Мой Биджу - Нишиша 2 часть

Оптимистом быть не трудно. Достаточно не понимать и не вникать в детали. Вот как я считал пару минут назад? Мы в джунглях, жук с метр, так? Не подумайте что я пессимист, но реальность такова, что сейчас наше укрытие в паутине между двух травинок. Фраза взрывает мозг? А тем не менее, реальность такова.       Обо всем по порядку. Жука убил Орочимару, рассек его своим мечом, когда усач бросился на ближайшую жертву. Хорошо, что старик оказался с нами. Лично я немного опешил, и у насекомого были все шансы закусить Темари. Остальные тоже соображали быстро, так как нашу невольную стоянку мы покинули чуть раньше, чем набежали другие обитатели газона. Ага, воспользовались верхними путями и достигли верхушки дерева. Я конечно не специалист по цветам и никогда не разглядывал одуванчик под таким ракурсом, но если откинуть размеры, то точно это был одуванчик, а не дерево.       — Святой Гулливер и его лилипуты! — выдохнул я, разглядывая пчелу размером несколько метров.       — Думаю, мы ей мешаем, — дернула меня за рукав Сакура.       Так и перемещались от травинки к цветочку, а от того к лопуху. За час пересекли несколько километров или пару метров поляны для гигантов. В пропорциях я сбился, но когда рассеялся утренний туман, я крайне удивился, так что моё восклицание понял лишь Канкуро. Допустить вероятность гигантизма животных и растений я ещё мог, но капли росы под метр размером, мне были совсем не понятны. Почему и как?       Идею с паутиной предложил Гаара, несколькими словами он объяснил, что паука мы сможем победить, а соорудив внутри многомерной паутины укрытие, мы получим относительную безопасность и время для понимания ситуации.       Паук в итоге пал жертвой одной из техник песчаника и задохнулся в шаре песка. После этой бескровной победы, мы принялись осваивать доставшуюся нам недвижимость. Строительными работами занялись мои теневые клоны. Начав сооружать от центрального узла паутины стены и полы будущего домика. В качестве строительных материалов шёл как окрестный мусор, так и мои запасы из лабиринта, где я в память о нашей робинзонаде сделал небольшой запас инструментов и пиломатериалов на всякий случай. Но и окружающая природа была щедра. Одна картина того, как сотня моих клонов, меняясь и подхватывая, тянут наверх веточку в пару тонн весом, которую ветерком сдуло с одного из исполинов, что на многие километры ввысь окружают нашу поляну — вводила меня в ступор и экстаз от необычных возможностей.       В окружении клонов и паутины мы, наконец, смогли выдохнуть и приступить к допросу Канкуро.       — Начну с главного. У меня задание от системы — уничтожить королеву муравьев и всю её кладку, — начал «колоться» ошалевший парень, — ограничения по времени не дано.       — Муравьи это такие букашки, что живут в лесах в своих домиках и их там много-много? — уточнила Темари, которой, как жителю пустынь, такое знание можно даже в заслугу поставить.       — Да, и ещё это самые агрессивные насекомые, — вздохнул я, представляя наше гордое противостояние с этим природным зерг-рашем. — Ответьте мне на вопрос. Точно окружающий мир стал больше, а не мы уменьшились? Канкуро, это точно наш мир?       — Да, — ответил Канкуро.       — Призванные змеи не стали больше, — добавил Орочимару, который на данный момент занимался исследованием паука.       — Канкуро, твой портал закрыт до конца квеста? — уточнил я.       — Да, пока не будет уничтожен главный босс подземелья.       В этот момент мы стали свидетелями местного катаклизма. На поляну, где в виде букашек выживали мы, вышло семейство кабанов. Канкуро смог определить лишь уровень младшего поросёнка, как двести пятый, при том что у Орочимару был лишь сто седьмой уровень. Когда мы начали выяснять у Канкуро детали системы уровней и начался катаклизм — поросята устроили возню и игры по всей поляне.       Как был не затоптан наш домик в паутине — мне неведомо. Что мы попытались сделать? Ну, Орочимару применил свой клинок — Кусанаги. Что мог очень сильно растягиваться на многие сотни метров, а я даже выстрелил из минибазуки. Бесполезно, клинок пробил шкуру, и, возможно даже, пронзил сердце, но площадь проникновения была настолько минимальна, что это не дало никакого эффекта. Даже выстрел из минибазуки произвел больше эффекта, но как вылетевший из костра уголёк. Поросенок даже взвизгнул от лёгкого жжения, а дальше главный хряк визгом заставил поросят бросить свою возню и бежать к семье — рыть что-то съедобное на другом краю поляны. А мы вздохнули спокойно. Визг отца, своей энергетикой придавил нас к полу сооружаемого домика. У меня даже клоны развеялись от этой мощной яки.       — А не пора ли мне включить печать поглощения чакры? — спросил я у себя.       В моём внутреннем мире голоса разделились. Ситизен, сидящий на голодном энергетическом пайке, со мной радостно согласился, а вот Гаара-биджу была резко против. Возникший спор неожиданно прервала компьютерная копия Гаары, что сдала основу в полный рост. Оказалось, что эта чистоплюйка решила сделать из себя биджу, основанную на моей чакре, типа, та её самая любимая, а на рациональность ей плевать и вообще, может посидеть и подождать без чакры, пока у всех не закончатся трудные времена.       — А что, нельзя просто фильтровать чакру через аналог печати что нам оставила Момо? Неужто так сложно рассчитать и создать такую фуин Голокронами? — удивился я.       Моя простая идея произвела надлежащий эффект, или они все сымпровизировали ту бурю эмоций, чтобы польстить моему чувству собственного величия.       Через пару минут, когда из лабиринта дали добро и приготовились её включать, и у меня снаружи всё было готово. Песчаникам расставил печати сопротивления моему вампиризму, а Орочимару со своей улыбочкой показал мне действующий вариант своей разработки. Этот паршивец всё же разобрался.       Следующий рык папаши кабана мы уже претерпели спокойно, его яки уже смогла принять на себя моя печать поглощения.       Удивительное место! Папа рыкнул на поросёнка, до нас докатились лишь остаточные эманации, а уже пять процентов запаса чакры в клетке набралось.       — Я чувствую себя мелким! Вся наша борьба и великие цели, это песчаная буря в песочнице! Эпичный натюрморт и не более, — вздохнул Канкуро.       — Согласен с мальчиком, очень бьёт по самомнению, когда твою атаку совсем не замечают, а бегут рыть вкусные жёлуди, — поддакнул Орочимару, копаясь в пауке, я бы по его внешнему виду не сказал бы, что он понес моральные терзания.       — Орочимару-сама, у меня так же горят глаза, как и у вас или мне так только кажется?       — Нет, у тебя более страшные глаза, у Орочимару сейчас в глазах просто любовь к этому миру, а вот у тебя азарт и улыбка матёрого маньяка-кладоискателя нашедшего свой Святой Грааль. Не поделишься с обществом, что тебя так радует? — вмешалась Сакура.       — Я давно мучаюсь без возможности бахнуть от души, а здесь мир просто не заметит тот предел, который мне был назначен ранее!       Послышался фейспалм от Сакуры.       — А если серьезно, Канкуро, перед тобой лежит ответ на твой вопрос, чем заниматься шиноби в мире без войны. Здесь тебе и охота, и рыбалка, и бесконечное самосовершенствование. Уверен, что и ресурсы здесь будут уникальные.       — А не откроем мы Ящик Пандоры, приведя сюда остальных шиноби из разных деревень? — не поверил мне тот.       — Дураки всегда найдут повод для драки. Но задумайся, нам по хорошему нужны все шиноби нашего мира, чтобы справиться с одним только муравейником.       — И как ты представляешь все это с организационной точки зрения? — хмыкнул Канкуро.       — Я представляю себе это, как создание новой деревни, Скрытой в Паутине, — я обвел рукой вокруг нас, показывая на наш домик.       — И кто будет Каге? — задал вопрос марионеточник.       — Самый ответственный! И это — точно буду не я! Сами решайте. Кто из вас с Гаарой будет тянуть эту ношу. Но вот думаю, что в Суне вам появляться особого смысла нет. Заодно Акацуки обломиться придется со своими планами на очень долгое время. Уверен, что сможем умыкнуть сюда всех джинчурики, да они сами пойдут. Здесь есть, где разгуляться их биджу.       — Насчёт паутины — ненадёжно это. Может дупло поищем? — вмешалась Темари.       — Деревня скрытая в Дупле? Темари, идея у тебя хорошая, а вот название получится так себе.       — Кстати, все хорошо, но как бы стоит помнить, что мы здесь не навсегда и рано или поздно, Наруто, Королева муравьев умрет своей смертью и нас выкинет обратно в наши деревни, где нас за это время объявят пропавшими без вести или нукенинами, — от Канкуро пошел пессимизм.       — Орочимару-сама, я правильно понимаю, что для вас не составит труда передать весточку к нам в деревни о наших открытиях?       — Ты и меня, Наруто, записал в граждане новой деревни? — опешил саннин, даже от паука отвлекся.       — А почему нет? Вас проще принять в почетные саннины деревни, чем терпеть вражеского диверсанта на своей территории. Все равно не уйдёте, даже если гнать будем…       Дальше было ещё пятнадцать минут морального насилия над мозгом, пожившего своё, любителя змей. И окончилось всё это капитуляцией Орочимару, который сообразил, что при отсутствии содействия с его стороны, ему просто не дадут заниматься своим любимым делом. Так что ближе к вечеру по трем адресам, в три скрытые деревни отправились сообщения о событиях и открытиях этой самой сумбурной научной экспедиции в жизни шиноби-ученого.       — Отлично, со связью мы вопрос решили. Вечером отправим подробности и какие-нибудь сувениры на родину. Строительство идёт. Канкуро, как думаешь, эта осока выдержит строительство исследовательской лаборатории, что нам пришлось пообещать Орочимару?       — Это не осока. Наруто, ты уверен, что из моей первой локации нужно превращать все в полноценную игру «Колонизация»?       — Не уверен, мы не знаем ответа на этот вопрос, но мы должны на него ответить до того, как потеряем возможность решать как поступить. Проще, Канкуро, для тебя сейчас это локация, где ты можешь получить опыт и лут. Но оглянись, здесь бесконечные перспективы для саморазвития шиноби. Насыщенная сенчакрой атмосфера, монстры с уровнями силы, что Орочимару нервно курит в сторонке. Как хозяйственник, я вижу строительные материалы, что растут считанные месяцы, продукты питания, иные расходники. Просто задумайся — все наши страны могли бы спокойно расселиться на этой поляне, и она здесь не одна, иначе бы с неё не уходили кабаны. Теперь с реальной точки зрения смотрим на вопрос. Как далеко мы от Суны?       — Почти шестьдесят семь тысяч километров.       — Канкуро, это больше чем полтора экватора нашей бабушки Земли. У нас сейчас единственная связь с домом — это змеиные техники Орочимару. Поверь, он сам нас пошлет со своими транспортными услугами, если вопрос будет только в перемещении этой славной травы для стройматериалов. Второй вариант, пространственные фуин, её можно рассчитать и можно запитать, чакры в воздухе здесь много, но даже она не оправдает транспортировку стройматериалов и продуктов, а вот интересные расходники для шиноби — совсем другой разговор. Мы, к сожалению, совершенно не готовы были к этой миссии, мы не готовы проходить твой муравейник. Но ничто не помешает нам подготовиться, потренироваться на одиночных муравьях, выработать удачную стратегию и узнать всё о наших противниках. Заодно взять максимум от этого места для себя и, возможно, для всех.       — Не знаю.       — Канкуро, это место, ключ к решению продовольственной проблемы Суны, — подал голос, молчавший до сих пор Гаара. — Вы не против, если я покину вас? Хочу попробовать дать порезвиться Шукаку.       — Постарайся только удалиться от нас и кабанов, прежде, чем выпускать своего зверя, нам тут только грандиозной зарубы чокнутого енота с бешеными кабанами не хватало, — напутствовал его Канкуро.       — Постараюсь, я солидарен с Наруто. Для джинчурики это самое удачное место. Заодно проверю, можно ли умотать Шукаку.       — Наруто-кун, отправь следом за Шукаку теневых клонов, я уверен, что он принесет нам много образцов, образно говоря, — крикнул нам Орочимару.       Стройка резко замедлилась, а четыре сотни клонов отправились следом за Гаарой.       — Ты не боишься создавать такое количество клонов? Это же нервное перенапряжение, да и их массовая гибель сожжет твой очаг чакры? Да и чем больше клонов ты создаешь, тем они тупей, — спросил меня Канкуро.       — Конечно боюсь, но надо. С нервным перенапряжением нужно бороться не рассеивая массово клонов, а поштучно, к тому же я — Узумаки. Клонов я создаю постепенно, поэтому у них достаточно чакры и мозгов. А излишек чакры мне не страшен, я в том числе так качаю свой резерв чакры.       Перекусили. Канкуро в сопровождении Сакуры и Темари отправились разведывать окрестности. Я остался «на базе», во первых, ребята обещали не удаляться больше, чем на пять километров; во-вторых, я в случае чего смогу выдернуть их каварими, заменив моим теневым клоном; в-третьих, у них у всех сейчас стоит моя батарейка, а значит мне не стоит тратить чакру.       Орочимару демонстрирует мастер класс по использованию фуин. Уже распечатал кучу оборудования и даже напряг часть моих клонов для оперативной установки всё по своим местам. Благо, паутина больше ста метров, и лабораторию мы смогли удалить от жилого пространства по технике безопасности. Сейчас клоны застилают травой крышу нашего жилого домика. Он получился пока небольшим: один этаж, двадцать на двадцать метров. В дальнейшем планирую второй этаж строить под первым, до земли сто метров, место есть.       Самая большая проблема — нестатичность опор, все подвешено в воздухе: трава -шатается, паутина парусит. Дом скрипит, а опыта строительства в таких условиях у меня нет, единственный вариант — почаще прибегать к подвешиванию помещений и использованию местных материалов. Те же травинки гораздо крепче нашей доски при той же толщине, а ещё они гнутся. А теперь представим, что травинки тут есть всех нужных размеров, а крепость у них такая, что каждый гвоздь нужно напитывать чакрой, чтобы его можно было забить? В общем от количества новых впечатлений, в том числе поставляемых мне клонами, я и решил меньше двигаться, а больше лежать и восстанавливаться самому и восстанавливать количество клонов, которые здесь гибли от каждой букашки. Ну да, есть такое дело, честно говоря, мои физические показатели оставляют желать лучшего, только в последнее время немножко их поправил с помощью Ли, своего фуин комплекса, и программы тренировок. Но даже так, ослабленный теневой клон в одиночку не мог сладить с местной насекомой фауной, так как был введен запрет на все громкие техники. Запрет ввели на всякий случай, помня, что на любой звук и запах наползают местные с вопросом: «Есть чё пожевать?».       Больше всего меня доставали кузнечики! Эти твари оказались хищниками! А ещё им снесло башню от факта, что им не достается от тушки теневого клона ничего, кроме дыма, поэтому они яростно врубались в ряды клонов, ища свежего мяса.       Но тут, как говорится, любовь разбилась об быт, Орочимару дал положительные рекомендации об питательной ценности этих насекомых, под четыре метра размером. Поэтому началась война, очень быстро счёт потерь сравнялся, а я начал прикидывать, сколько тонн полезного и питательного мяса кузнечиков я упаковал, пока клоны сильно не отстали от Гаары.       Вскоре над травой гордо возвысилась голова Шукаку. Только теперь он реально гармонично смотреться в окружающей обстановке, как любопытный суслик, он чуть выглядывал из травы.       — Всех убью! — вместе с безумным криком по поляне разнеслось демоническое яки от однохвостого.       — Хрю? — ещё более сильная волна прошлась в ответку, главный кабан расставил свои приоритеты.       — Ну может и не всех! — вынужден был поправиться Шукаку. — О! Мышка! Иди сюда, дело есть!       Вот здесь почву утоптали, если носятся такие громадины, а земля даже не дрожит. Клоны достигли пятачка, где песчаный енот загнал мышь до её норы и запустил туда биджудаму, прямо в тоннель.       Уже составлялся план археологических работ по извлечению из-под земли ценного многотонного научного образца. Ну да, все новое сначала — ценный научный образец и только после того, как наиграется Орочимару, это становится мясом, шкурой и прочим лутом. Вернулся Канкуро и компания, притащили богомола. Парень срочно уселся делать себе марионеток из кузнечиков и богомола.       А в это время, злая мышь вылезла из норы и устроила кровавую месть, сильно возомнившего о себе еноту. Но крови-то особо и не было, от енота летел во все стороны песок. Мышь, сообразив, что враг не столько вкусный, сколько вредный, больше копала, делая очередную песочницу. Шукаку превозмогал. Становилось очевидным, что биджу одержит победу над мышью.       — Полундра! — кричали, пытались предупредить клоны, но кто бы их послушал.       На веселую возню в песочнице пришли поросята. Бедный Шукаку, он даже звал на помощь, пока его топтали, рыли и искали в нем жёлуди. Мне потребовалось пять клонов, чтобы добраться до него и, громко крича в песчаное ухо, объяснить план побега. Помятого, в фигуральном смысле, Гаару мои клоны выдернули каварими, а потом шуншином доставили в домик. Мышь спасти не удалось, трофей достался поросятам.       В общем так мы весело провели день. К вечеру снизилась не только моя активность. Все получили море новых впечатлений. И коли я был почти выведен из строя необходимостью планового сокращения численности клонов, которых развеивал по одному, получая всю память и опыт, а так же усиливал себе мигрень, то остальные были заняты приготовлением ужина, подготовлениями ко сну и разборками, кто забыл про туалет, почему его не сделали и кто должен был об этом подумать.       На ужин у нас были как старые запасы из дома, так и новинки: мясо нескольких насекомых, печёные семена растений, ещё какая-то зелень. Лично я с удовольствием грыз мясо кузнечика, не скажу, что самое вкусное, что было на столе, но вот такой я мстительный. О чем я думал? О наших предках, что не оставили нам мамонтятины — начинаю понимать, как у них получалось съесть слона. Такой стресс нужно заесть. Эх, надеюсь, Райджина, которого мы забыли, найдут и покормят.