодицу, сжав достаточно сильно, чтобы пленница в рыжем почувствовала, что когти на его пальцах — отнюдь не бутафорские! — Повторяй за мной! — его губы приблизились к самому уху несчастной, и выдохнули на грани слышимости. — Трикс, дай полапать!       — Т-трикс… — машинально начала повторять Алья, но вдруг осознала смысл всей фразы целиком и, сжав губы, отчаянно замотала головой из стороны в сторону. На глазах начали наворачиваться слёзы.       Кот лишь требовательнее сжал её ягодицу, мастерски балансируя на грани боли и грязных заигрываний. ЛедиБаг, вновь хихикнув, невесомо коснулась губками ключицы напарницы, и именно в этот момент Лиса поняла, что из этого капкана ей уже не выбраться.       — … дай полапать, — покорно выдохнула героиня в рыжем, беспомощно прикрывая глаза и чувствуя, как чужая хватка чуть ослабевает, а по телу катится волна обратной трансформации.       И после короткой вспышки мулатка тутже почувствовала на теле холод.       С одной стороны, конечно, это было вполне ожидаемо — супергеройский костюм, помимо прочего, защищал ещё и от капризов погоды, а после возвращения повседневной одежды девушка бы моментально оказалась подвластна всем ветрам, шалившим над крышами Парижа, но…       Но в том-то и было дело, что холод почувствовала лишь часть тела! Причём холод столь пронзительный, словно она была и вовсе…       — Что?! — в ужасе распахнула глаза Рена Руж, пытаясь как можно тщательнее рассмотреть собственную фигуру, однако даже первого взгляда хватило, чтобы холодно стало уже не только от ветра!       Почти весь её торс, начиная от лобка и заканчивая грудью, оказался выставлен напоказ всему свету. Прикрытыми оставались ноги чуть выше колен, бока и верхняя часть груди — контур «выреза» практически идеально повторял белое пятно на её обычной форме костюма.       Нежная кожа ягодиц тоже чувствовала холод, хотя и в меньшей степени, поскольку сзади, словно в насмешку, по-прежнему болталось широкое полотно «хвоста».       Кулон, висевший на шее и ещё совсем недавно отчаянно пищавший, неожиданно вспыхнул и заполнился на одно деление!       В надежде, что всё это просто дурная и очень, очень злая шутка, Рена Руж вскинула голову и попыталась встретиться взглядом с её мучителями, но к собственному ужасу осознала, что Кот смотрит на неё оценивающе, с сухим прагматизмом, машинально щёлкая пальцем по бубенчику. Так, словно он сейчас выбирал на прилавке секс-шопа очередную игрушку для своих забав.        «Да игрушка ты сейчас для него и есть!» — сверкнула в сознании ужасная догадка, и Рена, отбросив все сомнения, закричала во всё горло:       — Спаси-тубумгх-мыу! — её последний крик безжалостно запихнули обратно в рот вместе с бубенцом, который Кот успел сорвать со своего костюма. А уже в следующую секунду девушка почувствовала, как её в четыре руки жёстко скручивают в максимально неудобную позу, заставив наклониться вперёд, одновременно заламывая руки за спину.       Ещё мгновенье, и она почувствовала на собственных запястьях тонкую прочную леску йо-йо. Единственное, почему эта смертоносная штука ещё не вспорола её кожу — оставшиеся на руках перчатки от супергероического костюма.       Её на секунду оставили в этой неудобной и крайне унизительной позе, словно любуясь твореньем рук своих, но тут же Алья поняла, что это лишь начало её экзекуции!       Чужие пальцы ловко скользнули по спине, вытаскивая из крепежа флейту и укладывая её поперёк позвоночника примерно на уровне груди. Не успела девушка и глазом моргнуть, как те же пальцы примотали это музыкальное оружие к её плечам. Удар сердца, и её грубо толкнули, заставив потерять равновесие и завалиться на спину.       Руки, запаянные в чёрную кожу, ловко подхватили её в последний момент, а белозубая, хищная улыбка оскалилась прямо в лицо — так, словно желала съесть его вместе с рыже-белой маской-домино.       — Эй! Надо с уважением относиться к подобным реликвиям! Флейте не одна тысяча лет и, полагаю, никто не будет в восторге, если мы её вдруг сломаем! Если ты её вдруг сломаешь! — клык впился в нижнюю губу, беспомощно истекавшую слюной.        «Остановитесь, что вы делаете?!» — хотела выкрикнуть Сезер, но чёртов бубенчик закупорил её рот, словно пробка, позволяя вырываться наружу лишь невнятным стонам, мычанию и бульканью.       Спина коснулась крыши, и руки в чёрном вместе с хищными зубами скользнули прочь, но лишь для того, чтобы их место тут же заняла другая фигура, облачённая в красное.       — Знаешь, почему классические «грушевидные» лампочки опасно запихивать в рот? — почти пропела эта мерзкая, двуличная садистка, небрежно водя двумя пальчиками по слюне, уже натекшей на ключицу Сезер.       — А потому… — рука мучительницы взметнулась вверх, проводя холодными от слюны пальцами по губам Альи, от чего девушку передёрнуло.       — …что их потом невозможно… — «защитница» парижан эротично приоткрыла ротик и скользнула теми же пальцами по кончику языка и нижней губе, словно пробуя на вкус чужую слюну, и Рену замутило от этого зрелища.       — …вытащить без посторонней… — в синих глазах, скрытых за пятнистой маской, сверкнуло что-то дьявольское.       — …помощи! — рявкнула «героиня», и уже в следующую секунду Лиса почувствовала, как обе её ноги безжалостно запрокидывают наверх, выкручивают, едва не выворачивая суставы, чтобы завести коленки за флейту!       Рена Руж мечтала взвыть от боли, но могла издавать лишь глухие булькающие звуки, давясь собственной слюной и проклятым бубенчиком Кота!       От нехватки воздуха её сознание начало мутиться, и девушка даже не сразу сообразила, что её голову и верх спины приподняли, оперев о какой-то выступ крыши, спасая от удушения, а затем, для надёжности, ещё и примотали ноги к флейте всё той же леской йо-йо…       Измученный разум мулатки вынырнул из кромешного ада лишь в тот момент, когда перед ней показались обе фигуры, выпрямившиеся в полный рост.       — Улыбочку? — самым беззаботным тоном попросила ЛедиБаг и с безжалостным оскалом на лице навела камеру своего универсального инструмента на свою добычу.       Полыхнула вспышка, и мир раскололся на тысячи мутных, постоянно смешивающихся и вновь рассыпающихся на части осколков.       Рена Руж плакала навзрыд. От страха, от непонимания, от жалости к самой себе, но прежде всего — от боли предательства!        «Как?! Ну КАК самые известные и лучшие герои Парижа могли оказаться подобными монстрами? Как такой могла оказаться сама ЛедиБаг?!»       Поток её горечи и отчаяния прервался синхронным писком чужих талисманов. Писком от последних их делений.       — Оу, кажется, нам неплохо бы поторопиться! — с наигранным волнением повернулся Кот к напарнице.       — Да уж, мы явно затянули со всем этим «посвящением», — ухмыльнулась Леди, делая шаг назад.       Герой в чёрном повторил её манёвр.        «Так всё это было лишь… «Посвящением»?!» — сознание Альи металось между ужасом и отчаянной надеждой. — «Ну, конечно же! «Посвящением»! Герои Парижа ведь такие же подростки, как и я! И они наверняка просто насмотрелись голливудских фильмов и сериалов, где через одну ленту на второй обязательно всплывает подобная сцена, в которой «старые да опытные» проводят для «молодых да глупых» некий «обряд инициации», связанный с какой-нибудь унизительной практикой, зачастую публичной!»       Алья не верила, что в такие минуты её мозг способен не то, что думать связно, а выдавать на-гора практически философские трактаты. Наверное, виной тому был жуткий всплеск адреналина при полной невозможности пошевелиться.       Её руки покоились по бокам от её спины, из-за связанных леской запястий формируя что-то на подобии «лодочки», а ноги были запрокинуты едва ли не за голову, демонстрируя миру пышную грудь с затвердевшими от холода сосками, вздрагивающий от нервного напряжения чуть пухлый живот, и нежные, ни разу не «использованные» половые губы. Вся её поза напоминала некое главное блюдо на балу Сатаны. Золотистый бубенчик, игриво поблёскивающий меж чувственных алых губ, залитых собственной тягучей от холода слюной, лишь подчёркивал общий беспомощный образ.       Серьги и кольцо издали последний отчаянный писк, намекая, что пошли последние секунды трансформации.        «Пожалуйста!» — взмолилась мысленно Сезер. — «Пусть всё это окажется дурным сном, или просто кошмарным розыгрышем! Пусть они прямо сейчас умчатся отсюда в поисках укрытия для снятия своих масок! Их личины спадут, унося с собою и все эти путы из лески йо-йо, и самодельный кляп из бубенчика, и я останусь здесь, зажатой в неудобной и унизительной позе, но останусь одна, без лишних свидетелей!»       Она протяжно сглотнула накопившуюся во рту густую, противную слюну, чувствуя, как от этого в горле застревает комок.        «Да, я не переживу позора, если подобное фото когда-либо где-либо всплывёт, но, по крайней мере, я по-прежнему буду в маске сама! И если таковы правила, и такова «перестраховка» супергероев от раскрытия личностей друг друга, то пусть уж лучше я больше вообще никогда не получу Талисман!»       — Ну что ж… — прозвучал чужой голос, и Рена Руж почувствовала, как земля уходит из-под ног…       — Плагг, ёбти! — Тикки, ебай! — слились воедино голоса двух подростков, и после двух ослепительных вспышек Лиса поняла, что весь кошмар только начинается!       Костюмы героев изменились, открывая их скрытую, развратную сторону.       В красном спандексе «Леди» стало больше чёрных, агрессивных вставок, а сама ткань расступилась, оголяя ключицы, грудь, почти весь живот и лобок с верхней третью внутренней стороны бёдер.       Облик Кота преобразился ещё радикальнее: привычный костюм остался лишь в виде когтистых перчаток чуть выше локтей и сапог до середины икр. Зато широкий кожаный пояс, обычно свисавший с поясницы подобно хвосту, стал ещё длиннее, теперь не только сжимая талию, но и крест-накрест перехлестнувшись через грудь и спину. Правда, без фирменной «пятой конечности» Нуар не остался — заменой широкой плоской полосе выделанной кожи стал толстый плетёный хлыст. И Алья даже подумать боялась, как именно он «крепится» на Коте, если не было и намёка на связь этого «хвоста» с поясом…       — Тебе, наверняка, сейчас кажется, что происходит какая-то чудовищная ошибка, — разверзлись губы фигуры в красном, и это исчадие ада сделало первый шаг к своей жертве. — Но это не так…       Медленно, покачивая бёдрами, она обошла беспомощную лисичку, у которой от каждого чужого шага замирало сердце, а анальный сфинктер болезненно сжимался.       Кот, словно заметив «игру» чужой аппетитной попки, похабно ухмыльнулся и тоже пошёл к приготовленному для него блюду.       Вставший колом и подёргивающийся от нетерпения член наглядно демонстрировал, что «потребить» это самое блюдо блондин готов в любой момент.       — Некоторые наивно полагают, — звучал, тем временем, голос «героини» в красном, словно расплавленным воском капая в уши неподвижной Рены, — что квами для перезарядки нужна исключительно пища. Что ж, иногда это действительно так, однако главным элементом по-прежнему остаётся энергия.       Она говорила и говорила, небрежно и почти заботливо зарываясь пальцами в чужие волосы, словно пытаясь успокоить новую участницу команды.       Но как вообще можно быть спокойной, когда тебя полуголой связывают на крыше в абсолютно неподвижной и откровенно эротической позе, а светловолосый парень с накладными ушами и в чёрной маске, бывший твоим кумиром ещё меньше часа назад, уже встаёт на одно колено перед твоей мёрзнущей киской и плотоядно облизывается?!       — Она может быть разной и принимать разные формы, но в первую очередь, это — энергия от человеческих эмоций, эмоций самого владельца Талисмана…       Рена вздрогнула всем телом, когда впервые почувствовала жаркое, долгое прикосновение чужого, по-кошачьи шершавого языка к собственным гениталиям. Жёстко, без каких-либо прелюдий или уж тем более, ласок. Просто, властно, по-звериному.       Высокий пронзительный стон, почти вой, всё же пробился сквозь преграду сжавшегося от спазма горла, накопившейся во рту слюны и всё того же золотистого бубенца. Но этот стон отчаяния, похоже, лишь раззадорил мучителя в чёрном — утробно заурчав, он стал вжимать свой язык ещё настойчивее — так, что теперь уже раздвигал им нежные половые губы девушки.       — …и так уж сложилось, что самыми доступными и «энергоёмкими» оказались эмоции от полового влечения, а ещё лучше — от секса…       Секунда, и буквально физически острый кончик языка коснулся клитора несчастной, от чего Рена Руж в судороге изогнулась всем телом и обмякла, заливаясь слезами. Она предпочла бы живьём сгореть в аду, если бы получила оргазм от подобного обращения! Но вся беда была в том, что эти твари, похоже, слишком хорошо знали секреты человеческого тела. К собственному ужасу, Алья почувствовала, как вопреки её воле, тело начинает отзываться на чужие действия, как где-то в глубине её тела уже начинает вырабатываться смазка!       — М-м-м-мур-р-р-р! — довольно прозвучал Кот, на секунду отстраняясь от своей добычи, но и не думая оставлять её без внимания.       Когтистая перчатка небрежно скользнула по внутренней стороне бедра, будоража нервы… И тут же замерла, на грани чувствительности касаясь самым кончиком острого когтя той самой чувствительной точки её тела, заветного «зёрнышка блаженства». Причём касаясь столь мастерски, что даже малейшая дрожь со стороны самой Сезер заставляла это кошачье жало впиваться в нежную плоть, посылая по всему телу несчастной разряды электричества, заставляя его дёргаться в сладкой муке. Заставляя течь сильнее!       — Интересно, много ли начинки я смогу добыть из этого «небесного пирожка», м?! — почти проворковал садист, убирая свою руку и вновь склоняясь над своим «блюдом».       — Эй! — недовольно окликнула его девушка в красном, машинально сжав пальцы в кулак, отчего болезненно дёрнула Алью за волосы, но эта боль хоть на краткий миг отрезвила саму Сезер. — Мы же договаривались! Никаких пошлых шуточек в это время! Тем более, про еду!       — О-ой! — раздосадовано прошипел Кот, с явной неохотой поднимая голову от прерванной «трапезы». — Ну сколько можно, а?! ЛедиБлядь, что, настолько обязательно устраивать лекции с нотациями прямо сейча-а-А-А-А-А-АТЬ! — его небрежный, чуть высокомерный тон превратился в крик боли и гнева, когда его напарница неуловимым движением метнулась к нему за спину и с размаху выдрала ему «хвост». Короткая «рукоять», выполненная в виде продолговатой анальной пробки, мерно качнулась из стороны в сторону.       — Кажется, кто-то забывает не только правила хорошего тона, но и то, что бывает с его нарушителями? — недобро блеснули синие глаза под красной маской. — Да, Скат Нуар?! — передразнила она любовника, разок шлёпнув его сложенным вдвое хлыстом по голым ягодицам — несильно, скорее просто в знак назидания.       Кот зашипел, едва ли не вздыбив волосы между ушами и на загривке, но тут же склонил голову и даже чуть прижал уши, принимая чужую правоту.       — Хорошо, — нехотя процедил он сквозь зубы, хватаясь обеими руками за ягодицы Рены и сжимая их так сильно, что надави он ещё немного, и брызнула бы кровь. — Но раз уж вы у нас такая блюстительница этикета, то вы просто обязаны использовать своё Чудесное Очищение после того, как мы с ней закончим! — в его взгляде и словах прозвучала неприкрытая злость, даже вызов. Но морально уничтоженной Алье сейчас было не до разборок двух насильников и извращенцев.       Её собирались использовать, как обычную вещь, об которую потом, при необходимости, можно будет вытереть ноги, которую можно будет даже банально выкинуть! Эти двое извергов даже не считали её за мыслящего и чувствующего человека!        «Или, напротив?» — встрепенулась какая-то часть сознания, зачем-то ещё пытающаяся мыслить позитивно, рационально, или вообще хотя бы мыслить, а не биться в истерике. — «Считали, и именно поэтому так отчаянно и пытались унизить всеми возможными способами? Ведь для зарядки квами и Талисманов нужны эмоции, как сказала ЛедиБа…»        «И ты всё ещё склонна верить ей после всего случившегося?!» — мигом отозвался внутренний скептик, но в эту самую секунду на груди что-то коротко завибрировало. В том самом месте, где оголённой кожи касался холодный металл талисмана-подвески.       Рена Руж почувствовала, что сходит с ума. Кажется, однажды она наталкивалась на интересную заметку о том, что безумие является вовсе не «поломкой» сознания, а всего лишь встроенным механизмом защиты, призванным «заместить» в восприятии сознания окружающую действительность, чтобы это самое сознание не «сломалось» по-настоящему.       — Фех! — тем временем, пренебрежительно фыркнула фигура в красном, машинально поигрывая мощным хлыстом, перехваченным посередине. Девушка явно брезговала браться за перепачканную рукоять. — Нашёл, чем испугать! Может, я потому такую сочную девочку и выбрала на роль Лисы?       От чужого признания всё внутри Альи похолодело, и она поняла, что была предана с самого начала! Что подобная постыдная участь была уготована ей с первых секунд, когда она только коснулась изящной восточной шкатулки!       — Блядь! — ругнулся Кот, глянув на раскрытую перед ним киску. — Ну ты просто… блядь какая-то! — поднял он возмущённый взгляд и уставился на напарницу в красном. — Что, обязательно было мне весь кайф ломать и отправлять все мои старания коту под хвост?       — Ну, что у вас там под хвостом было, я догадываюсь! Впрочем, если настаиваете, можем ведь и более деятельно проверить! — хохотнула девушка, вновь занимая прежнее место у головы своей жертвы и, словно от нечего делать, машинально касаясь кончиками пальцев губ Рены.       Альи, глотая собственные слюни и слёзы, лишь отчаянно мотнула головой, словно из последних сил пытаясь протестовать против того безумия, что здесь творилось.       — Знаешь, что во всём этом самое несправедливое? — высокомерно усмехнулся Кот, принимая игру и поднимаясь на ноги.       — Да-да? — с показной заинтересованностью протянула Баг, напротив, устраиваясь на крыше поудобнее, и даже небрежно перекладывая голову своей доверчивой глупышки себе на колени. — И что же?       — То, что за твои выходки приходится расплачиваться не тебе, а твоим — хех! — подружкам!       Он расставил ноги пошире, нарочито медленно схватился правой рукой за основание своего члена и несколько раз демонстративно прошёлся вперёд-назад по всей его немаленькой длине.       Рена Руж смотрела на это орудие пытки словно заворожённая, не решаясь не то что дышать, а даже моргнуть.       — Ох, правда? — с наигранным ужасом распахнула глаза девушка в красном. — Ну что ж, в таком случае… — и она неожиданно резко сдавила на челюстные суставы Альи с обеих сторон, тут же дёрнула вниз распахнувшуюся челюсть, и, запустив внутрь пальцы, извлекла из хлюпающего слюной рта золотой бубенчик.       Не ожидавшая подобного Сезер судорожно вздохнула, подавилась собственными слюнями, закашлялась и машинально повернула голову на бок, пытаясь вернуть дыхание.       — Ну-ну, девочка, не волнуйся, — Леди любовным, хоть и властным жестом повернула чужую голову обратно к себе и впилась в губы девушки «утешительным» поцелуем.       Алье отчаянно хотелось плюнуть этой твари в лицо, но словно бы переставший слушаться её рот не смог претворить это желание в жизнь.       Угадав чужие мысли по ненавидящему взгляду, Леди озорно улыбнулась, хихикнула и чмокнула беспомощную пленницу ещё и в ключицу, отчего ту передёрнуло от отвращения.       — Ну что, не хочешь ничего сказать на прощание? — проворковала мучительница на самое ушко своей жертвы.       — Ч-что?! — весь ужас происходящего наконец-то дошёл до Альи.        «Так, выходит, они просто собираются меня банально изнасиловать, а потом убить и спрятать тело?! А все эти весёлые фразы про «посвящение» и «милые» фотографии — просто небольшой сувенир на память о ещё одной доверчивой глупышке, живущей сказками о добрых супергероях?!»       — Ну, попрощаться, — продолжила подтрунивать двуличная тварь в красном. — Со своей девственностью!       Рена почувствовала, как её половых губ требовательно коснулось нечто горячее и твёрдое.       — Нет, нет, пожалуйста, не надо! — осознание того, что вот-вот начнётся самая «сладкая» для насильников часть действия, придала пленнице сил, и её тело буквально заходило ходуном в отчаянной попытке вырваться, но…       Но чужие сильные руки уже схватили её за подбородок, вновь раздвигая зубы и безжалостно втискивая между ними плетенье хлыста, а затем придавливая этим самым хлыстом её голову вниз.       — Пожажушта! — взмолилась она из последних сил, заливая собственное лицо горючими слезами.       — Давай, скажи это, — прохрипел Кот, уже вставший на колени, приладивший головку к нежной щёлочке своей новой игрушки и поудобнее расставивший свои сильные руки для дополнительной опоры. Ведь первый удар должен быть особенно мощным, особенно незабываемым! — Заведи меня! — его глаза потемнели от едва сдерживаемой страсти, а тело мелко затряслось, словно вышедший на максимальную мощность мотор.       — Пока-пока, маленькая целочка! — почти пропела преступница в красном, всем своим весом и всеми своими супергероическими силами наваливаясь на хлыст, чтобы не дать несчастной Рене Руж ни единого шанса вырваться.       — Эшо можь пежвы-ый! — вгрызлась она зубами в импровизированный кляп, понимая, что пути назад уже нет и никогда не будет.       — Поверь мне, и не последний! — выдохнул Кот, и вошёл.       Всё тело Альи прошила насквозь адская боль. Казалось, член насильника не просто проникает внутрь её невинного влагалища и безжалостно рвёт девственное плево — нет! Он заполнял её всю, целиком, протискиваясь всё дальше, и глубже, пока она не почувствовала, как в её тело вжался чужой лобок.       Мгновение бездействия, самодовольный смешок Нуара, тихое «ах ты ж сильная, сучка!» от Ляди и почти беззвучный, едва уловимый скулёж самой Рены Руж.       — Уз-ко! — просипел Кот, начиная двигаться.       Назад, буквально выворачивая чужое влагалище наизнанку.       Вперёд, вновь раздвигая, разрывая девственное лоно.       Назад, даруя мимолётное облегчение и тайную надежду на то, что весь этот ужас вот-вот кончится.       Вперёд, сокрушая влагалище и наивные мечты.       Он насиловал её неспешно, со вкусом, не давая телу (уже не) девушки привыкнуть к новому «постояльцу», сперва почти полностью выходя из неё, и затем вновь погружаясь внутрь едва ли не на всю длину, отвоёвывая себе место обратно!       Массивный член двигался достаточно быстро, чтобы каждый его толчок отдавался в чужом теле всё новыми и новыми приступами боли, и в то же время, достаточно медленно, чтобы стенки измученного влагалища успевали вернуться обратно, что, в купе с почти полным отсутствием смазки, лишь усиливало остроту ощущений.       — С-сука, сухо! — прошипел Кот, не сдержавшись.       — А ты кончи! — ехидно посоветовала ЛедиБаг.       Рена Руж, чьё разбитое на осколки сознание дрейфовало по волнам собственных мучений, дёрнулась и машинально сжалась, пытаясь дать отпор.       — Ах ты ж щель невыдранная! — стиснул зубы Кот, машинально подаваясь назад и одаривая свою напарницу крайне недовольным взглядом. — Признайся, тебе просто нравится меня обламывать!       — А, может, мне просто завидно, что резвишься ты не со мною, а? Может, я ревную? — и, не дожидаясь ответа Кота, распласталась прямо поверх Рены так, чтобы своим мокрым язычком коснуться клитора подруги и члена напарника.       — О–огх! — тут же вырвался из его груди сладострастный стон, и девушка в красном довольно хихикнула.       — Наверное, мне должно быть стыдно перед нашей лисичкой! Я прямо вижу, как ты стал ещё больше! Стоит только посочувствовать нашей «новенькой»! — и, не отрываясь больше на грязные разговоры, раскрыла умения своего язычка по полной!       Её собственная щёлочка уже вся хлюпала, явно считая, что это ей положено ласкать чужой член, но ЛедиБаг умышленно оттягивала этот момент. Ведь чем напряжённее ожидание, тем слаще момент, когда желаемое будет получено!       Её собственная смазка, «любовный сок», как патетически называли эти выделения некоторые, уже во всю капала на маску и лицо Рены Руж.        «Ничего, девочка, привыкай! Поверь, не одному Коту с тобою резвиться!»       Сам Нуар, тем временем, уже был на грани. Узость чужого влагалища, вкупе с усердием его напарницы, делали своё дело, и парень чувствовал, что вот-вот кончит. Его бёдра стали двигаться резче и сильнее, плотнее вжимались в чужой лобок, помогая ему проникнуть поглубже. Дыхание стало рваным и обжигающим.       — О! Да! — буквально зарычал он, чуть расслабляя руки и, фактически, ложась на Рену третьим слоем.       Несчастная, почти раздавленная общим весом мулатка что-то невнятно промычала, по инерции сжимая в зубах хлыст, но на большее её уже явно не хватало.       — Да, давай! — прошептала ЛедиБаг, чуть подаваясь назад и выскальзывая из-под блондина. — Накорми лисичку!       — У-у-унгх! — он буквально ввинтился в чужое влагалище и обильно кончил, ставя метку на своей новой собственности!       — Нму-хут! — Рена смогла лишь сильнее зажмуриться и мотнуть головой.       Ей была до рвоты противна сама мысль, что она может забеременеть после изнасилования, но для своих палачей она была не больше, чем просто вещью, не имеющей права голоса.       — Боишься залететь, да? — словно издеваясь, прямо в ухо шепнула ей девушка в красном.       Кот, тем временем, упёрся руками в чужие ноги и с некоторым напрягом извлёк свой член наружу. Из разработанной киски тут же потекла сперма вперемешку с капельками крови от потерянной девственности.       — Боишься, что твой животик выпрет наружу, а твои сиськи наполнятся молочком, не так ли? Что ты станешь толстой коровой, пригодной только для размножения и сдаивания, да? — её слова должны были вызывать в Рене боль, но сама изнасилованная чувствовала только пустоту, отдающуюся гулким эхом от каждой новой реплики предательницы. — Не волнуйся, у нас есть для тебя сюрприз! Сперма героев в этом особом режиме — не фертильна! Она служит лишь способом передачи энергии от мужчины к женщине, и не более того!       — Нгх! — скривился сидевший рядом Кот, восстанавливая дыхание. — Ты можешь хоть раз обойтись без лекций, а?! Весь стояк мой убила!       — Да-а-а?! — картинно изумилась ЛедиБаг. — А мне почему-то показалось, что это чья-то киска забрала первый ваш заряд! — она беспардонно, хоть и неглубоко ввела пальцы в чужую щёлочку, и тут же вынула их наружу, задев клитор.       Рена дёрнулась, из её безвольно открывшегося рта вывалился хлыст. Кажется, несчастная наконец-то провалилась в спасительное забытье.       — Фех! Тоже мне, «героиня»! Никакой выносливости!       — Ну, котик, будь снисходителен к ней! Ведь это же её первый раз! — девушка в красном прильнула к груди своего напарника и вывела кончиком пальца замысловатый узор на его коже. — Но если хочешь, ты вполне можешь её наказать! Чтобы она активнее тренировалась в обращении с флейтами! Тем более, что у нашей малышки как раз ещё одно деление незаполненным осталось! — и она хищно ухмыльнулась, видя, как в глазах напарника разгорается адское пламя…

***

      Рена Руж не знала, сколько времени она провалялась в полуобморочном состоянии, на грани сна и бреда. Чужие голоса сливались в непонятный шум, а свистевший над крышей ветер по-прежнему холодил кожу, но он и близко не мог приблизиться к тому холоду, что растёкся по её душе.       Всё то светлое и доброе, что когда-то было заложено в неё сказками и рассказами для девушек, теперь сгорало в адском пламени.       Её изнасиловали, опозорили и, по сути, превратили в секс-игрушку. Причём сделали это те, кто должен был защищать её от злодеев и невзгод! На поверку «герои» оказались монстрами куда худшими, чем сам Бражник и акуманизированные им злодеи.       Всё тело пронизывала адская боль, грудь горела от всхлипов, а в горле была настоящая пустыня.       Что-то мягкое и влажное коснулось её губ.        «Вода!» — мелькнуло в сознании, и она машинально подалась вперёд, пытаясь сделать глоток.       — Хех! Ты гляди-ка! Да она же сама на него насаживается! — пробился сквозь вату небытия чей-то голос, и тут же она почувствовала, как прижатое к губам твердеет от новой волны похоти.       Чувствуя, как в сознании зарождается первобытный страх, она распахнула глаза и только сейчас поняла, что лежит на каком-то возвышении, а её голова запрокинута назад так, что шея почти параллельна крыше.       Последним, «осмысленным», что она успела увидеть, был подрагивающий от напряжения член, покрытый разводами белёсо-прозрачной смазки с красными прожилками, и свисающая «снизу-вверх» мошонка.       А затем ей просто силком открыли рот и запихнули этого отвратительного на вкус монстра внутрь.       — В чём проблема, лисичка? — донёсся елейный голос «героини» в красном до сознания, плывущего от нехватки кислорода и настойчивых рвотных позывов. — Он же даже короче флейты, с которой ты сегодня так умело управлялась.       Рена почувствовала, как по её кадыку игриво пробежались чужие пальцы. От этих прикосновений она машинально сжала горло, и едва не подавилась огромным членом, буквально заполонившим все её внутренности.       Она была готова поклясться, что этот монстр достаёт ей как минимум до желудка!       — А ты думала, супергероям легко приходится? — чужие пальцы сжались на соске, и Рена Руж застонала, уже не до конца понимая, где боль, а где — извращённое наслаждение, именуемое мазохизмом.       Её разум отчаянно пытался найти хоть какую-то опору в этом безумном мире, но все его усилия канули в небытие, едва она почувствовала, как её половых губ коснулся язычок, нежно слизывая вытекающие наружу остатки спермы, перемешанной с кровью от порванной девственной плевы.       Рене Руж хотелось умереть, настолько противной она была самой себе в эти мгновения, и влагалище, повинуясь неумышленной команде, сжалось сильнее, исторгая из себя омерзительный коктейль.       Чужие губы жадно накрыли её щёлочку, едва ли не высасывая всё содержимое её киски.       — Чудесное Очищение! — гаденьким тоном пропела ЛедиБаг, когда с этой волной было покончено. — Давай-ка, ты тоже не отлынивай! Сумела испачкать нашему котику его достоинство — сумей и отмыть до блеска! — и она, чуть приподнявшись, шлёпнула Нуара по ягодицам, от чего тот машинально подался вперёд.       Его член зашёл ещё глубже в Рену, и та поняла, что её рвёт, но при этом она задыхается!       Пенис в её горле на миг набух, и разрядился ещё одной порцией спермы прямо внутрь, не позволяя ни единой капле «ценного ресурса» пропасть впустую.       Кот тут же дёрнулся прочь, давая Рене возможность сделать долгожданный глоток воздуха.       Чьи-то руки тут же подхватили её и повернули на бок, позволяя отхаркаться наружу собственной слюной и желудочным соком.       — А ты быстро учишься! — хихикнули ей в ухо. — Думаю, можно даже сделать запись на память!       Рена Руж зажмурилась, буквально физически чувствуя, как вспышки чужих фотокамер плетьми бьют по ней.       — Ненавижу… — прошептала она одними губами.       — Что-что? — насмешливо переспросил Кот.       — Ненавижу! — уже громче закричала девушка. — НЕ-НА-ВИ-Жму-хумбувуф!!! — последний слог ей не дали произнести, грубо заткнув поцелуем.        «Героиня» в красном буквально пожирала свою новую «коллегу», не стесняясь пускать в ход язык. И чуть не поплатилась за это, когда Сезер пустила в ход зубы.       — Ах ты маленькая… — зашипела ЛедиБаг, отстраняясь. — С тобой хотели по-хорошему, но кто-то, кажется, против этого, да?!        «По-хорошему?! — билась в сознании Альи истеричная мысль. — «Это, по-вашему, называется «по-хорошему»?!»       — А ведь я даже приготовила тебе подарок, вернее, целых два! Но теперь я подарю их тебе так, чтобы ты это запомнила надолго!       Фигура в красном шагнула в сторону, чтобы Сезер могла её видеть. Руки подняли лежавшее на крыше йо-йо и нажали на какие-то скрытые кнопки на нём.       — Я думала прикрепить тебе небольшой маячок, чтобы всегда знать, где ты, и, при необходимости, вновь позвать на помощь! — она раскрыла ладонь, в которой лежало что-то вроде крохотного наушника-клипсы.       Сезер отчаянно хотелось плюнуть этой гадюке в лицо, но вся влага, кажется, уже ушла из организма в виде слёз.       — Но вместо этого ты теперь получишь кое-что значительно более приватное! — и она продемонстрировала вибратор-яйцо, разумеется, разукрашенный в чёрную крапинку на красном фоне.       И прежде, чем Алья что-либо успела сообразить, этот самый «подарочек» оказался весьма грубо засунут прямо в её многострадальное влагалище.       — А-а-а! — вскрикнула Сезер, с ужасом понимая, что крик вырвался скорее от неожиданности, чем от полноценной боли.       — Ну, а теперь, чтобы ты хорошенько выучила свой урок, Чудесная ЛедиФак! — ладонь в красном накрыла половые губы Рены Руж, и мулатка увидела, как из-под чужих пальцев пробились сполохи света.       Ощущения обрушились на её несчастное сознание подобно цунами, Алья буквально задохнулась от наплыва чувств, а когда эта волна схлынула, она поняла, что дискомфорт теперь происходил из-за отсутствия боли!       — Т-ты… — выдохнула она, не решаясь поверить в реальность происходящего.       — Да! — с насмешкой ответила Леди. — Восстановила твою никчёмную целку на радость тебе и будущую радость Котику, но! Я всё же оставила тебе свой первый подарочек внутри! — и на её лице расцвела кровожадная ухмылка. — Просто чтобы ты в следующий раз была куда как сговорчивее, чтобы достать его оттуда! — она демонстративно подняла руку с раскрытым на манер телефона йо-йо, и коснулась пальцем экрана.       Разряд сладкой боли, вызванной вибрацией прямо внутри её тела, выбил из лёгких Сезер весь воздух.       — Надеюсь, намёк ясен? — высокомерно осведомилась ЛедиБаг и, сочтя ужас в чужом взгляде вполне подходящим ответом, добавила. — Да, кстати, ты случайно не знаешь азбуку Морзе? Конечно, на ней общаться тебе будет непривычно, но ты же сама бы не захотела, чтобы у тебя оттуда звучал мой голос, верно?       И, обворожительно улыбаясь дьявольской улыбкой, Леди развернулась уже к Коту.       — Милый, — буквально проворковала она, но от этого голоса у Нуара буквально мурашки пошли по спине. — Иди-ка ты, наверное, домой, а? Свой талисман я уж как-нибудь сама подзаряжу, а у нас тут ещё один небольшой разговорчик женский намечается…       Сбивчиво пробормотав слова детрансформации, Кот вернул себе привычный всему Парижу вид и умчался прочь так быстро, как только мог.       — Отлично, — мило улыбнулась «героиня» в красном, когда они с Реной остались одни. — А теперь слушай меня сюда, сучка! — она встала на одно колено, и схватила чужой локон, больно намотав его на кулак. — Запомни, «Рви Наружу» — она умышленно исковеркала её привычное прозвище, подчёркивая новый статус своей «напарницы». –! Мы будем обращаться к тебе за помощью в битвах с Бражником, и ты будешь нам помогать! Равно как и будешь заряжать свой талисман! В том числе, и подобным образом! — она подцепила чужой кулон и продемонстрировала заполненные доверху и светящиеся деления. — И в твоих интересах как можно быстрее смириться с подобным положением дел. Поверь мне, не ты первая, не ты последняя! И чем раньше ты это поймёшь, тем лучше! Глядишь, ещё и сама поучаствуешь в чьей-нибудь подобной «инициации»! — на её лице появилась скабрезная ухмылка. — Но если ты хоть слово пикнешь о том, что происходит после боя, поверь, интернет просто взорвётся от весьма и весьма пикантных фотографий не только Рены Руж, но и самой Альи Сезер, ясно тебе?       Пленница могла лишь стиснуть зубы плотнее и сверлить омерзительную ей «Леди» убийственным взглядом.       — Вижу, ты ещё не смирилась с новой для тебя реальностью, но хотя бы додумалась не возражать в открытую! — коротко усмехнулась «защитница» Парижа. — Так вот, чтобы до тебя быстрее дошло истинное положение вещей, я буду периодически давать тебе небольшие такие «задания». Ну, для твоей же собственной практики и скорейшего вхождения в новый «образ мышления». Давать я их тебе буду через тот самый вибратор, и мои слова об азбуке Морзе были отнюдь не шуткой! Впрочем, ты у нас девочка продвинутая, может, скачаешь какое-нибудь приложение для этого, — она вновь хохотнула. — А теперь… — она каким-то странным образом дёрнула за леску, слух Сезер наполнился шелестом и шуршанием тонкой нити о ткань её костюма, а уже в следующую секунду она чуть не развалилась на части.       Во всяком случае, именно подобные ощущения возникли у неё в момент, когда она осознала, что больше ничто не спутывает у неё ни руки, ни плечи. Да, её ноги по-прежнему были развратно закинуты практически за голову, и флейта по-прежнему удерживала их в подобном состоянии, но нахлынувшая на неё свобода всё равно пьянила круче любого алкоголя.       — …повторяй за мной! — «Леди» одним резким движением дёрнула за флейту, каким-то неведомым образом вытаскивая её из-за спины собеседницы, отчего Сезер уже совершенно реально грохнулась на крышу. — Трикс, хорош лапать!       — Т-трик, х-хорош лапать, — пролепетала Рена, не в силах даже оторвать ноги или руки от крыши. Конечности буквально дёргались от невидимых иголочек, нещадно колющих каждый миллиметр её мышц. По телу прокатилась волна обратной трансформации, и грудь с животом наконец-то ощутили спасительное тепло супергеройского костюма.       — Вот и отлично. А теперь снимай обычную трансформацию и возвращай мне кулон, — милым голоском «попросила» Леди, и сама окуталась красным сиянием.       Через несколько мгновений на крыше стояла ЛедиБаг в своём привычном красно-чёрном костюме и Алья Сезер в джинсах и рубашке в клетку.       — Ах да, последний момент, — произнесла Леди, уже забросив йо-йо на соседнюю крыши и безапелляционно прижав подругу к себе за талию. — Смотри, не потеряй мой подарочек, а то награжу, для верности, уже тремя! Причём два из них, боюсь, придётся демонстрировать всему классу, — и она крайне недвусмысленно прямо через рубашку сжала чужой сосок.