Монстр.

      Машина, заехавшая вчера во двор, была вовсе не машиной Кирилла. Спустя полтора часа томных ожиданий, дверь в мою комнату открылась, и на пороге показался Давид. Мы долго беседовали о том, что творится со мной в этом доме. Я не стала рассказывать, что уже третий день хорошо общаюсь с Андреем, не стала рассказывать, о чем мы разговаривали с Кириллом, и не рассказала о своем отношении к этому разностороннему человеку, хотя мужчина задал мне подобный вопрос. Как я отношусь к человеку, который похитил меня и держит в заперти уже месяц и два дня? Я сама не знаю, как отношусь. Питать ненависть для меня невозможно. Мама с детства научила понимать, ненависть - самое низкое чувство, существующее на Земле. Вы можете не любить, вам может ужасно не нравиться, любые другие синонимы, но не ненависть. После достаточно продолжительных разговоров Давид осмотрел мое плечо, оставил какую-то мазь, если вдруг сильно болеть будет, и скрылся за дверью. Время было позднее, уже около восьми вечера, и, так как мой личный врач разрешил мне принять душ, я не упустила подобной возможности и простояла под водой около двух часов. Не то, чтобы простояла - мыться с больной рукой не очень удобно. Выйдя из ванной, я не нашла себе лучшего занятия, чем спуститься на первый этаж к Екатерине Андреевне, однако, везде уже было темно и нелюдимо. Зайти обратно к Андрею казалось мне уж слишком опасным, к тому же, скорее всего, он уже спал, поэтому я вернулась в комнату и включила телевизор, надеясь наткнуться на какой-нибудь нормальный фильм. То было мое везение, когда пролистав пару каналов, мне удалось найти еще незнакомую мелодраму. Судя по всему, я обнаружила его уже на середине показа, поэтому половину просмотра лежала в полном непонимании того, что происходило. Часы показывали одиннадцать вечера, а Кирилл все еще не вернулся. Осмыслив все свои действия, я решила, что незачем его ждать. Кое-как почистила зубы и переоделась в все ту же пижаму с бананами, затем выключила телевизор, легла на кровать и долго не могла заснуть. Я слышала, как открылась дверь в комнату, слышала, как вошедший обматерил все существующее на свете, после чего матрац рядом со мной прогнулся, и холодная рука совсем неаккуратно легла на мою талию. От него не пахло ни алкоголем, ни сигаретами. Где же он был всю ночь? Проснувшись, я снова не нашла никого рядом с собой на кровати, хотя было всего десять часов утра. День прошел достаточно быстро. Екатерина Андреевна научила меня печь те самые бельгийские вафли и пообещала, что при удобном случае всегда будет звать меня помогать ей готовить. Остаток дня я провела в комнате у Андрея, мы разговаривали обо всем, что было у нас общего. Он пересказал мне пару историй из своего студенческого прошлого, я ему из своего. Однако на мою просьбу рассказать что-нибудь о Кирилле, он ответил: "Знаешь, если Незборецкий захочет, чтобы ты знала, то сам расскажет. Он очень скрытный парень". Андрей рассказал мне, как Кирилл познакомил его с Дашей на одной из вечеринок их общих друзей. Так же он сообщил, что не считает её своей девушкой, и это меня нисколько не удивило, несмотря на то, что подруга периодически называла его своим парнем. Она легкомысленная и вполне может менять партнеров каждые сутки, к чему я относилась нормально до того, как она перестала заботиться обо мне. Мы так разговорились, что парень даже поделился со мной желанием найти нормальную постоянную девушку, с которой он мог бы просыпаться по утрам, и которая бы готовила ему самые вкусные в мире завтраки. Он показался мне даже милым. Разве каждый парень может так ярко представлять свое будущее с любимой девушкой? Он сказал, что я ему нравлюсь больше, чем Даша. Не знаю, было ли это намеком на "нормальную постоянную девушку", но, находясь в замешательстве, я быстро перевела тему разговора на его профессию, что ввело в замешательство его, и он быстро перевел тему на мои личные отношения. Мне до безумия не хотелось об этом говорить. С одной стороны, как-то боязно, что он мог начать смеяться над ужасно маленьким количеством парней, с другой стороны, не хотелось, чтобы об этом узнал и Кирилл. Андрею все-таки удалось выпытать количество парней, с которыми я официально состояла в отношениях, и мой ответ вызвал очень бурную шокированную реакцию. Два парня - не много и не один. Мне всего лишь двадцать один год. Признаваться в том, что парней-друзей у меня было много, я не стала, это ведь не так важно. Однако остальную часть разговора Андрей пробыл в неком замешательстве. Не было в моей кровати столько парней, сколько было в кровати Даши. Да даже если вообще не было, в этом нет ничего плохого. Никто не говорит, что я монашка и не даю к себе прикоснуться. Это вовсе не так, просто некоторые слишком робкие, а другие много о себе думают. Не нашелся еще такой, которого бы вытерпела я, и который бы сумел вытерпеть меня. Я не считаю, что менять мужчину каждые две недели - правильно. От него я узнала, что творится в мире, в общем, новости, которые я не успела посмотреть по телевизору. В Киеве все спокойно. Хоть что-то радует. Ближе к позднему вечеру я уже еле держала глаза открытыми, а Андрей все рассказывал и рассказывал, отчего я все же заснула. Я проснулась с наполнившим мою голову удушающим страхом. Хотя парень сказал, что я проспала всего минут двадцать, вся жизнь пролетела перед глазами. А если бы Кирилл приехал и застал меня в таком положении? Я позлилась немного на Андрея и вылетела из комнаты, в надежде что мой мучитель действительно еще не вернулся. Мне очень сильно повезло, потому что, зайдя в эту комнату, я никого не обнаружила.

***

Уже половина двенадцатого, пора бы спать. Но он все равно разбудит меня, когда вернется... Я снова слышу, как открывается дверь, только теперь шаги тяжелее и медленнее. В два раза больше мата, чем в прошлый раз, и матрас не просто прогибается, он провисает, потому что обессиленное тело плюхается на него без всякой задней мысли о том, что где-то в десяти сантиметрах "сплю" я. Спустя пару минут Кирилл обхватывает мою талию и настойчиво притягивает ближе к себе. Теперь от него пахнет и сигаретами, и алкоголем, и главное - девушками. Мне приходится развернуться, чтобы хоть как-то отодвинуть его от себя, но попытка безуспешно проваливается. Он даже не разделся. Лежит в рубашке, в бабочке и брюках. Я не собираюсь засыпать рядом с настолько пьяным человеком. Там внизу два удобных дивана для подобного случая. Однако все не так просто, как кажется. Стоит мне попробовать вырваться, как парень еще сильнее прижимает меня к себе. Я очень боюсь, что он обнимет меня за больное плечо, поэтому на некоторое время перестаю сопротивляться в надежде, что Кирилл быстро уснет. После двадцати минут мучительных ожиданий парень все-таки засыпает, и я медленно начинаю выбираться из его объятий. Осталось только аккуратно положить его тяжелую руку на матрац, и я свободна, но Кирилл слишком неожиданно поворачивает голову на подушке, отчего я в испуге отпускаю руку. Он хватает меня за руку и тянет обратно к себе. - Нет, не уходи, - сколько же он выпил. - Я больше тебя не трону, только не уходи, - что с ним такое? Почему мне нельзя уйти? Какая сейчас разница, все равно он пьян и ничего не вспомнит завтра. - Нет, я не могу с тобой таким спать, - уверенность моего голоса заставляет его перевернуться и собрать все силы в кулак, чтобы приподняться на кровати. - С каким таким? - От тебя и от твоей одежды отвратительно пахнет... - противный запах сигарет, женских духов и алкоголя. - Хорошо, я сейчас приму душ, - парень пытается подняться, но безуспешно. - Приму душ и разденусь. Такими темпами он и помоется и разденется на полу без сознания. К моему удивлению, Кирилл встает с кровати и, пошатываясь, делает пару шагов, что заставляет меня тоже подняться и подойти к нему ближе, как бы он не упал и не сломал себе что-нибудь. В душ ему такому идти нельзя. - Давай, ты сначала разденешься, а потом посмотрим, нужно ли тебе в душ или нет, - и парень, бросив на меня свой затуманенный взгляд, принимается расстегивать рубашку, но и то тщетно. Не вытерпев, он берется за края и было хочет оторвать все пуговицы, но мое вмешательство спасает вещь. Однако и мне не просто дается преодолеть эти пуговицы, потому что Кирилл шатается туда обратно, хватаясь то за талию, то за руку, и страх о том, что он схватится за больное плечо, советует мне посадить его на кровать. Но и то не так просто. Он чересчур тяжелый, для того чтобы я его спокойно усадила, поэтому матрас снова прогибается от упавшего на него тела. Я не могу представить, как мне с ним справиться. Стесняюсь. Собравшись с мыслями, я осторожно сажусь на кровать рядом с моим пьяным похитителем и принимаюсь быстро расстегивать пуговицы, чтобы избежать лишних последствий. И вспоминаю теперь про брюки... - Я думал, ты меня обманула, - Кирилл приподнимает голову, чтобы встретиться со мной взглядом, и его жест вызывает у меня тихий смех. - Не смешно, я думал, ты ушла вниз, - и парень снова плюхается на кровать. Сняв темно-синюю бабочку, идеально сочетающуюся с его глазами, и расстегнув рубашку, никак не могу решиться продолжить раздевать его дальше, потому что на очереди брюки. - Сними штаны сам. - О-о-о, как я сниму их сам? Только с твоей помощью, - он неуклюже поднимается в сидячее положение, и пьяная ухмылка озаряет его лицо. - Тогда вставай, - поднявшись с постели, протягиваю ему руку, чтобы помочь поймать равновесие, и парень, пусть со второй попытки, но встает. Кирилл самостоятельно расстегивает джинсы и спускает их чуть ниже боксеров, отчего чуть ли не падает обратно на кровать, но вовремя хватается за мою руку. - Твоя очередь, - и парень с самодовольной улыбкой наблюдает, как я приседаю и стягиваю с него черные, как мне теперь стало ясно, джинсы. Быстро поднявшись, придерживаю его, чтобы он снова не упал, когда вышагивает из джинс, и он хочет сесть обратно, но на очереди ещё рубашка. - Подожди, рубашка, - меня смешит его состояние и дерзкая ухмылка, однако он слишком тяжелый, чтобы расслабиться. - Странная ты, - произносит Кирилл, держась одной рукой за мою талию, когда со второй я снимаю белую рубашку. Это удается нелегко, потому что приходится сначала расстегнуть запонки, которые я не заметила вначале. Они такие же синие, как бабочка, в виде двух круглых пластинок с золотой каймой. Не потерять бы, и я кладу их пока что в свой карман. Рубашка снята, но стоит мне кинуть ее на пол, как парень снова плюхается на кровать, только в этот раз потянув меня за собой, и улыбается. - Что ты делаешь?! - шок и страх охватывают мое тело, я отчаянно пытаюсь подняться, но он слишком сильный, чтобы у меня так просто получилось. Боюсь за плечо. Оно болит при каждом резком движении. - Ладно-ладно, - Кирилл очень медленно, ерзая по кровати, разворачивает нас головами на подушки и опускает меня, упершуюся ему в грудь здоровой рукой, на бок рядом с собой, но все также крепко держит за талию. - Хватит, - пьяным тоном произносит он, усиливая хватку одной рукой и до боли сжимая ребра, когда другой опускает мою руку. - Я устал и хочу спать. С этими словами парень вновь обхватывает меня за талию и прижимает ближе к себе. Чувствую себя мишкой, с которым спала до десяти лет, так же крепко его обнимала, когда папа выключал свет в комнате. - Мне неудобно, отпусти... - мой голос тонет в мизерном пространстве между нами, и, кажется, что он не услышал, однако Кирилл чуть ослабляет хватку, что дает мне возможность сделать хотя бы глоток воздуха. Я не собираюсь с ним так спать. - Я обещала не уходить, значит, не уйду, но ты должен отпустить меня, - мне приходится снова упереться в его грудь рукой, и измотанное состояние парня заставляет его уступить, благодаря чему я отодвигаюсь от него вовсе и разворачиваюсь спиной. Но, спустя пару минут, тяжелая рука снова ложится на мою талию, придвигая ближе к себе. Всяко лучше, чем дышать ему в шею.

***

Просыпаюсь в этот раз не одна. Теплое дыхание все также через волосы еле касается моей шеи, и я невольно усмехаюсь, вспоминая вчерашние события. Он был смешным. - М-м-м, еще немного, - бормочет Кирилл, когда я пытаюсь аккуратно снять с себя его руку. Снова безуспешно, и снова парень притягивает меня ближе к себе. - Мне нужно в туалет, - причина неоспоримая, поэтому рука, лежавшая на моей талии, поднимается, давая мне возможность спокойно встать. Выйдя из ванной, я нахожу парня все также мирно сопящего на кровати. Он выглядит таким безобидным, когда спит, чего нельзя сказать о нем в другое время суток. Тихо подкравшись к чемодану, достаю оттуда новое нижнее белье, носки и джинсы. Екатерина Андреевна сообщила мне, чтобы я тоже кидала свои грязные вещи в корзину в ванной, а она их уже отделит от вещей Кирилла, поэтому сегодня корзина наполнилась до предела поношенными мной за время пребывания здесь вещами. Я медленно начинаю закрывать за собой дверь в ванную, и, как назло, она одновременно и скрипит и щелкает замком, из-за чего Кирилл просыпается. Надо быстро переодеться. Минут пять мне приходится помучиться с бра, потому что застегнуть его с вывихнутой рукой даже спереди оказывается проблемой, все остальное надевается гораздо проще, но джинсы тоже не доставляют особого комфорта. Надо сказать, что выглядеть я стала гораздо лучше, чем четыре дня назад. Немного поправилась, и пропали жуткие синяки под глазами. Когда дверь из ванной комнаты закрывается за моей спиной, я окидываю сидящего на краю кровати Кирилла недоверчивым взглядом, боясь ступить дальше. Уж очень серьезным он выглядит. - Лиза, подойди сюда, - его голос звучит спокойно и ровно, и это заставляет меня чувствовать некий дискомфорт, но другого выхода нет. Неуверенно сделав пару шагов, я все еще пытаюсь разглядеть его лицо. Когда моя фигура размещается в полуметре от парня, все тело сковывает страх. Что случилось? Наши взгляды встречаются, но мне не удается разобрать, что таится сейчас внутри него. Руки Кирилла бережно касаются моих ног чуть выше колен, заставляя меня сделать шаг навстречу. От этого прикосновения тело пронзает дрожь, и страх овладевает моим сознанием. Он придвигает меня ближе к себе, не стесняясь, будто так и должно быть, в то время как я не могу смириться со своим положением, борясь с вспыхнувшими внутри ощущениями. Его томное дыхание только усиливает напряжение между нами, и, когда он облизывает свои сухие губы, опуская взгляд вниз, мне кажется, что я снова что-то натворила. - Лиза... Я... - мне приходится сделать глубокий вдох, чтобы избежать дрожи в коленях, - я что-то сделал тебе вчера? - его напряженный взгляд снова внимательно исследует мое лицо. Он боится, что сделал мне что-то плохое? Боится, что изнасиловал меня в пьяном состоянии? Волна облегчения расслабляет окаменевшее тело, и я невольно закрываю глаза, стараясь незаметно восстановить дыхание. - Извини меня, я...- Кирилл принимает мои нервные покачивания головой с закрытыми глазами как знак того, что что-то произошло, но я успеваю его прервать, пока он не успел наговорить глупостей: - Нет, все нормально. Ты просто не мог самостоятельно раздеться, - от этой мысли еле заметная улыбка проскальзывает на моем лице. Стоит вспомнить только, как он шел до ванной. - О, черт, - парень облегченно выдыхает, и расслабленная улыбка появляется на его лице, - ничего не помню. - Все нормально, - еще раз повторяю я и делаю шаг назад, чтобы хоть чуточку увеличить расстояние между нами. Кирилл, воспользовавшись моментом, встает с кровати и направляется в ванную. Спустившись вниз, я уже чувствую заполнивший весь первый этаж аромат запеканки. - Доброе утро, - наверное, я произношу это слишком радостно, поэтому женщина немного скованно произносит то же в ответ. На неожиданном приливе энергии сыграло то, что я слишком перенервничала пять минут назад, и надо как-то восстановить баланс в организме. - Сегодня вы меня побалуете вкуснейшей в мире запеканкой? - на мои слова женщина реагирует широкой улыбкой, доставая небольшой противень из духовки. Екатерина Андреевна осторожно режет получившееся блюдо на несколько кусочков и выкладывает их на большую прозрачную прямоугольную тарелку. К тому времени, как мы вместе накрываем на стол, со второго этажа спускается Кирилл, что заставляет меня смутиться и отложить все дела. Наверное, мне нужно покинуть кухню. - Екатерина Андреевна, вы не могли бы оставить нас. Думаю, дальше мы сами справимся, - и Кирилл Игоревич вовсе не любезничает, а произносит просьбу крайне серьезным тоном, что снова приводит мои нервы в напряжение. Женщина ставит на стол чашечки с вареньем, медом и сгущенкой и поспешно удаляется, оставив меня наедине с бедой моего существования. Я так и стою, уставившись в его светлые при утреннем свете глаза, удивленная происходящим. Мы никогда ничего не делали вместе, кроме как спали на одной кровати. Это какой-то огромный шаг для меня - сесть за утренний стол с человеком, который держит меня взаперти вот уже второй месяц. Это некий стереотип, заложившийся в моей голове: хоть я и не чувствую ненависти, не чувствую отвращения или нелюбви к этому человеку, он для меня похититель, а похитители всегда плохие персонажи, значит, я должна относиться к нему с презрением. Во всяком случае, прием пищи вместе по утрам - это что-то личное. Кирилл спокойно избавляется от моего взгляда, делая пару шагов к холодильнику и достав из него банку молока. Затем парень достает два стакана из верхнего шкафчика и вновь разворачивается ко мне, все в таком же ступоре уставившейся в пол. - Лиза, - парень проходит за моей спиной, легонько толкая меня бедром, и усмехается над моей реакцией. - Мне... Я лучше позже позавтракаю, - и я растерянно направляюсь к выходу. - Нет, подожди, - его еще совсем утренний голос раздается позади. - Ты должна помочь мне накрыть на стол, - слова парня сопровождаются цоканьем стаканов друг о друга, и я нерешительно оборачиваюсь. - Давай, иди сюда. И мне приходится покорно вернуться на свое прежнее место, где до этого раскладывала приборы вместе с Екатерина Андреевна. Пока я управляюсь с сервировкой стола, Кирилл ставит на него чашечки с вареньем, сгущенкой и медом, которые в растерянности домработница оставила на столешнице, после чего достает две прозрачных квадратных тарелки и неуклюже накладывает в них горячую запеканку, постоянно облизывая пальцы и шипя, вместо того, чтобы взять хотя бы ложку. Когда он подходит, чтобы поставить тарелки на стол, мне еле удается сдержать смех, не говоря уже об ухмылке. - Что? - на его лице красуется немного смущенная улыбка. Я не решаю нужным отвечать на этот вопрос, поэтому обхожу парня стороной, чтобы помыть руки. В это время Кирилл наливает молоко в стаканы и садится за стол, но не приступает к еде, выжидающе смотря на меня. Но я же не собиралась с ним завтракать... - Что? Мы же договорились... - неуверенно произношу я, вытирая руки полотенцем. - Но я тебе уже положил, - Кирилл, улыбаясь, приподнимает брови, указывая на тарелку с запеканкой перед собой. - Но это нечестно, - в самом деле, мы договорились, что я помогу накрыть стол, а не что буду завтракать с ним, сидя друг напротив друга. - Ладно, если так не хочешь завтракать со мной, иди, - выражение его лица резко сменяется тем самым каменным, которое я увидела впервые, бесчувственным. Он опускает взгляд на тарелку перед собой, небрежно поливая запеканку сгущенкой. Почему я чувствую себя виноватой? POV Кирилл Сегодня я проснулся с невыносимой головной болью, но был удивлен, что голос, разбудивший меня, принадлежит не вчерашней блондинке, а моей Лизе. Честно говоря, ни черта не помню, что происходило вчера здесь, но, вопреки моим наихудшим предположениям, девушка сказала, что "все нормально", значит, вчера я вел себя сдержанно. Это было бы самой отвратительной вещью, что я когда-либо делал - лишить девственности девушку, будучи пьяным и не осознавая всего происходящего. Я, мягко говоря, опешил, собрав весь вчерашний вечер по частичкам и обнаружив себя в кровати рядом с ней. Если бы это действительно произошло, не простил бы себе этого даже просто потому, что сам лишил себя такого запоминающегося момента. Чего же она так меня боится? Может, все-таки задел вчера? Черт, голова раскалывается, больше не пойду никуда с Богданом, Даней и их подружками. Крайне удивлен, что проснулся дома. Неужели та блондинка вчера выставила меня за дверь? Мы же были у Дани. Как я вообще домой добрался? Уже сев за стол в ожидании девушки, вдруг слышу, что она не хочет со мной завтракать. Я все понимаю, но в завтраке то чего такого? Она вторая в мире женщина, которой я предлагаю сесть со мной утром за стол. Первой была мама. - Но я тебе уже положил, - я приподнимаю брови, заранее зная, что это подействует. Все-таки она сегодня в хорошем настроении, и у меня нет никакого желания его портить. - Но это нечестно, - да чего же такая упрямая то? - Ладно, если так не хочешь завтракать со мной, иди, - у меня сегодня не слишком много терпения, пусть лучше уходит. Но каково же мое удивление, когда девушка робко отодвигает стул и садится напротив меня, явно смущенно устремив свой взгляд на чашечки со сладкими соусами. Она осторожно берет мед и наливает его не на саму запеканку, а рядом, чего нельзя сказать обо мне. Спустя некоторое время тишины, я решаюсь спросить, что же все-таки вчера было, тем самым разрушив напряженную обстановку, на что девушка скромно хихикает, впервые за все время завтрака заглянув в мои глаза. POV Лиза - Что же я вчера вытворял, не расскажешь? - слабо улыбаясь, спрашивает Кирилл, на что мне не удается сдержать смешки. - Ты просто очень смешно себя вел, - все еще неуверенно мямлю я себе под нос. - Как смешно? Что я делал? - Ну, ты был слишком пьян и еле стоял на ногах. - Я не собираюсь рассказывать ему, как мне пришлось его раздевать. - И все? - нотка разочарования проскальзывает в тоне моего собеседника. - И все, - я опускаю глаза, во избежание раскрытия остальной правды. - Ладно, будем считать, что я тебе поверил. Тебе понравились книги? - этого вопроса я не ожидала никак. Как-то неправильно с моей стороны говорить, что они мне безумно понравились, он может подумать, что я отношусь к нему, как к нормальному другу. И так уже слишком много натворила. - Я пока что прочитала только одну, - нужно всеми силами избежать ответа на тот вопрос. - Мне здесь совсем нечем заняться... Но в ответ Кирилл лишь тяжело вздыхает и опускает голову, доедая свой завтрак. - Можно мне вернуться в университет? - я не знаю, что мной управляет, и к чему задаю этот вопрос, и как у меня хватило смелости его задать, но что сказано, то сказано. - Что? - взгляд парня такой же удивленный, как и мой. - Я устала здесь сидеть без дела. Возможно, мне дадут восстановиться... Я обещаю, что буду возвращаться сюда обратно. Честное слово. - Нет, - это последний и самый лаконичный для меня на сегодня ответ, слетевший с его губ. Светловолосый парень резко встает из-за стола, ставит тарелку в раковину и покидает комнату...