Холодные руки

      В школе словно каждый второй знал обо всех подробностях каждого воскресного приключения Анны — сложно не заметить десятки взглядов на себе, в которых читаются самые разные эмоции. В одних, вроде взгляда Фелисии и её подружек — насмешка, в других же, вроде Максин, — сострадание и сожаление. Однако никто не решился и слова сказать в адрес девушки, она так и шла в приятном безмолвии до самого кабинета. Ладони плотно облегали перчатки из мягкой чёрной кожи, рыжая обхватила ими лямку сумки, словно боясь, что её могут стащить. Как ни странно, но Анне было всё равно на взгляды окружающих, в голове и мысли не было о том, чтобы подойти и хоть с кем-то заговорить, узнать, в чём причина такого внимания к её персоне, если это не обычная паранойя. Не только ладони Макалистер так сильно постаралась прикрыть — чёрные джинсы заправлены в ботинки на каблуках, такими длинными они были, привычная майка на тонких лямках перекрыта толстой вязаной кофте в тон всей остальной одежде. Любой мог насторожиться, увидев столь тёмный образ девушки, даже рыжая копна волос выглядела темнее обычного. По дороге к кабинету, как ни странно, дева не встретила никого из своих знакомых, и отличница Шарла пропала — место рядом с Анной непривычно пустует. За окном суетливо носится стая ворон, которая никак не может покинуть территорию школы, их карканье заполняет тишину аудитории, в которой девушка сидит совсем одна. Все окна закрыты, но в помещении так холодно, как на улице в ноябрьскую ночь, и совсем пусто: на столе преподавателя всего несколько бумажек, а на доске дата с прошлой недели. Дверцы шкафов в конце кабинета распахнуты настежь, но внутри всё та же пустота. Карканье птиц всё громче, как и гомон учеников, с каждой секундой он всё ближе, но никто не заходит в комнату. Нахмурившись, Анна кладёт учебную сумку рядом со своим местом и подходит к окну.       За стеклом уже не та стая из десятка крикливых ворон, вся улица заполнена тёмными птицами, их перья так засыпали землю, что изумрудной травы или серого асфальта под чёрными, как смоль, перьями совсем не разглядеть. А они всё кричат и кричат, а ученики на улицы совсем не обращают на них внимания, не видят. Уже знакомые грозовые тучи клубятся над школьной парковкой, алые молнии норовят рассечь чьё-то тело вместе с небесами, словно случайно задев его. Бросившись прочь от подоконника, Анна со всех ног бежит к лестнице, расталкивая учеников, продолжающих свои громкие и неясные разговоры, столпившихся так, что дойти до лестницы почти невозможно, не сбив кого-то или не свалившись самой. Наконец ухватившись за перила, рыжая в один прыжок садится на них и мигом съезжает до первого этажа, после петляет по коридорам до самого выхода к парковке, где уже никого нет, кроме нескольких ворон и летающих в воздухе перьев. Ученики старшей школы будто испарились, пока девушка пробивалась через толпу, но грозовые тучи оставались на месте, издавая ужасные звуки, оглушающие, режущие слух. Анна беспомощно оглядывалась по сторонам, ветер бешено метал из стороны в сторону всё, что только было на улице. Рыжие волосы путались, лезли в глаза, в рот, закрывая обзор, навевая страх пропустить что-то важное. Слишком важное.       Едва Макалистер повернула голову вслед за белым вороном, который так сильно выделялся среди тёмного хаоса, как её шею сжала крепкая рука, приподнимая над землёй. Повернувшись, Анна встречается с бешеным взглядом Билли Харгроува, поднимающего её тело всё выше и выше. Его образ мутнеет, даже издавать хрипы не оставалось сил.       — Анна! — Когда дышать и смотреть на обидчика совсем не оставалось сил, громкий оклик вырвал девушку из иной реальности.       Макалистер открыла глаза и шумно набрала полные лёгкие воздуха. Никаких птиц. Ясное небо. Ни перьев, ни молний, ни Харгроува. На стоянке вновь царит оживление, а если быть точнее, Анна снова в своём мире. Светловолосая Шарла бодро подбежала к подруге, на её лице отчётливо видна улыбка, а во взгляде лишь едва различимое недоумение.       — Ты чего стоишь, словно из тебя экзорцист бесов гонит? — В тоне девушки отчётливо слышится насмешка. Очевидно, её позабавила подобная ситуация, ведь она и понятия не имеет, как эту ситуацию переживала сама Анна.       — Я не выспалась, — быстро соврала рыжая и осмотрелась. Несколько насмешливых взглядов были направлены в её сторону, но это не вся школа, глазеющая на неё. Запрокинув голову, Макалистер видит, как из окна буквально вываливаются смеющиеся одноклассники, одна лишь Тиммонз грациозно сложила руки на подоконнике и с гаденькой улыбочкой наблюдает за непутёвой одноклассницей. — Давно я так стою?       — Минуты две, — пожала плечами Шарла, а затем подняла взгляд, проследив за девушкой, — не забивай голову, об этом и не вспомнят.       — Меня это не волнует, — отрезала Анна и в неком оцепенении вернулась в кабинет, путь к которому был в разы свободнее. Девушка не заметила почти ни одного взгляда на себе.       Ситуация была схожа с воскресной — тот же мрак, даже тучи и молнии. Но были и существенные различия: в воздухе не витала материя, схожая с перьями из подушки или хлопьями снега, и вокруг были люди. А главное, грозовые облака не возглавляла странная тень. Все эти различия натолкнули Анну на один единственный вывод: ей стоит развеяться и меньше уделять внимания событиям воскресенья, ибо они все влияют на подсознание, а недосып выводит всё это в реальный мир. И каким бы всё не казалось реалистичным, после прогулки в лесу и встречи с Харгроувом всё было куда реальнее.       Макалистер уселась за своё место, которое уже закрепилось за ней и подругой, полностью игнорируя издевательства одноклассников. Едва по школе раздался гулкий звон, и учитель физики разрешил всем сесть, девушка поняла, что этот урок станет худшим в её жизни. Физику понимало меньшинство, в которое входила и сама Анна, потому на уроке почти все занимались, чем хотели. Преподаватель этого будто не видел, хотя умники класса дискутировали с ним, пока на задних партах творилась полная вакханалия. Это был единственный предмет, на котором рыжая чувствовала себя спокойно, он помогал полностью сосредоточиться и на время забыть о прочих мыслях, забирал внимание девы без остатка. Однако сегодня в её голову то и дело прилетали скомканные листочки или самолётики с глупыми шутками, которыми, казалось бы, в одиннадцатом классе уже никто не пользуется. Анна сильно прикусила губу, со стороны складывалось ощущение, что она вот-вот откусит её, бумажек возле парты и на ней становилось всё больше, обстановка нагнетала, смешки были так близко, словно над самым ухом. Когда терпение девушки закончилось, и она, невзирая ни на что, хотела крикнуть на надоедливых одноклассников, раздался громкий хлопок по столу, что рыжая и её соседка вздрогнули.       — Мисс Барли, немедленно покиньте класс! По пути посетите кабинет директора! — Видеть преподавателя раскрасневшимся и таким напряжённым было непривычно для всех, порядок и тишина быстро восстановились. От неожиданного возгласа Анна-таки прокусила губу, тут же окрасившуюся в алый цвет. Облизнув губы, девушка посмотрела в сторону Барли.       Маддисон Барли одна из подружек Фелисии, как раз она сидела сейчас с Тиммонз, прямо напротив Анны. Длинноволосая блондинка всего раз кинула бумажку в Макалистер, куда больше старалась сама Фелисия, но её действий никто из учителей не замечал. Или делал вид, что не замечал. Кинув на Анну ледяной взгляд синих глаз, Маддисон медленно встала из-за парты, закинула сумку на плечо и, скривившись, произнесла:       — Ты пожалеешь об этом, рыжая.       Наверное, эта угроза была самой устрашающей из всех, что уже успела услышать Анна — такой грозный вид приняла блондинка, что сложно не запомнить эту фразу. Когда за дверью стих стук каблуков, преподаватель вернулся к доске и продолжил объяснять тему. На этот раз его слушали все, но только не Анна.       — Наживаешь себе всё больше врагов, Анна, — вслух произнесла Фелисия мысли девушки. Тиммонз пересела на место покинувшей класс подруги, чтобы Макалистер лучше расслышала её. На её лице воссияла ехидная ухмылка, полностью расслабившись, она, как и остальные, стала чиркать что-то в тетради.       Оставшуюся часть физики Анна теребила перчатки на руках и грызла карандаш, хотя никогда этого не делала. Как ни странно, но слова Фелисии впечатались в память, их выжгли на деревянной табличке и теперь их уже не стереть. Анна вдруг подумала о том, что брюнетка права: сначала она, затем Харгроув, который один чего только стоит, теперь и эта Барли! Неужели тут все только и думают о том, как бы встретиться с Анной и испортить с ней отношения? Настроение с каждой секундой пребывания в школе всё хуже и хуже, мало было неудачных выходных, теперь эта неудача отразится на всей предстоящей неделе…       — Эй, а ты почему в перчатках? — Анна даже забыла про Шарлу, думая обо всём этом, — Это как минимум странно… Да и вообще ты выглядишь неважно.       — Просто… Йод пролила, никак не могу оттереть. — Девушка невинно похлопала ресничками, — Устала просто, выходные так себе прошли.       — А-а-а, — протянула Шарла, — ну ничего, со всеми бывает. А про Мадди и Фелисию не думай, сколько всего говорят, а ничего не делают. Да и Маддисон в принципе тихая, на конфликты идёт редко… Пошли лучше посмотрим, как старшие в баскетбол играют! Сразу лучше станет. Там такие мальчишки горячие! — Мигом воодушевилась светловолосая, передавая свой энтузиазм и подруге, наполнившей коридоры своим смехом.       — Если уж тебе так хочется. Почему бы и нет? Может, правда отвлекусь, — усмехнулась Анна и получила толчок в бок.       Всё ещё смеясь, девушки направились в сторону спортзала.       В воздухе витал запах пота, хотя, вернее было бы сказать «В запахе пота витал воздух», ведь свежего воздуха почти и не осталось. Зрителей, кроме Анны и Шарлы, было совсем немного, да и то, в основном там сидели те, кто играет в запасе. Усевшись поближе, девушки стали внимательно наблюдать за игрой. Шарла сразу подметила, что почти все юноши без футболок, и вдруг обратила внимание спутницы на крепкого, светловолосого, кудрявого парня, в котором Анна без труда узнала Билли. К счастью, парень был так увлечён игрой, что не замечал зрителей. Кто знает, может, кинулся бы к Анне, чтобы на этот раз точно задушить? Макалистер пренебрежительно фыркнула и попыталась думать о чём-то другом. Как раз в этот момент она заметила Стива, одного из немногих, кто ещё был в футболке. Анна тут же вспомнила, как Харрингтон выпытывал у неё, что же случилось в злополучное воскресенье. И хотя тогда девушке совсем не хотелось говорить об этом, ей была приятна забота и беспокойство со стороны парня, с которым она нашла язык с первой встречи. С Нэнси Уилер Анна тоже сильно сблизилась, даже хотела позвать к себе на чай, только вот теперь ей не до того. Взгляд рыжей стал блуждать по остальным участникам игры, но больше никого здесь она не знала. Мяч проносился из одной стороны зала в другую, чаще всего, ведомый Харгроувом или Стивом. Пол, как и скамья, дрожали от каждого прыжка мускулистых парней. И как только все эти ребята находят время для игр? Рядом подскочила Милтон, и Анна инстинктивно поднялась за ней, пытаясь понять, что её так насторожило. Подумать только, как долго девушка не могла заметить сцепившихся Стива и Билли — ну, а что тут разглядишь, когда вокруг парней такая толпа! Толком ничего Анна увидеть не смогла, даже забравшись на скамью. С другого конца зала бежал тренер, но к его прибытию ребят уже расцепили одноклассники. Мельком Анна заметила, что у Харгроува опухла щека и разбита губа, но увидев Стива с разбитым носом и уже проявившимся фингалом под глазом, юница тут же поспешила к другу, крикнув Милтон, чтобы та принесла льда. Выходя из зала, рыжая только услышала, как громко хлопнула дверь с той стороны зала, откуда вышел Харгроув. Но уж кем, но точно не им были заняты мысли Макалистер!       Заметив возле шкафчиков Стива, девушка без сомнений подошла к нему и взяла полотенце, которым он безуспешно пытался стереть кровь с лица, капли которой уже заливали шею. Намочив его в раковине, которая стояла неподалёку, Анна с ходу начала вытирать алые пятна, от неожиданной боли Стив попятился, но быстро совладал с собой, едва Анна произнесла «Извини».       — Что вы не поделили с Харгроувом? — Не стала церемониться девушка, прямо задав вопрос.       — Так ты видела, — со вздохом прошипел Харрингтон, — так, мелочи.       — Я, конечно, понимаю, что в вашем городке из-за мелочей и удушить могут, но мне хотелось бы услышать, что же это за мелочь. — Анна снова вспомнила прошедший день, ощутив себя на месте друга.       — Вообще, это из-за тебя, — неожиданно произнёс парень, Анна чуть не выронила полотенце, — этот придурок сказал поменьше крутиться возле тебя, а я посоветовал ему больше не приближаться к тебе, иначе, если я снова увижу тебя, измученной Харгроувом, мне будет достаточно асфальта, чтобы не оставить от него ничего. Подкрепить сказанное я решил неожиданным даже для себя способом — треснул ему хорошенько, ну, а там и дальше пошло… — Анна отошла сполоснуть полотенце от крови, а Стив продолжил, — Мне, конечно, побольше досталось — поделом, нечего лезть в драки, раз не умеешь драться, — но ему я личико тоже приукрасил неплохо, как мне показалось. Посмотрим, как он теперь будет клеить своих шлюх, — усмехнулся Стив, мысленно представляя подобные картины.       — Ещё бы из-за меня ты не делал подобных глупостей, — Анна последний раз провела полотенцем по лицу Харрингтона и вернула ему его. Из носа юноши вновь потекла струйка крови, Анастасия стала судорожно искать вату, которую положила в сумку, сама не зная зачем. Найдя её, она протянула комочек Стиву.       — Так бы сделал любой на моём месте — Харгроув слишком много мнит о себе, отрываясь на таких девушках, как ты.       — Ох, Стив, — Анна отвернулась, тяжело вздохнув, — на его месте многие бы не остановились и задушили меня. — Юноша непонимающе выгнул бровь, но задать вопрос ему помешала вовремя подоспевшая Шарла, с ходу протянувшая ему лёд, завёрнутый в полотенце.       — Встретимся на стоянке, я тебя довезу, — Анна хотела возразить, она ведь была так рада, что можно прогуливаться до дома пешком, но Стив, прижав к синяку полотенце, уже скрылся из виду.       — Я думала он с Нэнси! — неправильно истолковала ситуацию Милтон (и не впервые!).       — Что? О нет, нет, нет! Мы просто друзья, Шарла!       — Вот же!.. — В сердцах выругалась подруга, огорчённая таким ответом.       Рядом вдруг прошла девушка, Анна даже не успела рассмотреть её — она пролетела мимо с невероятной скоростью, только и успела произнести:       — Анна, приходи ко мне на вечеринку вместе со Стивом и Нэнси, они тебя проведут!       — Это Тина, — спустя минуту молчания, объяснила Шарла, — Очень не советую туда идти. Там все просто напиваются, — ответила на прояснившийся вопрос в глазах рыжей девушка. — А тебе не то что восемнадцати нет, тебе и шестнадцати нет. Да и к тому же — пить можно только после двадцати одного. Просто Тине и остальным плевать.       Анна не стала говорить, что не против напиться — она никогда не пробовала алкоголь, и почему-то её очень прельщала неожиданная возможность «попробовать что-то новое». Наверное, Тина, как девушку представила Шарла, как и многие сочла Анну достаточно взрослой. От этой мысли уголки губ рыжей дёрнулись вверх. Всю дорогу к парковке Шарла досаждала Анне восклицаниями о внезапной драке, имя Харгроува то и дело мелькало в её речи, чем ужасно раздражало Макалистер. Теперь этот нахал раздражал девушку в разы сильнее — мало того, что избил её друга, так, видимо, теперь он выбирает ей круг общения! И почему этот наглец прицепился именно к ней — во всей школе она не единственная новенькая, не единственная рыжая. Неприятности поджидали Анну практически на каждом углу, никогда ещё ей так не везло на неудачи.       Заметив Стива возле машины, юница прибавила скорость, чтобы быстрее избавиться от неугодного диалога. Хлопнув спасительной дверью, она облегчённо выдохнула и расплылась на сиденье. Нэнси сегодня будет добираться до дома сама. Стив подозрительно молчал, погромче включив музыку, чем сильно настораживал свою подругу. Теперь из-за неё, Анастасии Макалистер, у парня тоже будут проблемы с Харгроувом. Само его имя несло за собой вереницу несчастий.       — Стив, — отвернувшись к окошку, заговорила девушка.       — Да? — как-то отстранёно отозвался юноша.       — Тина позвала меня на вечеринку, сказала, вы с Нэнси проведёте меня. — Стив резко притормозил, но тут же продолжил путь. Благо, дорога была абсолютно пуста.       — Там все просто…       — Напьются, — перебила Анна, — а я что, не могу? И что, что мне пятнадцать? — Девушка подняла руку, призывая друга замолчать. — Кто-то пьянствовать начинает ещё раньше. Стив, так много навалилось на меня, я хочу отдохнуть. И мой дядя даже не узнает. У него сейчас другие заботы…       На последней фразе голос Анны совсем стих и помрачнел. Стив посмотрел на неё с сочувствием и задумчивостью во взгляде.       — Ладно, — наконец сдался Харрингтон, — как раз Нэнси уговорил пойти туда.       Макалистер благодарно улыбнулась и откинулась на спинку кресла, прикрыв глаза. Весь оставшийся путь друзья провели в тишине, но каждого из них, погрязшего в собственных мыслях, это более чем устраивало. Вскоре Стив остановился у домика Анны, вокруг которого трава блестела от капель недавнего дождя. Обнявшись, девушка вышла из машины и, зайдя в дом и скинув обувь, поспешила в комнату к туалетному столику. Убедившись, что Стив уже уехал, юница осторожно сняла перчатки и медленным, неуверенным движением коснулась одной рукой о другую. Холодная, как лёд. Убедившись в этом, Анастасия облегчённо выдохнула и положила перчатки в ящик. Расчесав волосы, она легла на кровать, накрывшись пледом, и вскоре уснула, не думая об уроках.