Холодные руки

      С каждой минутой небо становилось всё ярче, бордовые и алые оттенки на небе становились всё увереннее, плотнее. Ночь уступала место рассвету, знаменующему первый школьный день. В комнате сильно пахло деревом и ещё не покинувшим улицу ночным воздухом, из окна дул лёгкий ветерок, до дрожи щекочущий кожу. Анна сидела на подоконнике, наблюдая за переменами на улице, уже, наверное, второй час, судя по приближению рассвета. Это значит, что вот-вот прозвенит будильник, и тогда ей уже точно никуда не деться от предстоящего дня.       Может, сказать Джиму, что мне стало плохо? — не раз мелькали подобные мысли в голове рыжей, но она тут же выкидывала такие идеи из головы, скомкав, словно листок, прямо в огонь, чтобы от них ничего не оставалось. Девочка не хотела идти в абсолютно незнакомое место с чужими людьми, а находиться с ними в одной аудитории порядка шести-семи часов — тем более. Но ещё меньше ей хотелось врать Хопперу, который столько времени своего лета отдал ей. Научил её готовить, стирать, показал весь город, буквально заставил выучить его очертания, чтобы Анастасия никогда не заблудилась. Он действительно беспокоится за неё, словно за племянницу. Что он сейчас делает? Наверняка напоминает Оди о правилах, как вести себя дома, пока его нет. А она как всегда капризничает из-за того, что её изолируют от общества и не дают увидеться с Майком. Майк. Анна слышала об этом мальчишке лишь из огромного рассказа Хоппера, но сама не могла представить двенадцатилетнего мальчишку таким уверенным и сильным. Одиннадцать сейчас точно припоминает Джиму меня, бесится с того, что я могу выходить за пределы дома и спокойно гулять, — пронеслось в голове Анны.       На тумбочке возле кровати пронзительно запищал будильник. Такое ощущение, что он может разбудить не то что всю улицу, но и целый квартал. От неожиданности Анна вздрогнула, но быстро оправилась от испуга и спрыгнула с подоконника, в рекордное время преодолевая расстояние между ней и будильником, тут же выключает его. Девочка осторожно оглядывается, словно действительно боится разбудить кого-то. Убедившись, что вокруг всё совершенно спокойно, рыжая со вздохом идёт в душ, принимает все водные процедуры и возвращается в комнату, проходит к туалетному столику. В ящике лежала косметика — очень много косметики, которую за всю жизнь Анна почти не использовала. Там же лежала и расчёска, фен и резинки для волос. Девочка взяла одну из палеток и покрутила в руке — медленно, задумчиво, взвешивая все «за» и «против». Наконец она убирает палетку обратно и берёт блеск, больше никакого макияжа Анна не хотела наносить. После долгого распутывания густых, непослушных волос, тёмно-рыжие змейки волнами легли на плечи и спину девочки, а уложенную с вечера чёлку она распустила и залакировала.       На стуле всё также лежали вещи, старательно приготовленные Анной ещё вечером прошедшего дня. Джинсы и чёрная майка, поверх которой девочка надела белую кофту, плотно облегающую фигуру. Ещё раз проверив сумку с учебниками, рыжая покинула дом, закрыв двери на оба замка. До школы идти не слишком далеко, минут пятнадцать, если не спешить. И всё равно в таком случае Анна придёт слишком рано. Ни машины, ни других средств передвижения у неё не было, так что на протяжение всего года каждое утро её будут ожидать пешие прогулки на свежем воздухе. Едва Анна оказалась возле дороги, мимо неё на бешеной скорости пронеслась машина, Шевроле Камаро, как ей показалось. Только рыжая отошла от шока, как мимо пронеслась вторая машина, но уже куда медленнее, к тому же она остановилась в нескольких метрах от Анны. Она неуверенно прошла вперёд, а окно со стороны водителя уже было открыто. Из машины на неё смотрели парень и девушка, по виду ненамного старше самой Анастасии, особенно если учесть, как взросло она выглядит, то она, если не похожа на их ровесницу, выглядит скорее старше, чем младше.       — Привет, — первым поздоровался юноша с пышной шевелюрой и мило улыбнулся. — Давно тут живёшь? Я не помню, когда последний раз в этом домике кто-то жил.       — Привет, — Анна ответила на улыбку парня такой же доброжелательной улыбкой, — я недавно сюда переехала. В смысле вообще в Хоукинс. Я в школу иду, вы тоже, полагаю?       — Да, — кивнула на этот раз девушка, которая сидела рядом с юношей, — Меня зовут Нэнси Уилер, а это Стив Харрингтон. Мы учимся последний год. Но, — Нэнси нахмурилась, — нам не говорили, что в этом году будут новенькие.       — А я и не новенькая в вашем классе, — усмехнулась Анна, — я младше вас на два года, но учиться мне осталось всего два года, а не три, как остальным ребятам моего возраста.       — Невероятно, — снова напомнил о своём присутствии Харрингтон, — ты выглядишь очень взрослой, пусть ты и очень низкая. Кстати, ты не назвала своё имя.       — Ой, простите, — Девочка мгновенно залилась краской от такой неловкости, — Меня зовут Анастасия Макалистер, но чаще меня называют Анной, мне почти шестнадцать, — Анна до сих пор произносила свою фамилию неуверенно, ей не довелось успеть попрактиковаться в этом, но это ничуть не смутило новых знакомых, — Я очень дальняя родственница Джима Хоппера, шерифа Хоукинса. Мои родители развелись и разошлись по разным концам света, оставив меня с Джимом, так я и оказалась здесь. До этого мне прекрасно жилось во Флориде, но…увы, мне выбора не предоставляли, — Анна грустно улыбнулась. Ещё одна часть заботы Хоппера о девочке: буквально каждые день, утром и перед сном, мужчина заставлял повторять девочку свою легенду, которая в отличие от фамилии запомнилась ей намного лучше.       — Не самая лучшая история, которую я слышала, — Уиллер вздохнула, но тут же снова улыбнулась Анне, как старой подруге.       — Мы можем тебя подвезти, если хочешь, — предложил Стив.       Анна почти незаметно кивнула и юркнула в машину, комфортно расположившись на заднем сиденье. Всю дорогу новые товарищи расспрашивали девочку про её «старую жизнь», родителей, Флориду. Иногда, не зная, что ответить, Макалистер сама задавала длинный вопрос, слушая который, ребята забывали собственный, а затем думали над ответом. И только проехав половину пути, до Анны дошло, что это те самые Стив и Нэнси, которые тоже мелькали в рассказе Джима. С ними ещё связана смерть некой Барбары, с которой расправился демогоргон, но об этом Анна мало что помнила. Вспоминая рассказы Хоппера один за другим, девочка также смогла отыскать в памяти ещё одно имя — Джонатан. Имена младших она отлично помнила, а вот с остальными — учениками старшей школы и взрослыми, которые тоже участвовали в увлекательных приключениях прошлого года, было туговато. Уиллер и Харрингтон вместе смотрелись очень мило и гармонично, — про себя отметила рыжая и улыбнулась. А если верить Джиму, то в том году парень был не таким уж милым и пушистым.       И вот наконец Анна увидела парковку возле школы, на которой пока ещё было полно свободных мест. Едва Стив остановился на одном из таких, как неподалёку вихрем пронёсся уже знакомый шевроле, резко затормозил, подняв клубы пыли вперемешку с жахлой листвой. Из машины, словно стараясь быстрее сбежать, вышла светло-рыжая девочка, поставила скейт перед собой и, запрыгнув на него, понеслась в здание. Следом за ней вышел и сам водитель — кудрявый блондин в джинсовке, который тут же обратил на себя внимание девушек, в чьё поле зрения он попадал. Даже Анна присмотрелась к парню. Что-то подсказывало ей, что от этого блондина нужно держаться на расстоянии, очевидно, напряжение на лицах друзей, тоже наблюдающих за парнем, говорило о том же.       — Видимо, новенькие у нас всё же есть. — Анна не поняла, какие эмоции Харрингтон пытался вложить в эту фразу — разочарование, интерес или что-то другое, но точно знала, что юноша тоже не рад этому парню на шевроле.       Коротко попрощавшись с Нэнси и Стивом, Аня направилась в здание старшей школы, мысленно ликуя, что у неё в запасе столько времени, и она спокойно сможет узнать, где её шкафчик и где проходит первый урок. Внутри дела шли куда более оживлённо, повсюду переговаривались подростки, то и дело разносился их разномастный смех, как раскаты грома или же как звон колокольчика. На Макалистер внимания почти никто не обращал, чему рыжая опять же обрадовалась. В коридоре она вновь заметила фигуру странного блондина со стоянки, который сегодня едва не пригвоздил девочку к дороге. Парня провожали восхищённые взгляды девчонок и настороженные парней, некоторые спешили подойти к нему и поговорить, другие же просто глазели со стороны. И лишь Анна спряталась за спасительной дверцей шкафчика, всё ещё считая самой лучшей идеей обходить стороной молодого человека. Боковым зрением она уловила, как юноша прошёл мимо неё, не удостоив внимания, равно как и она, рыжая облегчённо вздохнула и вышла из своего укрытия, направляясь к директору.

***

      Директором оказался очень милый мужчина, не задержавший Анну надолго в маленькой, душной комнатке, он быстро выдал ей расписание и ознакомил с правилами школы, которые везде практически одинаковые. Неожиданно даже для самой себя, девочка вдруг почувствовала, как отступил страх, в школе ей стало почти так же комфортно, как дома, ведь вопреки её ожиданиям, никто даже не замечал её, будто она всю жизнь училась вместе с этими подростками.       Когда Анна оказалась в коридоре, она удивилась, как же быстро он опустел, как стих смех и гомон учеников. Неужели все разошлись по кабинетам, хотя времени ещё совсем мало? Анна решила не уделять этому столько внимания — подумаешь, пустой школьный коридор. Тряхнув головой, скидывая ненужные мысли, рыжая направилась к кабинету истории, который был этажом ниже, но тут же на секунду замерла на месте. Опять этот парень с парковки. Анну подобные встречи начали пугать, внутри закралась мысль, словно юноша преследует её — в коридоре лишь они вдвоём. Однако, едва парень прошёл мимо Макалистер, он скривился, пренебрежительно произнеся «Рыжая…». Девушка удивлённо взглянула ему вслед и поспешила пройти к своему кабинету, в котором вот-вот начнётся урок. На этаже господствовал резкий запах хлорки, наверное, за то время, что Анна была у директора, здесь успели помыть полы. В кабинете уже расселись все ученики, поворачиваясь друг к другу и рассказывая разные забавные истории. Анну встретили лишь несколько высокомерных, недовольных взглядов. Особенно отчётливо девушка запомнила кудрявую брюнетку с каре, с тёмными, выразительными глазами и тонкой фигурой. На ней было лёгкое белое платьице без рукавов, едва прикрывавшее ягодицы, через него просвечивал кружевной лифчик, но Анастасию удивило это меньше, чем-то, как можно выйти в этой одежде в такой холод. Вдруг незнакомка встала и в несколько грациозных движений оказалась рядом с рыжей.       — Я Фелисия Тиммонз, новенькая, — брюнетка хищно улыбнулась, как дикий зверь, который вот-вот разорвёт свою жертву, — пусть ты и новенькая, а правилам подчиняются все, а за их нарушение получают наказания. Все вопросы здесь решаются через меня, тронешь моё, я напомню тебе своё имя и что бывает, если стоишь у меня на пути, рыжая.       — Анна, — закатив глаза, поправила девушка. — Меня зовут Анна, назовёшь меня как-то иначе, полетишь по вымытому коридору до своего же дома.       Даже не дожидаясь, пока до темноволосой дойдёт смысл, Анна поспешила пройти к последним партам, одна из которых пустовала. Разложив учебники, девушка осмотрела помещение, столкнувшись взглядом с Тиммонз — та словно дырку пыталась в ней прожечь, не забывая элегантным движением время от времени поправлять прядь волос, то и дело выбивающуюся из общей причёски. Когда Ане надоело чувствовать на себе её горящий взгляд, она широко улыбнулась ей и показала неприличный жест, на что Фелисия только фыркнула, но отвернулась. Перед самым звонком к Анне подсела девушка с соседней парты. Её внешность была весьма заурядной, не бросалась в глаза, поэтому она не слишком выделялась среди остальных одноклассников. Красный ободок придерживал короткие пряди светлых волос, которые не собирались в длинную косу, большие очки приукрашивали пухловатое личико одноклассницы, а глаза горели интересом. До самого звонка неожиданная соседка так и не произнесла ни слова, хотя Анна отчётливо видела её любопытный взгляд на себе. Тучный мужчина, учитель истории, быстро представил Анастасию Макалистер классу, а затем сразу перешёл к теме. Несмотря на все те эмоции, что уже успели навалиться на Анну этим утром, девушка была полностью сосредоточена на словах историка и своём конспекте, даже частые взгляды соседки не сбивали её.       — Значит, Анастасия Макалистер, — послышался рядом звонкий голосок, — Полагаю, ты не местная, раз ещё не привыкла к выкидонам Тиммонз. — Анна кинула на незнакомку удивлённый взгляд, и девушка тут же продолжила, — Её отец работает в правительстве, вот она и выпендривается, хотя кроме денег и фальшивой славы у неё ничего нет. Даже её угрозы, в которых она припоминает отца — пустой звук, хотя её свита свято верит, что всем обидчикам Фелисии перепадает по заслугам. Кстати, я Шарла Милтон. — Девушка мило улыбнулась и протянула Анне руку, та осторожно пожала её.       Из всего класса Анне симпатизировала только Шарла, уж очень милой и доброй она была, конечно, если это не фальшивая оболочка, которую рыжая ещё не научилась различать из-за чрезвычайного доверия к людям. Пока историк уверенно объяснял что-то со своего места, радуясь парочке вопросов с первых парт, на последних все были заняты своими делами: один парень с длинным хвостиком каштановых волос даже уснул, а его сосед мрачно чиркал что-то в тетради, постоянно зевая. Сама Анна слушала рассказы новой знакомой о школе и о городе в целом, слушала версию происходящего со стороны обычных жителей, а не шерифов, связанных с мистическими девочками и иными мирами. С Шарлой девушка пересекалась на большинстве уроков, только на физике и алгебре они были в разных классах. Наконец прозвенел звонок, все ученики резко ожили, аудитория наполнилась их гомоном и шелестом страниц учебников, через минуту в классе уже никого не было, самыми последними вышли Анна и Шарла, весело переговариваясь об одной из неудач светловолосой Милтон. На выходе Анна почти столкнулась с кудрявым блондином. Задрав голову, чтобы разглядеть его лицо, девушка чуть не закричала на него, чтобы он перестал преследовать её через каждые полчаса, но, заметив, как юноша уселся на её место и кинул учебник на парту, девушка успокоилась, поняв, что это лишь совпадение.       Так прошли оставшиеся пять уроков, почти на всех из которых Анна ничего не делала, слушая истории неожиданной подруги и совсем позабыв о Фелисии, то и дело бросавшей в её сторону косые взгляды. Заливаясь громким смехом, девушки вышли из школы, совершенно не замечая несущуюся на скейте светло-рыжую девчонку, которая была явно младше Макалистер, но всё равно чуть выше. Девочка быстро среагировала и успела свернуть, тем самым не причинив вреда старшеклассницам, но врезавшись в бордюр и с грохотом упав на траву. Анна и её подруга перепугано одновременно прикрыли рот ладонью, взглянув на распластавшуюся девочку. Шарла быстро сообщила, что её ждут родители и опоздать она не может, Анна же заверила её, что справится сама и, даже не попрощавшись, кинулась к рыжей школьнице.       — Боже мой, прости, как ты? — Анна присела на траву рядом с девочкой и подала руку, чтобы она смогла сесть. — Прости, я не заметила тебя.       — Ничего, это мелочи, — хватаясь за руку помощи, ответила та и села, — раз я катаюсь на скейте в подобных местах, значит, я готова к подобным поворотам. — На лице девочки была ясная улыбка, словно она вовсе не падала с доски, — Меня зовут Макс Мэйфилд, я новенькая. — Девочка сжала руку Анны, которую так и не отпустила. — У тебя чертовски холодные руки… — девочка даже поёжилась, подтверждая свои слова.       — Забавно, но я тоже, — девушка сжала руку в ответ, — Анастасия Макалистер. Тоже новенькая, тоже рыжая, — хитро улыбнулась Анна. — Ты не первая, кто это замечает, — улыбнувшись, ответила девушка и отпустила руку Мэйфилд.       — Слушай, а ты, случайно, не знаешь Билли Харгроува? Он не с тобой учится? — Нахмурилась Макс. — Кудрявый, высокий блондин в джинсовке.       — Нет, он старше меня на два года, — теперь Анна знает имя своего «преследователя», — ты, кажется, с утра с ним приехала.       — Он мой брат. Сводный, — поспешила добавить Мэйфилд. Девочка вдруг резко обернулась, и Аня непроизвольно проследила за её взглядом, заметив мальчишек, спрятавшихся за машиной, едва Максин перевела на них взгляд. — Боже, да от них покоя нет! Только первый день, а они меня уже бесят. Ходят за мной и ходят.       Анна почему-то улыбнулась. Такой милой и забавной она казалась, сидя на траве и высказывая недовольство по поводу мальчишек. Рядом послышался рёв мотора — в нескольких метрах от девочек остановился тот самый Шевроле Камаро, с тем самым Билли Харгроувом — загадочным сводным братом Макс. Последняя, кстати говоря, сильно побледнела, жизнерадостности и смелости у неё знатно поубавилось. Вместе с ней помрачнела и Анна, снова кинула взгляд на машину, а затем снова на Макс. Их взгляды встретились и в лазурных глазах девочки Макалистер отчётливо уловила тревогу. Девушка поднялась первой и помогла встать Макс, которая тут же отряхнула джинсы, однако на них всё равно осталась грязь и зелёные пятна от травы. Анна решила сопроводить девочку до самой машины, из открытого окна которой тут же безразлично констатировал парень:       — Опаздываешь. Я должен тебя по всей парковке искать? — Юноша брезгливо скривился, — Быстро в машину. А ты, рыжая, — Билли наконец обратил внимание на Анну, — Иди прочь и рядом со мной или Макс больше не появляйся.       Анна лишь хмыкнула, услышав такую речь блондина. Скорее он преследует её, а она и сама с удовольствием бы с ним не пересекалась. И снова её назвали рыжей — неужели они замечают только цвет волос, и он их так раздражает? Демонстративно закатив глаза, Анна направилась прочь от злосчастной машины, лишь краем глаза уловив сожаление в глазах Максин. Страх в её взгляде читался всё также отчётливо…