Sweet dreams

— И с этим мы закончили, все готово.       Борис закрывает блокнот и кладет его на стол.       Валерий облегченно выдыхает и потирает шею: он ненавидит эти повторяющиеся встречи в Кремле, чтобы продемонстрировать ход ликвидации. Как будто людей в этом здании волнует, что происходит в Чернобыле.       Единственный, кого это волнует — Борис, который остановился в его квартире, чтобы помочь ему привести в порядок его записи в отчете, чтобы смысл того был понятен.       Он также приготовил для них вкусный ужин, и они пообщались в непринужденной обстановке; благодаря Борису, Валерию удалось на несколько часов отвлечься от трагедии.       Он замечает, что Борис наблюдает за ним, и наблюдал уже довольно неловкое время, поэтому он опускает взгляд и прочищает горло. — Спасибо за все, Борис, я не знаю, что бы я делал без тебя. — А без тебя в Чернобыле мы бы все еще обсуждали, как потушить пожар в реакторе. Ты всегда можешь рассчитывать на меня, Валера, если тебе нужно… в чем бы ты не нуждался, — добавляет он после небольшой паузы, а затем встает, чтобы уйти.       На улице темно; взгляд на часы дает понять Валерию, что сейчас гораздо больше времени, чем он думал, уже почти полночь. Также в какой-то момент вечера начался дождь, а сейчас там и вовсе ливень. — Твой водитель ждет тебя в машине? — спрашивает у Бориса Валерий. — Нет, я отпустил его, я не знал, как долго пробуду здесь. — И как ты собираешься добираться до дома? — Мать-природа дала мне две рабочие ноги. — В такое время и такую погоду? — Валерий знает, что скоро радиация начнет поражать тело Бориса. Поэтому даже если сейчас он чувствует себя хорошо, он не может позволить себе заболеть. — Это всего лишь дождь. — Нет, ни за что! — Валерий застенчивый и смиренный, но когда это необходимо, он может быть и упрямым, и это один из тех случаев. — Что ты тогда предлагаешь мне? — Переночуй здесь, на моей кровати.       По пути в ванную Борис видел комнату Валерия: кровать была мала даже для одного человека, и здесь не было комнаты для гостей. — А где будешь спать ты? — Здесь. — На этом кукольном диване? Ты даже не сможешь вытянуть ноги. Без вариантов, я буду на диване, — проблема в том, что Борис может быть таким же упрямым: они могут пробыть на ногах всю ночь, отстаивая свою позицию. — Борис, ты мой гость, я не могу позволить тебе спать здесь. — Но ты не сможешь спать на нем.       Валерий потирает лицо: — Это не имеет значения, на самом деле, я не буду спать.       Борис хмурится и делает шаг к нему: он всегда очень внимательно следил за тем, чтобы Валерий никогда не пропускал приемы пищи и отдыхал, но он выглядит уставшим. — Бессонница? — Да, из-за излучения и моих мыслей, это нормально, мне действительно сложно спать.       Борис так же страдает бессонницей, когда он в Чернобыле, но он принимает снотворное. — Почему бы тебе не начать принимать что-нибудь? — Я принимал, но это не помогает. — Валера, тебе нужно отдохнуть, иначе ты рухнешь без сил! — отчитывает его Борис. — Дело не в том, что я не хочу спать, я не могу, — грубо отвечает он, о чем сразу же жалеет. Почему он так ведет себя? Борис просто волнуется за него. — Прости… — вздыхает он, — прости…       Борис кладет руки на его плечи: — Не волнуйся, я понимаю, какой груз лежит на тебе, — произносит он и начинает мягко массировать плечи Валерия своими большими, сильными руками, — я просто хочу хоть как-то облегчить его.       Валерий закрывает глаза: массаж Бориса приятен и снимает его напряжение. Не только руки, само его присутствие утешает и заставляет чувствовать себя лучше.       Борис трет его шею, и Валерий неосознанно упирается лбом в его плечо. «Приятно,» — бормочет он сонно, но тут же открывает глаза в панике: что, черт возьми, он делает? Он пытается отойти, но руки Бориса удерживают его. — Борис… Я… — Тише, расслабься. Я думаю, я только что нашел решение твоей бессонницы, а также нашей дилеммы из-за кровати. — И что это? — Будем спать вместе. — Чт- Что? — скидывает голову Валерий: Борис не шутит, он предельно серьезен. — Но… но… но… — Прекрати волноваться, — он крепко обнимает Валерия, возвращая его голову на плечо, — это позволяет чувствовать себя лучше?       Это позволяет ему чувствовать убийственное смущение, но да, он чувствует себя так хорошо в руках Бориса, поэтому он медленно кивает. — Тогда решено. — Всегда прагматичен. — Я решаю проблемы.       Борис уверенно идет в сторону спальни, словно он хозяин, а не гость, словно он всегда был в квартире Валерия. Это не так, и такого не может быть, но на одну ночь он может позволить себе эту мечту.       Борис снимает свои пиджак и обувь, а затем делает то, что Валерий никогда не видел: снимает галстук. Это странно, почти как увидеть его обнаженным. — Я никогда не видел тебя без галстука, — слова выскальзывают из его уст раньше, чем Валерий может остановить их. — Прошли годы с тех пор, как кто-либо видел меня без него.       Он намекает на жизнь в одиночестве, аналогичную его же. — Я бы дал тебе свою пижаму, но, боюсь, она слишком мала тебе. — Не переживай, я буду спать так.       Борис знает, что Валерию неловко от того, что им приходится делить кровать, спать без одежды — слишком большой шаг (только пока, надеется он).       Валерий переодевается, надев пижамные штаны и одну их тех ужасных маек, настолько широкую, что она сползает с его плеч. — Я купил не тот размер, — бормочет Валерий. — Эх, Валерка… — качает головой Борис и улыбается.       Кровать маленькая и об их положении не может быть и речи: Борис ложится позади Валерия, грудью к спине, его нос касается затылка, одна рука находится под его головой, а другая покоится на чужом боку, его колени прислоняются к спине.       Валерий думает, что он должен чувствовать себя как-то более неловко: он не делил кровать с кем-либо годами, но с Борисом это так естественно: тепло на его спине приятно, дыхание на волосах — легкая ласка, а их тела — как два кусочка пазла.       Он хочет найти способ сказать ему, он хочет, чтобы Борис знал, насколько он важен ему, насколько заставляет чувствовать себя хорошо.       Борис скользит рукой по груди Валерия. — Все хорошо? — шепчет он.       Заботливый, он всегда такой заботливый. — Да, — шепчет Валерий, — я не думаю, что у меня будут проблемы со сном этой ночью. — Замечательно. — Борис? — Хм? — Ранее… когда я сказал, что не знаю, что бы я делал тебя… я… говорил не только о работе, — произносит он шепотом.       Губы Бориса касаются его шеи так нежно, что на мгновение Валерий оказывается на грани слез. — Хорошо, — это все, что отвечает Борис, и Валерий кожей чувствует его улыбку. — Ты уверен? — Уверен. А теперь спи, Валера, отдыхай.       Валерий кладет свою руку на руку Бориса и переплетает пальцы. Через несколько минут его дыхание становится медленнее и глубже, наконец он засыпает.       Только тогда Борис закрывает глаза.       Он не отпустит руку Валерия до утра.