Знойное желание

Т/И сглотнула, чувствуя, как убыстряется у нее пульс. – Вы следили за мной? – Нет, – покачал он головой, – я пришел сюда первым. Но, услышав, как вы поднимаетесь, решил временно отступить и дать вам самой обнаружить ее. Как и получилось. – Я просто пошла немного прогуляться, – зачем-то начала оправдываться Т/И. – И вовсе не хотела вторгаться в ваше святая святых. Тем более что я и понятия не имела о существовании этой статуи. Ваш дядя, например, рассказывая мне историю замка, о ней и словом не обмолвился. – Это меня как раз не удивляет. Мы избегаем говорить о ней из соображений безопасности. И лишь считанные единицы из тех, кто бывает в нашем замке, находят сюда дорогу. Ее сделал один из наших предков, крестоносец. Томясь в плену у неверных, он вспоминал ту, чья красота вдохновляла его на ратные подвиги, и тосковал по ней. – А не безопаснее было бы поместить ее в музей? – Возможно. Но наша семья всегда настаивала на том, чтобы держать ее здесь, где она так органично вписывается во все это. – Он широким жестом обвел потайную лощинку. – Легенда гласит, что покуда Суён стоит здесь, род Кимов не пресечется. Ее место здесь. Разве вы не чувствуете, Т/И? – Да, чувствую, – пересохшими губами прошептала Т/И. – Выпейте воды. – Голос его был тих и нежен. Шагнув вперед, он взял с каменной полки у ног статуи небольшую металлическую чашу и подставил под струйку воды. – Видите, ее можно пить. Она кристально чиста. Он отпил сам, а потом передал чашу своей спутнице. Вода оказалась ледяной, и Т/И блаженно припала к ней. – Спасибо. – Ну что, вернемся домой? – Тэхён вылил оставшиеся несколько капель на землю и поставил чашу обратно на каменный выступ. – Да нет, я, пожалуй, еще немного погуляю, – торопливо отказалась Т/И. – Посмотрю, нельзя ли вернуться другой дорогой. – Увы, ничего не выйдет. – Ее детская уловка явно позабавила Тэхёна. – Разве что желаете свернуть себе шею. С другой стороны утес совершенно неприступен. – Ах, вот как! – Т/И прикусила губу. – В таком случае, наверное, придется возвращаться той же тропой. – Мудрое решение, – тоном многоопытного старца похвалил Тэхён. Т/И метнула на него мятежный взгляд, но промолчала и устремилась обратно к спуску. – Быть может, мне следует пойти первому, – предложил Тэхён, когда они добрались до начала ступеней. – Тут довольно-таки легко оступиться, да и камни порой осыпаются. – Ну наверх-то я поднялась без всяких проблем, – отрезала Т/И, но немедленно оступилась на шатающемся камне и со всего размаху упала Тэхёну на грудь, весьма ощутимо впечатавшись в него всем телом. Она вскрикнула, боясь, что оба тут же и свалятся, однако Тэхён оказался незыблем, точно скала. Он даже не шелохнулся – лишь рука его проворно взметнулась, обхватывая молодую девушку за талию. – Спасибо, – поблагодарила она, едва отдышавшись, и даже попыталась выдавить из себя смешок. – Вот глупо получилось… Тэхён не разделял ее веселья. И руку с ее талии не убрал. Лицо его было серьезно, почти угрюмо. – Да и я не умен, – негромко произнес он, склоняясь и целуя ее. На этот раз он не был нежен. И никуда не спешил. Умело, целенаправленно, чувственно он вступал во владение ее устами – так, смутно подумалось ей, будто навеки ставил на ней свою печать. Тэхён с такой силой прижимал ее к себе, точно хотел физически раствориться в ней. Мускулистая нога безжалостно раздвинула бедра девушки, выставляя недвусмысленное эротическое требование. Т/И ахнула, содрогаясь всем телом в приливе бурного наслаждения. Голова ее беспомощно запрокинулась назад, но Тэхён обеими ладонями обхватил ее и снова привлек распухшие от поцелуев губы Т/И к своим губам. Легкое касание его языка имитировало более тесный контакт, ощущение чего усиливало его вторгшееся меж ее колен бедро. Руки его двинулись ниже в неистовой тяге найти ее грудь. Тэхён так натянул тонкую ткань блузы, что стало видно, как напряглись и затвердели соски. Несколько секунд он упоенным взглядом взирал на эти откровенные свидетельства ее возбуждения, а потом принялся медленно расстегивать пуговицы блузки. Мягко, неторопливо, с завораживающей лаской ладони его легли на два упругих холма. Кончиками пальцев он начал легонько поглаживать розовые бутоны сосков – и по всему телу Т/И растеклось жаркое пламя. А потом Тэхён склонил голову, и она ощутила на обнаженной коже страстные, обжигающие поцелуи. Теряя контроль над собой, она забилась в его объятиях, беспомощно дергая за его рубашку, пытаясь тоже расстегнуть ее, убрать эту мешающую преграду. В горле ее зародился тоненький клокочущий звук. Небо, скалы, деревья – все кружилось вокруг в бешеном вихре. Подняв голову, Тэхен поглядел на нее. Лицо его окаменело, глаза горели. – Боже, я не хотел торопиться, клянусь, я думал, что смогу это вытерпеть, – хрипло произнес он. – Смогу дождаться тебя. Но я не могу – не могу! Т/И, пойдем со мной. Пойдем сейчас, сразу. Позволь мне сделать тебя счастливой… Искушение было поистине невыносимым. Единственное, чего хотела, о чем мечтала Т/И, – пойти туда, куда он позовет ее, сделать для него все, что только он пожелает. Да вот только, с внезапной отрезвляющей горечью поняла она, последствия этого ей придется расхлебывать весь остаток жизни. И эта жизнь будет проведена в одиночестве. – Нет! – Она вырвала, клещами вытянула из себя это жестокое слово, ранящее более всего ее саму. Даже физически больно было произносить его. Рывком высвободившись, она тяжело прислонилась к скале, судорожно путаясь в блузе, пытаясь прикрыть грудь. – Т/И, – голос его дрогнул, – не надо. Не делай этого со мной… с нами. Я этого не вынесу. – С нами? – эхом отозвалась она. – «Нас» не существует. И вам не придется ничего выносить, мистер Ким. Это я чувствовала бы потом, будто меня использовали и выбросили на свалку. – Нет! – Умоляюще протянув руки, он шагнул к ней. Т/И отшатнулась. – Не подходите! – Хорошо, – сказал он. – Клянусь, я не стану преследовать тебя. Я подожду, пока ты сама придешь ко мне. – Долго же вам придется ждать. Потому что я не из таких. Я принадлежу одному миру, а вы – другому. И слава Богу, я вовремя опомнилась. – Милая… – Тэхёно тяжело вздохнул. Т/И увидела, как подергивается и бьется жилка у него на горле. – Прошу, послушай меня. Ты не понимаешь… – Напротив, – перебила она, – я все отлично понимаю и презираю себя за то, что позволила втравить себя в подобную ситуацию. Потому что со мной это уже было. Невероятно, правда? Настоящий кошмар. – С губ ее сорвался дрожащий, почти истерический смешок. – Но на этот раз мне не поздно еще отступить, – с силой заявила она. – Я уже давным-давно поклялась себе, что никогда и ни за что не стану ничьей… ничьей утехой на стороне. Так и знайте, мистер Ким.