Treatment

      Следующие несколько дней были похожими друг на друга: Шелли просыпалась, умывалась, завтракала и шла в школу. Там же она почти всё время старалась избегать любых встреч с Ани или с кем-нибудь ещё. Её совсем не хотелось обсуждать то, что она узнала о Брайсе и позволять кому-то решать за неё как к этому относится.       Брайса, тем временем, выписали из больницы, и он привыкал к своему новому образу жизни в домашних условиях. Ани и её мама всячески ему помогали. Брайсу не давало покоя то, что Шелли отказывается разговаривать с Ани, получается, он совсем ничего не знал. А незнание, зачастую, начинает нервировать. Так что у него даже появлялись мысли о том, чтобы самому позвонить Шелли, но Ани утверждала, что она даже и слушать его не захочет, и что этими выяснениями отношений он только сделает хуже. Единственный урок, который должен усвоить Брайс — быть терпеливым и научиться ждать. И конечно, научиться уважать чувства других.       Первая учебная неделя Шелли подходила к концу.       POV Шелли       Последние 4 дня я только то и делала, что думала о Брайсе. На уроках мне было особенно тяжело сконцентрироваться, но я старалась изо всех сил. Приходя домой, я ложилась на кровать и пыталась вообразить, как это всё произошло? Чем руководствовался Брайс, когда делала это? Может быть он был слишком пьян? Или наоборот — осознавал все свои действия?       Я даже начала читать различные статьи о поведении насильников и чем это поведение может быть спровоцировано. Но я почти что ничего не знала о Брайсе, я не знала ничего о его отношениях с мамой, о том, как он рос и как к нему относились окружающие. Никакого материала для анализа. Так что я не смогла сделать никаких выводов.       Соответственно, у меня оставалось 2 варианта: либо вычеркнуть Брайса вовсе из своей жизни и мыслей (но так получилось, что за несколько дней он крепко засел в моей голове), либо же собрать о нём как можно больше информации, и только потом решать. Единственными доступными источниками информации были ученики Либерти. В том числе и Ани, конечно. Но так как я могу неплохо чувствовать людей, то я предпочла относится к Ани поосторожнее. Мне, почему-то, показалось, что она умелый манипулятор и может «помочь» мне сложить своё впечатление о Брайсе. А я хотела знать и хорошее, и плохое.       Раз сегодня пятница и я собираюсь на учебу, то почему бы не воспользоваться этим днем, чтобы попытаться хоть чуточку понять Брайса Уокера. Интересно, как быстро моё желание не связываться с ним вообще перешло в желание разобраться, что к чему.       Приехав в школу, я уже не так спешила к своему шкафчику, как в предыдущие дни, а спокойно прошла по коридору, со мной поздоровался Алекс (к слову, после того разговора в столовой он весьма спокойно ко мне относился). У нас было 2 совместных урока: география и экономика, и при входе в класс мы просто кивали друг другу. Меня это устраивает, всё лучше, чем находится в постоянном напряжении. Но подойти к нему и вот просто ни с того, ни с сего начать разговор и выяснять что-то про Брайса я не могла. Слишком странно. И неловко. Однако, судьба мне улыбнулась, и я заметила, как Алекс немного замедлил свой ход, а потом повернулся и тайком посмотрел на меня. Я это увидела, и он быстро отвел глаза. Через пару секунд ситуация повторилась — мы всё также продолжали переглядываться, пока мне не стало смешно. Алекс поджал губы и направился в мою сторону.       — Подсматриваешь за мной? — спросила я.       — Просто интересно… — улыбаясь сказал Алекс. — Как у тебя дела?       — Ну… Неплохо, скажем так.       — А как первая неделя в Либерти?       — Знаешь, очень даже, мне у вас нравится. — я захлопнула шкафчик, держа в другой руке необходимые учебники.       — Это хорошо. — сказал Алекс и опустил глаза. — Ты общаешься с Брайсом?       Я не знала, что ответить, поэтому решила сказать правду:       — Пока что нет. Я кое-что узнала о нём. Это про Ханну и Джесс…       Мы молча смотрели друг на друга, пока Алекс не ответил мне:       — Были и другие девушки. Знаешь, он вообще много чего натворил.       — Например?       — Он изнасиловал девушку, с которой потом встречался, и которая потом сделала аборт, когда забеременела от Брайса.       — Ты серьезно? — я уже не верила своим ушам.       — Да. — как ни в чем не бывало ответил Алекс. — Но типа… При всем при том, что он вел себя как моральный урод, он умудрялся помогать остальным. Конечно, помощь была тоже своеобразной, но она соответствовала запросам.       — О чем ты?       — Это слишком запутанная история и здесь будут замешаны не только мои секреты, так что извини, не могу всего рассказать.       — Я поняла… Алекс, я не могу не спросить — почему ты пытался его сбросить в реку? Ты же понимал, что он не выплывет с переломанной рукой и ногой. Это всё из-за Джесс?       — И из-за неё тоже. — он посмотрел мне в глаза. — Он сделал плохо почти всем моим друзьям: Ханне, Джесс, Заку, Клэю… Я просто не знаю. Меня охватила такая злость… Больше года назад я себе бошку прострелил.       — Боже, Алекс, ты шутишь?       — Нет, — заулыбался тот, — я серьезно. У меня была дырка в затылке, и я потом долго восстанавливался и ходил с палочкой. Если заметила, то я хромаю.       — Да, заметила.       — Так вот после этого я стал просто делать то, что я хочу. Это не в плане моего психического помешательства, нет, просто у меня изменилось отношение к людям и к жизни. Нужно делать то, что чувствуешь. Тогда я чувствовал ненависть к Брайсу Уокеру.       Я продолжала смотреть на Алекса и в голове начало появляться громадное количество вопросов: из-за чего Алекс тоже пытался себя убить? Где теперь Хлоя? Что Алекс делает на кассетах Ханны и связано ли это с его травмой?..       — Шелли, — снова обратился ко мне Алекс, — я понимаю, что ты можешь чувствовать сейчас. Мы все испытывали и, возможно, испытываем эти эмоции до сих пор. Зак, тот высокий азиатский громила, который сидит за нашим столиком, тоже общался с Брайсом, зная о всех его поступках. Я сам обращался к нему за помощью, даже после того, как он ушел из Либерти. С ним общался Тайлер, может быть ты тоже видела его?.. — в ответ я покачала головой, давая знать, что понимаю, о ком идет речь. — Твоё общение с Брайсом не определяет тебя как личность. Мы все и хорошие, и плохие одновременно. Просто не спеши и разберись в себе.       — А ты? Как ты сам относишься к Брайсу сейчас?       — Никак. — спокойной сказал Алекс. — Просто никак. Я пришел к тому, что у нас с ним больше нет никаких точек соприкосновения. И я не хочу их искать. Для меня больше нет Брайса Уокера и мы все идем дальше.       — Алекс… — я захныкала, мне казалось, что я вот-вот сейчас по-настоящему заплачу. — Что мне делать? Я совсем ничего не понимаю.       — Хэй, — он подошел ближе и погладил меня рукой по спине, — просто подожди какое-то время. Не спеши. Обдумай всё хорошенько, ты ведь ничем ему не обязана, а как раз даже наоборот. Не позволяй никому сделать из себя марионетку. И не позволяй Брайсу сделать из себя Ханну, или Джесс, или Хлою…       — Спасибо, Алекс. — я вытерла рукавом предательскую слезу. — Ты прикольный. — и мне на мгновение стало самой смешно от своих слов. Алекс тоже заулыбался в ответ.       — Спасибо. Если тебе вдруг станет скучно или просто захочешь поговорить — не стесняйся.       — Ок. — я боковым зрением заметила, что ученики в коридорах заторопились, видимо уже через пару минут будет звонок. — Скажи мне ещё, Алекс, как ты относишься к Ани?       — Хм… Ани — темная лошадка и она умело лавирует в любой ситуации. Что ей нужно — непонятно. Но я тебе дам тот же совет: не позволяй и ей сделать из себя марионетку.       — Ладно. Буду стараться. — я снова улыбнулась.       Мы вместе пошли по коридору, так как наши классы были рядом. По дороге нас догнал Зак:       — Привет. — он поздоровался и подмигнул мне.       — Привет. — тихо ответила я. — Мне сюда, — я показала на класс математики, — удачи!       — До встречи. — сказал Алекс.       — Да, пока! — крикнул Зак.       Блин, а Брайс оказался прав — Алекс и правда очень хороший парень. На самом деле, очень много людей оказываются хорошими, если к ним нормально относится и просто узнать их поближе. Может так и с Брайсом сработает? Может быть человека злым делает общество? Но урок математики — не самое лучшее место, чтобы над этим размышлять, тем не менее, на душе мне стало намного легче. Возможно, я действительно слишком сильно загоняюсь и мне просто нужно позволить людям показать себя такими, какими они есть?.. И принять их такими, какие они есть?       Сев за парту, я положила учебники на стол и вытащила телефон из кармана. На экране появилось сообщение от отправителя «Брайс»: «Привет… Мы можем поговорить?».       Я втупилась в телефон и, увидев учителя, быстро пробежалась по клавиатуре: «Можем созвониться вечером, я сейчас на математике». И нажала кнопку «отправить».