Вы прибыли в пункт назначения

      Петляя в очередной раз по запутанным улочкам маленького городка, Чан наслаждался прохладной дождливой погодой. Он совсем не любил унывать.       Пусть серые облака и мокрые, леденящие кожу, порывы ветра раздражали большинство людей, затягивая их в депрессию и сонливость, а парень чувствовал прилив энергии от такого состояния природы. Ведь именно дождь даёт питательную силу всему живому, в то время как солнце укутывает теплом и светом. Это два основных ингредиента, чтобы мы могли наслаждаться прекрасными пёстрыми деревьями и цветами в парках. Как можно любить что-то одно?       В таких размышлениях и продолжалась неспешная поездка по опустевшему из-за непогоды городу. Если прохожие и встречались, то они на всех парах старались поскорее скрыться в метро или помещении. Уже создавалось впечатление, что день будет спокойным и клиентов окажется мало.       На очередном светофоре, где парень вновь стоял в одиночестве, в машину заскакивает намокший и злой мужчина, лет сорока. В дорогом костюме, с золотыми часами и телефоном последней модели, который уже плавился от натиска хозяина.       – Я же тебе сказал, чтобы к моему приезду всё было готово: отчёт, кофе и новый чистый костюм! Это что, так сложно?! Мне плевать, разберись с этим до начала встречи! – экспрессивный разговор напоследок был приправлен отборным матом, даже невзирая на то, что уши водителя успели свернуться в трубочку.       Парень вжался в кресло, выслушивая ещё несколько похожих по содержанию бесед. Казалось, будто мужчина ненавидит весь белый свет и всех своих работников. Да и людей в целом. Как только телефон был отброшен в сторону, он решил попытать удачу, приветливо улыбнувшись.       – Добрый день, что я могу предложить, чтобы сделать поездку комфортной для вас?       Чан ожидал любой реакции от «закройся и веди молча» до «да что ты можешь мне предложить, нищеброд». Но озвученной фразы не было даже в самых смелых мечтах.       – Можете, пожалуйста, обогреватель включить, я продрог до нитки, – глаза младшего полезли на лоб, когда он заторможено кивнул, потянувшись до регулятора температуры, – ах, вы не обращайте внимания, просто подчинённые слишком расслабляются, если их не держать в ежовых рукавицах. Добрый начальник не сможет вести бизнес.       Водитель снова кивнул. Было и впрямь странно видеть такую перемену в человеке. Он источал ауру уверенности и сильного лидера. Был красив и обаятелен. И если не слышать тех страшных слов, вылетавших из этих губ, то можно было узреть огонёк тепла в глубине его тёмных глаз.       – Мне вы напомнили дикого тигра, от которого нужно бежать, куда глаза глядят, уж простите, – Чан услышал в ответ звонкий смех, разрядивший обстановку.       – Я правда не настолько ужасная личность, но иногда ситуация вынуждает. Пока мы едем, могу поделиться некоторыми событиями из жизни.       ***       – Чонин, ты уверен, что справишься? Это серьезный шаг, – женщина, с синяками под глазами и осунувшимся лицом, крутилась вокруг парня лет двадцати, поправляя галстук.       – Уверен, мама, я должен это сделать. Ради нашего общего блага, – пусть пальцы на руках и подрагивают, а голос не слушается – он должен быть сильным. Семья теперь зависит только от него.       Вдох-выдох. Десять. Девять. Поворот ручки и тихий скрип двери. Восемь. Первый шаг. Семь. Шесть. Десятки глаз, направленные только в его сторону. Пять. Подъем на сцену. Четыре. Вспышки фотокамер. Три. Поклон. Два. Стойка с микрофоном. Один. Последний глубокий вдох.       – Здравствуйте, меня зовут Ким Чонин. С сегодняшнего дня я заступаю на должность председателя. Прошу позаботиться обо мне.       После скоропостижной смерти главы семейства у четы Ким оставалось только два варианта: либо передать семейный бизнес в руки президента, либо принять управление единственному сыну.       В связи с тем, что Чонин учился на втором курсе, то они собирались отойти от дел, но мальчик не был готов прощаться с вековым наследием предков. Для его отца компания значила слишком много, а потому он собирался отдать всё, чтобы быть гордостью своей семьи.       Несколько лет упорного труда, бессонных ночей – и парень уже ловко обходит конкурентов, заключает выгодные контракты, расширяет бизнес в соседние страны.       Вот только добрый ребёнок совершенно не подозревал, насколько это дело грязное и жестокое, а потому приходилось учиться быть коварным и расчётливым. Но сердце его оставалось чисто.       Его папа умер от рака лёгких, и помочь ему не могли даже деньги. Но существовали люди, которых ещё можно было спасти. Не всех, но у Чонина была возможность хотя бы некоторых уберечь от тяжёлой судьбы, как у его семьи.       Как только доход начал позволять, парень вкладывался в крупные проекты по лечению онкобольных и помощи их родным. Пусть это и не вернёт отца, пусть все думают, что он злобный и жестокий человек, которому ни до чего нет дела, а об этой благотворительности не знает ни одна живая душа, но это дарит маленький лучик надежды, что его жизнь чего-то стоит.       – Сыночек, как же давно ты не был у нас в гостях, – мужчину, уже слегка седого, встречает всё та же улыбчивая, пусть и покрытая морщинами, старушка.       – Прости, матушка, работа, сама же знаешь.       Ему уже почти сорок, у него есть любимая супруга, двое прекрасных деток, и всегда рада приходу мама. Возможно, все работники считают его козлом, не имеющим чувств, а жену он и вовсе бьёт, Чонину совершенно наплевать, ведь у него всегда есть место, где понимают и любят его настоящего.       ***       – Знаете, я даже ни о чём в жизни не жалею, – протянул Ким и мечтательно улыбнулся, пока Чан, заслушавшись, вдавливал педаль сильнее в пол. – У меня есть любящая семья, о которой я никогда не перестану благодарить судьбу. А ещё о том, что я могу обеспечить им прекрасную жизнь, чтобы жена была довольна, мама счастлива и дети ни в чём не нуждались. Думаю, что это самые главные вещи, а то, что сотрудники считают меня извергом – так это только одна сторона медали, а о второй им знать не обязательно.       Парень и впрямь наслаждался рассказом. Человек, который на первый взгляд казался чудовищем, под оболочкой скрывает невероятной красоты душу, которой похвастаться может не каждый набожный человек.       Поездка подошла к концу, а атмосфера тепла и нежности, кажется, впиталась в машину ещё на несколько недель вперёд.