Туфельки

«Чёрт бы побрал эти каблуки! Угораздило же именно сегодня забыть сменку!» — ругала сама себя Галина, идя по опустевшему коридору по направлению к буфету. Сначала утренний доклад в Министерстве, потом совещание в Главке, затем раскрытие дела… И весь день на ногах, вернее, на тонких высоких каблуках, которые пришлось надеть вместе с узкой юбкой, рубашкой и жакетом. К концу дня полковник буквально не чувствовала ног, икры пронзала неприятная боль. Хотелось сбросить эти ненавистные туфли и ходить босиком, но она не могла этого сделать, так как боялась заболеть. Всё-таки добравшись до буфета и упав на спасительный диван, глава ФЭС расслабленно устроилась на нём, вытянув ноги. Через некоторое время в буфете появился Николай, который думал, что остался один в офисе. — Ой, Галь, привет. А ты почему ещё не ушла? — увидеть её в такое время здесь стало для него новостью. Причём приятной, потому что майор всё никак не мог найти повод, чтобы остаться с главой ФЭС наедине. А тут ему представился такой случай… Он с интересом разглядывал узкую длинную юбку и стройные женские ноги в туфлях, особенно подчёркивающих их прелесть и изящность. — Да вот, задержалась… — неопределенно вздохнула начальница. Ей льстило внимание зама, но она лишь изредка делала ему одобрительные знаки. То улыбнётся по-особенному, то бросит мимолётный кокетливый взгляд, то мягко коснётся его руки… Круглов старался быть более сдержанным к её лёгким намёкам. — Время уже позднее… Ты не против, если я подвезу тебя? — сейчас это был его шанс напроситься на чашку чая. А что будет дальше — кто его знает… — Не против, — улыбнулась Галина Николаевна, — Пойду соберусь. — Я зайду за тобой, — кивнул мужчина. Галина изящно поднялась с дивана, — она до поры до времени не хотела показывать ему свою слабость, — и они вместе вышли из буфета, а затем каждый отправился к себе. Когда Николай со своими вещами появился в дверях её кабинета, полковник успела собрать важные бумаги, сложив их в свою сумочку, и заново накраситься. — Галь, ты готова? — поинтересовался майор, наблюдая за тем, как она убирает оставшиеся документы в шкафы. — Да, пойдём, — глава ФЭС взяла вещи и подошла к нему. Он помог ей надеть пальто, — на улице стоял октябрь, — после чего они вдвоём покинули сначала кабинет, а потом и сам офис. Оказалось, что к вечеру и без того капризная погода успела окончательно испортиться, так как на улице было ещё холоднее, чем днём. Единственным, пожалуй, плюсом стало то, что, в отличие от дневной части суток, сейчас не лил дождь, но начальница всё равно замёрзла, потому что пальто не спасало от холодного пронизывающего ветра. Тонкий капрон тем более не защищал ноги от холода, отчего они заболели ещё сильнее. — Пойдём быстрее в машину, а то заболеть можешь, — Круглов заметил, что она одета не по сезону и продрогла на ветру. Женщина согласно кивнула и вместе с ним поспешила к автомобилю. Зам помог ей сесть в тёплый салон. — Так лучше? — заботливо поинтересовался, усевшись на водительское сиденье и закрыв за собой дверь, чтобы не напускать холода. — Намного, — улыбнулась, поудобнее размещая ноги и слегка морщась от неприятной ноющей боли в икрах, — Поехали. Вскоре они были у дома Галины Николаевны. Стоило последней выйти из машины, как ноги тут же дали о себе знать. Она даже слегка присела, стоять было невыносимо. — Галь, ты себя хорошо чувствуешь? — обеспокоенно спросил майор, заметив её состояние. — Да, — неуверенно улыбнулась та, — Проводишь меня до квартиры? — Конечно. Не нравится мне что-то твоё состояние… Пять ступенек лестницы, ведущей в подъезд, показались женщине сущим адом. Она молилась, чтобы ноги не отказали окончательно и Николаю не пришлось нести её на руках, потому что сейчас он держал её за руку и старался контролировать её движения, чтобы предвидеть возможное падение с лестницы и вовремя её подхватить. Наконец они оказались возле двери квартиры Галины. — Коль, спасибо тебе большое за то, что проводил, — улыбнулась полковник, — Не зайдёшь ко мне? — ища в сумочке ключи. — Ну, если ты приглашаешь… — улыбнулся в ответ. Они вошли в прихожую. Глава ФЭС в изнеможении опустилась на пуфик. — Ну наконец-то! — выдохнула, — Коль, ты не представляешь, как у меня болят ноги… — Весь день на высоких каблуках? Не бережёшь ты себя, Галь, — покачал головой майор, опускаясь рядом с ней на корточки и заглядывая ей в лицо. — Да я сменку забыла. Вот и пришлось весь день мучиться… — Попросила бы меня. Я бы привёз тебе её… — положил ладонь на её колено. — Да как-то некогда было… и неудобно, — улыбнулась и слегка поморщилась, — Я ног совсем не чувствую… только ноющую боль. — Ничего страшного, я тебе помогу. Давай мне свою ножку, — с этими словами его рука спустилась по её икре и, приподняв правую ногу, осторожно сняла сначала один туфель, а потом и с другой ноги второй. — Ну что, так лучше? — поинтересовался. — Не знаю, — начальница хотела встать, но ноги отказались держать её. Она опасно покачнулась, но Круглов вовремя среагировал и придержал её за талию. — Так дело не пойдёт. Твоим ножкам нужен отдых. Мало того что каблуки сегодня весь день носила, так ещё и застудила их на улице… Пойдём на кровать. — А как же я… — Я тебя донесу, — и он подхватил её на руки. Галина Николаевна прижалась к его груди, её руки обвились вокруг его шеи. Голова женщины покоилась на его плече. — Показывай, где у тебя спальня. — По коридору налево. Когда они оказались в спальне, зам осторожно опустил Галину на кровать и подложил ей под колени большую подушку так, чтобы её ноги находились в полусогнутом положении. Та тем временем сняла с себя жакет. — Коль, повесь, пожалуйста, на стул, — протянула ему последний. Тот исполнил её просьбу. — Сильно болят? — сел рядом и погладил её стройные ноги. — Терпимо. Во всяком случае, я стараюсь, — улыбнулась. Полумрак в комнате, образовавшийся из-за ночника, зажжённого на тумбочке, создавал между ними особую атмосферу. В этой атмосфере можно было раскрыть остававшиеся секреты, которые могли многое изменить в их отношениях. И Николай решил воспользоваться ситуацией. — Галь, скажи мне, только честно… Ты ведь специально сегодня так нарядилась? Юбка, туфли… Хотела проверить меня на прочность? — он заглянул в её светящиеся в полутьме глаза. — А не много ли ты хочешь? — насмешливо поинтересовалась она, но в её глазах плясали кокетливые искорки, — Я, может быть, для доклада в Министерстве так оделась. — Галочка, вот ты умная и красивая женщина, а говоришь какую-то ерунду… — Так значит, я красивая? — прищурилась. — Очень, — улыбнулся, — Давай я сделаю тебе массаж. А ты пока подумаешь над своими словами. — Хмм… Ну попробуй. Он провёл рукой по её ногам и услышал тихо произнесённое: — Я в чулках… Майор посмотрел на полковника. Она села и, приподняв юбку, медленно стянула чулки так, чтобы шёлковая резинка была за пределами юбки. — Снимешь сама? — спросил. — Нет. Я хочу, чтобы это сделал ты, — улыбнулась. Круглов протянул руку и осторожно стянул с женской ноги чулок, который легко соскользнул по идеально гладкой коже. Следом за первым последовал и второй. — Ножки совсем холодные… — покачал головой, проведя ладонью по блестящим икрам, — Ну ничего, сейчас мы их согреем… Зам стал бережно массировать ноги начальницы. Его руки казались ей огненными. После первых же его прикосновений главе ФЭС стало жарко. Она откинулась на спинку кровати и попыталась о чём-нибудь думать, но его нежные прикосновения путали мысли в её голове. Женщина боялась или не могла признаться даже самой себе в том, что давно ждала этого. Что иногда по ночам ей снилось, как он целует её, как они дарят друг другу сладостное удовольствие и как она потом, уставшая от любви, засыпает в его объятиях, а он гладит её по плечам и что-то ласковое и нежное шепчет на ушко… Мужчина, заметив, что Галина Николаевна витает в облаках, перешёл ко второй части своего «коварного» плана. Он наклонился к её ногам и осторожно коснулся губами потеплевшего колена. Почувствовав столь необычное прикосновение, Галина вынырнула из своих мыслей. Николай заметил это, но не подал виду и продолжал покрывать согревающими поцелуями её колени и икры. Полковник не стала ему мешать и просто расслабилась, наслаждаясь его нежными прикосновениями. Она уже поняла, что выдала свои чувства с потрохами, но не жалела об этом. Коснувшись поцелуем женского колена в последний раз, майор поднял голову и поймал на себе её потеплевший взгляд. — Тебе нравится? — произнёс. — Да, — выдохнула, — Коль… Ты был как всегда прав. Ты и я… Между нами нечто большее, чем простые служебные отношения. И да… юбку и туфли я надела для тебя. А ещё… — Всё-всё, Галочка, успокойся, — улыбнулся Круглов, накрывая ладонью её руку и придвигаясь ближе, — Мы с тобой взрослые люди и можем попробовать… быть вместе. Всё зависит от твоего решения… Он наклонился к ней и коснулся её щеки нежным поцелуем. — Как твои ножки себя чувствуют? — заботливо поинтересовался. — Отлично, Коль, — улыбнулась, — Спасибо тебе большое. Но я совершенно никудышная хозяйка… — Почему? — Потому что пригласила тебя в гости и до сих пор не напоила чаем, — рассмеялась. — Ну, от чая я бы не отказался… — улыбнулся. — Пойдём на кухню, — она встала с кровати и тут же ощутила лёгкость в ногах. Они вышли из спальни. Время перевалило за полночь, когда начальство решило, что пора знать меру. К этому моменту уже было выпито несколько кружек чая и даже пара бокалов вина. — Ну что, Галь, хорошо мы посидели, — подытожил зам, помогая главе ФЭС убрать со стола, — Спасибо за чай, за вино и за такую прекрасную компанию, — идя по коридору к выходу. Женщина следовала рядом с ним. — Тебе спасибо, что принял приглашение, — улыбнулась, — Кстати, массаж мне тоже очень понравился… — Можем повторить, — подмигнул. Оба рассмеялись. Они остановились возле входной двери. И тут Галина Николаевна совершила то, чего никак не ожидала от самой себя, — она приблизилась к Николаю и, обвив его шею своими лёгкими руками, прильнула к мужским губам нежным поцелуем. Майор тут же ответил, словно знал, что она это сделает. Его руки обвили её изящную талию и прижали полковника к крепкой мужской груди. — До завтра, Коль… — шепнула ему в губы, касаясь их лёгким поцелуем. — Спокойной ночи, Галчонок. Встретимся завтра на работе. Не опаздывай, — улыбнулся и, чмокнув её в щёчку, покинул квартиру. А сияющая глава ФЭС осталась стоять в коридоре и смотреть на закрывшуюся за замом входную дверь.