Успей, если сможешь

      — Тебе надо развеяться, ты слишком напряжен в последнее время, ТеЁн. Постарайся отпустить плохие мысли, подумав о чем-то другом. Например, можно сходить развеяться в парк, съездить на пикник, посетить кафе, а в крайнем случае можно даже в бар заглянуть. Ты мне звони, если понадоблюсь, хорошо? Таково было наставление психолога в конце занятия. Не то, чтобы этот сеанс не понравился ТеЁну, но ему определенно хотелось расслабляться лишь дома, рядом с Марко. Какие-либо другие места без него не казались такими красочными, интересными... Спокойными и безопасными. Работу еще можно потерпеть, черноволосый там хоть не просто так сидит, а все же зарабатывает на еду и прочие необходимые вещи (мармеладки тоже считаются за необходимость). Он вышел из здания, смотря в экран телефона. Девять вечера, все как обычно. «сегодня, 8:57PM Пойду прогуляться, не против? Ключи с собой, сильно не задержусь.» Ответ прилетел мгновенно «сегодня, 8:57PM Малыш, конечно! Буду ждать! Попробую сварганить нам на ужин лапши, ну или рис, я пока не решил, ахаха. Может вообще пиццу закажу, как пойдет в общем! <З» ТеЁн вздохнул. На самом деле он еще даже не решил, будет ли это «пойду прогуляться» или нет. Кареглазый просто пошел по дороге, а там уже его ноги сами решат, идти домой или же куда еще. Хотелось к Марко, который определенно от лени закажет пиццу. ТеЁн до сих пор не понимал, чем заслужил такого соулмейта. Понимающего, доброго, любящего, несмотря на рост сильного, как морально, так и физически. Пусть и его физическая сила выражалась в выносливости, ловкости и быстроте. Их встреча произошла в парке, когда Марко приметил осенним вечером мерзнувшего парня на скамейке. Как добрый человек, рыжеволосый сразу подошел спросить, что случилось, почему черноволосый так легко одет и не плохо ли ему. И их обоих будто бы током прошибло, как только они встретились взглядами. Мой ...Твой Их знакомые говорили, что никогда не видели связи крепче этой. Марко лишь отшучивался, мол "Да ладно вам, вы просто со многими еще не знакомы, так почти у всех нашедших друг друга по всему свету!", ТеЁн же учтиво молчал, стоя рядом, отводя взгляд в сторону и легко касаясь своими пальцами пальцев Марко. Получая движения пальцев соулмейта в ответ. ТеЁн неспешно шагал вдоль улицы. Снова посмотрел на телефон. Пять минут десятого, десять процентов зарядки. Парень хмыкнул, засунул руки в карманы кофты с капюшоном. Хорошо и одновременно странно, что не идет дождь, Лондону нечасто достаются такие деньки, особенно под начало осени. Мягким желтым светом горели лампы в кафешках, резал глаза белый свет в супермаркетах, пестрели разными цветами лампочки на вывесках баров и клубов. ТеЁн притормозил. "В крайнем случае можно даже в бар заглянуть..." Он свернул к двери, на секунду задержав руку на двери. Подумал. И открыл. А Марко, звонивший по телефону, чтобы заказать пиццу, ощутил холод, будто погладивший по плечам; наверное не закрыл окно. В баре было не так много народу. Хотя вернее было бы сказать, что бар не набит битком, и сейчас можно хотя бы спокойной пройти к стойке. ТеЁн, стараясь не смотреть по сторонам будто затравленный кролик, выбрал себе крайнее место за барной стойкой. Его немного напрягал находящийся рядом еще один выход, только уже в другой, менее проходной двор. Вряд ли кто его огреет со спины, но тревожность никуда сама собой не денется пока ее либо не победишь, либо...       — Что заказываете? — либо пока ее не запьешь. ТеЁн метнул взгляд на таблички сверху, где были написаны названия напитков.       — Если можно, то, эмм, сидр. Яблочный. Спасибо, — несколько торопливо дал ответ парень, внешне оставаясь спокойным; лишь глаза могли показать легкую растерянность.       — Можно, можно, — бармен не упустил возможности усмехнуться над такой формулировкой заказа, попутно беря стакан и наполняя его напитком. ТеЁн вытащил телефон. Десяти процентов должно было хватить до дома, даже осталось бы немного. Но то ли износился аккумулятор, то ли телефон слишком перегрузился от незакрытых программ, в конечном итоге, через минуту он выключился. "Черт, серьезно?..." Черноволосый попытался включить его, и, надо же, это даже принесло успехи, правда зарядки теперь было пять процентов. Нормально, живем. Бармен тем временем поставил напиток и назвал цену. Порывшись в карманах, ТеЁн нашел нужную сумму, — надо же, он только при поиске подумал о том, что у него могло и не оказаться нужной суммы, да и денег в принципе, — протянул бармену и стал не спеша попивать сидр. Спрятаться за телефоном от мира теперь не удастся, надо хранить зарядку для звонков и сообщений от Марко. ТеЁн сначала смотрел в свой стакан сидра, но когда напитка осталось немногим меньше половины, а смотреть на жидкость и граненые края надоело, парень все же решил пооглядываться по сторонам. В основном сидели мужики в возрасте, буквально проглатывая литры пива. Были любители попробовать всего по чуть-чуть. И были две девушки, пившие мартини. "Она что, подмигивает мне?" ТеЁн на секунду отвернулся от девушек. Ему показалось? Повернуться снова? Скорее просто для того, чтобы подтвердить свою догадку, нежели строить какие-то планы. В голове сразу вспорхнула стая беспокойных мыслей. Главная из них твердила не смотреть снова. Сидр твердил оглянуться. Теперь ТеЁн был уверен, что девушки строили ему глазки вдвоем. Прикусывали губу, кокетно улыбались, что-то хихикали на ушко друг другу, не переставая смотреть на черноволосого. Сам Тая считал свою внешность не особо привлекательной, тем более здесь, в Лондоне. Но мягкие черты лица азиата и его, на удивление, не узкие глаза притягивали к себе внимание, причем нехило так. И ТеЁн еле заметно вежливо улыбнулся им в ответ.       — Слыш, собака корейская.

***

Марко заказал пиццу. Готовить после работы ему все же стало лениво, пусть обычно энергия из него так и плещет. Но зато будет вкусно, хоть пальчики оближешь! Рыжеволосый уже предвкушал поедание пиццы с ТеЁном за просмотром какой-нибудь глупой комедии. А может быть это будет какой нибудь триллер или даже ужастик! Марко усиленно копался у себя в голове, решая что же можно посмотреть. Не дойдя до кровати, его сковал страх. Пожирающий изнутри, одновременно гонящий вперед и не дающий сделать ни шагу. Он парализует, он морозит. Рыжеволосый встал посреди коридора словно вкопанный, не в силах сделать ни шага. Ноги подкашивались, зеленые глаза заслезились. Он слышал от своего друга, как тот описывал это чувство. И парнишка всей душой желал его никогда не почувствовать. Будто очнувшись, Марко бросился к телефону, не волнуясь об отбитых об косяк двери пальцах на ноге.       — Малыш, пожалуйста, возьми трубку, давай... Ну же, Тая...

***

Грубый голос раздался над ухом. ТеЁн не мог не понять, что обращаются к нему, даже с слегка затуманенным от алкоголя сознанием. Парней с азиатской внешностью-то здесь не так часто встретишь.       — Ты оглох, что ли? Сюда смотри, сука. ТеЁн осторожно повернулся и тут же был схвачен за грудки.       — Ты чего моей телке и бабе братана глаза строишь? Ссанье свое выпил, осмелел и думаешь, что уже все хотят залезть на твой хер? — схвативший огромным накаченным бугаем не был, но было видно, что тело держал в отличной форме. ТеЁн навскидку мог дать этому мужику с щетиной лет двадцать пять, не больше. Хотя перегаром от того пасло так, будто он в этом баре и живет. Был бы черноволосый смелее, крепче и сильнее, так бы и ответил ему. Но он не был. ТеЁн вообще не мог ничего ответить: из-за страха, из-за растерянности, в конце концов от выпитого сидра, на голодный-то желудок. В кармане кофты раздался звонок, не слышимый остальными за музыкой заведения и разговорами, но слышимый этим двоим.       — Ну-ка, что тут у нас? — кареглазый не успел сообразить, что происходит, как его звонящий телефон уже был грубо вынут из кармана. Щетинистый со злорадством посмотрел на экран, затем поворачивая телефон к ТеЁну. «Парень», рыжее сердечко и аватарка Марко радостно глядели с экрана, — Так ты у нас еще и пидарасом оказался? Какая находка. ТеЁн не мог ничего ответить. У него возникла мысль, надежда, что у схватившего щелкнет в голове, мол, раз черноволосый другой ориентации, то и девушек уводить не собирается. Подошедший поближе бармен предупредительно окликнул их. Парень с щетиной оскалился, грубо стаскивая ТеЁна со стула и пихая к выходу на парковку, произнося бармену лукавое «Мы выйдем». Кареглазый не хотел никуда идти, он хотел обратно свой телефон, хотел ответить на звонок Марко и пойти, наконец, домой. Парень пропустил момент, когда щетинистый кивнул головой на дверь. Приглашающий жест.

***

Пятый звонок не дал результатов. Чувство усилилось. Марко не любил пользоваться связями, но он не мог жертвовать ТеЁном. Даже если это будет стоить всего. Быстрый перенабор номера.       — Привет, Марко. Слушай, сейчас не слишком подходящее вре-       — Майк, я его чувствую. Отслеживай телефон ТеЁна, координаты сразу скидывай мне и высылай туда же патруль и скорую. Я тебе, блять, клянусь, мне плевать, если я кого-то там убью, — Марко редко матерился и еще реже не мог совладать с собой. Даже, казалось бы, в слишком критичных ситуациях он сохранял голову холодной. Но сейчас он буквально шипел и рычал в трубку, проглатывая слова от волнения и страха. Звонок завершили с той стороны. Чувствовать, что твой соулмейт в опасности — невыносимо. Но еще страшнее это чувствовать, что тот может умереть. Это явление так и называется: «Чувство». В общей сложности, оно возникает минут за десять до происшествия, так Марко слышал от знакомых. Но бывает, конечно, и за час, за два, за день. Вселенная будто дает тебе шанс спасти своего соулмейта. И все пользуются этими шансами. Но есть те редкие, которым удается почувствовать соулмейта слишком поздно, слишком поздно понять, где и что происходит. Такое было у Майкла; Марко пришлось находиться с ним рядом чуть ли не около двух недель, чтобы хоть каким-нибудь образом поддержать того после потери соулмейта. Мужчина почувствовал опасность за полчаса; наказал соулмейту не выходить из дома. Характер второго сыграл плохую шутку — пьяные водители не смотрят на то, в кого влетают на скорости. Шеф полиции добился максимально строгого наказания для убийцы. И он пообещал Марко, что в любой момент придет на его зов, чтобы помочь. Это был именно тот случай. Рыжеволосый вылетел из подъезда, резко остановившись. Он не знал куда бежать. Он не знал, где ТеЁн. Хотелось зареветь прям тут, на месте. «Пойду прогуляться, не против?» Марко решил попытать удачу и рванул с места, придержав в одном кармане маленький нож, а в другом телефон. Черноволосый обычно ходил домой от психолога пешком, значит он мог быть недалеко от того места, благо до него всего пара кварталов. Марко еле услышал звук оповещения. Резко остановившись, парень дрожащими руками вытащил телефон как можно быстрее. «сегодня, 9:11PM Бар «Beer & fun», выход во двор» "Прогуляться в бар? Серьезно?!" Марко был зол. Но еще больше напуган. Не отвечая на сообщение, парень снова побежал. Он как-то бывал в этом баре, и зная контингент сидящих там людей, Марко стало еще страшнее. Одна пугающая мысль сменяла другую, накручиваясь как снежный ком. Сжав зубы, рыжеволосый свернул на нужную улицу. Только бы успеть.

***

ТеЁн споткнулся, чудом не упав на асфальт. Мужик протащил его еще некоторое время буквально за шкирку, после чего будто брезгливо откинув от себя. ТеЁн чуть не упал снова, продолжая держаться на ногах. Опасность немного отрезвила.       — Считаю нужным доходчиво тебе объяснить, что не стоит пялиться на чужих телок, — проворковал щетинистый, разминая кулаки, после чего резко сделал выпад вперед, хватая кареглазого за плечи и ударяя коленом в живот. ТеЁн лишь стиснул зубы, несколько согнувшись и шумно выдохнув, — Ты что-то сказал? Не слышу. Повторный удар коленом. Скулу обожгло болью, а в глазах потемнело. Схватившись за щеку, ТеЁн продолжал держать планку и стоять на ногах, пусть и согнутый чуть ли не пополам. Он понимал, что если упасть, то будет очень, очень плохо. Глаз уловил движение. Дверь в бар закрылась. Фонарь светил из-за спины напавшего, слепя, поэтому ТеЁн не мог в полной мере оценить, что происходит сзади мужика.       — Смотри-ка, какой смазливый.       — Джо, это этот хотел подкатить шары к моей бабе? Еще две темные фигуры возникли перед взором. Жест головой в баре — пригласительные билеты на шоу. Шоу с участием добровольцев. Щетинистый ухмыльнулся.       — Угу. Еще и пидарасом оказался, смотрите, — и он показал им телефон, на заставке которого была фотография, где Марко с веселым лицом делал селфи с Таей, который слегка сопротивлялся, но не мог отказать. Это было в парке в солнечный день. Двое мужиков слегка скривились в отвращении, фыркнув. Щетинистый, усмехнувшись, заблокировал телефон. И с размаху швырнул его на землю, — Как думаете, я достаточно ему объяснил все? Втроем они негромко басисто загоготали. ТеЁн понял, что ничего хорошего ждать не придется. И он приготовился. Драться он не умел, но если придется, то попытается хоть зубами вцепляться. Что угодно, чтобы остаться в сознании. Остаться в живых. "Я не могу оставить Марко". Но попытки оставаться на ногах были тщетны. Асфальт совсем не ласково встретил кареглазого, приветствуя своим жестким покрытием с мелкими камнями и редкими осколками стеклянных бутылок. ТеЁн сжался в комок, закрывая лицо руками, чтобы хоть как-нибудь защититься от пинков. Тоже тщетно. Руки иногда убирали, начиная месить лицо словно бы тесто непонятно то ли кулаками, то ли ботинками. Боль была повсюду, она обжигала, но сил кричать не было, парень лишь хрипел. Разбитый нос окрашивал щеки и подбородок красным, во рту был металлический привкус крови. ТеЁн отчаянно цеплялся за ускользающее сознание. Он не мог сейчас отключиться. Он должен был что-то сделать... Но все, что оставалось, это надеяться, продолжая хрипеть от боли и откашливать кровь. Черноволосый зажмурил глаза и тихо, беззвучно заплакал. Что будет с Марко? Чувствует ли он ТеЁна? Как бы хотелось, чтобы не чувствовал. Он не переживет потери кареглазого, вполне возможно, что покончит с собой несмотря на всю ту поддержку, что могли бы оказывать многочисленные друзья рыжеволосого. Он слишком любит ТеЁна. ТеЁн тоже. Парень почти потерял сознание, когда раздался пронзительный крик. Удары прекратились, и ТеЁн смог приоткрыть глаза. Один из мужиков громко матерился и завывал, вертясь словно волчок и пытаясь дотянуться до спины руками. Дотянуться, чтобы вытащить маленький, криво, но достаточно глубоко вошедший ножик, сверкнувший в свете фонаря. А через секунду кто-то с размаху влетел в щетинистого мужика, который и вытащил ТеЁна на улицу. Третий, самый мелкий из мужиков, решил быстро ретироваться. В свете фонаря рыжим огнем вспыхнули растрепанные волосы. Марко мог не волноваться насчет второго, хороший глазомер и курсы по метанию ножей дали свои плоды — нож вошел хорошо и очень болезненно. Возможно, третьего участника испугал такой резкий налет, возможно, его низкие навыки самообороны, — слабых бить все горазды, а вот как давать отпор самому, то уже надо оценивать свои шансы, — а возможно полностью холодное выражение лица рыжеволосого с дикими глазами. И также то, с какой яростью он месил кулаками лицо поваленного мужика. Марко не особо сильный парнишка, но в ярости даже маленькие могут обладать неплохими силами. А когда дело касается соулмейта уж тем более. Несомненно, зеленоглазый тоже получил пару синяков на лицо, кровь из носа, коленом ему заехали по спине, но от этого он озверел еще больше. Одной рукой он прижал горло щетинистого, другой продолжая словно бы вбивать тому лицо в асфальт, делая из него кровавое месиво. Марко очнулся от этого состояния только тогда, когда крепкие руки начали его оттаскивать от уже почти задохнувшегося и синеющего мужика, а знакомый голос стал что-то орать над ухом. Звуки сирен полицейской машины и скорой резанули по ушам. Рыжеволосый, не обращая внимания на Майка, подскочил, не чувствуя собственной боли, и ринулся к ТеЁну. — ТеЁн! Тая, малыш!.. — Марко буквально упал перед ним на колени, беспокойно шаря слезящимися глазами по телу парня и возвращаясь к лицу. Одной рукой осторожно приподнял голову, другой резковато, но ласково убрал волосы с лица, — Малыш, я тут... Смотри на меня, давай. Тая, слышишь меня? Сейчас, тебе сейчас помогут, держись, я тут. ТеЁн пытался приоткрыть опухшие веки, но это почти не получалось. Пытался двинуться, но тело сковывала боль. Еле двинув рукой, кареглазый невесомо дотронулся пальцами до колена соулмейта. — Мар..ко... — и его поглотила тьма. Блаженное спокойствие объяло тело своей прохладой. Кисть руки опустилась на землю. Марко с секунду сидел как вкопанный, не осознавая ничего, в голове была пустота. Пара слез наперегонки скатилась из двух глаз. Рыжеволосый начал судорожно шарить руками по телу ТеЁна, осторожно трогая то плечи, то лицо, то бока. И безостановочно шептать растерянное «нет» и имя черноволосого. Подбежали медики, но Марко, словно затравленный зверь, посмотрел на них с такой злобой, будто у него сейчас заберут последнее, что у него осталось в жизни. Фактически, так и есть. Майку пришлось срочно вмешаться. Ему еле удалось собрать все силы, чтобы немного оттащить и удержать сопротивляющегося и извивающегося, словно ужа, парня.       — Без сознания, — почти сразу же сообщили сотрудники скорой, а Майк отпустил вмиг обмякшего Марко. Теперь рыжеволосый мог только стоять и трястись, словно в дикой лихорадке, с непроницаемым лицом. По которому текли слезы облегчения. Друг похлопал того одной рукой по спине, после чего приобнял за плечи, начал что-то нашептывать и повел к полицейской машине. Поедут они за скорой, а не в участок; Майк понимал, что Марко сейчас ни за что не оставит ТеЁна, пусть даже если придется бежать на своих двоих за каретой скорой помощи. А мужиками займется вторая машина.

***

За окном больницы шел дождь. ТеЁн с трудом открыл опухшие глаза. Капли барабанили по подоконнику, отдаваясь в ушах назойливым стуком. Голова раскалывалась, телом двигать было невозможно. ТеЁн и не пытался. Черноволосый медленно перевел взгляд на правую руку, чувствуя некое тепло. И его глаза мгновенно заслезились, а сердце заболело. Рядом, прям на коленях и положив голову и правую руку на кушетку, дремал Марко, еще с не отмытой кровью на лице, с синяками на скулах и разбитыми костяшками. Пальцы рыжеволосого касались руки ТеЁна. Кареглазый едва пошевелил руками, как Марко тут же подскочил.       — ..Пиццу.. кх, придется поесть.. позже... — прохрипел ТеЁн, как только Марко поднялся. И сквозь боль легко улыбнулся. Рыжеволосый широко и с облегчением улыбнулся в ответ, смаргивая слезы. Подошел поближе, нежно прислонился своим лбом ко лбу ТеЁна и, в итоге, всхлипнув, снова растянул уголки губ.       — Малыш...