Самый настоящий

Энтони давно уже отморозил себе все ноги, а потому заскочил в ближайший торговый центр, дабы побродить по этажам и отогреться. Казалось, что еще чуть-чуть — и конечности обрастут льдом, как айсберги, а его самого доставят в больницу, чтобы ампутировать ступни и выписать билет в беззаботную инвалидность. Причиной легкой степени обморожения являлся очередной идиот, назначивший встречу и не явившийся на неё. Зачем, спрашивается, так делать? Чтобы потешить свое эго и самолюбие? Разве нельзя отменить, если увиденное просто не понравилось и из-за этого пришлось смыться? Куча вопросов роилась в голове у Тони, пока он часа два стоял и надеялся, что человек просто опаздывает, а через еще один проклинал последнего, на чем свет стоит, и искал более-менее крупный магазин, в котором можно было бы затеряться. В торговом центре он потерял счет времени, засовывая свой нос везде, где только можно, рассматривая иностранные диковинки и новогодние украшения, которые кучами скупали торопящиеся посетители, дабы успеть попасть домой и украсить ёлку. "До Нового Года осталось два дня, а некоторые только сейчас начали готовиться, во дают", — подумал Энтони, пробегаясь взглядом по многочисленным кофтам с оленями. И, не обнаружив там ничего привлекательного, вышел из очередного магазина, шагая прямиком в соседний. Ноги уже заметно начало покалывать, значит, процесс разморозки живого мяса начался успешно. На лице иногда проскакивали странные гримасы от неприятных ощущений, но, к счастью или сожалению, чересчур занятые и озабоченные покупатели их не замечали, погрузившись в свои собственные мысли. Когда два этажа были оставлены позади, а худой невысокий парень добрался до третьего, курносый веснушчатый нос, предатель этакий, начал извергать сопли, из-за чего Энтони приходилось постоянно шмыгать. Он даже рискнул и остановился прямо посреди потока людей, чтобы чихнуть и отправить свои микробы в путь далекий, однако его почти тут же толкнули, из-за чего юноша лишь прикусил себе язык и, слегка обозленный, направился в туалет. "У всех все нормально, один я вечно бракованный", — с невеселой усмешкой подумалось Энтони, когда он высматривал пострадавшую часть тела в зеркале. Убедившись, что все в порядке, он мельком взглянул и на самого себя, не понимая, почему же ему так не везет: вроде симпатичный, с длинными ресницами и густой линией бровей, румяными щеками и ямками в уголках тонких, аккуратных губ (ну да, есть пару красных точек где-то в районе лба, но не всем же быть идеальными), а все сторонятся его так, словно тот с рождения поклялся быть монашкой в церкви, и теперь у него над головой горит яркая вывеска, как из очередного ночного клуба, гласящая: "Смотреть, но не трогать". Выдохнув, он в очередной раз махнул на эти онлайн-знакомства и, проведя рукой по коротко стриженому темному ёжику волос, побрел дальше исследовать магазины. В теплой зимней одежде уже было душно, потому на момент, когда парень достиг фотозоны с Дедом Морозом, пуховик вместе с шарфом уже покоились на предплечье. И Энтони определённо точно прошел бы мимо толпы детишек, которая жаждала посидеть на коленках и загадать желание, если бы не успел выцепить своим зорким взглядом табличку о розыгрыше смартфона. Условия были простейшие: всего-то сделать фото с дедом и выложить в инстаграм с определенным хештегом, а дальше открыть аккаунт и ждать. "Кто не рискует, тот не пьёт шампанское. И неважно, что я в принципе не пью", — подумал юноша и занял очередь за одним из молодых папаш, который пытался приструнить неугомонную дочь. Тони постарался сдержать смех, когда девочка наступила отцу на ногу и, наконец вырвавшись на свободу, поскользнулась, а затем почти сразу грохнулась, упорно сдерживая слезы горечи и разочарования. "Н-да, не быть ей преступницей всея Чехии, а я уж понадеялся на хорошие связи", — разочарованно вздохнул парень, которому пришлось скоропостижно распрощаться со всеми планами о крутом преступном синдикате. Вопреки хорошей физической форме, Энтони наскучило стоять в очереди, а ноги так и вообще начали чесаться и ныть, разморенные высокой температурой, что лишь добавляло очередную ложку дегтя в бочку с просроченным медом. В какой-то момент он даже хотел развернуться и уйти, однако сравнив, сколько уже отстоял (километра два, не меньше) и сколько ещё осталось (человек пять от силы), решил всё же дождаться, заплатить за фото, ради которого он стоял тут битый час, и уйти, наконец, домой, успокаивать гудящее тело. Его очередь подкралась незаметно, потому Тони даже толком и не понял, когда успел оказаться на чужих теплых коленках. Импровизированный Дед Мороз приобнял его за талию, чтобы тот не упал, — пусть в этом и не было необходимости, — и громко произнёс: — Новый год — время волшебства. Ты можешь загадать любое желание, — а затем добавил чуть тише, — Не факт, что оно сбудется, конечно, но раз уж ты тут, то попробовать стоит. Судя по голосу, говоривший либо был не так стар, как предполагал Энтони, либо и вовсе младше его самого — а ему, не больше не меньше, 23. — Парня хочу. Адекватного, — едва слышно прошептал он, горько усмехнувшись, а затем, быстро сделав пару фото, растворился в толпе. На талии всё ещё присутствовало фантомное ощущение горячей руки — с легкостью можно было представить, как жарко этому Морозу в торговом центре в шубе, да еще и с приклееной бородой и шапкой на голове, — а в голове звучал один и тот же дружелюбный голос. Однако, выгрузив одно из фото в сеть, Энтони тут же позабыл о том парне и направился в очередной магазин. Его привлекли носки с ёлками, аромат которых, казалось, чувствовался даже через принт. Домой юноша притащил небольшой пакет с покупками, благополучно забыв обо всех событиях минувшего дня. Пару минутами позже, уставший, он позволил себе отдохнуть, впадая в царство Морфея. Разумеется, новое сообщение в инстаграме в три ночи он не увидел. Как и не увидел его и днем, когда проснулся: оно было удалено. Отметив Новый год крепким сном и любимым вишневым соком, Энтони благополучно выпал из жизни на последующую неделю: его любимая компания выпустила новую компьютерную игру, и молодой человек считал настоящим кощунством не взглянуть глазком. Взглянул. На семь дней. После такого запоя он с трудом влился в рабочие будни консультанта и радовался спасительной второй смене, позволяющей высыпаться по утрам. В какой-то момент такая рутина прервалась: незнакомые пользователи — и почему-то только мужчины — начали заваливать его смс-ками в инстаграме. Они писали и для того, чтобы просто поболтать, и для того, чтобы выбраться куда-то вместе, некоторые даже предлагали интим. Тони было лестно, однако удручал тот факт, что ни один из них его совершенно не цеплял. Был, конечно, один Томас, который приглянулся, но, видимо, сам он ему не понравился, и общение как-то быстро сошло на нет. Все закончилось так же незаметно, как и началось, и Тони, вновь убедившись в своем невезении, вернулся на учёбу в институт, а дальше и времени на страдания заметно поубавилось. Жизнь так и текла бы своим чередом, — быстро и как-то мимо, что ли, — но судьба решила перетасовать колоду. В один "прекрасный" морозный вечер воскресенья Энтони забрел в тот самый торговый центр, где отогревался на кануне Нового года, и помчался к туалетам. Он быстро справился с естественным процессом, а затем направился к раковине помыть руки, да так и залип на пене, обволакивающей ладони. — …нашёл? — он вопросительно посмотрел на появившегося собеседника, которого ранее здесь не было, и невольно подумал о том, сколько времени тут уже простоял. — Я говорю, парня себе уже нашёл? — повторил тот, получив взгляд, наполненный непониманием. — Дед Мороз, — припомнил мускулистый юноша, выключив у себя в кранике воду. — Это я был, и это на моем колене ты сидел, — он очаровательно улыбнулся, невольно заставляя обратить внимание на обкусанные губы. — Ааа... — припоминая, протянул Энтони, смывая пену с рук и переключаясь на незнакомца. Тот оказался весьма симпатичным: высокий, с большими мутно-зелеными, словно подернутыми дымкой, глазами, прямым носом на манер греческого, но без горбинки, и кучей маленьких родинок на лице, которые словно специально находились здесь для того, чтобы кто-то пальцем соединил их вместе, отыскивая созвездия или создавая свои собственные. А еще удобные колени и горячая крепкая рука на пояснице. — Ну… Нет, — так, слово его это вообще не беспокоит, отозвался спустя некоторое время Тони, доставая бумажные полотенца и промакивая ими ладони. — Нет? — искренне удивился юноша, вздернув тонкую бровь. И, не давая возможности задуматься над такой странной реакцией, протянул свою руку. — В любом случае, я Эрик. Но лучше просто Рик. — Тони. Шутка про Старка не актуальна, — он улыбнулся, крепко сжав чужую конечность. Казалось, что с кануна Нового года она так и не остыла. — И не собирался. Меня вообще мать назвала в честь тупого принца из "Русалочки", потому мне больше по душе сокращенный вариант, — подарив ответную улыбку, парень разорвал рукопожатие. — Да еще и так совпало, что я смуглый от природы. Какая-то напасть. — Как корабль назовешь, так корабль поплывет. Надеюсь, в тебе есть хоть капля ума в сравнении с твоим предшественником, — словно с последней крупицей надежды в голосе, трагично произнёс Энтони. Не хватало только руку приложить ко лбу. — Почему бы тебе не убедиться самостоятельно? — в глазах резво проскочил загадочный огонёк. — Предлагаю встретиться в каком-нибудь кафе и нормально пообщаться, а то туалет... Так себе местечко. И, словно в подтверждение словам Рика, в уборную вошло двое мужчин. — Договорились, — хмыкнул Тони, полностью соглашаясь с новоявленным знакомым. — Запиши мой номер. И вот, когда с того момента прошло примерно полторы недели, а на другом конце провода по-прежнему была глушь (почему-то он не додумался взять чужой телефон в ответ), Энтони и на это знакомство махнул рукой. Зря только дал себе надежду на то, что обзаведется другом, или хотя бы интересным собеседником. А спустя еще неделю, в чудесный вечер вторника, от инстаграма пришло уведомление о новом смс. Парень даже не хотел читать, однако никнейм "RickWithoutMorty" сумел его переубедить. В послании Эрик извинялся за задержку, а также написал конкретное время, когда свободен. Особенно порадовал постскриптум внизу: "А вообще, я очень устал за последние дни, поэтому был бы признателен, если бы ты пришел ко мне. Можешь даже с ночевкой — я как раз новую игрушку на приставку купил, постреляем, поедим, поговорим. Не бойся, я не укушу. (Только если сам не попросишь ;))" Такой легкий флирт вызвал улыбку на лице, а внутри разлилось тепло, тем более гад явно знал, чем заманивать: игры — жуткое пристрастие Тони. Быстро напечатав ответ, парень отключил интернет в телефоне и вернулся к учебе, дабы его ничего больше не отвлекало. А еще для того, чтобы глупое сердце не начало посылать мозгу тысячу и один вариант дальнейшего развития событий с одним возможным итогом: отношениями. Впрочем, уже в эту пятницу Энтони любопытно осматривал уютную гостиную Рика. Ну, если конкретизировать, то скорее пялился восхищенным взглядом на огромный телевизор, висевший посреди стены, который вписывался в интерьер как нельзя лучше. Напротив расположился большой удобный диван, напоминавший своей формой дольку апельсина, а в центре стоял невысокий деревянный столик. — Я умер и попал в Рай? — наивным голосом спросил парень, осматривая остальную часть комнаты: она вся была оформлена в темно-синих тонах, разве что везде были разные оттенки, лишь небольшой книжный шкаф находился в дальнем углу и привлекал внимание своим цветом — мокрый асфальт. — Так и есть, Михаил, сын мой, — Эрик приобнял Тони за плечо, вплотную прижимая к своему и произнося вкрадчивым шепотом, — И это всё я открываю перед тобой, как открыл бы душу, будь она у меня. — Так трогательно... До слёз, — парень смахнул несуществующую слезинку и, для большей убедительности, шмыгнул носом. — Я, кстати, принес фастфуда... — заговорщицки поделился Энтони, на что тут же получил бурную удовлетворительную реакцию хозяина квартиры, и они вместе ушли на кухню. Он лишь старался не думать о теплой ладони у себя на плече, что, казалось, до сих пор покоилась там. Всего за один вечер и ночь они конкретно так сдружились и даже успели поспорить на счет темы кино, именно поэтому под утро, сидя практически вплотную друг к другу, парни смотрели фильм, иногда тихо переговариваясь. К концу Тони даже проронил пару слезинок, которые, как он думал, ему удалось благополучно скрыть. Выключив — по мнению Рика, конечно же — эту классическую нудятину, а именно "Титаник", вместо того, чтобы поделиться впечатлениями, он неожиданно и как-то разочарованно выдал: — М-да, Ди Каприо вообще целоваться не умеет. — Каждый думает в меру своей распущенности, — хмыкнул Энтони, отматывая назад и вновь включая тот момент. — Нормально, что тебе не нравится? — Всё. — Весьма исчерпывающий ответ. На это Эрик лишь хмыкнул, а затем провёл рукой по короткому ёжику волос, не спеша убирать её. Он медленно погладил за ухом, переходя к шее, а затем очертил большим пальцем линию подбородка. Так аккуратно и нежно, едва касаясь, что жар, казалось, шел не от чужой ладони, а где-то изнутри. Чужие действия будто гипнотизировали и завораживали. И, не встретив сопротивления, коснулся шершавыми губами мягких, вовлекая в тягучий поцелуй, не углубляя его до тех пор, пока Тони сам не решился приоткрыть рот, высовывая кончик языка на встречу. Рик встретил его, словно только и ждал этого момента. Поцелуй был нежным, чувственным, таким, что аж пальцы на ногах невольно сжимались. — Вот это я называю поцелуем, а не вот тот бред, что был показан в телеке, — выдал он, скрывая внутреннее напряжение. — Ты мне мог просто объяснить. Что я, слов не знаю, что ли, — в свою очередь засмущался Энтони, гадая, на что бы можно было отвлечься и отвести взгляд. — Ты мог отстраниться, — мягко улыбнулся Эрик, а затем обхватил лицо юноши, словно в чашу, и медленно, глядя глаза в глаза, произнёс, — Ты мне нравишься. Давно. И вообще, — он поменял позу и почти лег на гостя, — Если ты не согласишься со мной встречаться, я умру! — Ну, я не похож на Дюймовочку, но чем черт не шутит, — усмехнулся Тони, неожиданно даже для себя принимая предложение. Хотя в голову тут же пришла мысль, что оно ненастоящее, ведь интонации были шутливые. По телу тут же пробежались неприятные мурашки. — Правда? — слегка изумленно, даже не поверив такому повороту событий, переспросил Рик, и, получив слегка робкий утвердительный кивок, счастливо улыбнулся. А затем вновь поцеловал уже своего парня.