Эмоции сквозь километры

И мне внутри неспокойно, мне больно. <…> Прошу тебя, не дай мне уйти!

Ани Лорак — Удержи моё сердце

      После той «пьянки» друзья сильно ругались. Томас раз сто говорил о том, что между ними ничего не может быть. Даше ничего не оставалось делать, как приводить в аргумент то, что Том был пьян и сам её поцеловал. «Значит нужно было меня остановить!» — Каждый раз говорил Спикер.       Вроде бы, нужно просто забить на это. Случайное действие, а шуму, как на вокзале. Но ссоры на этом не заканчивались. Скандалы вспыхивали на ровном месте по пустякам и гнев двоих поглощал с двойной силой (думаю, не стоит объяснять почему).       Почему жизнь так несправедлива? Зачем она так устроила, что ругаемся и ссоримся, злимся лишь на тех, кого любим и боимся потерять? Правда, кареглазая понятия не имела, что конкретно чувствует к ней Томас, но она точно знала, что его любила. Она уже давно мечтает о теплоте, хоть и показывает всем свой холод. В Томе она видела сначала просто соулмейта, затем друга, а после старшего брата, что не даст в обиду. Но сейчас она не видела его никак из трёх проявлений. Девушки быстро влюбляются, что поделать. Правда, как говорилась не один раз, Спикер не разделял эту мысль.       И вот они вновь гуляют по Ставрополю. Но между двумя вновь завязался конфликт. Причём спор был настолько пылким, что прохожие порой поворачивались посмотреть, что происходит. Дело пахло керосином. — Томас, да как ты не понимаешь, что нельзя так говорить! Я же, всё-таки, девушка! — Кричала Даша, но затем перешла на шёпот. — Я такая же ранимая, как и остальные, просто держу в себе, а ты мне говоришь такие слова. — Я не виноват, что ты действуешь мне на нервы! — То есть… — Не успела девушка начать, как тут же её перебили. — Да заткнись ты уже! — Раздалась звонкая пощёчина.       Кареглазая чуть пошатнулась. Глаза сузились. Что только что произошло? Она глянула на Томаса, что злобно смотрел на своего соулмейта. Он почувствует любую её эмоцию. Пришлось взять себя в руки, чтобы не показаться слабой. Спикер развернулся и направился в сторону дома. — Я тебя ненавижу! — Крикнула в догонку шатенка, направившись на автостанцию. Сейчас люди слышали прекрасно отточенную ложь. Она вела себя так, словно и не было никакого удара, словно она искренне ненавидела блондина.       Сев в машину и передав за проезд, кареглазая, чтобы оглушить этот мир и свои мысли стала слушать музыку через наушники. Почему же он даже не обернулся? Ему было не интересно, обернулась ли она? А девушка только этого и желала. Она рассчитывала, что они быстро помирятся. Красный след на щеке обжигал кожу, когда солёные слёзы катились из глаз. Зажав рот рукой, стараясь не привлекать к себе внимания, кареглазая лила слёзы. Когда она в последний раз плакала сама, а не грустила, отчего плакал и Том? Давно. И смешанные чувства наполняли душу. С одной стороны горе от того, как отверг тебя человек, которого беспамятно любишь, а с другой радость от слёз, что катятся по щекам к подбородку, для неё это было прекрасным.

***

      Том уже лежал на диване, даже не пытаясь остановить слёзы. Ему не жаль, нисколько. Он просто смотрел в потолок, стараясь уснуть, но ему не дал этого сделать телефонный звонок от Роберта. И как Спикер умудрился забыть о нём. — Да, Баба-пулемётчица. — Поднял трубку Том, стараясь сделать так, чтобы голос не дрожал, но хлюпающий нос выдал сероглазого. — Томас, что случилось? Ты плачешь? — Сразу раздалось по ту сторону трубки. — Не совсем я. — А что с Дашей? — Вновь последовал вопрос от шатена. — Да так, поругались, а она чего-то слёзы льёт. — Продолжил рассматривать потолок учёный. — Обиделась наверное. Хотя, я наверное погорячился, ударив её. — ТЫ ЕЁ УДАРИЛ?! ТЫ ОСЁЛ?! — Прокричал Роберт, что заставило Спикера убрать телефон от уха. — Да это случайно вышло! Выбесила она меня! Как и ты сейчас! — Вскочил с дивана блондин. — Фух, ладно, не будем друг на друга орать, цепную реакцию никто не отменял. — По ту сторону провода Смит старался успокоится. — Видно, не судьба сегодня о работе поговорить. Я надеюсь, что ты извинишься. Тебе нужно беречь её, как зеницу ока. — С чего это? — Том, она лучшее, что случалось с тобой. Она твой соулмейт, твоя судьба. Все её эмоции и переживания и твои тоже и наоборот. Вы нужны друг другу. — Внушающие говорил фиалкоглазый. — Напиши ей и извинись, если не хочешь разговаривать. — Это будет моей ошибкой. — Сухо ответил блондин. — Это будет твоим счастьем. — Улыбнулся Роб, что было слышно по интонации, и сбросил трубку.       Томас остался один на один со своими мыслями. Слёзы уже не шли, значит кто-то успокоился. Нет, он сейчас не будет ничего писать. Хотя, может он вообще ничего не напишет. Одному черту известно, что будет.