Холодные руки

      Шериф по-прежнему не слишком хорошо относился к Харгроуву, зато доверием к блондину прониклась Нэнси. Уилер не раз пыталась выбить из подруги, что случилось, но та твёрдо решила сохранить тот вечер в секрете, оставить его лишь между теми, кто в нём участвовал. На следующий день после происшествия Герман в школу не явился, в отличие от Анны, гипс на руке которой заметили сразу. Сегодня был третий день после «вечеринки», всё это время Макалистер никуда ни с кем не ходила, только в школу и назад, а отвозил её сам шериф, каждый раз выдавая новую речь о безопасности племянницы. Сегодня девушке предстоял зачёт по физике, что сильно волновало её — преподаватель относился к рыжей крайне хорошо, и не хотелось бы оплошать перед ним из-за дурацких снов.       После того, как Анна посетила свою мать в неизвестном помещении внутри своего сознания, цикл оборвался. Но появилась новая проблема — эта самая встреча. Было ли это настоящим общением? На самом ли деле она должна побывать на фабрике ради какой-то книги, какого-то дневника. Или же это простая галлюцинация, как обычно, и её можно забыть? Если это по-настоящему, стоит уже сейчас задуматься, как добраться до здания. Анна решила повременить с тем, чтобы рассказывать кому-то об этом. Более того, она планирует провернуть это с минимальной помощью, а лучше вовсе без неё. Но с гипсом лучше не рисковать и не соваться туда, где когда-то тебе причиняли боль, с намерением украсть что-либо. И что значила фраза матери, призывающая Макалистер спасти всех? Спасти от чего? Свежеватель вернётся? Или что-то новое, ещё более опасное? Что бы это ни было, для начала нужно разобраться с фабрикой. Хотя бы узнать, каково её состояние на данный момент, и как туда можно добраться. Но самое важное — не проболтаться Билли или Джиму. Но кому-то придётся рассказать о своих планах, ведь девушка совсем не помнит дорогу, а кто-то наверняка сможет сориентироваться в лесу.       Анна тряхнула головой, избавляясь от мыслей о фабрике, матери и прочих открытиях, пытаясь сосредоточиться на физике. Но страница учебника, который она на ходу читала, не менялась ещё с середины дороги в школу. Да, сегодня она хотела пройтись пешком — беспокоить Стива не хотелось, а с Билли она решила сократить общение, чтобы тот не догадался о её планах. Да и вообще, в последнее время она всё время уделяла ему, им, их отношениям и цикличному сну. Теперь настало время для себя, друзей, отдыха и зачётов по всем предметам, что тоже немаловажно, ведь для хороших результатов нужно сосредоточить всё внимание на подготовке, а не на блондине, нуждающемся в постоянном внимании. На ум внезапно пришли воспоминания, сменяя собой формулы и законы. Те самые моменты, когда отношения Макалистер и Харгроува только начали развиваться, об их существовании знала только Максин и сами возлюбленные. 28 декабря, 1984 год       Шериф с Оди приехали к Макалистер на неделю с двадцать четвёртого декабря по первое января, чтобы отметить рождество и новый год. Анна, несомненно, была рада компании и тому, что о ней вспомнил Хоппер и его теперь дочь. Когда девушка узнала, что дядя удочерил Одиннадцать, она почувствовала короткий укол ревности, но постаралась подавить это чувство, чтобы не наговорить лишнего, тем более в праздники. Ей всё ещё не очень приятно, что с ней шериф провернул такую авантюру, ради того, чтобы сделать её очень далёкой родственницей, а с этой девчонкой нашёл более простой путь, но значилась по документам она теперь гораздо ближе к мужчине, чем сама Анна.       Но, несмотря на эту деталь, четыре дня своих совместных каникул они провели очень весело, непринуждённо, Джим даже пару раз разрешал Оди выходить на улицу, пусть и ненадолго. За эти дни обе девочки почувствовали, что находятся в семье — ужины, совместные просмотры фильмов по вечерам, — всё, как у обычных людей. Казалось, они всегда жили так, а не собрали свою семью изо лжи, о которой никто в городе и подумать не мог. Но любые хорошие каникулы шерифа обязательно прервутся, обязательно в самое неподходящее время. Хоппер так и не рассказал девочкам, что за важное дело он разбирал оставшиеся рождественские каникулы, сорвался он двадцать восьмого декабря, часов в пять вечера. Всё, что Анна успела узнать, и то случайно, — происшествие на окраине города, поэтому, чтобы не ездить туда-сюда, шериф остался там на все праздники. После ухода Джима, девочки были слишком огорчены, чтобы заводить беседы, поэтому Одиннадцать устроилась на диване и смотрела телевизор. Анна же предпочла продолжить читать роман, доставшийся ей крайне тяжёлым путём. «Страх и отвращение в Лас-Вегасе» не пользовался особым успехом, тем более среди подростков, однако рыжеволосую школьницу заинтересовать сумел. Узнай Хоппер, что девушка читает роман про двух наркоманов, путешествующих по миру, и их галлюцинации, вряд ли бы вскоре позволил ей снова читать. В дверь внезапно постучали, Анна тут же оторвалась от книги и посмотрела в сторону прихожей. Не Джим ли вернулся? Судя по тому, что Оди не обратила ни малейшего внимания на звук, такая мысль посетила одну только Макалистер. Захлопнув книгу, девушка спрыгнула с подоконника и быстрым шагом прошлась к двери.       — Приветик, — на пороге стояла Максин. Её улыбка на раскрасневшемся от холода лице добавила немного оптимизма и хозяйке дома, — одна?       — Почти, — Анна поняла причину прихода подруги, — Джим уехал, у него какое-то срочное дело, не требующее отлагательств, вернётся нескоро, думаю, даже не завтра и не послезавтра… Дома только Оди.       — Ого, отмечаете праздники? Извини, отмечали, — тут же поправила себе Мэйфилд.       — Вроде того, — Макалистер пожала плечами, грусть снова дала о себе знать после осечки девочки.       — Прямо как настоящая семья, — после такого заявления, положительные эмоции всё же победили, и Анна искренне улыбнулась. Забавно, но Максин, как, впрочем, и весь город, не знает, что её подруга не является шерифу никакой родственницей, — Пять минут есть? Тогда через дорогу возле заброшенной машины.       Мэйфилд скрылась из виду так быстро, словно её тут и не было, но и Анна не уступала в скорости. Оказавшись снова в комнате, она натянула тёплые штаны прямо поверх платья, проинформировала Одиннадцать, что идёт выбрасывать мусор. Как и следовало ожидать, та никак не отреагировала на её слова, пожалуй, если бы Анна внезапно подожгла дома, девочка бы и того не заметила. Но Макалистер всё же перестраховалась и для правдоподобности своей истории на самом деле забрала из кухни пакет с мусором. Уже в куртке, она снова глянула в сторону Оди, но та продолжила смотреть какую-то передачу по телевизору. Хоппер рекомендовал племяннице закрывать дверь на ключ, если придётся оставить Одиннадцать одну, так она и поступила.       Пакет в руке несколько мешал, постоянно путаясь перед ногами, но это никак не влияло на приятное чувство предвкушения, потому девушка продолжала идти, спотыкаясь о него, но с улыбкой на лице. Оказавшись на указанном месте — побитый подростками и побывавший в какой-то страшной аварии грузовик стоял здесь уже очень давно, как утверждал Джим. Как он сам говорит, сколько себя помнит, а эта рухлядь всегда тут была. И наверняка повидала много тайных встреч в силу того, насколько хорошим укрытием она оказалась. И только рыжеволосая успела об этом подумать, как чья-то рука ухватила её за плечо, затягивая за машину. Анна не удержалась на ногах и упала в снег, крепко ухватившись за рукав виновника и утянув его за собой.       — Ну привет, — Билли осторожно убрал с её лица непривычно яркую среди всей этой белизны прядь волос, — Отдыхаешь?       — Дурак, — Анна улыбнулась, а Билли засмеялся от того, как забавно прозвучало это слово, — можно было и не бросать меня в снег — ещё рассыпал бы мусор, мне потом его собирать?       — Тебе, — с неизменной улыбкой произнёс Харгроув, — ну, а я, так и быть, помог бы тебе.       — Дурак, — повторилась Макалистер и улыбнулась шире. Блондин поднялся первым и притянул к себе девушку одним рывком, словно та ничего и не весила.       — Зато твой дурак.       Харгроув обхватил руками лицо девушки и поцеловал её. Это был особенно горячий поцелуй, то ли из-за различия температуры тел и температуры воздуха, то ли из-за избытка эмоций и страха быть замеченными. Конечно, Макс, как и обещала, ходила поблизости и следила, чтобы никто из знакомых шерифа не прошёл слишком близко к укрытию. Но это всё равно не было гарантией секретности их встречи. Билли изначально не нравилась вся эта затея со скрытыми отношениями — рано или поздно все всё равно узнают, так зачем оттягивать и врать? Но Анна твёрдо стояла на своём, заверяя, что Джима лучше подготовить, чтобы заботливый дядюшка случайно не убил парня после заявления о его отношениях с Макалистер. В конце концов Харгроув всё же согласился, взяв с рыжей обещание рассказать всё в самые ближайшие сроки.       — Знаю, что у тебя сейчас неделя с предками, но у меня появилась одна идея, решил поделиться. И, судя по словам Макс, я придумал это очень вовремя. — Анна с интересом глянула на парня, и он продолжил, — ты говорила, у тебя есть чердак, так? Ну вот, — после утвердительного кивка, продолжил Билли, — и ты упоминала сломанный телевизор. Я хотел тебе предложить завтра провести день вместе, там мы можем укрыться от Оди и посмотреть фильмы, мне кажется, я вполне способен разобраться с поломкой. Ты как?       — Неплохая идея, но… — Девушка нахмурилась, примерно представляя, как это должно выглядеть, — Как ты собираешься незаметно оказаться на этом чердаке? Оди, конечно, не особо реагирует на происходящие вокруг вещи, но тебя она точно заметит.       — Об этом не беспокойся, — хитрый блеск в глазах юноши сильно обеспокоил Анну, но она уже не могла помешать его затее, — просто будь завтра в час дня в этом месте, а девчонке скажи, что идёшь прогуляться.       — Меня напрягает вся эта авантюра, но целый день в полной тишине с книгой про наркоманов в руках сведёт меня с ума, так что я, пожалуй, соглашусь.       — Ну, тогда до завтра.       Анна не успела ничего ответить, Билли чмокнул её в щёчку и первым выбрался из укрытия, прихватив и пакет с мусором. Девушка только вздохнула, с неодобрением покачав головой — когда-нибудь его подобные затеи кончатся не очень хорошо. Особенно те из них, основную часть которых Анна не знает.       Вернувшись домой, девушка застала Оди в том же положении, в каком она была, когда рыжая покидала дом. Неужели ей правда интересны эти скучные передачи — что она только в них находит? Макалистер сняла куртку и повесила в шкаф, а затем направилась на своё прежнее место, где всё ещё лежала книга, открытая на нужной странице. Только начав новую главу, девушка поняла, что у неё нет никакого желания читать сейчас, да и вообще что-то делать — настроение не то. Поэтому, попросив Одиннадцать не шуметь, она запрыгнула на кровать и мгновенно уснула, не обращая внимания на голоса в телевизоре. 29 декабря, 1984 год       Эта дата навсегда осталась в памяти Анны — полный суматохи день. Утром, открыв глаза, первым, что увидела Анна, была Оди, сидящая на диване. Сперва рыжая решила, что та не ложилась спать, но тут же заметила, что девочка переоделась в пижаму. Мысленно Макалистер облегчённо выдохнула.       — Оди, завтракать будешь? — Анна села и потёрла глаза.       — Да, — девочка обернулась, — вафли.       — Нет уж, — несмотря на содержание ответа, Анна улыбнулась, — я обещала Джиму кормить тебя нормально, вафли же будут десертом. Точнее, полдником, потому что мне нужно их ещё купить. Пошли, сделаю омлет.       Анна спрыгнула с кровати и направилась на кухню, а следом за ней понуро отправилась и Одиннадцать. На кухне был самый настоящий бардак — хозяйка дома успела сделать все запланированые блюда, но убраться после готовки — нет. На столе можно было найти что угодно — от муки до абрикоса, Анна в ступоре остановилась, рассматривая обстановку в комнате.       — С другой стороны, знаешь, я не против вафель… — Пожалуй, эта фраза была самой желанной для девочки, на лице которой просияла улыбка.       Анна отправилась в магазин, поручив уборку «младшей сестре», но только через сотню метров подумала, что это было не самой лучшей идеей, ведь Оди не знает, где и что лежит в доме. Тем не менее, что сделано, то сделано, ей сейчас лучше думать о списке продуктов. С одеждой и причёской она особо не заморачивалась — джинсы, первая попавшаяся футболка, а волосы просто расчесала, они всё равно под шапкой. Народу, как и продуктов, в магазине было немного, на что влияло два фактора — в этой части города мало кто живёт, ещё меньше часто ходят в магазин, кроме того, все уже успели пополнить свои запасы на праздничные каникулы. Поэтому Анна спокойно шагала между стеллажами с продуктами, не боясь врезаться в кого-то, когда она вошла, в поле зрения были только её соседка с большим пакетом фруктов на кассе и маленький мальчик, несущий шоколадку на кассу. Раньше Макалистер не видела его здесь, хотя уже неплохо освоилась и знает большую часть, если не всех, своих соседей. Возможно, кто-то заселился в тот домик, который Анна проходит по пути в школу.       — Это мне? — Послышался голос над ухом, от неожиданности рыжеволосая едва на уронила пачку вафель.       Обернувшись, девушка увидела перед собой ухмыляющегося Харгроува с набитой всякой всячиной тележкой.       — Обойдёшься, у тебя своего добра хватает, — Анна улыбнулась и продолжила путь, но слегка убавила шаг, чтобы быть наравне с блондином.       — Ну-у, я бы не назвал его своим. Ты не забыла про сегодня?       — Нет, с чего бы? — Анна недоумённо свела брови у переносицы.       — Просто подумал, что забыла, ведь уже двенадцать, а ты почему-то в продуктовом магазине, который в двадцати минутах от твоего дома, хм…       — О боже, — Анна не смотрела на часы, когда проснулась, поэтому понятия не имела, сколько сейчас времени, — я так долго спала… — Вчера девушка легла совсем рано, видимо, потому, проснувшись, посчитала, что было раннее утро, — Мне нужно сделать завтрак Оди, после я свободна. У меня есть ещё целый час…       — Поправочка — пятьдесят семь минут и, — Билли вытянул руку, обнажая часы, — извиняюсь, уже пятьдесят шесть минут сорок семь…шесть секунд.       Анна закатила глаза и показала парню язык, а тот лишь ухмыльнулся, когда рыжая ускорила шаг.       — Эй! Не опаздывай!       — Ничего не могу обещать! — Крикнула удаляющаяся в сторону кассы Макалистер.       Заболтавшись с Билли, девушка совсем забыла про свой список покупок, но поняла это, только когда взглянула на чек, выходя из магазина. Она взяла только вафли, а хотела закупиться на всю предстоящую неделю, чтобы до приезда шерифа не выходить из дома. Но возвращаться совсем не хотелось, да и времени действительно оставалось не так много. Поэтому, ускорив шаг, рыжая оказалась дома уже через пятнадцать минут. Внутри её встретило бренчание посуды и шум текущей из крана воды. Оставив верхнюю одежду на стуле, Анна поспешила оказаться на кухне, мысленно молясь всем богам, чтобы Оди ничего не разбила, не утопила или ещё чего. Но всё оказалось совсем не так, как уже успела нафантазировать рыжая — стол буквально сиял от чистоты, почти вся грязная посуда уже была вымыта и разложены.       — Я не уверена, что правильно всё расставила, мне осталось немного, как раз с этим подскажешь, — девочка вытерла очередную тарелку и положила в стопку с чистой посудой.       — Спасибо, — Анна понимала, что Оди не обязана помогать ей с уборкой, и заставить её она бы не смогла, поэтому искренне благодарна за предоставленную помощь. Девочка лишь улыбнулась в ответ и уступила хозяйке место возле раковины.       Вдоём они управились гораздо быстрее, сумели привести комнату в подобающий вид. До назначенного времени оставалось ещё десять минут — как раз столько потребуется Анне на путь до того места. Она даже не стала завтракать, только приготовила вафли для Оди, после чего ушла, оповестив гость, что хочет прогуляться. Та не была против, пообещав, что до самого прихода Макалистер будет смотреть телевизор и есть вафли. Сейчас это даже порадовало рыжеволосую, поэтому она спокойно отправилась на встречу с Харгроувом. Его затея всё ещё казалась пугающей и странной — зачем встречаться на улице, если они решили провести время на чердаке? Расстояние всё сокращалось, и сердце девушки колотилось сильнее, потому что в голове скопилось слишком много возможных вариантов того, что задумал Билли.       — На три минуты раньше, — послышалось поблизости, — вау! Я в восторге!       — Не ёрничай, Харгроув, — Анна ухмыльнулась, остановились в метре от парня.       — Не язви, Макалистер.       — Я? На себя посмотри, — прыснула рыжая, — рассказывай, давай, свой план.       — Значит, смотри, — Анна только сейчас заметила большой пакет, очевидно, с теми продуктами, которые блондин купил часом ранее, когда Харгроув поставил его на землю, — у тебя есть лестница?       — Что? Нет, конечно! Зачем она мне?       — Я примерно так и подумал, — Харгроув скрылся за грузовиком, а в следующее мгновение вышел уже с деревянной лестницей на плечах, — и прихватил свою.       — Билли, ты ненормальный! — Тем не менее, в голосе девушки прозвучала нотка восхищения вперемешку с удивлением.       — Стараюсь, — он улыбнулся своей фирменной улыбкой, — бери пакет и идём к тебе, только тише.       Анна ещё несколько секунду не могла пошевелиться, смотря ему вслед — затея действительно оставляет желать лучшего, она ведь даже окно не открыла. Однако, раз Билли не предупредил её об этом, значит, у него были причины, и есть идея получше. Всю дорогу девушка держалась на расстоянии, боясь удариться о лестницу. Когда Билли это понял, стал нарочно останавливаться и резко разворачиваться, спрашивая у Макалистер какую-то мелочь. В первый раз последняя едва удержалась на ногах, последующие же разы не имели подобного успеха, зато парень едва не получил снежком по шапке за свои фокусы. Когда они дошли до дома, Анна провела юношу к той стороне дома, где располагалось окно на чердак. К счастью, на первом этаже окно выходило только на кухню, а Оди обычно завтракает на диване, хотя Хоппер вечно отчитывает её за это. Сегодня её вредная привычка сильно помогла Анне и Билли, ведь благодаря ней они смогут тихо пробраться на чердак. Пока Билли разбирался с закрытым окном, Анна успела подумать, что проём не такой уж и большой, и эта идея уже не кажется такой безобидной и интересной, лучше бы они просто пошли гулять. Но было поздно — Харгроув уже открыл окно и протянул руку, чтобы девушка подала ему пакет. Следом за пакетом на чердаке оказался сам блондин, и очередь дошла до Макалистер. Лестница неприятно и пугающе скрипела, слабо пошатывалась, но этого всего хватило, чтобы отбить всякое желание лезть по ней. Билли всячески подбадривал девушку, но та даже задержала дыхание от страха и переполняющих её эмоций. Казалось бы, простая лестница, но для Анны, которая ужасно боится высоты, всё не так легко.       — Осталось немного, смелее, — блондин протянул руки через окно, — я тебе помогу.       — Да я не могу! — Она не закричала, но сказала это достаточно громко, чтобы увеличить шансы быть услышанными.       — Тихо, не ори, — Харгроув опасливо осмотрелся по сторонам, — ты уже почти тут, ну же.       — Господи, помоги мне, — судорожно прошептала Анна, лестница едва доходила до проёма, потому и была столь неустойчивой. Девушка ступила на последнюю ступень, заставив конструкцию сильно пошатнуться, а затем с грохотом рухнуть в снег.       К счастью, Билли успел подхватив девушку и затащить её внутрь, но равновесие он удержать не сумел и упал на пол, а сверху его придавила Анна, которая теперь истерически смеялась.       — Тише ты, — пытаясь отдышаться, произнёс парень, но девушка не успокоилась, и тогда он заткнул ей рот рукой, — она сейчас услышит нас!       Анна засмеялась только сильнее, да и сам Харгроув едва сдерживался, чтобы не подключиться. Но Макалистер вскоре сумела подавить смех и поднялась, отряхнувшись от пыли, заполнившей чердак. Именно из-за неё было решено оставить окно открытым, и пока Билли пытался наладить телевизор, Анна решила хоть немного убраться. Чего тут только не было — книги в потёртых обложках, которые, кажется, развалятся от одного взгляда на них, даже какое-то кресло в протёртом до дыр чехле. Очевидно, вещи тут копятся с очень давних времён, ещё до последних хозяев перед Анной. Девушка нашла даже старый пыльный ковёр, зато очень мягкий и пушистый. Как раз им хозяйка дома и занялась — не слишком успешно попыталась вытряхнуть пыль из него через окно. Когда Харгроув объявил, что с телевизором порядок, рыжая расположила неплохо вычищенный ковёр прямо перед ним и подключила технику к сети. Розетка, благо, оказалась рабочей, и на экране сразу зажглась картинка.       — Пульт я не нашёл, без него не могу переключить канал, так что будем надеяться на удачу, — сообщил Билли и устроился на ковре.       Оба сняли куртки, скрутили их и подложили вместо подушек. К их общему разочарованию, канал оказался неудачным, по нему шла какая-то скучная научная передача, ещё и черно-белая. Анна едва не взвыла от разочарования — и ради этого она поднималась по чёртовой скрипучей лестнице? Уткнувшись в «подушку», она всё же не сдержалась и что-то неразборчиво промычала. Харгроув не стал выключать телевизор, чтобы хоть что-то было на фоне, и решил воспользоваться возможностью узнать свою новую девушку поближе, чего раньше почти не делал. Когда Анна всё же подняла голову, дабы удостовериться в своём поражении, волосы забавно перекрыли её лицо, и пока она безуспешно пыталась вспомнить о существовании рук, пытаясь сдуть непослушные пряди с лица, её собеседник сам едва сдерживался от смеха. Он же и закончил представление, откинув пряди с лица девушки.       — Что ж, раз уж смотреть нечего, у меня есть другая идея, — сам он уже успел усесться по-турецки и открыть пачку печенья, которую и протянул Макалистер, — мне кажется, я должен знать больше о тебе.       — Ого, вот это желание, — Анна подхватила пачку с угощением и уселась также, как Билли, — например?       — Ну, самое, наверное, главное и интересное — почему ты здесь? В смысле, ты ведь не дочь шерифа. Да даже не племянница, а чёрт бы знал, какая родственница, каким ветром тебя занесло в этот злополучный город аж из…       — Флориды, — дополнила девушка, заметив задумчивость на лице блондина, и улыбнулась.       — Да, именно! — Поддержал юноша, — Флориды, чёрт возьми! Только не говори, что сама решила переехать.       — Нет, это был не мой выбор от слова «совсем». Тебе Макс не рассказывала мою историю? — Слегка удивилась Анна, на что Билл ответил, что с сестрой начал общаться не так давно, к тому же она отлично хранит секреты, — Тогда слушай. Амелия и Ронни — это мои родители, вся их совместная жизнь была похожа на ад, точнее и не передать. А так как я их дочь, в аду приходилось жить и мне… Но однажды всё кончилось, между ними не осталось ничего, включая сил терпеть друг друга дальше. Я не была особо желанным ребёнком в семье, отец вообще предложил передать меня опеке, мать хотя бы решила поспрашивать родственников. Наверное, им было немного странно и забавно слышать «Добрый день, это бывшая жена вашего чёрт-знает-скольки-юродного брата, не хотите взять к себе нашу дочь?» — Анна скривилась, от понимания того, как это забавно и одновременно странно звучит, — Я всё ещё не понимаю, как Джим на это согласился, тем не менее, я здесь, сижу и разговариваю с тобой. — Макалистер улыбнулась и передала пачку Билли, будто вместе с ней переходило и право слова, — Теперь ты.       — Что? — Харгроув слегка нахмурился, не понимая, что хочет услышать от него Анна.       — Ну, мне кажется, будет странным, если ты будешь знать обо мне достаточно, а я о тебе ничего, согласен?       — Мне кажется, нормально? — Билли улыбнулся, за что получил толчок в плечо.       — Я серьёзно! К тому же, это действительно важная деталь в наших отношениях… Билли, ты слушаешь? — Анна заметила, как блондин склонился над коробочкой с печеньем и стал строить из них домики, — Билли! — Девушка взяла свою свёрнутую куртку и бросила в него.       — Эй, ты сломала мой город! — Харгроув по-детски скривился, изображая злость.       — А ты уходишь от темы, — уже спокойно произнесла Макалистер, передумав тратить свои голосовые связки, и легла набок, спиной к парню. Тот тяжело вздохнул, осознавая, что всё же придётся продолжить эту дискуссию. На секунду он даже пожалел, что сам начал её.       — Что ты хочешь узнать? — Анна долго не отвечала и вообще не подавала признаков жизни, но всё же перевернулась и подпёрла голову рукой.       — Почему ты так обращался со мной? Я говорю про все твои стадии общения со мной — от ненависти при первой встречи до той, где мы стали парой. Я просто… Я не понимаю. Но я очень хочу понять, иначе я просто не знаю, как это воспринимать, нужно ли принимать всё это во внимание…       Харгроув молчал. Видимо, это был тот самый вопрос, от которого он пытался убежать, только вот почему? На чердаке стало так тихо, что пара смогла услышать телевизор на первом этаже и хруст вафлей. Это было хорошим знаком, обозначавшим, что Оди до сих пор ничего не заподозрила, да и не собирается, но сейчас оба думали о другом. Анна терпеливо выжидала объяснений, а Билли думал, как преподнести свою историю и не стоит ли ему соврать. Вскоре он продолжил, остановившись на том, что лучше не врать, если уже начали откровенничать, да и будет сложно вот так, без подготовки, придумать целую историю.       — Мой отец не самый лучший человек, уж поверь, — было сложно найти, с чего начать, как вернее объяснить, поэтому паузы в рассказе были ожидаемы, и Анна терпеливо относилась к парню, — думаю, большая часть моих проблем как раз из-за него, может, даже все. Всю мою жизнь он объяснял мне большую часть вещей через боль, он же научил меня тому, что лучше всего проявлять свои чувства через неё. Ты и сама понимаешь, что длительных отношений у меня было немного, скажу точнее — это, возможно, вторые, по крайней мере, я настроен на них. Все мои отношения длились не более месяца и держались только на сексе, никаких чувств между мной и теми девушками не было. Но однажды всё сильно изменилось, когда я встретил её. Её звали Грэйс, она была для меня той самой особенной, с которой плохой парень становится хорошим, только всё оказалось сложнее. Грэйс была моей девушкой почти полгода, закончилось громким скандалом, несладко пришлось нам двоим, но виноват в этом только я. И вот, что произошло — я избил её. Приревновал к одному парню. И когда я бил её, постоянно повторял что-то о своих чувствах, о том, как сильно люблю её, — он замолчал, заново переживая те события, вспоминая каждую деталь, любую мелочь. Только поднимаясь с пола, он заметил, как сильно сжал руки, что, расцепив их, не мог снова сжать пальцы ещё несколько минут. Подойдя к открытому окну, Харгроув почувствовал, как сильно нуждался в свежем воздухе, он словно заново научился дышать, — паршивый поступок, — продолжил он, когда рядом оказалась Анна, — жаль, я поздно начал это понимать. Как и то, что нужно поменьше слушать отца с его заскоками. После того случая, Грэйс, конечно, не желала видеть меня, не говоря об отношениях. Я видел, как ей плохо, как больно в моральном и физическом плане. Тогда я решил, что скорее я заслужил это, чем она. Потому, вернувшись из школы я… Разбил машину отца. Думаю, ты представляешь, чем мне это грозило. В отличие от Грэйс, я неделю не появлялся в школе, потому что отец сломал мне руку. Она же отделалась синяками, ушибами, порезами. Ну и, конечно, психологическая травма теперь преследовала нас обоих.       В этот раз пауза продлилась гораздо дольше, Анне требовалось время, чтобы принять новую информацию, и Билли это понимал. Он закурил, и Макалистер не остановила его в этот раз, решив, что так ему должно стать легче. Упавшую лестницу уже накрыл тонкий слой свежего снега, её положение было очень удачным, с первого этажа её было сложно заметить. Когда беседа продолжилась, от недавно целой сигареты почти ничего не осталось — окурок полетел из окна в снег.       — Когда я увидел тебя, — наконец дошёл светловолосый до этой темы, — я увидел в тебе Грэйс. Не в плане внешности, это, скорее… Помнишь, как я сказал, что она была той самой, после которой плохие парни менялись? Так вот, в тебе я увидел подобное. И я не хотел повторять прошлую ошибку, я всячески отговаривал себя от той мысли, что в тебе было что-то особенное…другое. Я твердил себе, что ты раздражаешь меня — твоё поведение, твои оценки, твой рыжий, чёрт возьми, цвет волос! Макс я запрещал с тобой общаться, потому что меня бесил тот факт, что она может это делать без опаски, а я такой роскоши себе позволить не могу. Но я сдался, тогда, на вечеринке. Я сдался и принял тот факт, что ты «новая Грэйс», но не спешил начинать что-либо. Я был удивлён, уже когда ты согласилась со мной общаться.       Девушка посмотрела на него, не поднимая головы. Видеть его таким угрюмым и задумчивым одновременно было редкостью. Анна даже пожалела, что спросила его об этом, хотя и понимала, что это правильно, и между ними должно быть больше доверия и меньше тайн, если они планируют развивать свои отношения и дальше. И вскоре она снова пришёл в норму, продолжил строить свой город из печенья и слушать рассказы Анны.       — В смысле шестнадцать? — Харгроув уронил печенье на постройку, и она рассыпалась в коробке, — тебе ведь недавно было пятнадцать?       — Ну-у, кажется, кто-то не слишком распространяется о своём дне рождения, — пожала плечами рыжая, — а кто-то ещё не слишком стремился узнать о нём. Ты куда? — Спросила Анна, когда блондин неожиданно поднялся и пошёл по чердаку, — Эй! — Девушка вскочила следом.       Билли жестом попросил девушку быть тише и подошёл ближе к стене, почти вплотную, стал прислушиваться. Анна хотела узнать, чем это он занимается, пребывая в абсолютном недоумении, но Харгроув опередил её, снова подняв указательный палец. Из кармана он вытащил карманный нож и просунул её в щель между досками в стене. Услышав хруст старой деревянной панели, рыжая хотела было возмутиться, но Билли опередил её, вытащив дощечку и откинув в сторону. Вместо неё в руке юноши оказался кусок грубой ткани, кажется, ещё более пыльный, чем ковёр.       — Я рассчитывал, что хозяева этого дома хранят нечто более ценное в своих тайниках, чем тряпку, — он протянул Анне ткань, — значит, нормальный подарок будет в другой раз, уж извини.       — Откуда ты знал? — Девушка прищурилась, пытаясь понять, как он смог так точно сообразить, где находится тайник.       — У всех есть свои секреты, пусть этот будет моим, — Проходя мимо, Билли поцеловал девушку в носик, — с шестнадцатилетием.       Пока Харгроув заново устраивался возле телевизора, где началась новая, возможно, интересная передача, Анна развернула «тряпку», как её назвал сам Билли, и в её ладони оказалась маленькая монетка, из которой сделали подвеску. Почему-то девушке показалось, что блондин о ней ничего не знал, что он подтвердил, пожав плечами, когда та окликнула его и показала украшение. Спрятав подвеску в карман, рыжая направилась на своё прежнее место, но, засмотревшись в окно, споткнулась и едва не свалилась в открывшийся проход на первый этаж.       Анна испуганно взглянула на парня, который и сам напрягся, а затем опустила голову вниз, встретившись взглядом с Одиннадцать, явно не понимающей, что только что произошло. И Макалистер и Харгроув понимали, что им теперь придётся открыться девочке, потому что через окно выходить небезопасно. Устало вздохнув, рыжеволосая первая спустилась по лестнице, а за ней спустился и Билли. Конечно, все объяснения пришлось предоставлять именно Анне, лицо Одиннадцать становилось всё более хмурым с каждым сказанным девушкой предложением, а в конце повествования она неожиданно выдала:       — Друзья не врут.       — Не-е-ет, — обречённо протянула Макалистер, — только не заводи эту шарманку, пожалуйста.       — А я говорил, что нужно было сразу всё рассказать, — скрестив руки, произнёс до этого молчаливый блондин.       — Заткнись, — в один голос произнесли девушки, даже выражения их лиц были схожими. Билли выставил руки перед собой, предоставляя девочкам возможность продолжить свои разборки.       — Я расскажу ему, обещаю, но позже. Мне надо подготовить его, понимаешь? Пожа-алуйста, — последней надеждой рыжей было надавить на жалость, но результат её не обрадовал.       — Три дня.       — Три дня? — Анна скривилась, пытаясь подобрать цензурные слова.       — Три дня после этого приезда, или я расскажу сама, — вынесла свой вердикт Одиннадцать.       Конечно, она была вынуждена всё рассказать в срок, понимая, что Оди сдержит своё обещание, а будет гораздо проще, если Хоппер узнает всё от самой Анны. Сейчас, вспоминая это по дороге в школу, девушка находит всю ту историю весьма забавной, кроме того, как сильно разозлился шериф, узнав, что его племянница стала девушкой Билли Харгроува. Она также вспомнила и книгу, которую неделей позже Билли подарил ей на день рождения со словами «Теперь у тебя будет хоть что-то, помимо книги о наркоманах». Анна так задумалась, шагая по дороге и размышляя о прошлом, что чуть не врезалась в мальчишку, неожиданно вывернувшему навстречу.       Он показался рыжей знакомым, где-то она уже встречала этого кудрявого русого парня, только в других обстоятельствах и в другом месте. Она была уверена, что уже видела его, но имени узнать не смогла или не успела. Почему-то он не спешил уходить, тоже изучая взглядом девушку, словно увидел в ней знакомую.       — Привет, — всё же начала Анна.       — Я тебя знаю, — произнёс мальчишка звонким голосом.       — Что? — Фраза прозвучала несколько пугающе, хотя Макалистер и знала, что это просто мальчик.       — Ты девочка из магазина. За тобой ещё какой-то светлый парень шёл, ещё зимой. — Анна поняла, о чём он говорит. Конечно! Это ведь тот самый мальчик, которого она тогда впервые увидела и не могла понять, откуда он взялся.       — Да, я тоже помню тебя, — Анна окончательно разочаровалась в учебнике и положила его в сумку, — Ты живёшь в том доме, который не так давно отстроили, да?       — Да. А ты?       — Знаешь, в конце улицы есть домик, если идти в обратную сторону. Он один, дальше придётся долго идти, чтобы снова увидеть дома.       — Да, знаю. Мне пора, пока.       Макалистер даже не успела попрощаться с мальчиком, как он скрылся. Так поразительно быстро, не оставив после себя ничего, Анна даже решила, что говорила сама с собой. «Странный он», — для себя решила девушка и продолжила путь, ускорив шаг, понимая, что слегка замечталась и теперь опаздывает на зачёт…       Анна всё же не опоздала на первый зачёт, который будет решающим в выставлении оценки за эту четверть. Она опередила даже преподавателя, который сегодня был в хорошем расположении духа, в его руке дымилась чашка горячего кофе, а на лице сияла улыбка. Интересно, что могло так сильно порадовать его? Обычно он не слишком эмоционален, а сегодня буквально светится. Пропустив Анну в класс, он сразу обговорил все нюансы и критерии зачёта у него и необходимое количество верных ответов, чтобы получить положительную оценку. Девушка внезапно поняла, что очень спокойно относится ко всеми происходящему, а в её голове нет множества запутанных мыслей. Может, теперь, когда со снами всё закончилось, её жизнь таки наладится? Даже билеты, которые она вытянула, оказались очень простыми, и она не напутала ничего у себя в голове. Преподаватель в шутку поприветствовал «вернувшуюся» Анну Макалистер.       За дверью её уже ждали Нэнси и Стив — она и сама не помнит, сколько не говорила с этими двумя. Те были радостными, словно подслушали весь разговор и уже знают о вернувшемся успехе подруги в учёбе. Когда рыжеволосая это подтвердила, они на эмоциях крепко обняли и без вопросов объявили, что это следует отпраздновать в кафе и немедленно. И хотя Анна хотела сегодня начать работать с информацией по фабрике, прогулка со старыми друзьями оказалась важнее, а работа, придуманная матерью из её видений, никуда не денется.