Единственный, кто дорог

"Не трогай, прошу, не приближайся! Я не хочу этого!" - кричал перепуганный до смерти Тэхён. Но человеку, который похитил его, было наплевать. Он резко снял свою рубашку, и стал приближаться к Тэ. В комнату вбежал альфа, когда услышал громкие крики, и его поразила картина, которую он увидел. Сжатый в маленький комок, хрупкий и невинный Тэхён, орал так, что Чонгуку заложило уши, и хоть его глаза были приоткрыты, было понятно, что он спал. Альфе вдруг стало жаль этого малыша, но он не мог поддаться, пройти мимо статуса, показать свою душу. И только поэтому, похититель решил, что это будет очередная его "игрушка на 3 дня". Он скинул парня с кровати, отчего тот широко распахнул глаза, и стал отползать в угол, одними губами шепча "прошу, не надо". Но Тэхёна снова встретила эта безразличная улыбка, и снова этот холодный взгляд. Чонгук не стал просить, альфа привыкший приказывать сделал это в очередной раз: - Подойди. Омега не был глупым, он поднялся в углу, но подойти все же не смог. - Ты не расслышал? Или не понял? Живо подошёл! - крикнул Чонгук, и не дожидаясь его действий, дёрнул за руку, отчего Тэхён упал перед ним на колени. Слёзы побежали по его лицу, он не кричал, понимая свою безвыходность, но сердце казалось затихло насовсем. Всё что омежка сейчас мог, это только стоять на коленях и умолять человека, которому казалось безразлично всё, чтобы тот не трогал его. - Встань. Омега поднялся, и его губы смяли поцелуем, в которой место любви занимала похоть. Тэ не сопротивлялся, но и не отвечал. Он только выл в поцелуй, прося остановиться. Вдруг низ живота резко потянуло и Тэ снова упал, вскрикнув от боли, а комнату стал заполнять вишневый запах. - Ну почемууу - провыл омега, понимая свою безысходность, адские боли разрывали живот, и он, взглянув в глаза Чонгука, испугался того, что возможно не увидит завтра белый свет. В глазах альфы появились не добрые огни, и это можно было увидеть даже сквозь полумрак. Чонгук обожал вишню, и лишь поэтому так называл Тэхёна, ведь у омеги был очень слабый запах, при котором, он ещё и пил подавители. - Какого хуя ты упал? - раздражённо крикнул Чонгук - Хотя... Не вставай, - он остановил рукой омегу, который пытался приподняться, - Мне понравилось как ты стоишь на коленях. Понимаешь к чему я? - усмехнулся Чон и схватил парня за волосы. Сердце вишнёвого обливалось кровью и страхом, он знал чего хочет Чонгук, а также власть этого человека. Поэтому либо смерть, либо вечный ад при жизни. Но умереть было пройденным вариантом, и Тэхён четко знал, что он не сможет, он боялся смерти. Альфа одной рукой поставил его на четвереньки, и сжал горло. - Малыш, тебе не кажется что мы что-то забыли? Подожди-ка... - рука отпустила шею омеги, резким движением приказывая тому не двигаться. Альфа подошёл к шкафу и достал оттуда поводок, смазку и презервативы, все это "богатство" лежало в коробочке, поэтому Тэхён мог только догадываться что там. - Хмм, начнём с простого - Чонгук посмотрел не без удовольствия на то, как изменился в лице вишневый, когда увидел поводок - Одевай. Тэхён продолжил стоять на четвереньках боясь пошевелиться. - Да как ты меня заебал сука. - взвыл Чонгук и резким движением затянул ремень на шее омежки так, что Тэ практически не мог дышать. После чего мужчина застегнул на нём поводок, и сев на кресло, потянул истинного к себе. Тот кричал, плакал, звал на помощь и умолял альфу остановиться, на что второй лишь недовольно усмехался. Когда же омега был притянут достаточно близко, Чонгук расстегнул ширинку и отдал новый приказ: - Соси. Тэхён попытался вырваться, но сильные руки уже держали голову омежки, не давая тому даже повернуть её. Он поднёс член ко рту истинного, но тот сжал зубы и, продолжая выть, ревел. Однако стоило Чонгуку надовить на челюсть, Тэхён открыл рот. Не давая тому даже опомниться, он вставил в его горло член до основания и взяв омежку за волосы, резко начал насаживать на ствол. У вишнегого кружились голова, а горло ужасно жгло, но он совершенно не мог сопротивляться. Когда Чонгук кончил ему в рот, и заставил всё проглотить, омежка подумал, что кошмар закончился, и просто упал на кровать, плача и скуля. Но через минуту его снова скинули с кровати, и потянули за поводок. Омежьи глаза округлились, но вырываться больше не было смысла, сил у Тэ совершенно не осталось. Он только продолжал плакать и дрожать, умоляя его не трогать. - Боишься? Правильно делаешь, ты был не послушным мальчиком... Но твой господин очень добрый, и если ты хорошо извинишься за недавние события, то он ВОЗМОЖНО растянет тебя... - Чон настолько грозно улыбнулся, что Тэхёну не захотелось рисковать. - П-простите пожалуйста, - заикаясь попросил Тэхён и посмотрел в черные глаза, надеясь на снисхождение. - Плохо просишь, щенок. Поэтому... - Нет, нет, Господин Чон, прошу, умоляю! - омежка взвился и попытался вырваться из руки, которая до сих пор держала его за поводок. - Раньше надо было умолять, малыш. Извини, я устал, поэтому времени на прелюдии нету. Альфа медленно обошел истинного со спины, и одной рукой резко стянул с него штаны вместе с боксерами, попутно хватая его за горло. Омега стал дрожать так, что подлетал вверх на пару сантиметров. И Чонгук уже стал бояться навредить своему истинному, ведь частичка страха и боли Тэхёна была не раздельно в нем. Но он альфа, он глава, он мафия, и только поэтому он снова не может остановится, тем более что от его малыша сейчас пахнет вишней так, что крышу сносит. - Хмм. Тэхён~и, если я буду первым, то прости за то что будет больно, а если нет, то прощайся с жизнью, котик. - как то странно улыбнулся альфа, но омега был девственником, поэтому он хотя бы не боялся умреть. К его аналу прижалось что то тонкое, влажное и теплое, и через мгновение Тэхён, крича и извиваясь от боли, понял что это был длинный палец Чонгука. Ни капли приятного, хотя он и постарался расслабиться, омега так и не почувствовал, только боль, которая разрывала изнутри. Он скоро привык, но тут же в нем оказалось уже три пальца, совершенно не дав привыкнуть даже ко второму. Тэхён кричал, плакал, из-за резких движений альфы, у него кружилась голова. Он имел низкий порог боли, поэтому стал благодарить течку, которая пришла так не кстати. Чужая рука блуждала у него под футболкой и щипала чувствительные соски, отчего омега выл ещё сильнее. Когда он был более менее растянут, Чонгук целуя и кусая нежную шею, резко, как только мог, вставил в него член, который был далеко не маленьких размеров. Комнату заполнил истошный крик, однако его никто не мог услышать, кроме Чонгука. Он перестал целовать омегу и положил руку тому на генеталии, начиная медленно двигаться, чтобы тот привыкнул, так как с его болевым порогом, это было самым достаточным наказанием. Он стал дрочить Тэхёну, при этом сам ускоряясь. Омега не переставал кричать не на секунду, но когда тот случайно наткнулся на простату, крик сменился стоном и Чонгук немедленно стал вдалбливаться в омегу "в нужном направлении", отчего вишневый теперь не переставал стонать. Ему было больно, приятное чувствовалось, но совсем немного, хотя и это заглушало такую сильную и не прекращающуюся боль. - Чонгук, я тебя умоляю, прекрати, мне очень больно, я не хочу! Ты рвешь меня! - не переставал голосить Тэхён, однако его не слышали, по омежьим щекам ручьем лились слёзы, но его продолжали грубо вдалбливать в кровать. Возбуждение альфы нарастало, и он совсем не замечал, как по красивым ногам его омеги вместе со смазкой струится кровь. Стоны иногда сменялись криком, однако у омеги уже давно стоял, благодаря ловким рукам истинного. И примерно через пол часа "ада" для омеги и "рая" для альфы, Чонгук вытащил член и кончил на спину Тэхёна, а следом за ним и омежка к себе на живот, после чего упал на кровать и свернувшись калачиком, навзрыд заплакал. Когда Чонгук обернулся, тот уже сопел, но по щекам не продолжали литься слёзы, а губы не переставали дрожать.