Камень

С одного года и до четырех лет маленький Гарри Поттер жил со своими родственниками. С тетей Петуньей (сестрой его мамы), дядей Верноном и кузеном Дадли. К сожалению, родственники Гарри оказались равнодушны к мальчику. Постоянно оскорбляли его, называя уродом, толком не заботились о нем, выделив ему вместо полноценной комнаты с нормальной кроватью и выходящим во двор окном чулан под лестницей, по которой Дадли обожал с утра пробежаться и попрыгать на некоторых ступеньках так, что у Гарри, в этой коморке, сыпалась штукатурка. Дядя Вернон был особенно жесток к Гарри. Маленький мальчик уже с детства знал, что такое порка. Ремень, розга, подзатыльники — все это стало неотъемлемой частью его пока еще короткой жизни. Да, один раз провинился — получаешь затрещину. Пусть это будет и самая-самая мелочь, вроде случайно пролитого чая. Все равно тебе прилетит затрещина от дяди или резкий удар полотенцем от тети. Гарри не мог контролировать себя в столь юном возрасте. Он же ребенок и ему должны быть позволены шалости, оплошности и мелкие проступки. Однажды Гарри было сказано заварить дяде кофе и принести тарелку завтрака. Неаккуратность из-за тяжелого подноса с едой и горячим напитком, так еще и достаточно маленьким неокрепшим организмом, стала причиной совершенной случайности. Донеся поднос до стола и уже почти поставив его перед дядей, руки Гарри начали сдаваться под тяжестью его ноши и обронили поднос. Тарелка с яичницей и беконом опрокинулась дяде на колени, а кружка с лязгом облила его очень горячим кофе по обеим ногам. Вернон взвыл от жжения и вскочил со стула. Петунья попутно пыталась успокоить мужа, принести ему что-нибудь холодное, чтобы приложить в обожженному месту и протереть его штаны. Вернон был очень зол. Это был его новый костюм, да еще все это произошло перед тем, как ему идти на работу. И, конечно же, во всем был виноват этот ужасный мальчишка, их семейная обуза. Вот тогда-то Гарри получил сполна. На него накричали, обозвали уродом и самым несносным на свете ребенком. Глаза Вернона полыхали огнем ярости и Гарри невольно ежился. Тучный мужчина схватил ребенка за шиворот его неподходящей по размеру футболки и хорошенько встряхнул. Кричал в этот момент Вернон весьма громко. Гарри уже понимал неизбежность порки, да и тем более дядя уже треснул его во время встряхивания. — Пожалуйста, дядя Вернон, простите, этого больше не повторится! — пытался извиниться Гарри. — Плевать я хотел на твои извинения, ты специально это сделал! Убирайся с глаз моих, денься куда-нибудь на улицу! — проревел Вернон. — Сегодня же сорвешь себе прут, и я отлуплю тебя им лично! И не надейся получить даже крошки еды, мерзкий урод! Так все и случилось. Гарри было не избежать порки, и он принес злосчастную розгу домой. Вернон резко выхватил прут из рук Гарри, из-за чего мальчик немного поцарапал ладони. Злость Вернона была близка к своему пределу. Он лупил мальчика розгой, крича оскорбления и угрозы. Гарри было больно. Очень больно. Но теперь, живя с хоть и приемным, но все же отцом, Гарри мог и не вспоминать эту историю и боль, которая ей сопутствовала в тот момент. Ведь его новый папа никогда с ним так не обращался. Он только ругал его, что заставляло Гарри нервничать и переживать из-за того, что он расстроил отца. Кстати, зовут его Северус Снейп, и он высококлассный Мастер зелий и профессор Зельеварения в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс. О, да, Гарри гордится быть хоть и приемным, но все же сыном такого человека. Появился Северус в жизни Гарри совершенно неожиданно. Просто в какой-то момент он оказался на пороге дома Дурслей. Дальше все произошло как-то суматошно: Вернон был припечатан к стене, напротив прицеленной на него волшебной палочкой пришедшего мужчины, тетя Петунья и слова вымолвить не смогла, а Дадли и вовсе куда-то убежал от страха. Одно неприятное перемещение в пространстве и вот Гарри со Снейпом стоят на дороге, ведущий к большущему красивому замку. Там они пришли в кабинет директора — Альбуса Дамблдора. Тот был великолепен и от него исходили прям волны могущественной магии. Гарри узнал, что, оказывается, он волшебник, как и его родители. Гарри сначала не поверил, но, увидев сотворенное Дамблдором заклинание, тут же просиял. Потом директор и Северус поговорили наедине и довольно тихо, пока мальчик расхаживал по кабинету и рассматривал всякие диковинные штучки. После нескольких споров Гарри оказался на попечении того самого пришедшего мужчины. По началу он был суровым и не очень приветливым с Гарри. Но время шло и Северус осознавал, что, чем больше он проводит с мальчиком, тем больше он узнает мальчика и привязывается к нему. Буквально через пять месяцев и Северус, и Гарри стали довольно близки. Мальчик уже спокойно и защищенно чувствовал себя рядом с мужчиной. Гарри привязался к Снейпу. По-настоящему. Старший волшебник заботился о нем, Гарри ему нравился, Северус не оскорблял его, не бил и даже обнимал и укладывал спать, подоткнув одеяло, чтобы Гарри ночью не замерз. Да что говорить, Северусу был небезразличен мальчик. Да, Северус знал о том, как с Гарри обращались его родственники. Забота об этом ребенке приносила необъяснимое удовольствие, и он принял важное для них обоих решение. Уже через месяц официальная бумага Министерства сделала Гарри и Северуса семьей. Сыном и отцом. Через что они только не прошли за этот месяц. Но они со всем справились и были совершенно счастливы. А еще через, наверное, неделю-две Гарри начал звать Северуса «папой». В тот момент зельевар едва ли мог спокойно дышать и утихомирить свое сердцебиение. Вот уже прошел год, как Гарри живет с Северусом. И полгода, как он является его законным сыном. Счастью ребенка нет предела. О нем заботятся, за него переживают, обнимают, кормят, утешают, если понадобится, никогда не оскорбляют и не бьют. Гарри по-настоящему счастлив. И тогда-то произошла весьма неприятная ситуация. Папина палочка лежала на тумбе и выглядела отчаянно маняще. Гарри не удержался. Он видел, как отец колдует, да и тем более он тоже волшебник, разве это сложно? Мальчик схватил палочку, начал вытворять ей замысловатые движения и произносить несвязные слова на латыни. И тут ба-бах! Из палочки вырвался фиолетовый с примесью желтоватого свет и полетел прямо в дверь, ведущую в лабораторию отца, и внутрь помещения за ней. Что же сделало заклинание… Дверь пробита, котел с зельем посреди стола опрокинут на пол, все стоящие на полках флаконы разбились и их содержимое сливалось в один поток вниз по шкафам. Страшное зрелище. Прибежав на место шума, Северус застал эту столь кошмарную картину. Его лаборатория разрушена, зелья и ингредиенты для них напрочь уничтожены, а готовящееся снадобье, над которым он работал вот уже месяц, было разлито по полу и нещадно испорчено. Напротив всего зрелища стоит его сын с его же палочкой в руке и потерянно на него смотрит. Тут Северус не выдержал, все, абсолютно все его труды пошли насмарку. — Гарри! Мерлин побери, что ты наделал! Что все это такое?! — Пап, я… — пытался оправдаться Гарри. Он очень не хотел всего этого учудить и расстроить отца. — Нет! Никаких оправданий, — сказал Северус и, чтобы не разразиться тут своим гневом, добавил: — Убирайся. — Пап… — при этих словах Гарри еще больше поник и растерянно смотрел на мужчину, чьи глаза просто полыхали. — Нет. Уходи. Иди на улицу, — выдавил Северус. Лучше мальчик погуляет, пока Северус успокаивается. Гарри опрометью унесся на улицу. Он побежал к высокому дереву, опустился у его подножия и расплакался. Как он мог такое натворить? Теперь отец его точно прибьет, оставит без еды или… или даже откажется от него. Горечь мальчика стала пуще прежней. Проплакав добрых минут двадцать, Гарри вспомнил до боли похожий случай. Дядя Вернон перед поркой розгой точно так же велел ему убираться, причем тоже на улицу. Но он добавил, что Гарри должен сам себе сорвать прут, которым его отлупят. Отец такого не говорил, но, кажется, подразумевал. Как же такое произошло… Теперь Гарри точно отлупят розгой. Мальчик знал, что будет очень больно. Уж особенно из-за такого проступка. А, возможно, и еще больнее. Гарри ужасно не хотел повторять такой опыт, это же невыносимо. Гарри смирился со своей участью и пошел искать подходящий прут, но поблизости были только деревья и кусты с жесткими и быстро ломающимися ветками. Тут его внимание привлек камень. Собравшись с духом, мальчик пришел домой с этим камнем в руках. Он застал отца, стоящего посреди гостиной, напротив той самой взорванной лаборатории и восстанавливающего заклинанием дверь. Северус увидел Гарри и повернулся к нему. Он хотел было подойти к сыну и извиниться, что отослал его на улицу. Он заметил, что мальчик плакал, его глаза были припухшими и щеки красными. — Гарри… — но не успел Северус сказать и двинуться к Гарри, как тот быстро его перебил. — Пап, прости, пожалуйста, я очень виноват. Я не нашел прут, но нашел камень, которым ты можешь в меня бросить, — Гарри достал камень и показал его Снейпу. У Северуса сбилось дыхание. Камень? Бросить в Гарри камень? В качестве наказания? И тут до Северуса дошло. Ведь примерно такая же ситуация произошла с мальчиком когда-то у родственников. Тогда он собственными руками принес домой розгу, которой его отлупили. В этот момент зельевар понял, как выглядит вся ситуация со стороны ребенка: папа хочет сделать мне больно и нет никакой разницы, будет это сделано розгой или броском в него камнем. Ужаснувшись этой цепочке мыслей, Северус быстро подошел к Гарри, отнял у него камень и отбросил его на стол. Он взял сына на руки и вместе с ним сел на диван, усадив того на колени. Северус крепко обнял мальчика и еще больше прижал к себе, когда он начал плакать. — Гарри, я прошу тебя, запомнить то, что я тебе скажу. Я никогда тебя не ударю, ни розгой, ни камнем, ничем. Гарри заглянул Северусу в глаза и увидел в них свет чистой искренности. Он крепко обнял отца и продолжил плакать ему в плечо. Успокоив и уложив Гарри спать, Северус положил камень на одну из полок в своей комнате. Он будет напоминать ему о том, что насилие — это не выход. Ведь Гарри уже за свои пять с лишним лет натерпелся достаточно от своих родственников. И Северус дал обещание и себе, и ребенку, что в жизни с ним так не поступит. Ни за что.