Работа над ошибками

При каждом таком потрясении моей жизни я в итоге что-то приобретал, этого нельзя отрицать, становился свободнее, духовнее, глубже, но и делался более одинок, более непонятен, более холоден. «Степной волк» Герман Гессе

Порой хочется снять с себя мозги и поместить на ночь в холодную водичку, как зубные протезы. Чимин устал думать. Устал подстраиваться под различные варианты событий и быть готовым ко всему. Юноша делает глоток быстрорастворимого кофе без сахара. Увы, сегодня для работы ему нужно не только серое вещество, но и энергия. Завтра он должен сдать проект по профильному предмету, который бессовестно игнорировал до последнего дня. К слову, на завтра у него также назначено свидание. Наверное свидание. Чимин пока сам ещё до конца не понимает чувства, которые к нему испытывает Тэхён. В одни дни он навязчивый и до жути тактильный, от чего складывается впечатление, что сероволысый более чем неравнодушен к парню, а в другие, Тэ интересуется всем, вплоть до теории палеовизита, но не своим одногруппником. Тэхён представляет собой человека, глубоко влюблённого в искусство. Винсент Вангог, Сальвадор Дали, Пабло Пикассо — спроси что угодно о творениях этих людей и Тэхён даст тебе развёрнутый ответ. Знания парня не парковались на одних лишь картинах и художниках. Таких как он называют эрудитами. Чимину нравилось, когда Тэ делился с ним каким-то фактами. Пак любил общение с людьми, что приносят пользу его интеллекту. Хотя блондин иной раз и ловил младшего на ошибках. Например, на выставке картин, он убедил Чимина, что «цветущие ветки миндаля» дело рук Сальвадора Дали. Старший конечно не стал с ним спорить. Какое это значение имело для их отношений? Тем более Тэхён всегда выкручивался, оставляя виноватым Чимина, даже когда его ставили перед фактом. Так однажды Пак предупредил, что молоко прокисло и что не следует добавлять его в кофе, на что услышал: «Мне нравится вкус кислинки в напитках». Чимин любит Тэхёна несмотря на все его минусы. У него у самого их целый букет. Пак проснулся из-за входящего вызова. Только сейчас он осознал, что уснул на ноутбуке, пока работал над презентацией. — Алло? — Доброе утро, Чимин-щи, — послышалось в ответ. — Я же просил меня так не называть, — на самом деле Пак не против, когда Чонгук к нему так обращается, но только тогда, когда нет посторонних. — Я могу тебя подкинуть до кампуса, — проигнорировал тот замечание. — Отлично, — и Чимин чуть не захрапел в трубку. — Хён? — Да-да, сейчас выхожу… Парень надел то что попалось под руку. Чёрные джинсы, которые он носил каждый божий день и мятую футболку с логотипом любимой музыкальной группы. Выйдя из подъезда Чимин окончательно разлепил свои веки. — Ничего себе! — Ага, — довольно ухмыльнулся юноша, — сам до сих пор так реагирую. — Бро, она такая, такая… — Охуенная? Не могу не согласиться, бро, — Чонгук запрыгнул на свой новенький байк, а Чимин уселся сзади и, натянув шлем, крепко обвил руками талию младшего. От Чонгука пахло молочком и мёдом, а ещё беззаботностью и свободой. Но это только на первый взгляд. У Чона тяжёлая жизнь, и Чимин это все знает. Немного покатавшись по проспекту, они поехали в учебное заведение. После сдачи работы, Чимин был свободен от экзаменов как минимум на неделю. Бабье лето, растаявшее мороженое, ветер в танце с пекущими солнечными лучами, куртка, в которой потеешь, а без неё замерзаешь, листья, что собирает детвора для венков или гербария и два парня, сидящих на скамейке меж клумб и говорящих о всякой ерунде. Чимин молча достаёт салфетку и аккуратно, крайне нежно, вытирает уголок, запачканных мороженым губ Тэ, переводя взгляд с них на глаза. Когда Тэхён устремляет взор на парня перед собой, Чимин, не выдержав напряжения, повернулся к урне и выкинув салфетку, сел обратно рядом с Тэ. — Ты сегодня с Чонгуком приехал? — Ким пододвинулся ближе, не отводя взгляда. — Да, — спокойно отвечает Пак, не видя в этом ничего плохого. — Ладно, — Тэхён размещает свою руку у него на плече, — Не мог бы ты вытащить нож из моей спины? — Что? — пропуская смешок, вскидывает бровь Чимин, повернув голову к младшему и оказавшись в преступной близости от его манящих губ. — Мне поцеловать тебя или обидеться? — горячее дыхание огнём пробегается по коже старшего. Телефонный звонок прерывает их и оставляет Тэхёна без ответа. — Хён, не хочешь погулять? — слышится из динамика знакомый и ненавистный Тэхёну голос. — Это Чонгук? — в голосе неприкрытое недовольство. — Да, он, — отвечает Ким сам себе. — Я перезвоню тебе, Чонгук, — Чимин недоволен, что Тэхён косвенно пытается ограничить круг его общения. — Не понимаю. Тебе недостаточно меня? — ворчит парень. — Причём тут это? — Чимину к черту не сдались выяснения отношений. Он хотел просто хорошо отдохнуть. Какого хрена Тэхён возмущается? — Почему со мной ты ведёшь себя словно святоша, а с этим вот, — мимикой указывает на телефон, — развязный, открытый? Меня бесит эта разница! — парень импульсивно встаёт и активно жестикулирует. — Я такой, какой есть. Я не заставлял тебя влюбляться в меня, — отчасти Чимин понимает, что сам влюбил юношу в себя своей заботой, милыми комплиментами и нежными касаниями, которые недопустимы в дружеских отношениях, а потом влюбился и сам. — Мне просто хочется знать, какого хуя? — у Тэхёна искры из глаз сыпятся и смотрит он сверху вниз. — Я результат всего того дерьма, что так любезно преподнесла мне жизнь. У тебя нет права осуждать меня за это.